
Полная версия:
Талая вода
– Дадите шанс её убить?
– Да. А пусть попробуют, пусть дерзают.
– У них скорее всего получится.
– Да и пусть получится. Главное, чтобы мы взяли их при этом живьём. Уж тогда мы сможем отработать исполнителей по полной. Руки будут развязаны. И эти ребята нам всё расскажут, уж поверь. От них будет куда больше пользы, чем от этой сопливой неврастенички.
– Мда, вам в руки уж лучше не попадаться.
– Хм… Палыч, я же тоже не изверг. Если она сейчас всё нам подробно расскажет, согласится сотрудничать и будет выполнять все наши даже самые малейшие капризы, вплоть до интимных, у неё будет шанс… Остаться в живых… Но она не хочет этого, сама и виновата. Ты уже взрослый мальчик и всё прекрасно понимаешь.
– Григорич, зная методы вашей работы, я уверен, что даже если она согласится на всё, включая интим, вы всё равно используете её как приманку и её всё равно убьют.
– Зато она хорошо поест перед смертью. Это тоже неплохо… Ладно. Что там у тебя, бананы? Возьми отнеси их ей в палату и дай, пусть поест. Раз уж вы с ней так подружились… Может ещё используем вариант с попом, надо её хоть немного взбодрить. Воду ей не неси, пусть из крана пьёт. А если она ещё будет тут позволять себе какие-то выкрутасы, мы ей все краны в сортирах позатягиваем, с бочка будет пить.
Сказав это, Стоцкий встал и вышел из палаты.
Сергей Павлович тяжело вздохнул. Он немного посидел на кровати, потом взял лежащие на тумбочке бананы и, положив их в кулёк, встал и, повесив кулёк себе на руку, поковылял на костылях. Больничный коридор был довольно длинным и ковылять пришлось долго. Сидевшие в коридоре оперативники, казалось, совершенно не обращали на него никакого внимания и уж, конечно, не собирались ему помогать. Хотя идти на костылях с кульком бананов с непривычки ему было явно неудобно. И вот, наконец, он доковылял до нужной палаты и, постучав в неё, вошёл вовнутрь.
В палате горел очень яркий свет. Сюда специально повесили очень мощные лампочки, которые нельзя было никак выключить. Они мешали даже днём, что уж говорить про время ночного отдыха. Из-за них Грушина не могла нормально поспать. Вот и теперь она лежала на кровати, закрыв голову подушкой. На появление в комнате постороннего она никак не отреагировала.
– Мда, палочка-то поди уже вот-вот треснет, – подумал про себя Сергей Павлович.
Он аккуратно заковылял в палату и закрыл за собой дверь. Света приподняла подушку и выглянула из-под неё. Её лицо опухло от слёз.
– Это я, принёс тебе немного бананов, – сказал Сергей Павлович. Он подковылял поближе и положил бананы на тумбочку.
Света ничего не ответила. Вместо этого она немедленно полезла в кулёк и, едва сняв кожуру, принялась жадно давиться бананом. Один второй, третий. Она съела все пять.
Сергей Павлович тем временем присел на пустую соседнюю кровать.
– Ну как, хоть червячка заморила?
– Да, спасибо вам большое.
– Да ни меня надо благодарить… Да уж, хреново тут у тебя. У меня вроде нос немного заложило, но похоже у тебя тут воняет чем-то сильно.
– Да, я не знаю откуда этот запах. Окна я открыть не могу, ручку с них сняли. Двери открываю проветрить, так их сразу же закрывает медсестра.
– Мда… Мне вот просто интересно, если ты вдруг от всего этого помрёшь… Что тебе за это будет, ну там, в вашем раю?
– Там ничего не будет, рай он здесь, на этой земле и только тут он возможен.
– Ну тогда рая тебе не видать.
– Я восстану, мои сподвижники восстановят меня, когда всё закончится, когда мы преобразим эту землю.
– Они прямо и мёртвых воскрешать умеют?
– Сейчас нет. Это случится позже, когда мир очистится, когда в него вернётся его первозданная сила, гармония.
– И как же они преобразят эту землю?
– Уберут с неё всё больное, уничтожат источник болезни, очистят этот мир.
– Очистят от людей?
Света замолчала
– Это что же, они будут убивать всех подряд, кого посчитают нужным, кого посчитают больным: мужчин, женщин, детей, стариков?
