скачать книгу бесплатно
Сергей, сдавшись, потянулся за наполовину пустой уже бутылкой. Рамиль развалился рядом на диване и, хмурясь, вбивал необходимые по его мнению параметры.
– Ты хоть говори, что делаешь? – занервничал Сергей. Что- что, а вкусы на женщин у них никогда не совпадали.
– Да так…Возраст тебе на выборке до тридцати поставил, а то на тридцатипятилетние жопы ты и на работе можешь насмотреться…
Соболев на это заявление только глаза закатил и плеснул Раму коньяка в бокал.
– И расстояние…уменьшил…Всё! Листаем!
В черных глазах приятеля вспыхнул азарт настолько заразительный, что и Сергей неожиданно ощутил мощный вброс адреналина. Так-то глупости всё это, весь этот интернет. Соболев, будучи достаточно старомодным по своей сути человеком, в подобные знакомства мало верил и ещё реже ими пользовался. Да и, правду сказать, ни разу ничего путного и не выходило. Но вот так, вместе и как-будто в шутку, было почему-то весело и волнительно.
Предчувствие, что надвигается на него нечто необычное, можно сказать, даже судьбоносное, задрожало внутри тонким переливом. И Соболев, сделав большой глоток из своего бокала, пристальным взглядом уставился на экран.
– Хммм…
Первая девушка была слишком вызывающе, аляписто накрашена. И брови какие-то непонятные, сбрила она их что ли?
– Нет,– нахмурился Сергей.
Вторую молча отлистнул сам Рам. Третью тоже. Четвертая была вроде ничего, и они дружно поставили ей лайк, но ответного лайка не последовало.
– Потому что фотка у тебя гавно, Иваныч,– вдумчиво изрёк на это Керефов. За что получил ласковый дружеский подзатыльник от Соболева и продолжил листать дальше.
Где-то с седьмой претенденткой они дошли до переписки, но девушка оказалась уж больно недалёкая, что ощущалось буквально с первого же предложения. А Соболев недалеких не любил. Даже для таких целей. У него аллергия была на слишком ярко выраженную человеческую глупость, а уж на женскую тем более. И, хотя Рам был против, вполне справедливо считая, что не в библиотеку Сергей с ней собирается, Соболев знакомство всё-таки быстренько свернул.
– Как же тебе сложно живётся, Серёга, – пробормотал себе под нос Рамиль и, тяжко вздохнув, послушно продолжил листать.
Восьмая сразу нет, девятая тоже. Десятая…И тут Соболев с Рамом подвисли, правда, причины у них были разные.
На фотографии незнакомая женщина в черном, плотно облегающем её фигуру платье- футляре до колен, стояла к ним спиной и любовалась видом вечернего города сквозь панорамное стекло балкона или террасы. Густые русые волосы жидким золотом растеклись по её плечам и спине, лёгкий поворот головы демонстрировал лишь кончик чуть вздёрнутого носа, но не открывал лицо, завешенное светлыми локонами. Узкие покатые плечи, чуть полноватые сверху, но тонкие в запястьях руки, выраженная талия, длинные ноги с хорошо прорисованными икрами, босые стопы и…
– Блин, вот точь-в-точь задница…– удивленно пробормотал Соболев, жадно впиваясь глазами в бёдра незнакомки.
Разве так бывает? Он поверить не мог. Или у него уже галлюцинации? Ой, да неважно, она ему точно нравится! И подходит. Все гештальты разом…Пальцы зачесались от желания вырвать телефон из рук приятеля и поставить заветный лайк. Но Рам не дал, отпихнув его локтём, и продолжая пристально вглядываться в фотокарточку. Соболев нахмурился. Ну что ещё? И вообще, его найденная жопа. У Керефова вон Лена есть…Пусть ею любуется…
– Дай сюда, Тиграныч,– пр
орычал грозно Соболев, снова потянувшись за телефоном.
Но Рам только озорным и слегка ошалелым взглядом его одарил.
– Слышь, Серёг, а это какая-то соседка наша! Ты на вид посмотри за окном. У тебя ведь точно такой же! И пишет…"находится от вас в десяти метрах"…Прикинь?
