Четыре стихии одной души

— Я тоже так думаю. Не сегодня – завтра стоит ждать провокации.

— И что нам делать?

Владимир задумчиво посмотрел на молодых магов. Обошёл стол, сел в кресло.

— Та тёмная сейчас отчитывается Дамиану. Сегодня он ничего не предпримет – даст ещё немного времени. Но терпением Де Морвант не отличается. Ставлю на завтра. Случится какая-то провокация – открытое нападение или что-то ещё. Нужно быть наготове. Сделаем вот что. В первой половине дня Мила и Марк останутся на своём посту, но вы к ним присоединитесь. Будете вместе до обеда. Если что-то случится – то именно в первой половине дня. Потом они пойдут отдыхать, а вы остаётесь присматривать за мальчиком дальше.

— Прямо с утра придут? — в голосе Ады чувствовалось сомнение. — Не похоже на Дамиана. Да и времени на «подумать» маловато как-то в этом случае.

— Действуем по этому плану. Идите отдыхайте. Завтра присоединяйтесь к Марку и Миле. Я сообщу им, что их дежурство продлевается.

Ребята вышли из дома Владыки. Глеб потянулся, жмурясь на солнце.

— Тебе не кажется этот план странным? — Ада всё ещё хмурилась. Она чувствовала какой-то подвох, но не могла понять, где именно.

— Слушай, ну Владимир явно знает, что делает. Дорогая, не забивай свою воинственную голову. Сказано – наблюдать – значит наблюдаем. Скажет оторвать тёмному голову и принести на блюде – принесём.

— Вот голову принести – это ты точно с радостью.

— А ты как будто нет? Надрала же задницу той тёмной тогда.

— Не фига было выпендриваться. Сама напросилась.

— Пойдём уже. Нам велено отдохнуть и набраться сил.

***

Вечер следующего дня.

Катарина взяла рюкзак и бросила взгляд в зеркало. В последнее время она побаивалась зеркал – иногда ей казалось, что видит в них какую-то другую, тёмную часть себя. Но в этот раз ничего необычного не произошло – на неё смотрела привычная она сама, без зловещей ухмылки и горящих зеленью глаз. Повернув ключ в замке, она побежала вниз по лестнице и вышла во двор.

В это же время в переулок сворачивали Олег и Ира, в коляске мирно спал их сын.

— Ну, вот. Теперь придётся делать крюк! Как это всё невовремя! — женщина бурно возмущалась.

— Кто знал, что именно в этом месте прорвёт трубу. Аварии никогда не случаются по плану. Ничего, прогуляемся.

— Я устала уже гулять. Домой хочу. А тут эта лужа…

Ада и Глеб привычно держались чуть позади.

— Так ничего и не произошло. Может, не сегодня? У меня от ожидания подвоха уже зубы сводит. — проворчал Глеб.

— Ничего не поделаешь. Мне тоже надоело таскаться везде за ними, словно тени.

Именно в этот момент они почувствовали, что с другой стороны надвигаются тёмные: присутствие ощущалось холодом и покалыванием на коже.

— Сколько их, как думаешь? — всматриваясь в другой конец переулка, спросил Глеб.

— Двое или трое. Сильные.

— Вот сейчас они нам и ответят за свои проделки. — Глеб ударил кулаком о ладонь. — Вздрючим их, дорогая?

— Только не увлекайся. Сейчас наша главная задача – беречь мальчика. Нельзя дать им приблизиться.

— Ясное дело.

Молодые люди ускорили шаг.

Навстречу уверенно цокая каблуками двигалась Беатрис. Рядом семенила Марина.

— Опять она! — Ира уже увидела женщин и остановилась.

Олег закрыл собой жену и коляску с сыном. Но на них не обратили внимания.

— Эй, вы! Хватит уже прятаться по углам! Неужели не хватает смелости выйти и прямо сказать: нам нужен ваш ребёнок!