– Это звучит конечно страшно… Понимаете, если бы был какой-то другой выход. Но этого выхода нет. Земле нужна глобальная катастрофа, чтобы этот мир, он очистился. Лучше бы, конечно, если бы это сделал какой-то метеорит, но этот метеорит не прилетает.
– Скажи, а ты сама смогла бы убить ребёнка, во имя общего блага?
– Я? Вообще это очень тяжело… Я не уверена, что готова к этому…
– Блин, ты же женщина, будущая мать, ты должна давать жизнь, а не забирать её!
– Нет, это ошибка… Понимаете, из-за этого всё и произошло. Когда рождается новый человек, невозможно предугадать его поступки, он может всё испортить. Поэтому жить должны только проверенные люди, вечно жить. За всю историю мира было много людей, есть из кого выбрать.
– Вы уже и эликсир бессмертия изобрели?
– Пока нет, надо восстановить мировую гармонию, гармонию с вселенной с мириадами миров.
– Понятно. А ты у нас значит вся такая избранная… И по каким же критерием тебя избрали?
– Я была переопределена к этому, это моя судьба, моё предназначение. Я поняла это, прочувствовала всем своим существом.
– Хм. Ну а я могу быть избранным? Как это понять?
– Этого я вам не скажу… В общем, всё что вы пытаетесь сделать, это всё бесполезно, потому что это моё предопределение, это моя судьба, вы просто не в силах противостоять этому. И вам меня не сломить.
– Тебе не кажется, что тебя уже сломили?
– Нет, не сломили.
– Уже надломали и это при том, что ещё и не начинали ломать.
– Я… Я справлюсь.
– Послушай. Давай на секундочку с тобой предположим, что всё это ну… Вдруг у твоих сподвижников, у них не получится тебя воскресить. Где гарантия, лично для тебя?
– Гарантия? Гарантия – моё предопределение, этого не может произойти, мир пытается восстановить равновесие, вселенная сама поможет нам, а я, я нужна ей для гармонии, без меня это не получится.
– Ты так всё искренни это говоришь…
– Да, потому что так и есть. Это правда. Вы просто ещё не доросли до этого.
– Ладно, я понял, не дорос… Что же, пойду дорастать, поразмыслю немного. Ладно, давай, выздоравливай…
Сергей Павлович вышел из палаты. Всего в нескольких метрах от входа стояла медсестра и пристально смотрела на него.
– Вам помочь дойти до палаты? – спросила она.
– Нет, спасибо, сам доковыляю.
На ковыляние по коридору ушло около пяти минут. Открыв дверь в палату, Сергей Павлович даже не удивился, увидев сидящего на кровати Стоцкого.
– Да шёл бы ты уже спать, – сказал он Стоцкому. – Или так не терпится поделиться со мной впечатлениями от услышанного?
– Я должен оперативно реагировать на всё что происходит. Если эта обезьянка идёт с тобой на контакт, будешь продолжать носить ей бананы.
– У меня они уже кончились, но в холодильнике есть холодец.
– Не надо. Она у нас на посту, бананов с неё хватит. Я тебе привезу их сколько хочешь.
– Я думаю, ты теперь понял на сколько у неё засраны мозги. Она-то со мной на контакт идёт, только я толком и не знаю, что ей такое говорить.
– Ничего, завтра подключим попа. Он будет говорить тебе в наушник, а ты транслировать его мысли.
– Хм, ладно. Ну а что мне с того будет?
– Путёвка в санаторий, в Сибирь.
– Ага, шутник.
– Палыч, мы избавим этот мир от большого дерьма, и если это произойдёт, уж не сомневайся, родина тебя не забудет.
Глава 17
Ага, хорошо, поняла.
Кристина положила трубку.
Ну всё, самолёт вылетает в 23:35 из Внуково, так что у вас ещё есть время забрать свои вещи.
– Замечательно, – ответил отец Сергий. – Ладно, девушки, я вообще шёл сюда по делу, это займёт буквально пару часов. Я ещё успею смотаться домой за вещами, так что лучше всего нам будет встретиться в аэропорту.
– Ну уж нет, – решительно сказала Кристина. – А если вы нас обманете и не приедете?
– Обманывать полицию в таком деле нет резона, так что я точно приеду, в этом не сомневайтесь. Продиктуйте мне свой номер телефона, я сделаю вам дозвон.
– Ладно, понадеюсь на вашу порядочность, только не забывайте, у нас длинные руки.
– Я всегда об этом помню, уж поверьте.