– Точно…– Соболев нахмурился, до рези в глазах вглядываясь в едва уловимый профиль.
Нет, не узнавал. Он бы скорее решил, что это Любовь Павловна ему каким-то невероятным чудом попалась, но, во-первых, дом у них был элитный. Откуда у разведённой ординаторки из Краснодара такие деньги? Даже на съём? Маловероятно. Потом Соболев вспомнил саму Любовь Павловну: её строгую и спокойную манеру держаться, скупые улыбки, некоторые жесты словно у помещицы из девятнадцатого века, ну, на крайний случай начала двадцатого. И вот эта вот пава Любовь Павловна и тиндер…Ну точно нет! Ересь какая-то…Да и возраст…Этой тридцать…
– Узнаешь?– с надеждой покосился на друга.
Рам лишь плечами передёрнул.
– Да нет…Может в гости пришла?
– Может.
На экране высветился ответный лайк, Соболев вытер о бедро вспотевшую ладонь. "Неожиданно нервно всё это…"– рассеянно подумал про себя. Хотя поводов вроде бы нервничать не было. Незнакомый же человек, ну нет и нет, подумаешь! Но было страшно упустить почему-то…Так страшно, что Сергей смалодушничал и промямлил.
– Так, Рам, давай ты, а то не силен я в переписках этих…
– А я, думаешь, силе…– начал было Рамиль, но проглотил продолжение под скептическим взором приятеля. Вместо этого только, хмыкнув, шепотом сказал,– Только Ленке не говори, что я тебе тут баб снимаю, а то устроит мне… БДСМ- вечеринку…
– Не переживай, Тиграныч. Если и отшлепают, то не по моей вине,– заверил друга Соболев.
Рамиль, фыркнув со смеху, застрочил необходимые приветственные банальности. Сергей налил себе ещё уже подходящего к концу коньяка и залпом выпил. Горло обожгло горячей горечью, в грудине растеклось хмельное тепло, конечности потихоньку становились ватными, а происходящее смахивало на дурацкий, но забавный и волнующий сон. Настолько волнующий, что Соболеву даже смотреть на экран со всплывающими сообщениями не хотелось, достаточно было пространных и едких комментариев Керефова.
– Слушай, а дамочка то не против!– выдал вердикт Рамиль через пару минут,– И даже адекватная…вроде…На!
Сунул под нос телефон с открытой перепиской, но Сергей пока отмахнулся, ощущая всё нарастающее покалывающее волнение. Не против…
– Против чего "не против"?– только уточнил, подхватывая кусок хамона с тарелки.
– Прямо сейчас "не против", Серёг, – чёрные глаза Керефова масляно сверкнули, а Соболев моментально напрягся и впился в приятеля тяжелым взглядом.
Да нет.
Быть не может, что этот бородатый за две минуты доболтался до секса с незнакомой с виду приличной женщиной. Но Рам так смотрел…
– Встретиться? Сходить куда-то? Сейчас? – уточнил Сергей, сглотнув и чувствуя, что даже трезвеет. Рука сама нащупала бокал, поднесла стеклянный край к губам.
– Не,– кривая улыбка на лице Рама расползлась шире,– Ходить не надо…Она через полчаса сама зайдёт, Иваныч. Помоется только наверно, марафет наведёт и придёт к тебе в сто пятнадцатую из своей сто девятой. Не благодари!
Соболев и не собирался. Вместо этого он окатил приятеля набранным в рот коньяком. Рамиль подскочил с места, отряхиваясь и смеясь уже в голос.
– Так, орошать своими жидкостями чуть позже будешь, Серёг, – ржала в лицо ошалевшему Соболеву бородотая сволочь, затирая мокрое пятно на домашней футболке, – И не меня! Меня нельзя – я верный!
– Прямо вот сейчас?– пробормотал Сергей в шоке, даже и не думая извиняться за случившийся с ним конфуз.
– А почему нет? Ты ж хотел!– Рамиль перестал мучить свою одежду и одарил приятеля удивленным взглядом.
