Джон Боу. По следу серебряной сферы

Шиза тихо усмехнулся, а Джон лишь улыбнулся уголком рта. Несмотря на усталость и опасность, присутствие Рейги придавало сил – её неугасимый оптимизм и энергия словно разгоняли тьму вокруг.

Казалось, оазис уже перед носом – очертания пальм и сверкающая гладь озера проступали сквозь песчаную пелену всё чётче. Но вдруг, в одно мгновение, всё изменилось. Вдали показалась тёмная фигура – неясный силуэт, едва различимый в вихрях песка. И тут же песок вокруг начал меняться: из золотистого он стал чёрным, как уголь, будто сама тьма пропитала каждую песчинку. Тени, прежде лишь скользившие по барханам, теперь словно ожили – они слились с песком, закружились в диком танце, гонимые не ветром, а какой-то иной, зловещей силой.

С каждой секундой фигура приближалась всё ближе. Тени среди песка вытягивались вперёд, сам песок струился за ними, как шлейф. Воздух стал гуще, тяжелее – дышать сделалось труднее, а звук бури словно отдалился, сменившись тихим, зловещим шёпотом, будто тысячи голосов шептали что-то на непонятном языке.

Наконец, фигура предстала перед путниками во всей своей жуткой ясности. Это была тень, но не простая. Она повторяла очертания человека, но на голове были большие рога. Её контуры постоянно менялись: то вытягивались в длинные, то сжимались.

Рейга невольно отступила на шаг, прижавшись к Шизе:

– Что… что это? – её голос дрожал, и на мгновение даже постоянная болтовня умолкла.

Шиза инстинктивно прикрыл её собой, шерсть на его загривке встала дыбом:

– Тень… Похоже, это тот, о ком говорила Лучияра, Король Теней.

Тень перестала двигаться, она словно замерла, глядя на путников. Джон достал клинок, отпугивающий теней, и поднял перед собой. Лезвие слабо замерцало, словно его силы не хватало, чтобы справиться с надвигающейся угрозой.

– Меня этим не напугать, – вдруг заговорила тень, – я не такой слабый, как остальные.

– Что тебе нужно? – с решимостью в голосе говорил Джон.

– Мир, твой мир, этот и все миры, – сквозь чёрное лицо вырисовывались пылающие злостью глаза. – Я слишком долго спал, меня заставили спать древние. Мои тени сделали недостаточно для поглощения миров и восстановления моего могущества, слишком медленно. Но пришло время мне вмешаться. Я восстановлю своё прежнее могущество! Я – Король Миров, я – Король Теней! – голос тени гулко разносился по пустыне, заставляя песок вибрировать под ногами. – Никто из ныне живущих не сможет противостоять мне. Не стойте на пути, и я вас щедро одарю: вы станете моими тенями, частью меня, будете бессмертно служить мне.

Тень медленно протягивала руку – она неестественно вытягивалась, словно быстро растущая ветка. Как только та достигла Джона, её будто обожгло: ладонь тени зашипела, края начали рассеиваться, как дым на ветру.

– Что это у тебя в руках? – приблизившись ещё ближе, шептала тень. Его голос проникал в сознание, пытаясь найти слабину, посеять сомнение. – Откуда у тебя этот камень?! Кто тебе его дал? Как ты посмел использовать мое сердце против меня!

– Твое сердце? Этого не может быть! Это часть сердца миров! – с серьезностью в голосе говорил Джон. Камень в его руках словно узнал хозяина и стал сопротивляться воле Джона. Тот убрал его в карман.

Король Теней издал хриплый, скрежещущий смех, от которого задрожали барханы:

– Сердце миров… Какое красивое название придумали слабые! Когда‑то это было моим сердцем – источником моей силы. Древние были моими советниками, они отняли его у меня, раскололи на тысячи осколков и заточили меня в луну. Они боялись моего могущества. Жалкие предатели! Я создал этот мир! Они забрали его у меня, переписав историю! – тень быстро начала менять размеры, её голос звучал ещё более устрашающе, эхом разносясь по пустыне.