Они обменялись номерами телефонов, после чего отец Сергий вошёл в корпус учебного заведения, девушки же снова оказались предоставленные самим себе в этом огромном, чужом для них городе.
– У нас опять полно свободного времени, – сказала Кристина. – Давай теперь пойдём и спокойно поужинаем в нормальном заведение.
– Может не стоит? Мало ли что теперь может случиться, и вдруг нам не хватит денег… Мне вообще как-то особо кусок в горло теперь не лезет. Уже начинает темнеть, да и вообще я не успокоюсь, пока наш самолёт вместе с экспертом не приземлится в Ростове.
– Да ладно тебе, это только вопрос времени. Это ты из-за Ирки так напряглась?
– А ты разве не напряглась?
– Это, конечно, был неприятный сюрприз, но мы от неё теперь точно оторвались, и тут они нас больше никак не найдут, так что нам надо просто расслабиться и немного развеяться.
И тут у Кристины зазвонил телефон.
Она достала его и, увидев кто ей звонит, остолбенела. Продолжала играть мелодия звонка, а Кристина всё смотрела и смотрела на мобильный телефон.
– Кто это? – спросила Олеся.
Кристина молча повернула ей телефон, звонила некто “Фифочка”
– И кто такая Фифочка?
– Ирка это…
– Ох… А почему Фифочка?
– Просто, я всем придумываю забавные прозвища.
– Страшно представить, как ты записала в телефоне меня…
Тем временем телефон продолжал упорно звонить, пока, наконец, вызов не прервался.
– Ух, я же тебе говорила, что ещё далеко не всё кончено! – воскликнула нервно Олеся.
– Ой, да ладно тебе, я просто не буду отвечать и вообще сейчас кину её в чёрный список.
– Нет, постой! Давай немного подумаем. Зачем она нам теперь звонит?
– Для того, чтобы поговорить, твой кэп.
– А может быть она нас нашла и вообще, теперь стоит где-то рядом и смотрит на нас?
И тут телефон зазвонил снова, опять звонила Фифочка.
– Ой, ну и ладно, я её не боюсь, – сказала Кристина и подняла трубку.
– Аллло, – протянула она.
– О, Крис, приветик.
– Угу, и тебе привет, бледнолицый.
– О, вижу у тебя хорошее настроение. Сегодня был такой чудесный денёк. Как вам Москва?
– Такой себе, вполне интересный город.
– Да, очень уж интересный… Только не поняла, почему вы с Лесей от меня на катке сбежали?
Кристина на это ничего не ответила.
– Просто как-то нехорошо получилось. Мы могли бы хоть немного постоять, поболтать.
– Так мы с тобой и по телефону болтаем.
– Мы могли бы ещё куда-нибудь сходить. Вы тут вообще по делу?
– Мы отдыхаем, скоро новый год.
– Ага. Я тут как раз хотела сходить развеяться, может встретимся?
– Встретимся, обязательно, когда будешь в наших краях. Ладненько, я тут немного занята. Извини.
– Что же, ладно… Я-то думала, ты мне подруга…
Кристина положила трубку.
– Ага, подруга я тебе, – сказала она сердито. Она посмотрела на перепуганную Олесю. – Ладно тебе, Лесь. Не переживай. Сейчас покатаемся с тобой часик на метро, а потом пойдём сходим куда-нибудь, перекусим или по магазинам прошвырнёмся.
– Нет. Давай поездим на метро, а потом сразу в аэропорт, лучше там посидим.
– Ага, долбаная секта опять испортила нам вечер… Ладно.
Они пошли вместе по улице по направлению к станции метро. Кругом них уже начинало темнеть, и Москва оделась в яркое украшение из миллионов вечерних огней. Стало ещё холоднее, так что девушки уже довольно ощутимо замёрзли.
А вот в метро огни горели постоянно, здесь не было ни дня, ни ночи, не было ни плохой, ни хорошей погоды. Рёв вагона слился с мыслями Олеси. Она теперь просто устало сидела и смотрела прямо перед собой. Напротив неё сидел молодой человек и тоже смотрел на неё, или не на неё, а просто прямо… Может быть это сектант или какой-то грабитель, а может это просто обычный человек, который едет по своим делам…
И вот они опять вышли из вагона и слились с многочисленной толпой, опять переход на новую станцию, очередь на эскалатор и вновь вагон метро…
У Кристины зазвонил телефон. Она вытащила его из кармана и, увидев кто звонит, сразу ответила.
– Да, это я.
