Открытый финал

Андрей Михайлов

Открытый финал

Предисловие

Ветер, влетевший в приоткрытое окно, принес с собой и рассыпал по комнате звуки будничного утра и едва уловимый аромат сирени, не забыв при этом поиграть со шторами.

«Утро уже? Когда я заснул? И сколько спал?»

Открыв глаза, первое, что я увидел, было окно и едва качающаяся от ветра штора, словно некий флаг, зовущий к новым свершениям.

«Да… Не до свершений что-то… Кто-нибудь скажет, как долго я спал? Нет, похоже, не скажет. Ладно: сделал сам – ни на кого не обиделся».

С некоторым усилием я всё же поднялся и сел на диване, осматриваясь. Всё оставалось так, как и было оставлено вчера. Точнее, уже сегодня. Помню, что было темно, когда я ещё был в сознании. Отключился я, видимо, глубоко за полночь, так и не добравшись до кровати. Открытый блокнот соседствовал на столе с выключенным ноутбуком и пустым стаканом.

«Да уж, вдохновение имеет и обратную сторону, особенно, когда ищешь его на дне … Хорошо, хоть голова не болит. И с чего бы? Принял я совсем немного, всего пару стаканов. Сколько раз? Вспомнить бы…»

Следующее, на чём остановился взгляд – всё тот же блокнот, по обыкновению исписанный во всех направлениях, перечеркнутый, и так многократно.

«Хм… Если кто-то захочет украсть мои черновики, вряд ли что-то с ними сделают: ни хрена не понятно. Даже я сам иногда с трудом могу расшифровать, что сам же и написал в творческом порыве… А что там с порывом? Ну-ка, посмотрим. Если разберём что-то».

Я потянулся к блокноту и через пару секунд, почему-то с опаской бросив взгляд на пустой стакан, приступил к изучению того, что же такого интересного могло выйти за вчерашний вечер из-под моего пера.

«Так-так… Что ж, кое-что понятно сразу: презентованный мне вчера коллекционный виски зашёл хорошо… Вот, сначала слова пишутся разборчиво, даже целые предложения читаются легко. А дальше – всё более непонятно.

Видимо, со второго стакана я ушёл в себя на такой скорости, что рука не успевала записывать…. Отдельные слова только понятны… Ладно, будем переписывать».

Снова потянувшись, в этот раз за ручкой, я стал более старательно выводить заново отдельные слова, которые удалось разобрать после первого прочтения...

Через несколько минут, а скорее, через несколько предложений, я вспомнил, что надо как-то привести себя в порядок, а погрузиться с головой в разбор собственных фантазий можно и чуть позже, тем более, что это надолго. Планов на сегодня не было вообще никаких, но запускать себя всё равно было не самой удачной идеей. Отложив блокнот, я заставил себя подняться, наконец, с дивана и, лениво почесываясь, направился в ванную.

***

… «Останься. Нет никакого смысла ехать к себе домой, только потому, что ты так привыкла. Ты проснешься рядом со мной. Утро начнётся с поцелуя и я приготовлю тебе завтрак, а может, наоборот, ты мне. А потом– мы решим, что будет потом»…

«Что за ерунда! Как будто из сопливых мелодрам! Да простят меня классики, когда-либо живущие»…

Я смял лист бумаги и швырнул его в корзину в углу комнаты, к десятку его собратьев, также не попавших в цель и разбросанных по полу, как снежки зимой после игры.

«Не пишется сегодня совсем. Хотя что значит «сегодня»? Половина двенадцатого утра, на часы посмотри… Ещё это… «Утро начнется с поцелуя»… Несвежее дыхание – это, знаете ли, не гигиенично… Не до романтики…С похода в душ утро начинается, наивные влюбленные … Ладно... Не о том думаю, всё не то... Надо сменить обстановку, прогуляться».

