Все дороги ведут в Колизей

– Это твоя философия. У меня другая: я не считаю Рим пупов Земли и живу согласно своему плану.

– Ты дерзок и своенравен. Если в Скифии все такие как ты, то вам не выжить. Рано или поздно Рим вас проглотит, как удав антилопу.

– Мы не антилопы, а горные барсы и у нас есть когти.

Лысый засмеялся:

– В яму-ловушку барс не попадается.

Энтелл кивнул:

– Это точно… Барсов нам не доводилось ловить таких примитивным способом.

Арий, понимая, что теряет время и не говорит о главном, предложил:

– Давайте сделаем вид, что вы нас не видели и дайте нам возможность продолжить свой путь.

– Не видели?! – они засмеялись, а Энтелл возмутился. – Да ты нас за дураков принимаешь! В этой яме должен сидеть лев, которого я мог бы продать за сто тысяч! У тебя есть такие деньги, чтобы компенсировать мне убыток?!

Арий ответил вопросом на вопрос:

– Но не всё же измеряется монетой?

– В Риме всё измеряется звонкой монетой и положением в обществе! Я, к сожалению, не патриций, но я смог завоевать уважение своими финансами!

Арий попытался разжалобить:

– Ради всех римских и германских богов, отпусти нас. Тебе воздастся на небесах.

– Нет! – голос Энтелла был резок, как удар хлыста. – Я вас верну в рабство! И только ваши боги или Фортуна могут спасти вас от наказания. За побег вам светит смерть, так лучше я вас продам в Риме и компенсирую потерю льва.

Арий, вскипел и недолго думая, выпалил:

– Ты получил от Домициана свободу только своего бренного тела, но в душе ты остался его рабом!

Энтелл побагровел от злости и указав на них пальцем приказал своим людям:

– Вытащите этих засранцев из ямы и заприте в клетке! Потом я решу, что с ними делать: скормить львам или пустить кишки на арене Колизея.

Тото от этих слов стало плохо, и он заплакал. Купэнтэ был подавлен, но нашёл в себе силы похлопать по плечу друга, давая понять, что не всё потеряно. Арий был зол. В нём кипела дремучая смесь злости и презрения к Риму и бессердечному Энтеллу. В душе он надеялся, что в нужный момент сможет убежать, но когда они поднялись наверх, то он увидел, что команда у ловцов животных была огромная. Вдалеке виднелось с десяток телег с животными и много людей. К ним сразу подохли два стражника и наставив пики копий повели к каравану. Теперь оставалось только молиться и ждать подходящего случая.

Арий потрогал свой нагрудный амулет и прошептал:

– Тернист и извилист путь домой. Да помогут мне Боги, пройти его достойно.

Глава 2: Тяжёлая ноша

Их всех троих заперли в пустой клетке, предназначенной для хищников. Караван ловцов за животными состоял из нескольких десятков повозок с клетками, в которых томились разные животные. Рядом вели скот, для кормёжки хищников и людей. Свора злобных псов зорко следила за скотом. Кроме того, были кибитки для проживания людей, среди которых выделялась самая роскошная и большая, запряженная тройкой лошадей. Энтелл после разговора с ними залез в неё.

Лысый, между тем забрал походные сумки путников и вывалив их содержимое стал рассматривать. Самое ценное было в сумке Тото. Он, пользуясь положением повара, украл из столовой префекта три серебряные ложки и чашу, украшенную орнаментом и драгоценными камнями.

Спрятав чашу в складках одежды, лысый подошёл к ним и спросил:

– Кто из вас упёр этот предмет у своего хозяина? – он показал чашу.

Тото не стал скрывать:

– Я взял.

– Продать хотел у себя в Саванне?

– Нет! Папе подарить.

– Придурок, ты хоть знаешь цену этой безделушки?

– Нет.

– О, Боги! – завопил лысы. – С какими идиотами мне приходится общаться!

Арий поинтересовался:

– Слушай, а эта чаша стоит больше льва которому мы отпустили?

Лысый ухмыльнулся:

– Я знаю к чему ты клонишь. Хотя она стоит значительно больше льва, но Энтелл вас не отпустит. Ты, скиф задел его самолюбие. Такое он не прощает.

– Тогда, ты нам помоги свалить от сюда.

– А мне какой резон?

– Драгоценную чашу себе оставишь. Ты найдёшь ей применение. Всё останется, между нами.

Лысый задумался и после паузы заявил:

– Судя по находкам в ваших сумках, вы рабы какого-то знатного человека. Кто ваш хозяин? Мне нужна правда, только правда. Может быть, я и соглашусь вам помочь.