– Ээээ… Подождите минутку. Это отец Сергий. Он спрашивает меня, что это за секта, как называется, и в чём вообще суть её вероучения, он хочет знать, к чему ему готовиться.
– Ты у меня спрашиваешь?
– А у кого же ещё! Ладно, вот тебе телефон, сама поговори с ним. Кристина чуть ли не силой сунула телефон Олесе.
– Извините, но мы не знаем, как называется эта секта…
– Что? Простите, вас плохо слышно. Вы в метро?
– Да мы в метро! Но мы сейчас выйдем!
Поезд остановился, и они вышли на очередную станцию.
– В общем, мы не знаем её названия. Про вероучение тоже не знаем. Но, похоже, они солнцепоклонники.
– Языческая секта?
– Да.
– Понял вас. Я уже закончил свои дела и готов с вами встретиться.
– Давайте в аэропорту, мы сейчас туда поедем.
– Ладно, как скажете. Скоро буду.
– Устала, я от всего этого, – сказала Олеся, отдавай телефон Кристине. – Давай уже поедем в аэропорт, дождёмся регистрации и будем сидеть в транзитной зоне. Отец Сергий тоже туда скоро подъедет.
И вот они добрались до Внуково. Приехали они теперь рано, до регистрации оставалось ещё около часа. Они расположились на креслах в зале ожидания.
У Кристины опять зазвонил телефон. Она достала его и напряжённо уставилась в экран.
– Опять Фифочка звонит…
– Да что же она никак не угомонится!
– А я её сейчас спрошу. Она взяла трубку. – Я слушаю.
– Это опять я. Не надумали ещё повидаться со мной? Это в ваших же интересах…
– А ты уже приехала?
– Да, я здесь, во Внуково.
Кристина замолчала.
– Я вас даже вижу, вижу, где вы сидите.
– Что ты от нас хочешь?
– Просто повидаться, поговорить.
Кристина положила трубку, после чего немедленно добавила Фифочку в чёрный список.
– Что она сказала? – спросила Олеся.
– Да так, ничего. Достала она меня. Я её кинула в чёрный список.
– Не нравится мне, что она звонит, не к добру это.
– Ну теперь уже больше не позвонит.
У Кристины опять зазвонил телефон.
Алло.
Да, мы уже в аэропорту, сидим в зале ожидания.
Мы недалеко от стойки с регистрацией.
Да.
Хорошо, ждём.
Отец Сергий уже здесь. Вон он, кстати, идёт.
Отец Сергий действительно шёл по залу аэропорта, выглядел он теперь точно также как и в момент их первой встречи, только теперь рюкзак у него за плечами был почти под завязку чем-то забит. Он подошёл к девушкам и присел рядом.
– Фух, вы уже здесь.
– Да вот, не терпится скорее улететь домой, – сказала Кристина.
– Не понравилась Москва?
– Неплохой город, только мы от него уже немного устали.
– Если честно, я от него тоже устал и уже порядочно…
– А вы неместный?
– Нет, неместный.
– О, это вы сюда приехали Москву покорять?
– Не совсем. Я приехал сюда учиться, в итоге и остался жить.
– И давно вы тут живёте?
– Да уже как восемь лет.
– Ого. Вы уже должны были за это время тут неплохо освоиться.
– Да, так оно в итоге и вышло… Я вот всё думал по поводу этой вашей секты. Неужели у вас нет никакой информации про её вероучение?
– Вы прямо так хотите об это узнать? Тогда подойдите вон к той девушке. Вон она, стоит у табло.
– К той девушке?
– Это наша сотрудница. Она вас проконсультирует.
– Сотрудница?
– Её зовут Ира.
– Да? Ну ладно, хорошо…
Отец Сергий оставил рюкзак на сидение и пошёл к стоящей у табло девушке.
У Олеси перехватило дыхание от страха, это действительно была Ира Данилевская, которая каким-то неведомым образом оказалась здесь в аэропорту и стояла всего в двадцати метрах от них.
– Здравствуйте, – сказал отец Сергий, подойдя к девушке.
Но та ему ничего не ответила, она достала из кармана смартфон и сфотографировала подошедшего к ней священника, после чего повернулась и быстро пошла прочь. Отец Сергий в нерешительности остановился, после чего повернулся обратно и вопросительно посмотрел на Кристину.
Помедлив, он подошёл обратно к ним.
– Вы меня так разыграли? – спросил он у девушек.
– Нет, – ответила Кристина серьёзно.
