
Полная версия:
Одной жизни всегда мало
– Я тебе подкину, чтобы ты забралась.
– А если ты потом не сможешь?
– Это уже другой вопрос.
– Нет, знаешь, я проникала в главный офис, рискуя своей единственной жизнью, для того, чтобы спасти тебя, а не для бодрой пробежки с нотками адреналина. Так что: или вместе, или никто. Не переживай, как-нибудь запрыгну.
– А, знаешь что…
– Нет, и знать не хочу. По моей команде прыгаем, на счет три. Раз! Два! Три!
Мне показалось, что в этот спасительный прыжок я вложила все силы, что у меня оставались, и когда я смогла ухватиться за край кузова – то готова была уже упасть, но мысли, что мы навсегда можем остаться здесь, никогда не увидим родных, забудем, друг о друге и в принципе останемся в этом мире, будто влили в меня еще немного сил, но которых хватило, чтобы подтянуться и перелезть внутрь.
Очень хотелось хоть немного полежать и отдохнуть, но, к сожалению, в жизни есть такая штука, как время, и в данный момент этого времени было очень мало, а именно, пока не обнаружат, что Джег пропал, и не объявят тревогу.
– Давай, Ли, скоро все закончится, нам надо спрятаться в…мусоре и поглубже.
– Надеюсь, что закончится все не здесь, и тем более не в этой машине. Даже как-то стыдно будет, если поймают нас именно в такой ситуации. А то уйти хотелось красиво, а не…с ароматом бытовой жизни.
– Ты же понимаешь, что если продолжишь только размышлять о красивом уходе, то вообще никуда не уйдешь?
– Как мы поймем, что проехали пост?
Уже откапывая себе место, спросила я.
– С Гепардами мы периодически отш… находились возле офиса, и я заметил, что подъезжая к посту, все машины негромко гудят.
– Зачем?
– Ты думаешь, я подходил и спрашивал? Если так интересно, ты, конечно, можешь…
– Я поняла. Когда услышим гудок, надо быть готовыми.
– Через сколько начнем вылезать?
– Скорее всего, документы тут смотрят мельком, все свои, кому это надо? Так, для формальности. То есть где-то минут пять, не больше. И я в свою очередь тоже подметила одну интересную деталь. Так как окна комнаты у меня выходят на улицу, а не во двор, обзор хороший. Так вот, если я не ошибаюсь, этот самый мусоровоз, едет всегда по одному маршруту, и располагается он близко к моему дому. Если все так, то предлагаю такой план: после гудка мы не высовываемся еще минут десять, а потом надо аккуратно выбраться и наблюдать, увидишь мой дом – наша остановка, главное в темноте не ошибиться.
– Хорошо, мне все нравится. А теперь прошу, ныряй в море мусора, а я сразу за тобой.
То море, в которое предложил мне нырнуть Джег, мягко говоря, приятных ощущений не вызывало. Но выбора не было, видимо, это единственное море, в котором я искупаюсь в этом году. Печально немного.
Каждая секунда в машине, которую мы выбрали для побега, отдавалась очень неприятными чувствами. Единственное, что помогало не вскочить – это рука Джега, крепко удерживающая меня на месте.
Не знаю, сколько еще вонючих минут прошло, но, вдруг, сквозь толщу пакетов мы услышали заветный звук – гудок. Сердце замерло, рука Джега заметно напряглась. Сейчас оставалось надеяться только на удачу, и на то, что охране не придет в голову ковыряться в куче мусорных пакетов.
– Эй, сколько везешь?
– Чего?
До нас тихо, но долетали голоса.
– Килограммов сколько?
– Я взвешивал что ли, по-твоему?
– Ты издеваешься? Мне сейчас что, самому всю машину перерывать и узнавать вес?
– Ты чего ко мне прикопался? Когда мы мусор взвешивали? Ты новенький что ли? Где Блик?