Фигура Короля Теней выросла до небес, рога пронзили тучи, а от каждого его шага песок вздымался чёрными столбами. Воздух стал густым и тяжёлым, дышать сделалось труднее.

– Уходи! – сквозь черный песок появилась девушка.

– Анна! Не подходи к нему, что ты делаешь? – закричал Джон. Он бросился на помощь, клинок в его руке засветился голубым светом, но тень уже заметила новое появление.

Король Теней повернул голову к Анне, его пылающие глаза сузились:

– Ещё одна глупая смертная? Думаешь, твоё колдовство остановит меня?

Анна встала в центр круга, начертанного на песке, и начала произносить заклинание на древнем языке. Слова звучали как шелест звёзд, как дыхание луны:

«Лумина этернис, вектра лунарис»

Сияющий круг под её ногами вспыхнул, отбрасывая лучи света во все стороны. Тени вокруг начали рассеиваться, их вой превратился в жалобный стон. Буря в мгновение рассеялась.

Но Король Теней лишь рассмеялся – звук напоминал скрежет камня о камень:

– Жалкие чары! – он взмахнул рукой, и один из чёрных вихрей, стер сияющий круг. Из тени вырасли черные кнуты, казалось, что они продолжения бесчисленного множества рук, выливающихся из тени.

– Отвлеките его, мне нужно время, что бы подготовиться. – Кричала Анна Джону.

Он кивнул в ответ и бросился в бой, его клинок, сияющий голубым светом, отсекал кнуты, которые Король Теней метал в путникв одно за другим. Отчаяно нанося удары, Джон уворачивался от следующих. Клинок оставлял на теле тени серебристые следы, но не наносил особого урона.

Рейга, наблюдая за ходом битвы, решительно достала свой лук и единствунную потрепанную стрелу из своего колчана. Она натянула тетиву и прицелилась в грудь Короля теней – стрела со свистом направилась в сторону врага и вонзилась прямо в цель. Тень лишь вздрогнула. Стрела тут же отделилась от тела и, сверкнув вернулась в руку Рейги. Она тут же снова натянула лук и повторила выстрел.

Тем временем Шиза подбежал к Джону и выкрикнул:

– Дай мне клинок, я попробую подобраться ближе.

Джон протянул оружие:

– Держи! Покажи на что ты способен!

Шиза, собрав все силы прыгнул вперед и начал ловко перескакивать по теневым выступам, уворачиваясь от многочисленных рук и кнутов. Наконец, добравшись до спины, он увидел ярко красную точку:

– Вот оно, уязвимое место. – Шиза уже замахнулся, готовясь вонзить кинжал.

Но Король Теней почувствовал угрозу и резким, почти неуловимым движением он сбросил со своей спины койота. Шиза отлетел на несколько метров и рухнул на песок. Не давая ему опомниться тень взмахнула рукой – из нее вырвался новый теневой кнут и пронзил Шизу. Койот издал короткий стон и замер, безжизненно лежа на песке.

– Анна! Заканчивай заклинание! – крикнул Джон, не отрываясь от боя. Он парировал очередной удар теневого кнута.

Анна, стоя в центре едва заметного контура разрушенного круга, сосредоточенно сплетала пальцы, шепча слова древнего заклинания. Её ладони светились мягким серебристым светом, который постепенно разрастался. Линии узора на песке медленно проступали заново – они мерцали, словно звёзды, и с каждой секундой становились ярче.

– Ещё немного… – тихо произнесла Анна, её голос дрожал от напряжения.

Рейга, опустившись на колени рядом с безжизненно лежащим Шизой, положила руку на его тело, прикрыв рану.

– Держись, Шиза, – прошептала Рейга. Но Шиза уже не дышал.

