Арабская ночь. Табу на любовь

Сцена замирает на секунду, а потом в темноту словно врывается огонь. Выходят четверо мужчин, все в темных шароварах, с голыми торсами, блестящими от масла и пота. Их мускулистые тела подсвечены снизу, отчего кажется, будто они мифические создания, полубоги, духи огня.

Первый из них поднимает руки. Двойные факелы зажатые в ладонях вспыхивают мгновенно. Он начинает вращать их над головой, оставляя огненные следы, словно ленты. Его движения точны, быстры и ритмичны, как будто он играет на каком-то древнем инструменте, но вместо звуков выпускает языки пламени.

Другой подбрасывает свои факелы в небо и ловит с пугающей точностью. Все это под ритмичную арабскую музыку с басами, вибрация которой отдается в груди.

С каждым кругом темп нарастает, движения становятся все безумнее, огонь – ярче. Они будто соревнуются между собой, кто сделает более рискованный трюк. Один из парней крутит два факела у самого тела, огонь касается кожи.

Завораживающее зрелище гипнотизирует.

Толпа замирает. Никто не отвлекается, не дышит. Все поглощены гипнозом этого огненного танца. Кажется, что зрители словно входят в транс. Огонь мерцает в глазах, отражается в бокалах, танцует на стенах и воде.

Я залипаю, буквально забываю, где нахожусь. Все остальное исчезает. Только эти танцующие фигуры, тени, пламя и ритм. Где-то внутри поднимается восторг, такой, что щекочет грудную клетку, будто я вот-вот рассмеюсь или расплачусь. Восхищение, трепет и легкий страх от красоты и мощи огня.

Ира трогает меня за плечо:

– Волшебно, правда? До слез прекрасно! Разве можно в это не влюбиться?

– Невозможно, – киваю. – Это восхитительно. Спасибо, что ты взяла меня сюда.

Начинается другая мелодия. Завершение шоу. особенно острое, трюки на грани. Мелодия более ритмичная, пронзительная. Барабаны, перкуссия, восточные переливы. Музыка пульсирует в венах. Втягивает в себя сознание, как черная дыра.

Делаю несколько глотков вина – Миша уже присоединился к нам, принес нам напитки из бара. Я лишь машинально кивнула ему, захваченная шоу. Чувствую себя очень возбужденной этим шоу, атмосферой. Снова поворачиваюсь к сцене, желая не упустить последние кадры…

Но меня привлекает фигура возле сцены. Теряю из фокуса заклинателей огня, потому что движения этой фигуры завораживают еще больше. Белая толстовка, кепка, капюшон, тень от козырька падает на лицо. Он не на сцене, не под светом софитов. Он как будто выпал из другого измерения. Музыка становится частью его тела.

Я буквально замираю. Его движения похожи на магию, это пластика дикого леопарда, мощь океанской волны. То он резко выстреливает рукой вверх, будто запускает стрелу, то вдруг соскальзывает всем телом вниз, к полу, в безумно грациозном движении, от которого у меня перехватывает дыхание. Бросается в поворот, агрессивно. Его рука скользит по воздуху как по струне. Внутри меня что-то щелкает, дергается, разрывается. Вздрагиваю всем телом.

Друзья, сегодня скидка на мой роман

ДЕВСТВЕННИЦА

https://litnet.com/shrt/lllU

Думала ноги моей не будет в родном городе, но нужда заставила. Цена моего возвращения - жизнь невинного ребенка. Я должна спасти свою крошку, вот только для этого нужна огромная сумма денег, которой у меня нет. Но эти деньги есть у человека, с которым думала больше никогда не пересекутся пути. Он изменился. Стал жестоким, опасным, держащим в страхе и подчинении весь город. Мне нельзя попадаться ему на глаза, но на закрытом аукционе, на котором я оказалась абсолютно случайно, именно этот человек купил меня.