– Да, но…Я... Что, вот так сразу домой придёт к незнакомому мужику? Она точно нормальная? Нормальные, знаешь, так не делают,– с сомнением протянул Сергей. Он хотел добавить, кто именно так обычно делает, но из контекста его мнение было итак понятно.
– Как так-то, Серёг?– возмутился Рам, разводя руками,– Не знакомятся? Ну придет она к тебе и что? Что такого- то? Узнала, что соседи, дом у нас нормальный, люди вроде все приличные, маргиналов нет. Любопытно может стало девушке…Скучно может ей…Да и не по пять же вам лет, все взрослые люди со взрослыми потребностями. Я тебе может Америку открою, Иваныч, но бабы тоже любят трахаться. И не обязательно по любви!
– Да, без тебя б и не знал, спасибо, – проворчал Соболев, почесывая затылок,– Дай, почитаю.
И вырвал у Рама свой телефон. Оказалось, вся недолгая переписка действительно вертелась вокруг удивительного совпадения, что они соседи. Потом "Сергей"– Рамиль как бы невзначай сообщил, что как раз заказал пиццу и был бы рад её с кем-то разделить. И незнакомка под ником "Она", немного пококетничав, согласилась. " Буду через полчаса"– гласило последнее сообщение, отправленное ею семь минут назад. Сердце в груди Сергея больно стукнулось о ребра и понеслось в учащенном темпе, разливая лихородачное волнение по кровотоку. Дома бардак. Успеет? Чёрт. Хотя…Вот что он вообще так разнервничался? Дама то похоже такая…Не очень требовательная и принципиальная. Значит и пару носков у дивана переживёт…
– Только вот пиццы нет,– пробормотал Соболев вслух.
Вместо ответа раздался дверной звонок, возвещая о пришедшей доставке.
– И мою заберешь, – великодушно предложил Рамиль перед тем, как пойти открывать, – Для такого дела не жалко.
– А ты?
– А я перебьюсь Ленкиными ананасами.
Сергей, усмехнувшись такой жертве, подумал, что с другом и соседом ему всё-таки повезло.
От Керефовых Соболев вышел протрезвевший от нахлынувшего будоражащего волнения и нагруженный двумя коробками пиццы. Оказывается, его вечер только начинался… Сам не мог решить – хочется ему продолжения или нет. Когда тебе тридцать семь, случайные связи и знакомства – настоящее испытание. Не то, что в двадцать. Да и секс…Нет, секс Соболев любил, но с годами его предвкушение, да и сам процесс, подернулись некой циничной дымкой и налётом чего-то обязательного. Просто физиология, просто необходимость. Как бриться. К слову, и брился он тоже не каждый день- раздражало.
Подходя к лифтам, Сергей ощутил умопомрачительный аромат домашней выпечки, заполонивший всю парадную. Настолько сильный и аппетитный, что он с лёгкостью перебивал запах пиццы, исходящий из коробок в его руках. Опять кто-то готовит. Похоже, внизу. Последние полгода постоянно. Жить невозможно. Как выйдешь из квартиры- слюной захлебываешься. Это уже какое-то преступление против соседей. В голове промелькнуло, что он бы лучше пирожков этих поел или что там вместо предстоящего сомнительного знакомства, но Соболев усилием воли прогнал эту мысль.
7.
После того, как Зойка отправила последнее сообщение, на кухне повисла гнетущая тишина. Глаза подруг встретились и скрестились в немом поединке.
-Ну, я не зна-а-аю,– Люба первой нарушила молчание, растерянно разведя руками,– Вот так сразу и домой, Зой?!
– Люб, иди красься, а,– безапеляционным тоном заявила на это Городецкая.
– Приличные женщины сразу домой не ходят,– неуверенно нахмурилась Любовь Павловна.
– А счастливые ходят, Люб. Так что помыться тоже не забудь,– фыркнула Зойка и налила себе ещё бокал, махнула им в сторону двери,– Давай-давай…Уже двадцать восемь минут!