Ада с Глебом переглянулись: такой откровенной провокации они не ожидали. Ада вздохнула и вышла вперёд.

— Мы хотя бы не запугиваем и не шантажируем, в отличие от вас.

Ира растерянно переводила взгляд с тёмных на светлых, отступая к стене переулка и утаскивая с собой коляску с сыном.

— Ну, да, ну да, — ехидничает Беатрис. — Вы не запугиваете, а просто заманиваете в свою клетку. А что дальше? Каждый шаг – согласовать с вами. Никуда не ходить, не рисковать, не высовываться. Нет, чтобы открыто подойти и договориться. Вы же гуманные – где ваши хвалённые «просветлённость» и тактичность? Нет, же. Проще хитростью заставить действовать так, как вам надо, чем нормально объяснить. Повышение там организовать, квартирку выделить – ту, что удобна вам.

— Нормально? Ваши угрозы – это, конечно, нормальное объяснение, ага! — не выдержала Ада.

Олег осматривал переулок, прикидывая, как уйти, но выход перекрыт с обоих концов: они оказались между ссорящимися людьми.

— Что вообще тут происходит?! Дайте нам пройти! — он поочерёдно смотрел то на одну пару, то на другую.

— Хватит! — Беатрис вскидывает руку, поворачивается к молодым людям с коляской, — Вам предлагали по-хорошему. У вас будет всё, что захотите. Вашему сыну ничего не угрожает, если вы с нами. Он станет великим магом, Владыкой в будущем. Неужели вам не хочется быть родителями Владыки? И при этом не сидеть в клетке, а иметь полную свободу действий? — Олег сжал кулаки, плечи напряглись. — Тогда соглашайтесь! Выбор небольшой: Дамиан всегда добивается своего. Или вы с нами, или ваш сын с нами, а вы – в канаве.

— Что за бред! — Олег отступил назад, оттесняя Иру к стене. — Да кто вы такие и что вам надо от нас?

Ада с Глебом приблизились, отгораживая семью от тёмных.

— И это, по-твоему, договориться? Прекрасные условия, нечего сказать. Ты не можешь угрожать родителям ребёнка или пытаться их разлучить! Проваливайте!

— Сами проваливайте! — Беатрис вскинула руку: появилась огненная сфера, которую она пустила в Глеба.

Ира взвизгнула, схватила Мишу и прижалась к мужу. Глеб выставил щит, и огонь растворился в нём. Ада делает ещё шаг в сторону тёмных, формируя собственный огненный шар.

— Видимо, в прошлый раз ты не поняла: не надо со мной связываться. Сама нарвалась!

Глеб держал щит, с тревогой наблюдая за подругой. Аде пришлось бороться сразу с двумя тёмными: на помощь Беатрис пришла Марина, пуская свои ледяные стрелы.

Воздух в переулке гудел от магической битвы. Всё сопровождалось гневными криками дерущихся, женским визгом и плачем ребёнка. Олег пытался найти выход, способ сбежать – и не находил. Здоровяк рядом с ним держал щит: прозрачная стена светилась и дрожала, отделяя их от схватки. В неё летели то огонь, то ледяные стрелы – тогда щит вспыхивал, поглощая удар. Но вот один из магических ударов задел темноволосую девушку – та вскрикнула.

— Ада! — это здоровяк беспокоился за свою подругу.

— Порядок! Справлюсь. — девушка продолжала атаковать соперниц и была похожа на светящийся вихрь.

***

Уже подходя к переулку, Катарина почуяла неладное.

— Что за хрень… — она втянула носом воздух, принюхиваясь, и прислушалась к ощущениям. — Драка? Здесь?!