– Что-то я ничего не понимаю… Ладно, буду действовать по обстоятельствам…
Они просидели в зале ожидания ещё около сорока минут, пока наконец не открылась регистрация на рейс. Они опять сдали все свои вещи в багаж и, пройдя осмотр, наконец оказались в транзитной зоне. Данилевская им больше на глаза не попадалась и вообще никак не давала о себе знать.
Вообще, с отцом Сергием после этого они почти не разговаривали, так как были очень взволнованны последним происшествием. Это было совсем уж невероятно, ведь они столько петляли по метро, и Ира всё равно смогла их найти в этом многомиллионном городе, совершенно непонятно каким способом. Она о чём-то хотела поговорить с ними, но они так и не поговорили, а может быть стоило это сделать?
Но тут они уже были в безопасности, посторонний человек сюда не должен был проникнуть, да и с ними был попутчик, который по виду имел довольно крепкое телосложение и внушительный почти двухметровый рост.
Они опять расположились невдалеке от зоны посадки. Отец Сергий достал несколько яблок и угостил ими девушек. Те не отказались, так как уже порядком проголодались. Хотя здесь было полно мест, где можно было пойти, нормально перекусить, но они так и не сделали этого, находясь под впечатлением от всего произошедшего.
– А вы вообще сами откуда? – поинтересовалась Кристина, чтобы как-то завязать разговор.
– Я из Оренбурга. Это на Урале.
– А я из Сальска, это недалеко от Ростова.
– Так мы едим в Сальск?
– Нет. Скоро всё сами увидите. Нас встретит шеф, с которым вы будите непосредственно работать и введёт вас в курс дела.
– Ладно. Вообще как-то странно всё это.
– Да это вообще запутанная история, но давайте лучше поговорим о другом.
– О чём же?
– Я вот всё пытаюсь понять сколько вам лет.
– А, ну мне тридцать девять.
– Да ладно?!
– Да.
– Ого, да вы ещё совсем молодой, хотя это борода, если бы вы её сбрили, помолодели бы лет на двадцать.
– Мне с бородой больше нравится.
– Нуда, вам ведь положено носить бороду.
– Можно итак сказать, я ведь монах.
– О, и вы что же знаете, ну это самое… Кунфууу?
– Нет, – улыбнулся отец Сергий. – Кунфу не знаю, только кое-что из рукопашного боя, да и то выучил, когда в армии служил.
– О, и где же вы служили?
– Вообще я десантник, а так приходилось и в Чечне бывать в своё время.
– Вы воевали?
– Не так чтобы сильно… Просто армия оказалась очень непростым периодом в моей жизни, и я тогда всё хорошо переосмыслил и решил, что хочу посвятить себя тому делу, которым теперь занимаюсь. После этого работал на гражданке, параллельно помогал в местном приходе, потом поступил учиться в семинарию, закончил, стал монахом, продолжал учиться, получил степень и вот теперь преподаю.
– А работа с сектами? – спросила его Олеся.
– Регулярно работаю здесь в Москве и по стране езжу. Буквально вчера ходил на собрание одной протестантской организации, немного рассказал им о нашей вере, подискутировал… Хотя, если честно, с ярко выраженными язычниками у меня особенного опыта работы и нет. Всяких, конечно, приходилось людей встречать. Знаете, это проблема нашего времени, беда. У многих людей теперь каша в голове, они не могут выстроить для себя какую-то внутренне непротиворечивую жизненную концепцию, хватают всё понемногу, всякие суеверия, телевизор, просто какие-то свои мысли. Особенно молодёжь в наше время не имеет чётко выраженного жизненного ориентира, и это часто плохо заканчивается. Наркомания, преступность, да и для сект они тоже становятся лёгкой добычей.
– И у вас получалось вправлять людям мозги? – спросила Кристина.
– Я просто общаюсь с людьми, излагаю им точку зрения церкви, её учение, в котором на самом деле есть ответы на любые вопросы, многим людям ведь нужны ответы, нужен смысл. Некоторые задумываются, кто-то меняется. Так что мой труд приносит свои плоды, и очень надеюсь, что он не напрасен.
– Это хорошо. Мы вас очень просим постараться с нашей подозреваемой, это очень важно.
– Я сделаю, что смогу, обещаю.
И вот прошло время, и они наконец сели в самолёт. Было уже довольно поздно и вообще день выдался непростым и очень волнительным, так что вконец измученная Олеся, на какое-то время забыв о своей боязни к полётам, просто-напросто уснула.
