Сын и батя ищут маму

— А вот и я! — женщина улыбается, машет рукой, а я чувствую себя придурком, впервые увидевшим живую женщину.

Пялюсь на упругую грудь, туго обтянутую хлопковой футболкой, на джинсы, соблазнительно подчёркивающие стройную фигуру. Разглядываю каждую мелочь в её образе, а когда она выходит из комнаты, послушным телёнком плетусь за ней.

Незнакомка сворачивает в сторону гардеробной с верхней одеждой. Я захожу следом. Прикрываю дверь за нами, чтобы никто не помешал.

Вздрагивает, резко оборачивается. Улыбка быстро сменяется на недоумение. Чуть приподнимает одну бровь в немом вопросе: какого чёрта я творю.

Но я и сам не знаю.

Действую на голых инстинктах.

— Женя, — протягиваю ей руку.

— Мирослава, — немного мешкает, но отвечает.

Кажется, я совсем забыл, как нужно общаться с женщинами. Не до этого было, а может, виной всему именно эта женщина. Мозг отключился, активировались совсем другие части тела. Иначе я не могу даже самому себе объяснить следующие слова, которые срываются с языка:

— Ты не замужем, — констатирую, довольно разглядывая её правую руку: — Мне подходит.

Хмурится, а затем смотрит как на придурка.

Надо признать, в её глазах именно таким я сейчас и выгляжу.

Идиот, не мог нормально познакомиться? Завести обычную беседу? Например, спросить, как добралась. Нет же, решил не искать лёгких путей, а просто переть как танк.

«Эх, Жека, ты бы ещё на плечо закинул и в своё логово утащил», — мимолётная мысль быстро находит отклик в душе.

Даже делаю шаг к ней, но Мира вырывает свою руку из захвата.

— А ты мне нет.

Вылетает из гардеробной, словно самого дьявола встретила здесь.

«Поздравляю, Жекич, это фиаско!»

***

Мирослава

Что это сейчас было?!

Нет, я не про этого странного парня с его непонятным подкатом, а про свою реакцию на него!

Я зависла там, как первокурсница перед популярным мачо-старшекурсником. Стояла и пялилась в его карие глаза, на крупный нос и самоуверенную улыбку. Пыталась разглядеть татуировки на его шее, понять их смысл.

А ещё дотронуться.

Провести кончиком пальца по извилистому рисунку.

До меня и смысл его слов дошёл не сразу, а когда дошёл…

Боже…

Это всё усталость и одиночество, что уже который год сжирает меня изнутри! Только они виной, что мне захотелось на его слова ответить флиртом. Забыть о всех условностях и позволить маленькое безумство на одни выходные. Дальше я бы вернулась в родной город, и о случившемся никто бы не узнал.

Только я вовремя себе напоминаю: этот парень не случайный знакомый из клуба или бара. Он — друг моих друзей. И новые встречи неизбежны. И тогда мне придётся прятать взгляд, врать. Неловких ситуаций будет не избежать.

Нет.

Ни к чему усложнять себе жизнь.

Я трусливо сбегаю от него, от самой себя.

Сразу делаю глубокий вдох. Наполняю лёгкие чистым кислородом, вытесняю морозный аромат Жени, только это не приносит долгожданного облегчения. Дотрагиваюсь руки, где ещё недавно касался меня Женя. Кожа горит, в голове звучит его наглый голос, а стоит прикрыть глаза — вижу его обжигающий взгляд.

Мы провели в одной комнате меньше пяти минут, а он успел пробраться мне под кожу.

Выдыхаю.

И просто заставляю себя не думать о Жене. О чём угодно, но не об этом наглом парне.

«Вот именно, парне! Мира, очнись, он же моложе тебя! Сколько ему? Двадцать пять от силы? И ты ещё думала: посылать его и нет? Совсем одичала, Мира! Пора тебе на свидание выбраться».

— Мир, ты в порядке? — Савва ловит меня за локоть, внимательно заглядывает в глаза.

— Да.

Видит, что я вру, морщится. Мы выросли вместе, Макаров знает меня как облупленную. Смотрит за спину на дверь в гардеробную. Не вижу, но слышу, как открывается дверь, уверенные мужские шаги. Прикрываю глаза, чтобы даже случайно не встретиться взглядом с Женей. А когда открываю, вижу недовольное лицо друга. От его допроса спасает пиликанье моего телефона.

«Мирусь, нам нужно срочно поговорить»

— А ему что от тебя надо?!

Глава 10

«Мирусь, нам нужно срочно поговорить».

— А ему что от тебя надо?!

Хороший вопрос, на который мне и самой хочется знать ответ.

— Рождественская, только не говори, что ты его простила!

— Нет! — меня натурально передёргивает от одной мысли, что я могла простить и вернуться к бывшему мужу. Только не после всего, что он сделал. — Савва, успокойся, умоляю. Я не знаю, что ему нужно. Мы не общаемся. И я не собираюсь к нему возвращаться.

Макаров долго вглядывается в мои глаза, ищет хотя бы маленький намёк на ложь. Неужели я настолько жалко выгляжу, что лучший друг всерьёз думает: я смогу простить бывшему не только измены, но и унижения?

— Прости, просто я как вспомню… — Савва легко догадывается о моём возмущении, обнимает. — Хочешь, я снова с ним поговорю?

— Нет, иначе ты его точно прибьёшь, а этого допускать нельзя. У вас с Алинкой скоро пополнение.

Друг кивает.

— А Женя что от тебя хотел? Я видел, как он пошёл следом.

Жму плечами. Рассказывать другу о словах этого самоуверенного мачо не хочется, но залитое краской лицо меня выдаёт с головой.

— Он подкатывал к тебе?!