Друзья переглянулись и ответил за всех Арий:

– Мы бежали от бывшего префекта Египта.

– О, Юпитер! Так вы рабы самого Гая Септимия?!

– Мы не рабы!

– Да вы хоть ежами назовитесь, но факт остаётся фактом: ваш хозяин один из самых влиятельных и богатых людей империи. Насколько я знаю он на днях отправляется в Рим, на празднование победы над даками… Да, от серьёзного человека вы свалили.

Тото в нетерпении спросил:

– Так ты нам поможешь?

Лысый, оглядевшись по сторонам, ответил:

– Я подумаю.

Купэнтэ проговорил:

– Слушай, чувак. Ты пока думаешь, дай нам пожрать и попить. А то мы в этой клетке до рассвета не доживём.

– Ладно. Еду и воду вам принесут.

Когда лысый удалился, Арий выпалил ему вслед:

– Прохиндей и жулик. Таким доверять опасно.

– А у нас есть выбор? – спросил Тото.

– Выбор есть всегда, но не всегда самый хороший.

Через полчаса раб нубиец принёс им еды и воды. Купэнтэ с ним разговорился и оказалось, что он земляк Тото и даже знает его дядю. Погоревав о нелегкой судьбе, раб ушёл. Вскоре караван тронулся в путь. Львы, гепарды, гиены в клетках были обречены либо погибнуть по пути в Рим, либо стать жертвой венаторов на арене амфитеатра Флавиев.

Арий смотрел в убегающую даль. Сердце сжималось от тоски по родным краям. Он корил себя, что не подумал об опасности оказаться замеченным римскими ловцами за животными. Теперь их везли в мир, от которого они убегали. Оставалась слабая надежда, что лысый ночью поможет им бежать. Арий понимал, что этот прохиндей хочет скрыть от своего покровителя наличие дорогой чаши, поэтому ему важно, чтобы их компания исчезла.

Когда караван остановился на ночлег, лысый подошёл к ним и предупредил, что ночью откроет им клетку и они смогут сбежать. Все обрадовались и стали с нетерпением ждать этого момента. Когда стемнело, к ним проскользнула тень.

– Эй, земляки, – послышался шёпот раба нубийца. Купэнтэ и Тото прильнули к прутьям клетки. Нубией прошептал: – У меня для вас плохая новость… Я слышал, как лысый разговаривал с загонщиками. Вас хотя подставить.

– Как именно?

– Они дадут вам возможность убежать, а потом по следу пустить свору гончих псов. Они вас настигнут и раздерут. Ваши тела отдадут на съедение львам… Будьте осторожны. Да хранят вас Боги.

Нубиец растворился в ночи, а Купэнтэ рассказал Арию, что им поведал их земляк.

– Я чувствовал, что ему нельзя доверять, – Арий был расстроен.

– Что будем делать? – спросил Тото подавленным голосом.

Немного подумав, Арий изложил план действий:

– Когда лысый откроет, сделаем вид, что мы убегаем. Потом вы вернётесь в клетку, а я схожу к Энтеллу и поведаю ему о чаше с камнями. Пусть он решает, что делать дальше… Другого варианта я не вижу.

– Как всё грустно, – выдавил Купэнтэ. – За чашку с какими-то камнями нас готовы разорвать на куски… Куда катится мир?

– Не горюй брат, – Арий похлопал его по плечу. – Мы ещё повоюем, а наши сыновья и внуки покрутят римских девок на своём стволе.

– Ты оптимист.

– Нет… Я реалист.

Не теряя времени, они обсудили план действий, маршрут имитации побега. Требовалась максимальная осторожность, чтобы не разбудить лагерь во время движения.

Когда в лагере наступила тишина, к ним подошёл лысый.

– Готовы? – спросил он.

– Уже давно готовы.

Лысый открыл им клетку, со словами:

– Надеюсь больше с вами не увидимся.

Арий многозначительно ответил:

– Ну, как говорится: богатое воображение порождает события.

Лысый на секунду задержал взгляд и ухмыльнувшись ушёл в темноту.

Друзья стали действовать по плану. Они немного отдалились от клетки, а потом повернули назад и вернулись. Купэнтэ и Тото, осторожна залезли в неё, а Арий как тень направился к кибитке хозяина каравана. Подойдя к ней, он палкой постучал по корпусу.

Через минуту из неё выглянула чернокожая женщина и спросила:

– Что тебе надо?

– С твоим хозяином хочу поговорить.

– Он отдыхает.