– Полковник Бликицкий в отставке. Я заступил на пост сегодня. Ужесточение дисциплины, с сегодняшнего дня новое правило – вам нужно отчитываться, сколько мешков в вашей машине и их вес?
– Это шутка что ли? Кому надо такое?
– Дисциплина. Я не имею право пропустить вас, пока не будет озвучена нужная информация. В случае отказа – вы задерживаетесь на неопределенный срок, пока не будет получена нужная информация путем вашей озвучки или перепроверкой мной и моими помощниками.
– Да, что б тебя. Всю жизнь нормально работал, так нет, придумают фигню какую-нибудь. Как тебя звать?
– Жестонов!
– Имя то какое?
– Иван.
– Слушай, Иван, мне это все не нужно, пиши там, где тебе надо, мешков – пятьдесят, килограммов – тридцать восемь. Все?
– Откуда эти цифры? Вы говорили, что не считали ничего.
– Из головы, Ваня.
– Так нельзя, все данные проверяются!
– Да как их проверят? И потом, даже если что вдруг, на меня все списывай. А вообще не боись, никто даже попытки делать не будет, чтобы такое проверять. Пиши, что сказал, и поехал я.
– Ладно, но если что…
– Удачи, Ванька!
– Я Иван Жестонов!
– Да, брось, свои все тут. Послужишь немного и поймёшь. Меня можешь звать Пиха.
– От чего сокращали?
– Игнат Пихамов.
– Зачем тут у всех клички?
– Далеко не у всех, ты попробуй в самом центре к кому-нибудь так обратиться, подсказка, лучше не стоит. Это мы здесь, всего нас человек тридцать, вроде как уже и друзьями стали, а в офисе, там все друг друга в чем-то подозревают все время. Так, всё, я поехал, до встречи!
– И вам не хворать!
– На "ты", мы нашим не "выкаем".
– Запомнил.
И машина тронулась. Наверное, в этот момент я готова была закричать на весь мир, как счастлива.
А дальше настал черед отсчитывать секунды, долгие и нудные.
Пять секунд, минута, пять минут, девять.
– Пора!
Я начала вставать. Джег поднялся следом.
– Видишь что-нибудь?
– Вот! Мой дом, смотри прямо!
– Максимум могу найти контуры, ты уверена?
– Я здесь всю с детства росла, ни за что не перепутаю!
– Как слезать будем? По той же схеме, что и залезали, но в обратном порядке?
– Да. Сейчас!
И мы прыгнули. Приземление, не сказать, чтобы было мягким и приятным, скорее оно напоминало весь сегодняшний день с его трудностями.
Но времени себя жалеть, как обычно не было. Быстро поднявшись, мы снова побежали.
– Как дальше будем действовать?
– Попадаем домой, берем книгу и переносимся. Ты первый, я за тобой.
– Нет, я не оставлю тебя здесь одну, ты и так чуть не погубила себя из-за меня.
– Давай ты не будешь…
– Так-так-так, кто это тут у нас?
Пришлось очень резко затормозить, чтобы не врезаться в группу людей. Я еще ничего не успела сообразить, как Джег схватил меня, отодвинул назад и закрыл собой.
– Ой, как мило, пытаешься спрятать свою подружку?
– Что происходит?!
– О, милая малышка еще не догадывается?
– Не называй ее так!
– А я тебя не спрашивал. И тебе никто не давал права мне что-либо указывать, Гежд.
– Джег, что происходит?
– Малышка, приятно познакомиться, меня зовут Дрон, а это мои Гепарды!
Толпа громко загудела, а меня сковал ледяной ужас. Но сознание твердило, что нельзя показывать страх.
– Почему вы называете Джега – Геждом?