— Макаров, ты так удивляешься, будто ко мне и подкатить нельзя, — смеюсь, пытаясь всё перевести в шутку. — Почему мы вообще должны это обсуждать?! Всё, Сав, выдыхай. Иди к жене, а то она, пока ты не видишь, налопается мандаринов, потом опять с сыпью мучиться будет. Я сейчас приду.

Друг бросает в сторону гостиной взгляд, ворчит, что когда‑нибудь женщины сведут его с ума и, мол, он надеется, что Алина родит сына. Макаров снова вглядывается в моё лицо, выискивая что‑то для себя. В итоге кивает и возвращается к общему веселью.

Я какое‑то время вообще не могу пошевелиться. Глубоко дышу. Сначала этот Женя и его слова, потом СМС от бывшего, а до этого тишина. Сколько она длилась? Год, два? Нет, почти три года.

Три года назад я встретила Новый год в новом для себя статусе — в статусе свободной. Нас с Артёмом развели 30 декабря. Очень даже символично получилось. Всё старое оставила в уходящем году, и с 1 января я начала новую жизнь.

Только к новому статусу я оказалась не готова. Почти сразу кинулась в поиски новых отношений. Пыталась доказать себе и Артёму, что все его унизительные слова в мой адрес — ложь.

Но каждая попытка завести новые отношения терпела крах. За годы нашего брака Артём смог полностью уничтожить мою самооценку и поселить в моей голове столько страхов, что дальше третьего свидания моё общение с другими мужчинами не заходило.

В прошлом году я и вовсе оставила попытки с кем‑то сблизиться. Приняла правду, что буду одна, потому что неполноценная, по словам Артёма, ненастоящая женщина, раз даже забеременеть не способна. А мимолётные интрижки меня никогда не привлекали. Но сегодняшняя встреча с наглецом, его слова…

«Нет, Мира, сейчас не время для глупостей».

Идти в зал, где общее веселье, я не готова. Поэтому нахожу кухню. В сушилке беру стакан и набираю ледяную воду прямо из‑под крана. Успеваю сделать пару глотков, когда появляется он.

Сначала я чувствую его взгляд — жадный, собственнический. Он не просто смотрит на меня — лапает. Будто имеет на это полное право. А потом быстро сокращает между нами расстояние. Ловит в ловушку своих рук, окутывает головокружительным ароматом.

Он моложе всех тех, с кем я когда‑либо встречалась, но такой сбивающей с ног мужской ауры я никогда не чувствовала.

Жене не надо что‑то говорить или делать, ему просто достаточно находиться рядом. Прожигать меня своим золотистым взглядом, чтобы я почувствовала предательскую слабость в ногах, чтобы сердце пустилось в пляс, а мысли начали разбегаться в хаотичном порядке.

— Хочу извиниться, — бесцеремонно вторгается в личное пространство, с лёгкостью рушит все мои попытки выстроить границы. Нагло игнорирует мою руку, которой я пытаюсь его оттолкнуть. — Увидел — и башню снесло.

Женя склоняется, проводит носом вдоль лица, громко вдыхая мой аромат. От этого дикого жеста внутри что‑то переворачивается. Сердце и до того бешено колотилось о рёбра, а сейчас и вовсе с ума сошло!

— Я же вижу, Мир, ты и сама не против нашего более близкого знакомства.

Его рука скользит по изгибу моей фигуры, очерчивает, останавливается на ягодице, сжимает. Сдвигается чуть в сторону, и я оказываюсь окончательно зажата между ним и кухонным столом, который упирается в поясницу.

Наглец смотрит в мои глаза, и мне страшно представить, что он видит в них. Моё поражение перед ним, мою минутную слабость.

Заметил. Прочитал всё в моих глазах.

Ухмыляется. Наклоняется в желании поцеловать. Нет. Окончательно капитулировать перед ним я не собираюсь!

Выливаю на его голову ледяную воду из стакана, который всё это время продолжала удерживать.

— Охладись, мальчик, а то мерещится всякое.

Сбегаю в гостиную к остальным гостям. Находиться среди людей — сейчас самое безопасное для меня. Я болтаю с девочками, но то и дело кошусь в сторону входа в комнату. Только Женя так и не появляется. Неужели ушёл?

Чувствую лёгкое разочарование: ненадолго его настойчивости хватило. Но, может, оно и к лучшему?

Спустя время я и вовсе забываю о нём. Перестаю выискивать взглядом.

Дружеские беседы, детский смех и их непосредственная болтовня вытесняют всё: все грустные мысли, усталость. И я окончательно расслабляюсь. Но когда Женя появляется в другой, сухой футболке, я позорно сбегаю.

Прячусь в детской, хотя дети на первом этаже вместе со взрослыми. Сижу на маленьком стульчике и вывожу цветным карандашом какие‑то узоры, пытаясь усмирить сбившееся дыхание и мысли, что галопом скачут от прошлого к настоящему, от страхов и сомнений к соблазну уступить желаниям.

Дверь в комнату едва слышно стукается ручкой о стену, и я оборачиваюсь, уверенная, что пришёл Женя. Но на его месте стоит мальчик. Одиссей. Смотрит серьёзно, сжимает руки в маленькие кулачки, а потом в несколько шагов приближается ко мне.

— У меня к тебе выгодное предложение: два по цене одного.

Мальчик смотрит на меня так серьёзно, что не остаётся никаких сомнений: он идёт на сделку века.

— И что я приобретаю?

— Классного сына в моём лице, а в комплекте — годный мужик в лице моего бати.

Всё‑таки не выдерживаю и выпускаю рвущийся наружу смех. Смеюсь недолго — до тех пор, пока горячее дыхание не обжигает кожу шеи. Поворачиваю голову и попадаю в плен карих глаз, так похожих на глаза мальчика.

— Так что ответишь, Мира? Берёшь нас?