Анна закончила подготовку заклинания, не хватало только одной детали.

– Джон! Мне нужен твой камень, – со спокойствием в голосе говорила девушка.

Джон на мгновение замер, достал камень из кармана. Артефакт пульсировал тёплым алым светом, узор на руке Джона заиграл в такт биению сердца. Он без колебаний протянул камень Анне:

– Возьми. Используй всё, что нужно.

Анна приняла камень – тот вспыхнул в её ладонях ярким светом. Она закрыла глаза, сосредоточилась и начала произносить заклинание на древнем языке, слова которого эхом отдавались в воздухе:

«Лумина этернис, вектра лунарис»

Свет от магического круга и камня слились в единое сияние. Оно оттолкнуло остатки тьмы вокруг путников – чёрные вихри зашипели и растворились, кнуты рассыпались в пепел.

Тень, до этого угрожающе возвышавшаяся над пустыней, замерцала и запульсировала. Её очертания начали дрожать, словно изображение на воде, потревоженной ветром. Фигура тени начала уменьшаться, сжиматься, теряя массу и плотность. Свет, исходящий от камня и заклинания Анны, оплёл её, как паутина, стягивая воедино. Частицы тьмы пытались разлететься в стороны, но лучи света ловили их, поглощали, превращая в мерцающие искорки.

Наконец, тень сжалась до крохотного чёрного шара, который на мгновение замер в воздухе – и с тихим хлопком исчез. На мгновение стало тихо и безветренно. Песок перестал вздыматься, тучи разошлись, открыв лазурное небо, а воздух наполнился свежестью, словно после грозы. Перед ними в полумиле виднелся оазис.

Анна опустила руки. Девушка тяжело дышала, лицо побледнело от напряжения. Маленькая мармозетка испуганно вылезла из капюшона, цепко ухватилась за край ткани и уставилась на Анну большими круглыми глазами – в них читались тревога и ожидание.

Она слабо улыбнулась, стараясь успокоить зверька, осторожно погладила мармозетку по мягкой шёрстке между ушами. Та тихонько пискнула и чуть расслабилась, но всё равно продолжала настороженно оглядываться по сторонам.

– Всё хорошо, – прошептала Анна, переводя дыхание. – Мы справились. Пока. Нам надо уходить, – собрав всю серьезность говорила девушка. – Он еще вернется. – Она отдала камень Джону и отстраненно направилась в сторону оазиса.

Рейга всё ещё стояла на коленях рядом с Шизой, её руки лежали на теле койота. Она медленно подняла взгляд на Анну, в глазах стояли слёзы.

– Он… не дышит, – тихо произнесла Рейга, голос дрожал. – Ты просто так уйдешь?

– Да, – все так же холодно и отстранненно, с усталостью в голосе говорила Анна.

Джон подошёл к безжизненному телу Шизы, опустился рядом, положил руку на шерсть койота… Его тело превратилось в песок, а душа будто превратилась в тень исчезая в воздухе, с телом исчез и клинок.

Буря кончилась.

Глава 17. За гранью смерти

– Где я? – словно очнувшись от сна, бормотал Шиза. Он всё ещё лежал на том месте, где его проткнул кнут и где он, как ему казалось, умер.

Он поднялся на ноги, пошатываясь, и провёл лапой по телу – раны не было. Озираясь по сторонам, Шиза не мог поверить, что он всё ещё в пустыне: вокруг по-прежнему простирались песчаные барханы, а небо оставалось таким же безоблачным и жарким.

Вдруг он заметил тонкую красную нить – она окутывала его тело, словно держась из последних сил, а другой конец уходил куда‑то вдаль, в сторону оазиса. Шиза осторожно потрогал её лапой – нить не имела текстуры, но он ощутил слабое тепло и едва уловимую пульсацию.

– Я живой? – прошептал он, всё ещё не веря в происходящее. – Что это за нить? Она меня с чем‑то связывает?