– Ну, напоследок, почему бы и не рассказать тебе, малышка? Это клички, переверни имя – и все поймёшь. А с тобой, Гежд…нехорошо вышло. Разве ты не усвоил наш самый первый закон? От Гепардов не уходят! И если ты решил это сделать под предлогом – я болен, да будет тебе известно, что с этой же отмазкой ко мне приходили уже более десятка клонов. Только вот кто они, и главный вопрос – где они сейчас? Считай то, что мы просто сливаем клона – помилованием, ведь сейчас ты узнаешь, что значит наказание.
– Так это вы слили Джега?
– Какая догадливая, девочка. Молодец, ты мне нравишься. Думаю, возьму тебя с собой.
– Не смей!
Сквозь зубы, буквально прорычал Джег.
– Да? А что ты мне сделаешь? Попробуешь отобрать у меня мою новую игрушку?
– Только пальцем ее тронь…
– О, Гежд, ты ничтожество против нас, и все твой угрозы для меня смешны. Ты не захотел по-хорошему, значит, будет по-плохому. Ты уже надоел мне, сейчас я забираю эту малышку, а ты остаешься здесь… Навсегда. Гепарды, фас!
И на нас бросилась вся толпа. Меня мгновенно отделили от Джега и поволокли в сторону, а сзади слышались звуки ударов. Я что-то кричала, пыталась вырваться и не могла поверить, что все закончится так.
Как вдруг, той рукой, которую мне удалось освободить, я дотронулась до чего-то твердого. Мозг еще не успел ничего понять, а тело уже начало действовать. Выхватив пистолет, я выстрелила в воздух. И в этот момент каждая клетка моего организма наполнилась уверенностью.
– Теперь правила диктую я! Еще одно действие без моего приказа и я начну стрелять, и уже не в воздух!
– Ты не посмеешь. Не хватит смелости. Гепарды, отберите у нее пистолет, еще поранится.
Тот круг, что резко расширился возле меня, начал медленно сужаться. Все моё сознание отчаянно кричало о том, что нельзя стрелять в клона, а сердце тихо, но уверенно и твердо принимало решение. Это уже не клоны, это отморозки. И сейчас тот момент: или ты или тебя. А я хотела жить, жить с Джегхпидом и семьей, а жизнь этих Гепардов не стоит и крупицы моей жизни.
И я выстрелила. Кому и куда попала, даже внимания не обратила.
–Еще движение, и я продолжу! Если хотите уйти – сейчас самое время! Пошли вон, коты облезлые!
– Мы еще встретимся, малышка!
– Только если в аду, а я туда не собираюсь!
– Нет, мы еще поговорим в этом мире, и поверь, теперь ходи по улице и оглядывайся, малышка!
– Проваливайте!
– Что встали?! Уходим!
И стая начала удаляться, последним покидал место сражения вожак. Уже из темноты он обернулся на меня последний раз, и мне показалось, что его глаза горели в ночи.
Но даже это сейчас было не важно. Я бросилась к Джегу.
То, что я увидела, повергло меня в шок. За то короткое время, что я доставала пистолет, его изуродовали так, что можно было увидеть только кровь. Везде.
– Джег! Джег! Пожалуйста! Очнись, я шла за тобой не для того, чтобы потерять тебя так! Ты нужен мне, Джегхпид!
– Нужен?
Парень еле открыл глаза.
– Тогда ни за что не умру.
– Боже! Джег!
Парень попытался приподняться.
– Не надо! Не трать силы. Я оставлю тебе пистолет, сбегаю домой и принесу книгу сюда. Очень надеюсь, что успею.
– Я так горжусь тобой, Ли. Я…
– Не трать силы. Жди меня.
– Я решил не умирать ради тебя, так что с "подождать", думаю, проблем не будет.
– Не трать силы. Я быстро.
И после всего случившегося, я снова побежала. К счастью, мусоровоз ехал совсем недалеко от моего дома, всего в минутах семи.
Дом, подъезд, дверь, квартира.
Все мои действия были как будто в тумане и совершались с помощью какой-то магической силы, потому как мои личный уже давно закончились.