– Скажи ему, что скиф пришёл по очень важному делу.

Она одарила его недоверчивым взглядом, но промолчала и скрылась внутри. Через мгновение выглянул Энтелл. Его глаза расширились от удивления и рука потянулась к оружию.

Арий успокоил его:

– Расслабься германец! Я не с войной, а миром пришёл.

– Как ты вообще вылез из клетки?

– Вот это я и хочу рассказать.

– Хм… Я весь во внимании Арий из Скифии.

Он рассказал ему, что лысый, когда проверял их локулусы, нашёл там серебряную чашу с драгоценными камнями и оставил себе. Рассказал кто был их хозяин и насколько эта дорогая вещь.

Арий немного приврал:

– Лысый сам предложил нам побег, чтобы мы ненароком тебе не сказали о ценной находке.

Энтелл побагровел от злости:

– Чёртов ублюдок! Он второй раз меня подводит! – грубо выругавшись, он спросил. – Значит говоришь очень дорогая?

Арий, не разбираясь в стоимости, опять схитрил:

– А краешком уха слышал, что новый префект Египта просил Гая Септимия продать ему эту чащу за один миллион.

– Миллион сестерций?! О, Юпитер! Это же целое состояние!

– Ну, это так говорили, но ты грамотный торговец, сам определишь сколько она стоит. Там камни какие-то шибко дорогие. Может она дороже стоит.

Энтелл сверлил его взглядом:

– Скиф, чёрт тебя возьми! Так почему вы не сбежали?! Зачем ты пришёл ко мне и всё рассказал?

Арий по театральному сделал, печальное лицо:

– У меня возникло подозрение, что нас во время побега хотят прикончить. К тому же я краем глаза заметил, что погонщики собак, как-то подозрительно на нас смотрят.

– Хм… А ты не дурак.

– Когда жизнь висит на волоске, каждый шорох вызывает подозрение.

– Хорошо изрёк. Ценю твою откровенность.

Энтелл свистнул и к нему подошла охрана. Он кивнул на Ария.

– Отведите его в клетку и сразу возвращайтесь назад! – приказал он. – У нас сегодня будет жаркая ночка.

Арий безропотна повиновался, радуясь, что завёл Энтелла и сейчас начнётся самое интересное. Когда он залез в клетку, охрана её закрыла и удалилась.

Купэнтэ спросил:

– Ну, как всё прошло?

– Отлично… Германец на взводе и лысому сейчас достанется по полной, – Арий предупредил. – Только учтите, что я сказал, что он сам нам предложил побег и стоимость чаши я значительно завысил.

– Зачем? – спросил Тото.

– Чтобы слюнки у него погуще были.

Купэнтэ похлопал его по плечу:

– Красавчик! Да ты настоящий знаток человеческих душ… И какую сумму назвал за эту безделушку?

– Миллион.

– А что так мало? Надо было сказать, что три миллиона. Он всё равно тупой, как пень и не разберётся без оценщика.

– Короче, парни, – Арию было не до шуток. – Если будут на нас наезжать, то стоим на своём: Лысый сам предложил нам побег, а чаша стоит миллион… Хорошо?

– Как скажешь, брат, – Купэнтэ улыбался. – Миллион так миллион. Главное, чтобы нас за эту чашку германец отпустил. Не хочу возвращаться к мамаше Гая и её подружками. Они меня изнасилуют в грубой форме. Я такое не переживу.

Друзья тихонько посмеялись. Купэнтэ был мастером задорных шуток. Хотя их ситуация была критическая, но падать духом они не собирались. Прильнув к прутьям клетки, они стали наблюдать, как Энтелл в окружении охраны направился к Лысому, который готовился к травле беглецов собаками.

– Далёко собрались? – спросил Энтелл, подойдя в костру, где стояли погонщик и Лысый.

Лысый растерялся, увидев своего начальника:

– Да, мы вот… всегда на страже. Вдруг что случиться.

– Хм… Это правильная стратегия, – Энтелл сверлил его глазами. – Я вот тоже подумал, что может мне стоит проверить твою кибитку. Вдруг что-то случилось, а я не заметил.

– А зачем её проверять? – голос у Лысого задрожал.

– Да вот мне сон вещий приснился: будто Гай Септимий мне подарок передал, а ты его себе забрал… Хочу проверить, правда это или нет.

– Я… я хотел тебе утром его отдать.

– Хм… А зачем ждать утра? Давай тащи сейчас.

– Да… да я мигом, – Лысый бросился к своей кибитке и вернулся уже с чащей.