Надев джинсы и рубашку – без них смена обстановки наверняка не удалась бы – я направился к выходу из квартиры, прихватив смартфон и бумажник для полноты дресс-кода. Плащ обязательно: не жарко сегодня, в общем.

В размышлениях, почти не заметив этого, я прибыл в центр города и, неспешно пройдя насквозь один из моих любимых парков, вышел на набережную.

Прогулка по набережным всегда доставляла мне удовольствие и даже, видимо, в чём-то вдохновляла. Можно было не спеша, глядя на воду, размышлять о том, что беспокоит в данный момент, или даже не размышлять вовсе ни о чём, что, собственно, тоже бывает крайне полезно. Не случайно одними из моих первых воспоминаний о городе стали и всегда были именно прогулки по набережным: в этом я мало чем отличался от миллионов туристов.

Глава 1

Часть 1: Начало

- Что ж: местами впечатляет - задумчиво сказал Кирилл, закрыл книгу и откинулся на спинку дивана: - И теперь, значит, будешь его публиковать? Или всё это так, для себя, для опыта?

- Конечно, публиковать. Начну с сайта, наверное. Знакомых издателей у меня нет - я пожал плечами.

- Главное - начать, там станет более понятно - одобряюще кивнул он. Взяв свой бокал, он сделал большой глоток и на секунду зажмурился от удовольствия. – Пока всё получилось, это главное. И всё-таки скажи, а как же Юля? Покажешь ей это? Она ведь, с позволения сказать, играет главную женскую роль. Или Алёна... Или это два разных человека? - ухмыльнулся он.

- Не знаю - покачал головой я, не ответив на эту шутку. - Конечно, хотел бы показать. С другой стороны, может, сначала пусть книга выйдет в свет. Вдруг хорошо пойдет, а может, даже станет бестселлером?

- То есть, выходит, не своим произведением ты хочешь гордиться, а лишь успехом? - Кирилл удивлённо вскинул брови так, что они взлетели поверх очков. - Вот, скажи, сколько раз я тебя спрашивал, почему ты сравниваешь себя с кем-то? Откуда это желание сравнять счеты, догнать и перегнать и всё такое, но самое главное - ради чего!? Потешить на секунду своё самолюбие? Что ж, может быть. Но разве не знаешь, а точнее, не помнишь, что весь этот так называемый успех мимолетен? За примером далеко ходить не надо: что в итоге случилось с той фирмой, что ты когда-то создал, пару лет назад? И ведь хороший бизнес ты развернул - прибыльный, престижный - он даже довольно покачал головой. - Но рано или поздно всё закончилось, что уж тут. И разве эти годы ты считаешь потерянными? Это не сделало тебя лучше в итоге? И вообще: много ли людей способны в принципе создать нечто подобное? - почти воскликнул он, завершая свою речь.

Я снова пожал плечами: - Годы… Иногда мне кажется, что всё это было какое-то недоразумение, набором ошибок, которые лучше не вспоминать. Но, опять же, опыт....

- Ай, да ну тебя! - только отмахнулся Кирилл: снова взяв бокал, он выпил ещё и, глядя на экран телевизора на стене, несколько секунд молчал, но затем, будто вспомнив что-то, снова обратился ко мне:

- А как думаешь, что это вообще: роман, рассказ, повесть? Даже не знаю, как это ещё может называться - кто тут, извините, специалист?

- Пока просто рассказ. Всегда называл его так - я развел руками - и, в общем, не думал о каких-то официальных статусах.

- Кстати, я оставлю этот экземпляр себе? - спросил Кирилл. - Но только автограф сейчас придумай, пожалуйста, и оставь на нём.

- Договорились - кивнул я.

- Ну а всё же, - он подвинулся чуть ближе. Положив руки на стол, он начал говорить почти шёпотом, будто информация была секретной: - Вот... Я прочитал и, как бы, не совсем уловил: где в этом рассказе реальные моменты, а где вымысел?