Кухня, книга, прикоснувшись к которой, все мое тело наполнило тепло, и стало так легко на некоторое время, но даже, когда приятное ощущение пропало, я стала себя чувствовать намного лучше, чем раньше, дверь, подъезд, очертания человека впереди.
– Ты очень быстро.
– Сможешь сказать все, что нужно?
– Да, главное ты будь рядом.
– Я всегда буду рядом.
– Знаю. Что говорить?
Только сейчас до меня дошло, что по пути обратно, я успела внести Джега в список потенциальных хозяинов. Раз с первым пунктом было покончено, можно было приступать ко второму. Я продиктовала все, что нужно. Даже в таком состоянии, Джег запомнил все идеально с первого раза.
– Говорю?
– Давай!
– Дай мне свою руку.
– Все хорошо, говори.
– Обещай, что перенесешься?
– Я это уже обещала Стаси и Валли, так что теперь ты в их компании, да, обещаю.
Последняя фраза, последняя перевернутая страница, последняя минута в этом мире.
Джега стало окутывать изумрудное сияние с переливами в золотистый.
Его окутало всего, оставалась только рука, за которую я держала парня. Сияние дошло до кончиков пальцев и....перекинулось на меня.
– Что это?
– Так не должно быть?
– Нет, я не понимаю, что происходит.
А тем временем меня уже полностью обволокло изумрудно-желтой энергией.
Но к моему величайшему изумлению – я все еще видела Джега.
– Ты слышишь меня?
– А также вижу и чувствую. Что-то пошло не так, верно?
– Немного.
Я стала вспоминать прошлый переход, и поняла, что сейчас все абсолютно по-другому. Можно было спокойно осмотреть себя и парня, можно б....но тут от общего сияния стало отделяться нечто.
Джег опять заслонил меня собой.
– Все в порядке, мне почему-то кажется, что здесь нам ничего не угрожает и не причинит вреда.
А сгусток энергии все еще отделялся и медленно приближался.
Все его действия были неимоверно медленными, но все равно привели к определённому результату.
И уже через несколько минут перед нами стояла, эм…бесформенная женщина, по крайней мере, мне так казалось.
Она полностью состояла из сияния, просто имела какие-то контуры, но когда она заговорила, я была готова вечно слушать ее голос.
– Не бойтесь. Я не причиню вам вреда. Имени у меня нет, но все обращаются ко мне – Синера, я являюсь хранительницей этой книги и мира, в котором вы сейчас находитесь.
Мне так захотелось поговорить с этой хранительницей, что вопросы посыпались сами.
– А где мы сейчас находимся?
– Это мой родной дом – Энес. К сожалению, я не смогу показать вам его, ведь вы не являетесь чистой энергией.
– А вы…
– Да, все жители Энеса – чистая энергия.
– А как много тут живет…
– Мы называем себя – эны. Да, очень много, никто и никогда не брался считать нас. Наш мир иногда находит место, в котором соприкасается с вашим, и тогда там появляется книга.
– То есть наша – не единственная?
– Нет, конечно. Еще есть десятки таких же, но в руки они даются только чистым людям, тем, кто когда-нибудь станет энами.
– Подождите. Первое, мы же клоны.
– Извините, это привычки. Да, клонам они тоже могут прийти в руки. Твой второй вопрос я и так знаю. Как это – станем энами? При соприкосновении двух миров, наш ищет своих детей. Как? У них в сердце начинает зарождаться Энергия.
– То есть у всех моих родных и семьи Джега… Мы все эны? И как это вообще?
– Нет, Энергия живет только в твоей маме, тебе и твоем муже.
– В ком?!
– Не перебивай меня, Элеонора. Когда Энергия заполнит вас на половину, вы поймете это. И тогда перед вами встанет выбор: остаться в вашем мире или уйти к нам. Как правило, это происходит уже в вашей старости, поэтому почти все уходят к нам. Как это происходит? У нас есть, можно сказать, гонцы. Когда приходит время, они материализуются внутри той Энергии, что находится в человеке, и начинают разговор с ним, входе которого все решается.