Шиза сделал шаг вперёд – линия слегка натянулась, но не порвалась. Он обернулся, проследив за ней взглядом: она тянулась через пустыню, исчезая за ближайшим барханом.

– Если она меня с чем‑то связывает, – вслух рассуждал койот, – значит, кто‑то не дал мне уйти окончательно. Джон? Рейга?

Он присел на песок, пытаясь собраться с мыслями. Память возвращалась обрывками: вспышка боли, тьма, ощущение падения в бездну… и затем – голос. Тихий, настойчивый голос Анны, читающей заклинание.

– Они что, держат меня здесь какой-то магией? – Шиза нахмурился, но тут же усмехнулся. – Хотя… если бы не это, я бы сейчас не стоял тут.

Койот отряхнул шерсть от песка и посмотрел в ту сторону, куда уходила красная нить.

– Что ж, – сказал он сам себе, – если мне дали второй шанс, глупо его терять. Раз эта штука ведёт к друзьям, значит, я пойду по ней. И когда найду их, устрою им допрос с пристрастием: что это за фокусы с воскрешением?

Шиза сделал первый шаг по следу красной нити. Та слегка мерцала, будто подбадривая его. Песок хрустел под лапами, солнце припекало спину. Сделав еще пару шагов вперед, Шиза замер, его не покидало чувство, что он тут не один.

– Кто здесь? – Шиза принял боевую стойку, в руке у него был сжат клинок Джона. – Выходи, я тебя чувствую.

– Ты не живой, но и не умер, – перед ним появилась фигура.

Шиза узнал ее, это была девушка с его карты Таро "Хранительница". Одежда на ней была практичной, но не лишённой изящества – лёгкая туника до середины бедра из мерцающей ткани, похожей на сплетение тумана и звёздной пыли. По краям туники шла вышивка в виде древних символов, которые то вспыхивали, то угасали в такт пульсации света. Поверх туники был накинут короткий плащ с капюшоном – он казался сотканным из теней и лунных лучей, плавно перетекающих друг в друга. На поясе виднелся небольшой кожаный мешочек с рунами и тонкий серебряный кинжал в простых ножнах – не оружие для битвы, а инструмент для работы с границами миров. На ногах – высокие сапоги из мягкой кожи с металлическими вставками, украшенными теми же символами, что и вышивка на тунике.

Её лицо было спокойным и сосредоточенным. Черты – тонкие, почти идеальные: высокие скулы, прямой нос, чуть заострённый подбородок. Большие карие глаза смотрели прямо на Шизу, и в их глубине таилась древняя мудрость, не соответствующая юной внешности. Взгляд одновременно манил и предостерегал – словно предупреждал, что за этой красотой скрывается сила, с которой нельзя шутить.

– Люсия? – протирая глаза, говорил Шиза.

– Да, Шиза, это я. Мы находимся вне миров, за гранью смерти, моя душа тут, потому что мое тело забрала сфера, а твоя – потому что тебя убили. – Твердо отвечала Люсия.

Она выглядела почти так же, как на карте, но теперь Шиза заметил детали, которых раньше не видел: она словно парила в воздухе, на её руках и шее едва виднелись очертания теневых оков. Шиза посмотрел на свои лапы – и тоже их заметил: тонкие, полупрозрачные цепи тянулись от запястий и щиколоток, едва касаясь песка, будто не могли полностью материализоваться в этом месте.

– Мы тут в заточении? – напряжённо спросил Шиза, пытаясь слегка дёрнуть лапой. Оковы не сковывали движения, но ощутимо холодили кожу. – Как нам выбраться отсюда?

Люсия печально кивнула, коснулась пальцами своих оков – те чуть ярче замерцали:

– Только Джон может нас освободить. Он не обычный человек. В отличие от меня, ты, Шиза, связан с Джоном этой красной линией – она исходит из камня, что он носит с собой.