– Да твою ж …Чёрт! – Люба подскочила с места и ощутила, что ноги от вина ватные и лёгкие. В голове слабенько закружило, но быстро прошло, из горла вырвалось неуместное хихиканье. Неужели и правда пойдёт? Сама себе не верила…Как принято говорить, Люба была не такая…Но когда тебе тридцать пять и ты разведена, продолжать быть "не такой" становится всё сложнее…
– Слушай, а вдруг маньяк какой-нибудь?– уже в дверях обернулась Люба на поглощающую пирожки и заливающую в себя вино подругу.
– Он же твой сосед!– жуя, невнятно пробурчала Зойка,– Скажешь, что подруге рассказала- побоится…Да и вообще, скорее всего, просто посидите-пиццу поедите. Поболтаете…по-соседски…
И подмигнула.
– А, ну да,– нехотя согласилась Любовь Павловна. Возражения у неё кончались. И всё же она замерла в дверях, не решаясь выйти с кухни. Как-будто именно это был самый отчаянный, последний шаг к её грехопадению.
– Как всё-таки на Соболева похож…– рассеянно себе под нос пробормотала.
– Похож, да,– кивнула Зойка и расплылась в хитрой улыбке,– Ну так и отлично…Все гештальты разом!
Про гештальты Люба благоразмуно сделала вид, что пропустила.
– А вдруг это он вообще?– выдала Вознесенская последний свой аргумент,– И Сергей же тоже…Вот позорище то будет!
-Что не рожа, то Сережа, слышала такое?– расхохоталась в ответ Зойка, а потом уже серьезней,– Да не он, Любаш. Этот худее, и Соболев на Ваське живёт…вроде.
Только вот "вроде" Зоя добавила с запинкой и совсем тихо, так что исчезнувшая в дверном проёме Любовь Павловна и не услышала.
Собиралась Люба лихорадочно быстро, вся в суете. Сначала накрасилась, принципиально решив не мыться. Потом, нервно покусывая губы, всё-таки залезла под душ, накрасилась опять, снова облачилась в черное платье, в котором и фотографировалась для тиндера. Слишком роскошное для посиделок в квартире с пиццей по мнению Любовь Павловны, но Зойка настояла, заверив подругу, что Люба в нём " огонь!". Ну огонь так огонь, пойдём в гости в вечернем наряде. Волосы тоже распустила по плечам как на фотографии. Промокнула запястья японскими цветочно-морозными духами, пытаясь избавиться от стойкого аромата пирожков. Погибая от волнения, улыбнулась дрожащими губами своему отражению.
– Ох, Любка, мечта! – пропела Зойка за её спиной.
-Ой, всё…– пробормотала в ответ Любовь Павловна, вытирая о юбку вспотевшие ладошки и скептически изогнув бровь.
– Я у тебя ночевать останусь, так что жду,– напутствовала Зойка.
– Ага,– рассеянно кивнула в ответ Люба, пребывая в каком-то полуобморочном состоянии.
Вышла из квартиры. Дверь с грохотом за ней захлопнулась, словно отрезая от прошлой жизни. Цоканье собственных каблуков по гранитному полу дробило в крошево нервы. Дожидаться лифта, чтобы подняться на один этаж, показалось Любе глупостью, и она на непослушных подгибающихся ногах направилась к пожарной лестнице. Достигнув цели, пару минут зачарованно изучала чёрную заветную дверь сто пятнадцатой квартиры. Хорошая дверь…добротная…мужская такая дверь…да. Тяжко вздохнула, перекрестилась и нажала на кнопку звонка.
Едва уловимые звуки шагов за мужской добротной дверью отдавались в груди глухим набатом. Если бы не вино, она бы уже трусливо сбежала…Шаги затихли, Люба почувствовала на себе чей-то тяжелый взгляд и в ответ уставилась в глазок. Всё-таки дурацкая ситуация…Вот её сейчас точно разглядывают, а она такой возможности не имеет. Ей улыбнуться? Глупо как-то…улыбаться двери…Люба нервно повела плечом. Мгновения тянулись бесконечно долго. Не открывает. Почему не открывает?Потому что она…страшная???Люба судорожно вздохнула, пытаясь переварить эту мысль. Не выходило. Жгучая обида разрасталась подобно опухоли. Подождала ещё секунду.