Я подвинулся чуть ближе и, повторяя его движения, положил руки на стол: - То есть, ты имеешь ввиду, что было, а что выдумано, так? - спросил я также тихо.

- Именно так - кивнул Кирилл

Хитро улыбнувшись, я развел руками:

- Как говорится в таких случаях - основано на реальных событиях.

Глава 2

Глава 2

В одно из многочисленных кафе в бизнес-центре, куда я прибыл на очередной обед, привычный, во всяком случае, для меня, начали активно прибывать посетители. Сегодня их было немало: через пять минут после того, как я присел за столик в углу, который считал наиболее удобным, все остальные столики, кроме одного, уже были заняты.

"Забавно: практически за каждым столиком сидят двое-трое мужчин разных возрастов. В конце концов, это же "бизнес-центр", что бы это ни значило. Похоже, почти я один девушку ожидаю".

Усмехнувшись собственному наблюдению, я перевёл взгляд на огромный экран, занимающий большую часть стены. Один из спутниковых музыкальных каналов не скупился на качественные клипы сегодня, к тому же, просторный зал кафе позволял смотреть на экран без напряжения и дискомфорта. Интерьер напоминал ресторан в центре города, где мы часто обедали вдвоём когда-то: стеллаж на стене возле столика был заставлен винным бутылками, старыми свечами с подтеками воска и не менее древними светильниками, купленными, похоже, в сетевом гипермаркете... Диван вдоль стены, на котором я расположился, не копировал тот самый ресторан, но, во всяком случае, ощущение схожести также оставлял.

Вдоль стеклянной стены, украшенной витражными рисунками, в который раз мелькнула высокая фигура: Полина. Я поднялся и направился встретить её.

Войдя в кафе, Полина сразу остановилась у стойки, где на небольшой доске было написано сегодняшнее меню. На ней было надето красное короткое трикотажное платье, закрывавшее грудь и шею, однако открывавшее длинные ноги, давно ставшие предметом моего восхищения. Красные туфли на невысоком каблуке завершали картину. В руках она держала смартфон, ключи от офиса и кредитку...

- Привет - я подошёл сзади и, положив ей руку на талию, незаметно погладил её.

- Привет - мягко сказала она, повернувшись и подставив щеку для поцелуя.

- Что ты будешь сегодня? - спросил я, словно мы были не в кафе, а у меня в гостях.

- Не знаю... Хочу салатик какой-нибудь... Наверное, вот... Мне шеф-салат, пожалуйста, и индейку с имбирным рисом. А ещё зелёный чай - недолго думая, заказала Полина.

- Мне - то же самое – не раздумывая, кивнул я и мы прошли за занятый мной столик.

- Тебе сюда, на диван - показал я, улыбнувшись. - В офисе так не расслабиться.

- Точно - согласилась она, устраиваясь на подушках удобнее и, проверив сообщения на смартфоне, отложила его в сторону.

- Как дела? - спросила она, заглянув мне в глаза.

- Знаешь, у меня есть кое-что для тебя - с этими словами я извлёк из сумки и положил на стол экземпляр рассказа и подвинул к ней.

- Что это? - вопросительно посмотрела на меня Полина. - Мемуары? Тебе ещё рано для этого - улыбнулась она.

- Я мог бы сказать "почти", но нет. Рано или поздно, это произведение должно было появиться на свет. Вот, это для тебя. Как говорят в таких случаях, первое издание.

- С автографом? - засмеялась она.

- Если захочешь - кивнул я в ответ.

Полина взяла книгу и, на секунду задержав дыхание, будто желая что-то сказать, раскрыла её. Затем, не говоря ни слова, неторопливо пролистала несколько страниц. Позднее, видимо, поняв, о ком идёт речь, перевернула ещё пару страниц, до окончания первой главы.

"Вот, что за привычка? На последнюю страницу ещё загляни, чтоб совсем неинтересно стало! Хотя... Сам такой..."

- Алёна - это я? - игриво спросила она и засмеялась.