Шиза нахмурился, вспоминая:

– Не обычный… Кто он? Он же избранный сферой?

– Я не могу тебе сказать, все прояснится само. Он избран не сферой, – тихо ответила Люсия, опустив взгляд. – Но пока он сам не вспомнит, кто он на самом деле, ему нельзя говорить.

Шиза опустил глаза на красную нить, обвивавшую его тело. Она пульсировала слабым светом, словно жила своей жизнью.

– Значит, я действительно умер… – прошептал он. – Как тогда я вернусь в своё тело?

Люсия подняла взгляд, в её глазах снова вспыхнули звёзды:

– Твоя связь с Джоном… Пока Джон жив и носит камень, у тебя есть шанс вернуться.

– То есть я должен добраться до него? – Шиза сжал когти. – Но как? Я даже не знаю, где он сейчас.

– Нить покажет путь, – сказала Люсия. – Она ведёт к нему. И чем ближе ты будешь, тем сильнее станет связь.

– А ты? – Шиза посмотрел на девушку. – Ты пойдёшь со мной?

Люсия покачала головой:

– Мои оковы крепче. Я не могу уйти просто так, потому что я не умерла. Я здесь, потому что сфера – это тюрьма, она не может быть пустой. Джон должен освободить меня и запечатать в ней Короля Теней, тогда все тени тоже вернуться туда, где им место. Но я могу помочь тебе – дать немного силы, чтобы ты смог пройти через опасность. Будь осторожен. Не дай Джону сомневаться в себе, иначе он никогда не вспомнит…

Она подняла руку, и от её ладони отделился крошечный серебристый огонёк. Он плавно подлетел к Шизе и впитался в его грудь, оставив после себя приятное тепло.

– Это частица моей воли, – пояснила Люсия. – Если почувствуешь, что нить слабеет или оковы начинают тянуть тебя назад, сосредоточься на этом тепле. Оно поможет удержаться и продолжить путь.

Шиза глубоко вздохнул, посмотрел на красную линию – та вдруг ярко вспыхнула, указывая путь за барханы.

– Хорошо, – твёрдо сказал он. – Я иду.

– Будь осторожен, – прошептала Люсия. – На границе бродят те, кто охотится на заблудшие души. Они не должны тебя видеть. Но помни: пока Джон жив, у тебя есть опора. Доверяй связи между вами. Я не могу продолжать путь с тобой.

Шиза кивнул, сделал первый шаг вперёд. Люcия словно растворилась в песках. Оковы чуть звякнули, но не остановили его. Красная нить вела вперёд, а в груди теплилась частица силы Люсии – слабый, но верный маяк в этом странном, искажённом мире.

«Держись, Джон, – подумал Шиза. – Я иду к тебе. И на этот раз мы разберёмся, что за тайны ты хранишь».

С этой мыслью Шиза отправился по пути, который указывала тонкая нить.

Ему казалось, что он идет уже несколько часов, но посмотрев вокруг, понял, что стоит на месте. Время в этом странном месте текло иначе: солнце застыло в зените, тени не менялись, а песок под лапами казался то вязким, как болото, то рассыпчатым, словно пепел. Красная нить, пульсируя, вела его через бесконечные барханы, иногда ныряя под песок и вновь появляясь чуть дальше.

Тени вокруг начали собираться, скользили вдоль барханов. Они то отставали, то подкрадывались ближе, шептали на грани слышимости:

– Шиза… ты же хочешь вернуться к жизни?

– Король теней даст тебе всё. Тело, силу, власть…

– Найди сферу и ключи. Отдай их – и станешь его правой рукой.

Шиза стискивал зубы, стараясь не слушать. Но тени не унимались:

– Люсия лжёт. Джон слаб. Он никогда не вспомнит, кто он на самом деле.

– Нить – это не спасение. Это цепь. Король теней может её разорвать… если ты послушен.

Он остановился, тяжело дыша. В груди теплился серебристый огонёк – частица силы Люсии, – но даже он не мог заглушить вкрадчивые голоса.