– Синера, но вы же не показывались мне в прошлый раз?
– Да, и никому другому тоже.
– Так в чем же причина того, что сейчас вы открываете нам все эти тайны?
– Мне нужно было, чтобы вы были здесь вдвоем.
– Поэтому меня переместило вслед за Джегом?
– Да. С вами все иначе. Я понимаю, что на вас и так выпало множество испытаний и информации, но это необходимо знать. В нашем мире есть одна пара энов, которая является главными. К ним приходят с просьбой или советом, они регулируют всю Энергию. Вы являетесь истиной парой.
– Что это значит?
– Еще до вашего рождения была предрешена ваша судьба. Вы не могли не встретиться, не могли не влюбиться. Вы никогда не расстанетесь. Вы – это единое целое.
– Что?
– Мне нужно, чтобы вы осознали: следующие верховные эны – это вы.
– Я не понимаю.
– Ли, все хорошо, до меня немного доходит, что случилось. Не переживай.
– Да, Элеонора, это ваша судьба.
– Но. Что значит… Впрочем, уже не важно.
– Теперь понимаешь, почему мы так хорошо понимаем друг друга, Ли?
– Да, теперь хотя бы это не кажется странным, хотя, вру, это все странное, но сейчас поддаётся объяснению. И когда…это произойдет?
– Пока неизвестно.
– Хм, замечательно.
– Элеонора, Джегхпид, эны будут счастливы, видеть вас в качестве Верховных, но пока вы нужны в своем мире.
– Подождите, пожалуйста, у меня столько вопросов!
– Не сегодня, не сегодня.
– Но когда?!
Это я уже кричала в пустоту, извините, в энергию. Синера исчезла мгновенно. А сияния стало рассеиваться.
– Все хорошо, Ли, я рядом.
Я посмотрела на Джега и не увидела его.
– Ты здесь?
Ответа не последовало. Немного подвигав рукой, я поняла, что она свободна.
Получается, наш разговор с Синерой закончился, и перенос продолжился, как следует, даже сияние стало чисто золотистое.
Вот я уже могу различить свои руки, а вот и ноги появились.
Ну, здравствуй, мой новый дом.
Очутилась я вновь в своей спальне. За окном была глубокая ночь.
Аккуратно поднявшись, я подошла к двери и приоткрыла ее. От лестницы исходил свет.
На цыпочках добравшись до нее, я увидела следующую картину: за столом сидели все: мои родители, Стася, Валли и ее мама, только Джега не было, и что-то бурно обсуждали, голоса то повышались, то понижались.
И в этот момент входная дверь распахнулась, и на пороге появился Джегхпид.
– Она перенеслась?
– Еще не знаем. Элана-хозяйка ушла спать несколько часов назад.
Это с парнем заговорила моя мама.
– Проходи, Джегхпид, Стася в общих чертах поведала нам всё, в том числе про вас с Эланой. Но детали я хотела бы выяснить у тебя и моей дочки, если она, конечно....
– Она сможет, я верю в нее.
– Мы все тут верим, но боюсь одной нашей веры попросту не достаточно.
Я больше не могла видеть все эти убитые горем и волнением лица.
– Привет. Меня зовут – Элеонора, я клон.
И тут со всех сторон посыпались радостные возгласы, все кинулись ко мне и на перебой начали что-то кричать. Кто-то благодарил, кто-то плакал от счастья, кто-то говорил, как любит меня и весь мир.
А я была счастлива. Просто счастлива от того, что все закончилось, мы свободны и теперь – навсегда!
Но всё это длилось до того момента, пока я не проснулась.
В своей комнате, в мире, откуда не сбежать. На улице лил дождь, а с кухни доносился запах бекона.