Первая книга цикла "Братья Валиевы"

Листаем дальше, сцена продолжается))

Глава 9

Все рвано, нервно, но безумно красиво. В этом импровизированном танце такая чувственность, такая мужественная, дикая свобода, что невозможно оторвать глаз. Он то ускоряется до предела, будто его захлестнула волна ритма, то вдруг замирает. Но даже в неподвижности в нем столько силы, что мурашки бегут по коже.

Это все занимает минуту, или чуть больше. Но пронзает в самое сердце.

А потом я понимаю, что это тот самый араб, с которым мы играли в мяч в бассейне. Который швырял в меня мяч как бешеный.Смеялся глазами.

Тот, чье внимание я чувствовала кожей.

Я не удивлена. Уже догадалась, что все что он делает – с бешеной энергетикой.

А еще охватывает четкое ощущение, что он танцует для меня.

– Ты же понимаешь, что это шоу персонально для тебя, детка? – Ира наклоняется и повторяет мне на ухо мои собственные мысли.

Обычно я бы отмахнулась, фыркнула, пошутила в ответ. Но не сейчас.

Потому что я знаю – это не игра моего воображения.

Останавливается. Просто стоит, дышит, слегка опустив голову. Он не ищет аплодисментов. Ему это не нужно. Потому что всё, что он хотел – уже случилось.

А я сижу, оглушенная, с бешено колотящимся сердцем.

Финал спонтанного шоу – как взрыв света. Музыка не стихает, а наоборот, становится ещё громче, плотнее, насыщеннее. Все вокруг словно оживают.

Танцпол заполняется людьми.

Дикого танцора окружают аниматоры. Они восторженно хлопают его по плечам, тянут за собой в центр. Он не сопротивляется. Снова начинает двигаться, демонстрируя свое мастерство. Его движения становятся быстрее, он будто воспламеняет каждого, кто к нему прикасается.

Он здесь из-за меня. Он двигается – ради меня.

Он словно расплавляет пространство между нами, стирает все остальное: людей, столики, свет, звук. Я вижу только его. И он – видит меня.

Хотя не смотрит прямо. Это еще сильнее.

Мне хочется встать и подойти к нему, но ноги будто вросли в землю. Он танцует, и каждая его вспышка – это удар в мою грудную клетку. Он танцует так, как будто говорит со мной без слов.

"Я видел тебя.

Я выбрал тебя.

Обычная вечеринка внезапно превращается в хореографический бунт, в голливудский фильм о танцах. Каждый из аниматоров показывает свои самые сильные стороны, максимум возможного! Это захватывает и восхищает.

Музыка дрожит в груди. Ритм такой, что невозможно сидеть, невозможно думать. Хочется двигаться, скинуть с себя все: усталость, сомнения, старые страхи.

Ко мне подсаживается Алексей, немного вырывая из оцепенения.

– Как проходит вечер, Слава? – улыбается он. – Не против, если к вам присоединюсь?

– Конечно нет.

– Где Ирина?

– Она куда-то ушла, – отвечаю рассеянно. – К себе в номер. Скоро вернется.

– Вы вместе, но ты будто прячешься все время.

– Я не прячусь, – улыбаюсь. – Просто у меня удаленная работа.

Мне не хочется общаться. Тело требует движения.

Я встаю. Прямо у столика. Поднимаюсь и начинаю танцевать. Мягко двигаюсь под восточный ритм, чувствую, как меня раскачивает, как будто волна несет.

И в этот момент я чувствую его взгляд.

Он приближается. Мой арабский поклонник.

Я вижу его, и внутри вспыхивает паника. Инстинкт говорит: убегай, отвернись, сделай вид, что занята. Но я не двигаюсь. Он подходит, не отводит взгляда, протягивает ко мне ладони, повернув тыльной стороной вверх, и слегка наклонившись.

И я отвечаю на этот жест. Следую за ним.

Он ведет меня на танцпол.

Музыка меняется. Становится быстрее, резче.

Он начинает вести.