– Оставьте меня в покое! – рявкнул Шиза.

– Зачем сражаться? – прошипела одна из теней, окутывая койота. – Ты уже мёртв. Король теней подарит тебе новую жизнь. Найди сферу и ключи – и всё будет твоим.

Шиза сжал клинок Джона. Сомнения закрались в душу: «А что, если они правы? Что, если Джон не справится? Что, если это единственный шанс?»

Тени зашипели, сгущаясь вокруг него:

– Без нас ты ничего не добьёшься!

– Без нас ты не дойдёшь до Джона!

– Мы – твоя единственная надежда!

Шиза глубоко вдохнул, сосредоточившись на тепле в груди. Мысль о том, что Джон мог быть не прав, что все может оказаться иначе, не покидала его. В настоящем мире он бы никогда не стал сомневаться в Джоне, но сейчас, находясь за гранью смерти, его посещают сомнения.

– Мне нужно время подумать. Уходите. – резко ответил Шиза. В его голове сомнения брали верх.

Он взмахнул клинком – тот вспыхнул серебристо‑алым светом, рассекая ближайшую тень. Та вскрикнула и рассыпалась в дым. Шиза ускорил шаг, крепче сжимая клинок. Тени все еще преследовали его – но их шёпот уже не был таким навязчивым.

Однако слова теней пустили корни в его сознании. Образ новой жизни, полной силы и власти, становился всё более притягательным. Перед глазами всплывали картины: он снова жив, он уже не кажется местным сумасшедшим, его уважают, он стоит рядом с Джоном, но уже не как равный – как могущественное существо, способное защитить друзей от любой угрозы.

«А что, если Король Теней действительно может дать мне это? – думал Шиза. – Что, если он и правда сильнее Джона? Что, если я смогу спасти всех – Люсию, Джона, остальных – только приняв его предложение?»

Огонёк в груди начал тускнеть, словно теряя силу из‑за его сомнений. Красная нить, до этого ярко пульсировавшая, вдруг потемнела, стала почти чёрной, а её пульсация замедлилась.

– Видишь? – прошипела ближайшая тень, будто прочитав его мысли. – Сама связь с Джоном ослабевает. Она не выдержит. Король теней предлагает тебе настоящую силу.

Шиза остановился. Он посмотрел на нить, потом на клинок в своей лапе. Вспомнил слова Люсии: «Не дай Джону сомневаться в себе…»

Койот закрыл глаза. В голове царил хаос: голос дружбы боролся с голосом страха и желания жить. И постепенно второй начал побеждать. Голоса в голове были невыносимы.

– Хорошо, – тихо произнёс Шиза, опуская клинок. – Я… я согласен. Скажите, что нужно сделать.

Тени радостно зашипели, смыкаясь вокруг него:

– Мудрое решение, Шиза. Теперь слушай внимательно… Тебе нужно вернуться к Джону, найти сферу и остальные ключи, в момент, когда он захочет открыть сферу ты должен капнуть каплю из этого флакона, – тень передала Шизе маленький флакон из чёрного вулканического стекла, с выгравированными по спирали рунами, которые слабо мерцали в полутьме. В нём плескалась густая, почти чёрная жидкость, словно собранная из сгустков самой тени, – что бы выпустить тени, которые не успели выбраться в мир, тогда, Король вознаградит тебя… Вернувшись в мир, ты не будешь помнить о договоренностях до самого конца…

– Я согласен.

Как только последние слова сорвались с губ Шизы, холодные оковы, сковывавшие его тело, рассыпались прахом. Красная нить, протянувшаяся сквозь сумрак, вспыхнула ярче, пульсируя в такт далёкому ритму, и потянула его вперёд – к выходу.