Я встала, надела длинную домашнюю футболку и пошла на кухню.
– С добрым утром, доченька!
– Доброе, пап! Что на завтрак?
– Все твое самое любимое, я подумал, что сегодня плохая погода и не помешало бы приготовить для моей дочурки ее самый обожаемый завтрак.
– Спасибо, папочка.
– Ты какая-то грустная. Что-то случилось?
– Мне приснился удивительный сон: мы сбежали отсюда, сбежали все вместе, снова встретились с мамой
– Не накручивай себя, Эланочка, не стоит.
– Я знаю, но так обидно, что сон начинался почти также, как и сегодняшнее утро.
– Бывает. Жаль, что это только сон.
– Кто знает? Может именно сегодня он и сбудется?
Эпилог.
Ко мне сзади подошел Джег и обнял.
– Что пишешь?
– Книгу о нашей жизни.
Муж наклонился и прочитал несколько последних абзацев.
– И почему же она так печально закончилась?
– Мне захотелось, чтобы если в нашей жизни еще осталось что-то плохое, сконцентрировать его и запереть в книге.
– Ну, твое дело. Но знай, я очень не люблю книги с печальным концом.
– Их никто не любит, зато такие книги лучше запоминаются
– Эх, коварная ты. Представляешь, сколько сердец заставишь мучиться?
– Да, ну тебя.
– Ладно. Дай почитать потом.
– Обязательно. Ты детей забрал из школы и садика?
– Не совсем.
– В смысле?
– Мишу утащили к себе Валли с мамой, а Надю твои родители. Знаешь, у нас такими темпами детей отберут.
– Да, не ревнуй ты. Тем более Валли надо практиковаться в воспитании детей, вот родиться скоро свой у нее – у тебя Мишка целыми днями на шее висеть будет. Кстати, Леня с ними?
– Не знаю я, где этот…этот, в общем.
– Может хватит уже? Хочешь ты этого или нет, но тебе придется общаться и вести себя прилично с мужем твоей сестры. А ему бы было тоже не вредно побольше общаться с детьми.
– Не нравится он мне, что я могу поделать?
– Смириться. Леня хороший парень, и если ты отбросишь свои непонятные замашки, то сам это признаешь.
– Всё, забыли его. Мы все уже готовы выходить, ты как?
– Только губы подкрашу и все, а что, Стася тоже готова?
– Не поверишь, Элана, я тоже готова, и Сеня готов, кстати, мои все к твоим в гости поехали.
– Я так рада, что здесь у тебя отличная семья!
– Да, первое время было особенно не привычно. Мои родители и брат любят меня, казалось – это сон.
– Знаешь, сейчас дописала свою книгу, и поверить не могу, что все то, о чем я рассказала в ней, реально произошло с нами. Это фантастика.
– Я тоже, иногда, когда ночью не могу заснуть – прокручиваю все те события, что произошли.
– Да, девочки…Кто бы мог подумать, что мы с Ли поженимся, и у нас будет сын и дочка? Кто мог подумать, что Ви так подставит меня и выйдет замуж за этого, который не нравится мне вообще, еще и ребенка ему родит скоро?
– Ты лучше порадуйся за сестру.
– Да, рад, я, Стася, рад.
– А кто мог подумать, что когда-нибудь мы с вами в четвером будем жить вместе в собственном доме?
– Я на это очень надеялась. А еще до сих пор не верю, что у меня есть Леня.
– Это да, но когда вы уже поженитесь?
– Ах, да. Кстати, я тут вам забыла сказать…
– Что, Станислава?
– Лёня сделал мне предложение!
– Господи, ура!
И на этом наша история не заканчивается. Мы еще многое успеем пережить и сделать. Но сейчас, когда прошло десять лет, именно с того дня, когда началась наша общая новая история, слово "мы" – приобрело очень значимое определения. И теперь "мы" – вместе навсегда!