- Как видишь. Что ж, приятно, что ты помнишь обстоятельства нашей встречи.

- Ты... Такие мелочи подмечаешь, как тут не узнать - тихо и немного растерянно сказала она. - Я почитаю дома, хорошо? - снова вопросительно взглянула она на меня, закрыв книгу.

- Конечно, это ведь не рекламный буклет, это займет время. Обсудим после - мягко произнес я, закончив таким образом своеобразную презентацию.

Завершив обед и расплатившись, мы вышли из кафе и направились в сторону лифта, где обычно и прощаемся.

- Волнуешься? - игриво улыбнувшись, спросила Полина, слегка наклонив голову.

- Как перед экзаменом - отшутился я. - Думаю, ты будешь адекватным критиком, но благодарным читателем. Восторгов не жду, это ведь моё первое творение.

- Хорошо - кивнула она с улыбкой. Я приблизился и, взяв за руку, снова поцеловал её в щёку.

- Хорошего тебе дня, вечера, - не переставая улыбаться, начала она повторять давно знакомую, заученную, видимо, когда-то фразу, медленно отходя от меня с книгой в руке.

- Увидимся - почти шёпотом ответил я.

Ещё несколько секунд я смотрел ей вслед, а точнее, разглядывал её сзади: платье не обтягивало фигуру полностью, а лишь до талии и было расклешенным внизу, на бедрах. Ноги выглядели очень соблазнительно, как, впрочем, почти всегда. Красные туфли напомнили вишенку на торте, с той лишь разницей, что вишенка эта была внизу, а не вверху. Полина двигалась в сторону лифта, слегка покачивая бёдрами. Выглядело всё очень сексуально... Ладно, хватит заглядываться…

Глава 3

Ужин

Наверное, каждому мужчине, в каком бы возрасте он ни был, знакомо чувство, которое он испытывает, когда впервые идет к женщине домой. Как он волнуется, что-то обдумывает, может, даже репетирует какую-нибудь речь, проговаривая её про себя. А вот ждут его там, или нет – не так важно. Видимо, надеяться на что-то всё равно важнее.

Вот и сейчас, спеша к дому Оли, ощущения были, в общем, знакомые: отчетливо слышен стук собственного сердца, шаги ускоряются сами собой, щеки и уши начинают гореть почему-то. Дыхание не сбивается, значит, всё не так плохо. А может, я просто ещё не совсем близко подошел. Кажется, это принято называть панической атакой...

«Дыши. Дыши ровно, успокойся. Ты всё делаешь правильно, если ещё не понял. Она тебя пригласила, она будет ждать».

Сколько я знаком с ней? Не то, чтобы давно, но волнение, как перед первой встречей, наверное. Неправильно это. Слишком беспокойно.

Цветы в одной руке и небольшой пакет в другой, я нёс, ощущая себя влюблённым подростком. Букет роз, как всегда, - самый надежный союзник. Бутылка красного вина добавляла тяжести и, похоже, уверенности.

От метро до её дома идти минут двадцать. Когда-то, пару лет назад, я снимал квартиру здесь недалеко, на этом же проспекте, поэтому точно знал маршрут и время. Не раз удивлялся тому, как бывает забавно находить подобные совпадения. Да и разве это расстояние, если нравится ходить пешком? Тем более, теплый и в меру солнечный июньский день не забывал приятно обдувать тело и освежать сознание легким ветерком, играющим с листьями на деревьях и перебирающим лепестки роз, которые я держал в руке; будто ветер, как любопытный и ласковый котёнок, крутился вокруг меня и хотел тоже почувствовать аромат роз, выглядывающих из-под подарочной бумаги пышным разноцветным букетом из алых, розовых, бордовых и белых цветов.

Вот и её дом. Подойдя к двери парадной, я набрал номер её квартиры. Оля почти сразу открыла, не спрашивая, кто пришел.