Он дрожащими руками отдал её своему господину. При свете костра чаша казалась очень изысканной. Камни переливались, а гравировка как будто танцевала танец огня. Энтелл покрутил её в руках, видно было что она ему понравилась.

– Что пёс шелудивый! – он убедился, что Арий не врал и теперь мог излить свою ярость на того, кто пытался скрыть он него драгоценность. – Ты опять меня решил кинуть?!

– Нет… нет… я не хотел! Я тебе утром бы отдал! Клянусь своими богами!

– Зачем поднял погонщиков и приготовил собак?

Лысый показал в сторону клетки:

– Мне показалось, что скиф с нубийцами хотят сбежать.

Энтелл с размаху ударил его в лицо:

– Врёшь пёс! Это ты их решил выпустить и натравить на них собак, дабы утаить от меня чашу!

– Нет! Нет! Это они меня подкупили!

Энтелл уже не верил ни одному его слову, он был разгорячён и зол, как лев. Камни на чаше засверкали кровавыми оттенками, как будто чаша почувствовала запах крови. Языки от пламени закружились танцем в отражении драгоценных камней, раззадоривая своего нового хозяина.

– Я тебе один раз простил, но теперь вижу, что зря! – он ткнул на него пальцем. – Собачье дерьмо, останется дерьмом, даже если его залить благовониями! Ты сучья морда, чуть не лишил меня хороших рабов, которых я могу продать за большие деньги! И более того скрыл от меня то, что по праву принадлежит мне! Ты грёбаный вор, мать твою!

– Энтелл, прости меня! – лысый упал на колени. – Этого больше не повториться!

– Вот здесь ты прав! – он приказал охране. – Свяжите этому ублюдку руки и ноги! Сегодня он будет пищей для моего льва-людоеда!

Лысый упал в ноги:

– Умоляя! Умоляя прости меня! Я буду вечно твоим рабом!

Энтелл с презрением оттолкнул его ногой:

– Такой раб мне даром не нужен!

Стражники начали связывать ему руки и ноги. Лысый не унимался и просил пощады. Весь лагерь проснулся и люди молча наблюдали.

Энтелл решил произнести слова назидания и обратился ко всем:

Я ваш хозяин и покровитель! – он ударил себя в грудь. – Я обеспечиваю вас работой и кровом, чтобы вы могли жить в этом долбанном мире! Защищаю от посягательств и лечу ваши паршивые болячки! В ответ я прошу одного: абсолютной преданности! Тот, кто это нарушает заслуживает позорной смерти! – он показал пальцем на Лысого: – Этот ублюдок, хотел меня кинуть на деньги! За это я его приговариваю к смерти! Он станет пищей для льва!

– Нет! Нет! – орал лысый, когда стражники тащили его к клетке со львом.

Хищник, предчувствуя пиршество, ходил в нетерпении по клетке и сверкал глазами. Стражники, подхватив Лысого, который продолжал умолять его пощадить, закинули его сверху. Лев, просунув когтистую лапу между прутьями, начал его рвать и ломать. Истошные крики мученика продолжались не долго. Как только хрустнула шея, он умолк. Лев рвал его и ел по частям, ловко засовывая в клетку кровавые куски человеческой плоти.

Арий с друзьями с далека наблюдали за этой сценой.

– Охренеть, – выпалил Купэнтэ. – Я такого не ожидал.

– Собаке собачья смерть, – в словах Ария не было сожаления. – Если бы ваш земляк нас не предупредил, то людоед ел бы то, что от нас осталось.

– С тобой, брат, трудно не согласиться.

Тото спросил друзей:

– А что с нами теперь будет? Ведь чаша у Энтелла и думаю он не хочет, чтобы мы кому-нибудь взболтнули. Мы для него опасные свидетели.

Купэнтэ вздохнул:

– Сейчас он нас не тронет. Утром всё проясниться.

Арий слегка кивнул:

– Да… утром, – он посмотрел на луну и прошептал себе под нос. – Как же тернист и извилист путь домой.

После казни Лысого, все быстро разошлись. Лагерь погрузился в гнетущую тишину, даже собаки не лаяли. С первыми проблесками рассвета, он вновь ожил и заголосил. Люди собирались продолжить свой путь. Погонщики, завалив быка, нарубили мяса и стали кормить хищников. Лев-людоед сытый лежал в клетке, положив лапу на окровавленную голову жертвы.

Энтелл вылез из своего походного жилья и бегая по лагерю отдавал приказы. В какой-то момент он подошёл к пленникам.

– Ну, что беглецы, ночное зрелище узрели? – спросил он с ехидной улыбкой.