Это не танец. Больше похоже на столкновение. Его энергия врывается в меня, опрокидывает, закручивает, бросает в центр этой музыки. Он поворачивает меня, то подхватывает под спину, то отпускает, давая свободу, но тут же возвращает, будто говорит: "Ты можешь уйти, но ты не захочешь."

Я не успеваю ничего осознать. Могу лишь подчиняться.

Он танцует как бесконтрольный, яростный вулкан, но в какой-то безумной гармонии.

Я даже толком не понимаю, нравится ли мне быть этой куклой, этой волной в его движении, но я не могу остановиться. Его руки жгут, дыхание щекочет висок.

Он обвивает меня движением, как змея. Дерзкий, сильный, порывистый – и я позволяю себе раствориться в его ритме. Я чувствую себя женщиной. Настоящей, живой, пульсирующей эмоцией.

Он наклоняется ближе. Глаза в глаза.

Я ощущаю дрожь, волнение, восторг, страх.

Его глаза яркие, как ночное небо над пустыней, и в них – странное напряжение. Интерес. Охота.

Я стараюсь не смотреть прямо, но чувствую его. Как огонь чувствует бензин.

А потом – всё обрывается.

Как будто щелкнули выключателем. Музыка не стихает, движения продолжаются, но во мне что-то надламывается. Внутри поднимается волна страха – внезапного, острого. Я понимаю, что слишком близко, слишком на взрыв. Это не просто танец.

Возможность потерять контроль.

А я… я не уверена, что готова.

Вырываюсь из его рук. Он не удерживает. Почти бегом уношу себя прочь с танцпола. Как спасение, как якорь, вижу Иру. Она сидит за соседним столиком с группой отдыхающих, уже болтает и смеется, и, увидев меня, весело машет рукой:

– О! Слава, иди сюда! Мы тут компанию собрали!

Я спешу к ней. Сердце все еще колотится на разрыв, ладони дрожат, щеки пылают.

Меня знакомят с компанией. Все очень приветливые, общаются на разные темы. Интересные, интеллигентные, с яркими глазами и легкими улыбками. Кто-то приехал из Екатеринбурга, кто-то Минска, из Румынии, Молдовы. Удивительно, как быстро возникает это ощущение летнего братства, когда мы все тут, в одной точке мира, среди песков, пальм и моря.

Столы сдвинуты вместе. Официанты подносят напитки. Кто-то рассказывает, как впервые попробовал снорклинг и увидел мурену, кто-то делится забавной историей о номере с "рычащим" кондиционером. Легкий смех, обмен историями, ощущение, что мы знакомы сто лет.

Расслабляюсь. Возвращаюсь в тело. Снова становлюсь собой. Но где-то глубоко танец все еще продолжается, как внутреннее эхо.

Но видимо этот день решил задавить меня максимумом эмоций. Начинается шоу фонтанов. Яркое завораживающее зрелище, мы все поднимаемся со своих мест, идем чтобы посмотреть поближе. Спускаемся по ступенькам. Тут царят влажность и прохлада.

Струи воды, подсвеченные огнями, поднимаются в небо синхронно с музыкой.

Подхожу к самому бортику. Холодные брызги касаются щек.

Я не успеваю отметить момент, когда араб оказывается рядом. Он берет меня за руку, снова. В его глазах я читаю:

Не бойся меня.

Иду за ним, словно у него есть волшебная дудочка. Мы сворачиваем под густую тень раскидистого кустарника. Фонтаны продолжают танцевать позади, заливая всё вокруг таинственным сиянием. Музыка слегка глушится листвой, становится интимнее.

– Меня зовут Юсуф. – Голос у него глубокий, обволакивающий. Словно льется по коже, оставляя после себя горячие мурашки. – Ты самая красивая девушка в этом отеле.

Он говорит это, не отводя взгляда.

– Ты всегда выбираешь самую красивую? – пытаюсь быть дерзкой, но голос дрожит.

– Как тебя зовут?

– Слава.

Он повторяет моё имя медленно, с акцентом, будто пробует вкус на языке.

– Сла-ва... Я никогда ни на ком так не залипал. Веришь?