Так: ступеньки, лифт, кнопка. Всё, как везде.

«Спокойно. Не волноваться. Да кого я обманываю?! Иди уже, сердцеед... Она ждёт».

Позвонив в дверь, я услышал приближающиеся мягкие, будто кошачьи шаги. Я нервно сглотнул и выдохнул, стараясь держаться спокойно.

Оля открыла дверь и улыбнулась:

- Привет! Проходи!

- Привет - мой голос, казалось, звучал, как у ребенка, или школьника, стоящего у доски, который под строгим взглядом учителя чувствует неловкость и хочется от этого ощущения провалиться под землю.

Войдя в квартиру, я вручил ей цветы и, прикоснувшись к её руке, неожиданно для себя, сразу успокоился. Я расслабленно улыбнулся. Оля снова улыбнулась в ответ и поцеловала меня в щеку, немного опередив меня. Её тонкие, изящные губы были не накрашены; теплый влажный след от её поцелуя я на несколько секунд отчетливо почувствовал на своей гладко выбритой щеке. Лёгкая дрожь волной пробежала по телу, вверх по спине, до кончиков волос...

- Спасибо, - игриво улыбаясь, промурлыкала она. - Ты разденься, проходи и будь, как дома, хорошо? - Оля бросила взгляд на пакет с вином и, не переставая улыбаться, развернулась и почти бесшумно проследовала на кухню. Пару секунд я любовался её домашним нарядом, в котором видел её впервые: белая футболка и синие короткие джинсовые шорты наверняка должны будоражить моё воображение. Аккуратно расчесанные волосы спадали на плечи. По квартире она ходила босиком: ярко-красный педикюр мелькал, привлекая внимание к её стопам и пальцам ног.

Я снял пиджак, туфли, оставил всё это в шкафу и взглянул на себя в зеркало, почему-то хитро улыбнувшись; или это моё отражение улыбнулось мне, зная нечто больше…

Квартира ничем особенным не выделялась, кроме невероятной чистоты: интересно, это у неё всегда так, или только к моему приходу? Я прошёл на кухню, откуда доносились ароматы еды, специй, слышалась музыка и шум воды.

Остановившись у входа в кухню, я прислонился к дверному проему и наблюдал: цветы Оля только что поставила в вазу у окна. Телевизор, висящий на стене, нарушал тишину знакомыми музыкальными клипами. Окно было приоткрыто и приятная, ещё не вечерняя прохлада, создавала впечатление, что мы находились не в квартире, а скорее, на пикнике за городом, что лишь добавляло приятных ощущений.

Оля, поставив цветы, остановилась в центре кухни. Мы молча смотрели друг на друга пару мгновений.

- Проходи. Ты так старательно принюхиваешься – широко улыбнулась она, расставляя тарелки на столе. – Скоро всё будет готово. Руки вымой, пожалуйста.

- Старательно, конечно – кивнул я. – Это ж так заманчиво! Подхожу, значит, к двери твоей, а все эти ароматы по площадке разносятся. Так обычно в новогодние праздники пахнет везде. Даже на секунду задумался, а какой день сегодня? – стараясь шутить, пусть так нелепо, поймал себя на мысли, что это волнение, почти как на экзамене: когда уже вышел отвечать и отступать некуда.

- День, когда ты помогаешь мне готовить ужин! – Оля отложила тарелки, подошла ко мне, положила ладони мне на грудь, слегка поглаживая и, немного склонив голову набок, захлопала ресницами, как маленькая девочка, которая что-то хочет выпросить у строгого, но любящего родителя. – Ты ведь поможешь мне сделать салат, да? – сказала она таким нежным голосом, что я на мгновение даже закрыл глаза.

- Конечно, сделаю – я сдержанно улыбнулся, кивнул и вышел из кухни на несколько секунд. Вернулся я с вином, так и оставленным мной в пакете у входа в квартиру.