Её разбудила стюардесса, разносящая по салону еду. Олеся взяла себе сок. Она опять сидела у окна, возле неё Кристина, отец Сергий у прохода. Они о чём-то друг с другом непринуждённо разговаривали, но Олеся их не слушала. Она съела свой бутерброд и, запив его соком, уставилась в иллюминатор, погрузившись в свои мысли. Под ними была непроглядная пелена облаков и по всему их теперь вновь ждёт пасмурная, сырая погода.
Олеся было опять было задремала, как самолёт пошёл на посадку. На этот раз он не совершал никаких особо резких манёвров, но уши заложило довольно сильно, гораздо сильнее, чем в первый раз, так что Олеся хоть и слышала всё что происходит вокруг, но несколько приглушённо.
И вот они вышли из здания аэропорта и приблизились к дороге. К ним подошёл стоящий несколько в стороне мужчина. Он выкинул в урну бывший у него окурок сигареты, это был Стоцкий.
Он поздоровался со всеми и пригласил их сесть в стоящий поблизости автомобиль. Выглядел он весьма паршиво… Он явно сильно недосыпал и, похоже, вообще был серьёзно болен, а также успел зарасти щетиной. Но, тем ни менее, он улыбался и вёл вполне непринуждённую беседу.
Он поблагодарил отца Сергия за готовность оказать консультативную помощь в этом деле, затем он несколько ввёл его в курс последних событий, перечислив некоторые известные следствию факты. Всё это он делал чётко и последовательно в отличие от сумбурного изложения этой же информации девушками. Он также ответил на все вопросы отца Сергия, впрочем, не сообщив ничего принципиально нового про учение секты. Однако, он сказала, что у них есть аудиозапись разговора с её членом, где тот несколько излагает своё мировоззрение, но раскрывать суть этой записи он не стал, очевидно это было не для ушей девушек.
Олеся это поняла, и такой поворот дела ей не понравилось. За время их отсутствия уже успело что-то произойти со Светой, и Стоцкий им явно не собирается ничего рассказывать. Похоже, теперь они вышли из игры. Он сейчас отвезёт их домой, поблагодарит за сотрудничество, и на этом всё будет закончено. Дальше он уже будет всё делать сам. Впрочем, девушки пока не рассказали о том, что встретили в Москве Данилевскую, которая несколько раз звонила им, а также чудесным образом нашла их в аэропорту.
Но на самом деле Стоцкий об этом уже знал, как и суть телефонного разговора Данилевской с Кристиной.
Засветившуюся таким образом Иру уже взяли под наблюдение, так как до этого ей удалось от этого наблюдения скрыться. Это тоже давало определённую нить, однако только пока. Случайно или нет, но уже ближе к утру оперативники вновь потеряют Данилевскую, которая каким-то немыслимым образом смогла оторваться от них, просто растворившись, практически на открытом месте.
Так, разговаривая с Отцом Сергием, они доехали до дома, в котором жила Олеся.
– Вот и всё, приехали, – сказал Стоцкий. – Идите отдыхать, мы тоже отдохнём, ну а там будет видно… Да, хочу вас кое о чём попросить. Сидите завтра весь день у Олеси дома и никуда не выходите, даже в магазин, это важно. Я после позвоню, сами мне не звоните.
– Ладненько, – ответила Кристина, которая была несколько удивлена тем, что Стоцкий даже не попытался расспрашивать их о произошедших с ними в Москве событиях.
Девушки попрощались и вышли из автомобиля.
– Вы не против если я закурю? – спросил Стоцкий.
– Конечно нет, это же ваша машина.
– Может вы не переносите запах табака?
– Я сам когда-то курил, но после армии бросил.
– А я вот тоже пытался бросить, но с моей работой это непросто… Ладно. Ситуация складывается следующим образом. Наша подозреваемая, сектантка, которую пытались убить её единомышленники, пошла на контакт с нашим сотрудником. Сейчас я вам включу запись их разговора, вы её внимательно послушаете и скажете мне, что обо всём этом думаете.
Стоцкий вставил флешку в автомагнитолу и воспроизвёл фрагмент состоявшегося несколько часов назад разговора Сергея Павловича и Светы.
Отец Сергий слушал очень внимательно, наконец, запись прервалась.
– Что скажите? – прервал паузу Стоцкий.
– Мне секта прямо с таким вот учением неизвестна… Тут какая-то причудливая смесь материализма, фатализма и христианских идей. На первый взгляд, не могу вам ничего определённого сказать.