Нет, ну знаете ли…Это уже вообще… Хам!
Люба возмущенно фыркнула, взмахнула распущенными волосами и резко развернулась, собираясь было гордо уйти.
Не вышло.
Дверь тут же настежь распахнулась, и Любовь Павловну оглушил властный окрик "Стоять!", произнесенный до боли знакомым голосом нового начальства.
***
Сергей Иванович Соболев привык считать себя не очень везучим человеком. На экзаменах он всегда тянул билет, который знал хуже всех, единственное свободное парковочное место вечно занимали прямо перед его носом, а его ночных дежурств боялись уже на всём отделении, потому что пациентки с дородового вдруг резко начинали рожать, не давая спать до самого утра. Ещё и своим ходом толпы набегали, и половина как назло с двойнями.
Но Соболев не жаловался.
Благодаря своей любимой невезучести он стал лучшим студентом на курсе, так как приходилось зубрить все досконально. Из-за часто попадающихся на родах двоен Сергей написал по этой теме блестящую диссертацию, а парковка…Да, с парковкой смириться было тяжелее всего, но ведь не всё коту масленица…
И вот сейчас стоял Сергей у дверного глазка и не верил. Как? Это невероятное что-то…Быть не может. Моргнул, ещё раз моргнул и поборол дурацкое желание себя ущипнуть.
Люба.
Любовь Павловна, с умным видом и стальным блеском в ореховых глазах сообщившая ему утром, что не терпит несанкционированных прикосновений малознакомых ей людей, стояла у него под дверью, чтобы, простите, потрахаться. Под совершенно незнакомой ей дверью, надо заметить!
Ах, ты… Жопа манерная…Значит так, да? Ему и дотронуться, видите ли, нельзя, а сама по тиндерам всяким шастает! Ну, Любаша, погоди…Отдеру…
Соболев сглотнул гремучую смесь из осуждения и веселья, щедро приправленную накатывающей волнами похотью, мысленно продумал линию поведения, щелкнул замком и настежь распахнул дверь. Как раз вовремя, чтобы упереться жадным взглядом в Любину пышную задницу, по всей видимости собирающуюся трусливо покинуть поле боя.
-Стоять! – гаркнул так, что сам вздрогнул от неожиданности.
Своенравная добыча замерла на месте, врастая тонкими шпильками в пол, покатые плечи видимо напряглись, но Любовь Павловна не торопилась поворачиваться. Так и стояла к нему спиной и другой примечательной частью своего тела посреди коридора. По голосу узнала, догадался Серега, переваривает. Что ж, он тоже не сразу перед дверным глазком отмер, так что здесь он Любу прекрасно понимал. И ещё понимал, что сейчас скорее всего рванет. И не к нему, а в обратном направлении. Но допустить такого развития событий Сергей не мог. Поэтому Соболев нанес упреждающий удар, крепко ухватив ординаторку за локоть, и рывком втащил в свою квартиру. Люба возмущенно охнула, качнувшись на каблуках. Серёга расплылся в азартной ухмылке, захлопывая за ней дверь. На всякий случай повернул все защелки. Глупо, но…Но вот захотелось! Жаль, наручников нет…
– Сергей Иванович,– зашипела кошкой Люба, потирая сдавленный локоток,– Совсем уже!
– Секс и пицца, Любовь Павловна, проходите – располагайтесь. Уже не чужие люди, уже познакомились!
8.
Люба застыла в чужой прихожей, заторможенно наблюдая, как заведующий методично закрывает все дверные замки, напрочь отрезая её от нормального реального мира. Ноги предательски подкашивались из-за накатывающей слабости, дыхание сбилось, по телу забродил неуместный огонь. Так стыдно ей не было никогда! И в тоже время абсурдность ситуации и бурлящее в крови вино делали происходящее если не приемлемым, то вполне забавным. "В конце концов, Соболев – адекватный…вроде бы…"– мелькнуло у Любы в голове, – "Ну, посмеёмся и домой вернусь – убивать Зойку. На Ваське, говорит, живет, ага…"