Шиза уже видел перед собой арку, она явно не вписывалась в общий пейзаж, она была каменной и вся покрыта плющом. «Это выход», – уверенно подумал койот. В арке он видел Рейгу и Джона, которые собирались с мыслями, чтобы отправиться дальше в путь. Они шли в сторону оазиса.

Шиза сделал пару шагов вперед, как заметил, что трое фигур в плащах из лоскутов забытых воспоминаний стояли полукругом у самого выхода в другой мир, словно специально перекрывая путь. Их маски, похожие на треснувшие зеркала, отражали обрывки чужих жизней. Один из охотников медленно поворачивал голову из стороны в сторону, будто принюхиваясь к воздуху. Второй что‑то чертил на земле костяным пальцем – линии складывались в сложный узор, напоминающий ловушку. Третий просто стоял, скрестив руки, и смотрел прямо туда, где замер Шиза. Койот спрятался за ближайшим песчанным бураном.

Сердце Шизы забилось чаще. Он инстинктивно сжал флакон с тёмной жидкостью в кармане. Красная нить на запястье слабо пульсировала, напоминая о цели – но идти напролом было самоубийством. Охотники превосходили его силой, а тут, за гранью смерти, любое неосторожное движение могло привлечь внимание.

«Тише, – прошептал внутренний голос. – Нить знает путь. Доверься ей».

Шиза сделал глубокий вдох, стараясь унять дрожь. Нить на запястье слегка натянулась и чуть изменила цвет – из алой стала полупрозрачной, почти невидимой.

Где‑то позади раздался резкий окрик одного из охотников. Шиза замер, вжался в песок.

– Чувствуешь? – донёсся голос. – Здесь была душа. Совсем недавно.

– Она не могла уйти далеко, – отозвался второй. – Ловушка почти готова.

Шиза задержал дыхание. Нить на запястье вдруг скользнула вниз и размножилась, направляя свои щупальца в сторону охотников. Тонкие алые отростки, похожие на живые корни, бесшумно поползли по земле, огибая ловушки, которые успел начертить один из охотников. Они двигались стремительно, но плавно, словно потоки расплавленного воска.

– Что это? – спросил один из охотников, его голос дрогнул. – Здесь что‑то… чужое.

Нити в мгновение обвивали каждый участок тела охотников до тех пор, пока те не рухнули на землю. Они замерли, скованные алыми путами. Их маски треснули, обнажая бледные, искажённые лица – не человеческие, а какие‑то древние, с пустыми глазами и заострёнными чертами. Плащи из лоскутов забытых воспоминаний начали осыпаться пеплом, будто время настигло их раньше срока.

Стараясь двигаться бесшумно, Шиза нырнул в проход. Здесь было темнее, а воздух пах сырой землёй и металлом. Нить вела его всё дальше, огибая ловушки, уводя от патрулей охотников. Он слышал их голоса – они искали, обшаривали каждый уголок, но пока не догадывались, что добыча уже ускользает.

Ещё один поворот – и Шиза уже стоит на том месте, где он умер.

Глава 18. Оазис

Джон и Рейга были убиты произошедшим с Шизой, им нужны были ответы – и они последовали за Анной в оазис. Путь был недолгим, едва ли в полмили: песчаные горы постепенно сменились зелёными пальмами, воздух наполнился свежестью и пением птиц.

Джон остановился на границе пустыни и оазиса, глубоко вдохнул влажный, насыщенный ароматами трав воздух и удивлённо огляделся. Перед ними раскинулась настоящая жемчужина среди песков: высокие финиковые пальмы с широкими листьями шелестели на ветру, между ними виднелись кусты с яркими цветами, а вдалеке мерцала гладь небольшого озера, окружённого тростником.

– Невероятно, – прошептал Рейга, проводя рукой по листьям ближайшего кустарника. – Ещё час назад вокруг были только пески и палящее солнце…

– Нужно найти Анну, если она тот странник с карты Шизы, то она может помочь нам найти сферу и оставшиеся ключи. – задумчиво говорил Джон.