Приближаясь к переулку, она уже думала поискать другой путь. Там явно творилась какая-то вакханалия, и вмешиваться или просто появляться там совсем не хотелось. Но… Плач ребёнка, визг женщины – истеричный, полный страха. Катарина остановилась в нерешительности. «Херь какая-то… Драки рядом с людьми запрещены. Что же там происходит?» — она ещё обдумывала, как поступить, когда услышала крик «Ада!». Это был голос Глеба. Доли секунд хватило, чтобы понять: друзья на задании – защищают мальчика. Значит, ребёнок может быть в опасности, раз дело дошло до драки. Сердце бешено колотилось в груди. Если кто-то из ребят будет ранен или погибнет – она в жизни себе этого не простит. И вот она уже несётся вперёд, стараясь быстрее увидеть всю картину.

Очередной шар Беатрис попал в Аду – она успела выставить щит, но всё же отлетела в сторону и, потеряв равновесие, упала. Марина уже сформировала свою ледяную стрелу, готовясь пустить её в Аду.

— Ада, держись! — Глеб готов был броситься на защиту подруги.

Думать было некогда. Ладони ощутили обжигающее тепло, и она швырнула собственный шар в Марину.

— Ааай! Щщщщ! — Марина трясла руками. — Это ещё что? Беатрис, смотри, ещё одна!

— Ты ещё кто? — Беатрис всматривается в Катарину, хмурится.

— Сейчас узнаешь! Лучше проваливайте, а то поджарю!

— Катарина?! — Ада и Глеб явно не ожидали её тут увидеть.

— Какого хрена тут происходит? Вы сдурели?! Магическая битва средь бела дня в людном месте!

Взгляд останавливается на Олеге и Ире. Их лица стоили того, чтобы заглянуть в переулок: смесь ужаса и недоумения.

— Понятно… — она прошла вперёд, встала рядом с Глебом, закрывая собой Олега и Иру. — За ребёнком пришли, так? Обломитесь! Валите к Дамиану и передайте, чтобы катился со своими желаниями куда подальше! Не исчезните по-хорошему – вылетите отсюда, развеянными по ветру! — Катарина вновь подняла руки, готовясь атаковать – на этот раз между ладонями засверкали молнии.

— Не слишком ли ты самоуверенна? Ты ещё не знаешь, с кем связалась.

Ада и Глеб переглянулись, улыбаясь друг другу.

— А ты прям знаешь и уверена в своей непобедимости? Проверим?

— Беатрис… — подала голос Марина. — У неё две стихии… Мы своё дело сделали – можно уходить.

— Да, ты права. Нам тут делать больше нечего. Пойдём. — она бросила на незнакомку ещё один задумчивый взгляд и, развернувшись, пошла прочь.

Катарина выдохнула, обернулась к друзьям.

— Теперь вы. Рассказывайте – что за бедлам вы тут устроили?

— Не горячись! Они первые начали!

— Глеб прав. Эта Беатрис атаковала первая. Нам ничего не оставалось, как защищать мальчика.

— Катарина? — Олег, наконец, пришёл в себя. — Что ты… Как ты… — правда, дар речи всё ещё не вернулся к нему.

— Олег… — Катарина посмотрела в глаза бывшему парню, но быстро отвела взгляд. — Это очень долгая история, я спешу. Они сами вам всё объяснят. — кивнула на Глеба с Адой. — Только нормально объясните – сделайте одолжение. — Это уже относилось к друзьям.

— Да постой ты! — Ада хотела остановить подругу, но та резвым шагом прошла по переулку и скрылась за поворотом.

***

Катарина разъярённым вихрем влетела в бар, схватила бокал, плеснула виски и под недоумевающий взгляд Михаила выпила одним глотком.

— Что с тобой? Что-то случилось?

— Там… В переулке драка была. Чуть не влипла.

Она старалась отдышаться, руки тряслись, мысли путались. Во что она ввязалась?!

— Что за драка? Обойти ты не догадалась?

— Да хотела. Но там пара с ребёнком была – какие-то психи до них домотались.

— И ты, конечно, влезла.

— Ну а как иначе, Миш? Там же ребёнок! Ладно бы пьянчуги какие. Хорошо, рядом парни проходили – быстренько их раскидали.