- Ты принес вино, я вижу? Но у меня тоже есть, - сказала Оля, удивившись моему манёвру.

- Тем более, теперь у нас есть выбор. Даже почти бар. Как сейчас модно говорить – атмосферный бар – я открыл бутылку и разлил вино в бокалы, уже стоявшие на столе.

- Предлагаю немного выпить. За атмосферу – сострил я.

Оля взяла бокал, подошла ближе ко мне. Легкий звон хрусталя и игривые искорки в её взгляде добавили азарта сегодняшней встрече...

... Позднее мы сидели, а точнее, полулежали на диване тут же, на кухне, слушая музыку и продолжая понемногу пить вино.

- Задумался? – иронично протянула Оля. – Поделишься? Давай думать вместе. Тем более, что ты мне уже помогаешь проблему решать, вроде как. Значит, мы – команда – она рассмеялась и положила руку мне на колено, а затем, будто случайно, погладила меня по ноге, поднялась и направилась к столу.

- Я ещё выпью немножко. У тебя тоже бокал пустой, давай и тебе налью, я же не собираюсь напиться тут одна – хихикнула она.

«Начались игры... В общем, к этому всё и шло».

Я поднялся вслед за ней:

- Нет, давай я сам налью. Похоже, ты уже захмелела, нельзя так много.

Оля смотрела, как я наливаю вино. Взгляд её действительно был уже слегка хмельной. Когда я поставил бутылку на стол, Оля взяла меня за плечи и поцеловала в губы. Тёплое дыхание с ароматом красного вина не могло не опьянить сильно. Я закрыл глаза и почувствовал её ладонь на своей щеке. Через секунду я взял её ладонь в свою руку и начал целовать. Оля, смутившись, убрала руку и хотела что-то сказать: её рот слегка приоткрылся. Я обнял её, не говоря ни слова.

Обнимая её одной рукой, я гладил девушку по голове и, запуская пальцы в её волосы, нежно перебирал их, вдыхая едва уловимый аромат её парфюма, едва дыша при этом, как будто она могла исчезнуть, испариться в воздухе.

Отпустив её, я заглянул ей в глаза. Она смотрела на меня, так ничего и не сказав. Я снова приблизился к ней, и она в ответ слегка подалась вперёд.

Нежное и в то же время обжигающее касание губ заставило её едва заметно вздрогнуть; я снова ощутил тепло её дыхания с нотками вина. Свет снова стал слишком ярким и я опять закрыл глаза. На несколько секунд мы замерли, слившись в поцелуе...

Я начал гладить Олю по плечам, спине, по голове, легко касаясь её волос.

Она снова немного отстранилась назад и посмотрела на меня. Дыхание её стало частым, грудь ритмично поднималась и опускалась, привлекая мой взгляд к себе.

Я взял Олю за руки и, подняв их вверх, медленно стянул с неё футболку, которая уже стала мешать.

Мы вдруг почему-то одновременно засмеялись...

Не отрывая взгляда от неё, я снова притянул девушку к себе и поцеловал в губы. Не раз я замечал, что губы Оли изящны и красиво очерчены, но сейчас на губах к тому же не было никакой косметики, что придавало больше очарования и, словно добавляя красок, дополняло общую картину моих ощущений.

Закрыв глаза, я чувствовал, как Оля гладит меня по рукам, едва прикасаясь ко мне теплыми пальчиками.

Через несколько секунд я уже целовал её щёки, а затем и шею. Оля, держа меня за плечи, слегка откинула голову назад. Её грудь стала сильнее подниматься при вдохе, а в выдохе слышались тихие, едва различимые стоны.

Подавшись ниже, я начал осыпать поцелуями её грудь, при этом придерживая девушку за плечи и поглаживая их. Оля немного выгнула спину и откинула голову назад чуть сильнее: её волосы, недавно лежавшие на обнаженных плечах, спадали назад, напоминая густые ветви ивы, склонившиеся над водой, кажущиеся черными в темноте летней ночи, едва покачиваясь от легких дуновений ветра.