– Не верю.

Он усмехается уголком рта.

– Да, я это вижу. Я докажу тебе.

И в этот момент почти хищно тянет меня к себе. Грудь к груди. Дыхание к дыханию. Он – теплый камень в пустыне ночи, я – капля воды, испаряющаяся на его коже.

Чувствую, как все внутри сжимается в один тугой узел. В голове шум, как от водопада. Юсуф медленно, не сводя с меня взгляда, опускает голову. Его губы сначала касаются моих чуть-чуть. Вдох. Сомнение. Пауза.

А потом – лавина.

Никакой робости или осторожности. Он ломает пространство между нами, впивается в губы, горячо, влажно, требовательно. Его язык скользит по нижней губе, пробует, жаждет проникнуть. Я инстинктивно отклоняюсь, но он мягко берет меня за затылок, не оставляя мне выбора. Его язык у меня во рту, движется уверенно, страстно. Словно рисует заклинания, сплетается с моим, захватывает, заставляя терять контроль.

Мои ладони вжимаются в его грудь, будто собираюсь оттолкнуть, но вместо этого цепляюсь за ткань его футболки, как утопающая.

В голове – ни одной мысли. Только жар, пульс в висках и ощущение, будто меня взяли штурмом.

Воздуха не хватает. Но я не могу остановиться. Ни единой связной мысли. Все тело горит, пульсирует, дышит им.

Это неправильно. Это слишком.

Нет, я не испытываю страха. Ни отвращения. Ни сопротивления.

Наоборот. Мне настолько хорошо, идеально, что страшно становится.

Этот человек – само искушение.

Я размыкаю губы, наконец вырываясь, делаю глоток воздуха. Сердце колотится бешено, я пытаюсь вырваться – не пускает. Гладит мои волосы, словно пытаясь успокоить не только меня, но и саму ночь вокруг.

Молчит.

А фонтаны все еще пляшут вдалеке – словно мир ничего не заметил.

Глава 10

Чем закончится этот безумный вечер?

Я точно не из тех кто готов переспать с первым встречным. Даже не на первом свидании. Просто на первой дискотеке.

Нет. Я вырываюсь из объятий Юсуфа.

– Тише, Слава. Я не сделаю ничего, что ты не захочешь, – говорит мой Ураган мягко.

Эти слова меня злят. Потому что он прекрасно знает, что может заставить меня желать… Чего угодно.

– Мне пора в номер.

– Не уходи. Мы просто поговорим. Почему ты боишься?

Потому что я слишком привыкла бояться. Ничего другого просто не умею.

– Мне правда пора. Ты можешь еще повеселиться.

Глупо. Зачем я так сказала?

– Слава… – произносит так, словно ему безумно нравится мое имя.

– Слава? – этом раздается с другой стороны кустов.

Голос Михаила заставляет меня отпрянуть от Юсуфа.

– О, простите, что помешал. Не хотел, честное слово! Просто… тут такое дело…

- Что случилось? – спрашиваю, начиная беспокоиться.

– Блин простите. Я не хотел так врываться, – продолжает посыпать голову пеплом. – Просто мне кажется, Ира перебрала. В смысле точно. Меня не слушает.

Миша волнуется, говорит по-русски, Юсуф ни слова не понимает. Следовало в этот момент объяснить Юсуфу ситуацию. Но я была так смущена тем, что Михаил “застукал” нас, да и за Иру распереживалась, так что даже не посмотрела в сторону араба. Сразу побежала туда, где проходила анимация.

Ира правда сильно пьяна. Танцует босиком, в руке бокал с виски-кола.

– Сла-ва! Иди ко мне, моя девочка.

– Где твои туфли?

– Понятия не имею.

– Идем, нам пора.

– Нет, никуда не хочу. Сейчас придет Леша. Принесет еще виски.

– Тебе уже хватит…

– Фу, Слава, ну почему ты такая скучная? И где ты была? Мм, признавайся, развратница.

Миша помогает мне довести подругу до номера. Да что там, даже в постель уложить.