— Ты в порядке? Работать-то сможешь?

— Не переживай. Нормально. Отдышусь только.

— Как скажешь.

Она уже практически расслабилась и влилась в привычный ритм. Когда над входной дверью прозвучали колокольчики, сообщая о вошедшем. Эту ауру она помнила.

— Да что ж такое! — закрывая глаза и стараясь успокоиться, пробурчала Катарина. — Тебе-то какого хрена здесь понадобилось?!

Бросила взгляд на дверь – ну, точно. Тот тип снова тут. Мазохист он что ли?

— Привет, красотка! Катя, кажется?

— Не беси! Чего тебе?

— Хочу компенсацию за испорченные джинсы. — парень пялился с нагловатой улыбкой.

— Обойдёшься. Заказывать будешь или снова помочь выйти?

— Мне интересно. Что такая, как ты, здесь делает? Да и кто ты такая вообще?

— Работаю я тут. И советую мне не мешать.

— Плесни-ка мне виски.

Катарина скривилась, но просьбу выполнила.

— Так как тебя сюда занесло? Ты чья вообще? Среди наших я тебя не видел. Значит, ты с Владимиром?

«Вот ведь… Настырный какой!».

— Кто такой Владимир? Не знаю таких.

— Детка, не прикидывайся дурочкой. — Парень подался вперёд и шёпотом добавил, — Ты же чуть не поджарила меня в прошлый раз. Думаешь, я не заметил твою магию?

— Что ты несёшь? Я просто вытолкала тебя за дверь. Могу повторить, если понравилось.

— Катя…

— Катарина!

Парень замер и уставился на неё – даже рот приоткрыл, но забыл, что хотел сказать.

— Что? Ненавижу, когда меня зовут Катей. Я Катарина – и никак иначе.

— Та самая?

— Запарил говорить загадками.

— Да будет тебе известно, детка — слово «детка» прозвучало особенно язвительно, — перед тобой сын Владыки Тёмных, Люциан де Морвант. Меня ты обмануть не сможешь – не пытайся.

Катарина испуганно осмотрелась – кажется, никто их разговор не слышал. Наклонилась к парню.

— А мне плевать! Свои понты оставь для других. Меня не пугаешь ни ты, ни твой папаша.

Некоторое время они прожигали друг друга взглядами. Вдруг Люциан рассмеялся – громко, запрокинув голову.

— Нет, ты просто прелесть! Слышал бы тебя сейчас отец! Представляю его физиономию! — парень продолжал ржать.

Катарина невольно улыбнулась, глядя на него.

— Как же тебя Владимир отпустил? Двадцать лет отец не может понять, куда ты делась. А ты – вот она, в простом баре напитки разливаешь! Гениально! Или Соболев сам тебя сюда спрятал?

— Меня не нужно прятать, отпускать или опекать. Я же не зверушка какая.

— Интересно. Поссорилась с Владыкой светлых? Ты нравишься мне всё больше и больше. Знаешь, я и сам с отцом не очень-то лажу.

— Наслышана.

— А как ты скрываешь ауру? Понятно, почему папа не смог тебя найти. Что за фокус?

— Не твоё дело. Чего ты ко мне прицепился?

— У нас много общего. Мы точно поладим.

— Я? Путаться с тёмным? Ещё чего!

— А что не так? Я тёмный, не ладящий с папашей. Ты – светлая, поссорившаяся с Владимиром. Почему бы не объединиться.

— Знаю я одну такую историю. Ничего хорошего из этого не выйдет.

— Ты про своих родителей? Мне жаль, детка. Правда. Но я не Николай, а ты – не твоя мама. Мы можем просто общаться и бесить Владык. Как ты на это смотришь?

Катарина на секунду представила лицо Владимира, когда он узнает о её дружбе с Люцианом. Он точно будет в бешенстве.

— Может, у тебя детство в жопе играет, и тебе нравятся подобные развлечения. Мне это не нужно