Сидеть на диване стало уже не так удобно и я, заведя руку за её спину, другую руку положил на её грудь и подался вперёд.

Повинуясь моему жесту, Оля легла на спину и, подняв руки, вытянула их и слегка расставила ноги.

Я лёг на неё и продолжил покрывать поцелуями её шею, грудь и живот, который иногда вздрагивал, ощущая очередное прикосновение моих губ. Я наслаждался ей с каждым поцелуем, слушая, как Оля с каждым выдохом тихонько и сладко постанывает.

Иногда, приближаясь к ней, я на мгновение замирал, не касаясь её кожи губами, но легко щекотал её языком, будто играя с ней.

Не поднимая головы, я с упоением слушал, как девушка тихо смеётся от каждого такого нежного касания. Обняв её двумя руками, я начал подниматься с дивана вместе с ней. Оля тут же обняла меня за шею и, обхватив меня своими ногами, положила голову мне на плечо.

Так мы сделали несколько шагов до спальни, где я снова положил её, уже на постель. Выпрямившись, я начал расстегивать свою рубашку. Оля приподнялась на руках и растерянным взглядом смотрела на меня. Локоны её темных волос несколькими непослушными прядями упали вперёд, закрывая ей часть лица, отчего она выглядела ещё более соблазнительно.

Через мгновение она, встав на колени, приблизилась ко мне и, протянув руки, стала помогать мне освободиться от одежды.

Не говоря ни слова, Оля расстегивала пуговицы, гладила меня по груди, животу, иногда, нежно прикасаясь ко мне, целовала, а скорее, гладила теплыми губами; я чувствовал её касания и теплоё дыхание, дыша чаще и глубже, как и она. В эти мгновенья я уже не ощущал себя одним человеком; мы были чем-то большим, названия чему я не мог подобрать; кем-то, заключившим между собой некое молчаливое соглашение, о котором никто никогда не должен знать, кроме нас, словно существующих в своем, лишь нам понятном, мире.

Сняв с меня рубашку, Оля посмотрела на меня и, дотронувшись до ремня, провела рукой вниз Я улыбнулся, посмотрел на неё сверху вниз, будто оценивая и, взяв за плечо, легким движением толкнул её. Оля игриво хихикнула и упала спиной на постель. Я расстегнул её шорты и обеими руками стянул их до колен, а затем, сняв их полностью, отбросил в сторону...

Снова поднявшись на руках, она, расставив свои изящные ножки в стороны, смотрела на меня, не говоря ни слова. Продолжая нашу молчаливую игру я, в свою очередь, медленно расстегнул ремень и застежку на своих брюках и сняв, также отбросил их, с улыбкой глядя Оле в глаза. Сделав шаг к ней, я, встав на колени, склонился над ней, целуя её живот, иногда щекотал его языком, понемногу опускаясь ниже. При этом я придерживал её за бёдра, поглаживая их. Оля двигала бёдрами, как будто хотела устроиться поудобнее на постели. Она дышала всё глубже, её грудь всё также высоко поднималась и, опускаясь на выдохе, услаждала мой слух легким, едва уловимым, но таким нежным стоном.

Руками она не могла дотянуться и обнять меня, поэтому двигала ладонями по простыням, словно стараясь что-то найти. Иногда Оля прикасалась руками к себе, поглаживая свою грудь, живот и, опуская руки вниз, гладила меня по голове; я чувствовал, как меня касаются её пальцы. Взяв девушку за талию, я не спеша, плавно начал двигать ладони ниже, к бёдрам, взяв за края почти прозрачные кружевные черные трусики. Оля вдохнула, приподняв бёдра, слегка выгнув спину, и кружевная ткань с легким шелестом стала опускаться всё ниже к коленям, а затем, через несколько секунд, трусики упали на пол, рядом с остальной нашей одеждой.