– Хочешь, я поищу ее туфли? – предлагает.

– Да, спасибо. Ты такой хороший, Миш.

– Тогда выходи за меня замуж.

Отмахиваюсь. Провожаю нашего кавалера до двери. Запираюсь. Приваливаюсь спиной к стене и закрываю глаза.

Рада ли я тому, что все само решилось? Что мне не пришлось вырываться из объятий Юсуфа? Да и смогла бы я?

Ира в результате храпит, а я не могу уснуть, даже после душа!

Как может кто-то совершенно незнакомый, за один вечер так изменить тебя?

Мое тело переполнено чувственностью. Снова снова проигрываю сцену танца. Она стоит перед глазами и с этим ничего невозможно поделать! Нет, я точно не из тех кто влюбляется вот так бездумно.

Это лишь физиология. Я вот уже полгода как без мужчины. Сначала просто кайфовала. Мне не нравился секс с мужем. Даже к психологу по этому поводу обращалась.

Но со временем природа не может не взять свое, верно? Желание стало просыпаться.

Только я не ожидала, что оно нахлынет на меня океанской волной.

Кручусь в постели, мне жарко. Тело пылает.

Я не помню, чтобы когда-либо меня настолько выкручивало от желания.

Совершенно иррационального.

Сжимаю край подушки, утыкаюсь в нее лицом, выдыхаю стон.

Теплые волны прокатываются по животу.

А Ира храпит все громче.

Не ночь, а пытка.

***

Просыпаюсь мокрая, будто меня окатили теплой волной изнутри. Горячий сон еще держит в плену. Вкус настойчивых губ, жар дыхания, скольжение пальцев по коже.

Юсуф. Имя горит на языке. Перед глазами лицо: смуглое, красивое, будто высеченное из бронзы. Глаза – раскаленный песок в пустыне. Чувственные полные губы, длинные черные ресницы.

Как он смотрел на меня… словно видел что-то большее.

Его откровенное, неприкрытое желание.

Сжимаю бедра, выгибаюсь, едва не вскрикнув от напряжения, которое скопилось внизу живота. Оно томительно-сладкое, болезненное. Я балансирую на грани. Еще миг, еще одно прикосновение, и я…

Но волна ускользает от меня. А мне так нужно… Замираю, поджав пальцы на ногах, издаю едва слышный сдавленный стон.

По телу проносится сладкая, тягучая дрожь . Я давно не чувствовала ничего подобного. Почти забыла, как это – желать.

До сдавленного, рваного дыхания.

Ночная сорочка липнет к коже, как вторая, противная, влажная оболочка. Мне жарко. Мне душно. Мне срочно нужно в душ.

Когда мое тело так реагировало на мужчину?

Ужасная мысль: никогда. Ни разу. Ни с кем.

Телефон гудит входящим сообщением, выдергивая в реальность. Я окончательно просыпаюсь.

Андрей:

Срочно позвони мне, Слава. Это очень важно.

На часах шесть утра. На соседней кровати сладко посапывает Иришка. Беззаботно и лениво, как кот, укутавшись в одеяло.

Я сажусь на постели. Чувственное наваждение рассыпалось. Внутри сжалась нервная пружина. В голове звучит властный голос мужа, его лицо. Андрей всегда разрушал мои грезы. Даже сейчас.

Что ему могло от меня понадобиться?

Поднимаюсь. В ногах сильная слабость, они почти ватные. Дохожу до ванной.

Включаю душ. Максимально холодный, чтобы прогнать остатки сна и желания.

Секунда, две, десять, стою под ледяной струей, впав в оцепенение.

Сжалившись над собой, включаю более комфортную температуру.

Но вместо успокоения по щекам текут слезы. Смешиваются с водой.

Я кусаю губу до боли, понимая, что не могу справиться со своими воспоминаниями.

Как дергаюсь, ощутив резкое движение руки мужа. Боль вспыхивает в щеке. Теряю равновесие. Не успеваю прикрыться – еще один удар. Инстинктивно закрываю голову руками, но это не остановило тогда Андрея. Он был в бешенстве, в ярости.

Боль и невыносимое унижение, вот что я чувствовала в тот миг. Не могла даже закричать, из горла вырывался только хрип.

А потом – пустота. Темнота.

Когда я очнулась, надо мной был белый свет, стерильные потолочные лампы. Чьи-то тревожные голоса, прикосновения, тень врачей. Я не сразу поняла, где я.

Тот ужасный день, когда я застала мужа с любовницей, и за это Андрей избил меня – он стал для меня и проклятием, и освобождением. Муж тогда сорвался. До этого он никогда не позволял себе поднять на меня руку. Было только психологическое давление.

После этого я съехала из больницы к Ире. Андрей присылал мне цветы, много раз умолял о прощении.

Почему это стало освобождением?

Потому что Ира приехала, ворвалась в квартиру, у нее были ключи. Она спасла, возможно, мне жизнь, потому что муж был невменяем. Вызвала полицию и скорую. Все было оформлено и зафиксировано. Орлова могли посадить. Да даже просто репутация в бизнес-сфере могла пострадать. Поэтому, все закончилось отличными отступными и разводом.

Я должна была молчать. Забрала свое заявление. Зато стала свободной.

Он даже не успел ничего мне сломать. Повезло…

Но пережитой ужас остался со мной. Каждый раз он возвращается внезапно. Волной, которая сбивает дыхание. Паникой. Отчаянием и стыдом.

Я учусь работать с этим. Хожу на сеансы к психологу. И все равно это каждый раз деморализует полностью.

Делаю глубокий вдох. Медленно. Расслабляю плечи. Как меня учили – чтобы не захлебнуться кошмаром.

Главное проговорить: я жива. Это уже прошло.

Но прошло ли?

Как мне после этого строить отношения?

Как впустить кого-то близко, если я до сих пор боюсь прикосновений?

Я словно склеенная из осколков. С виду целая, но внутри все еще болит.

После душа быстро надеваю легкие белые брюки, короткий черный топ, бейсболку. Отправляюсь на прогулку. Неподалеку от отеля есть набережная. В этот час на ней почти никого нет. Я иду, иду, километр за километром, пока прошлое не отпускает. Я не собираюсь отвечать мужу на смс. Тем более звонить. Не хочу ничего о нем знать!

Прогулка помогла. Воздух, солнце, шаг за шагом я будто оттаиваю изнутри. Но до конца не отпустило. В груди все еще дрожит нечто беспокойное, натянутое, как тонкая струна.

Зато проголодалась зверски, почти два часа прошло. Пока гуляла успела выпить два литра воды, которые купила в небольшом магазинчике среди пальм.

Вот и наш ресторан, где всегда шведский стол. Улыбки, звон посуды, запах кофе и выпечки. Очень уютно. Ира уже на завтраке, вижу ее как обычно на улице под тентом. Она не одна за столиком. С ней Михаил и… Юсуф.

Замираю, смущенная.

Он сидит чуть боком ко мне, в тёмных очках и бейсболке, как будто хотел остаться незамеченным. Останавливаюсь на полпути, сбиваюсь с шага. Я не готова к новой встрече. К воспоминаниям о вчерашнем, которые тут же всплывают: жаркие, мучительно сладкие. Но Ира уже машет мне рукой. Миша встает, отодвигает стул для меня.

– Вот и нашлась наша пропажа! Ты где вообще гуляла, красотка?

– Спортивная ходьба, – улыбаюсь. – Всем Good Morning, – перехожу на английский.

Все трое отвечают мне тем же.

– Пойду возьму завтрак… – и сбегаю внутрь ресторана.

Меня бросает в жар. Делаю вид, что выбираю блюда, но о еде вообще не могу думать. Руки дрожат. Салат? Фрукты? Омлет? Машинально накладываю по чуть-чуть всего, просто потому что так надо. Изредка кидаю украдкой взгляды на наш столик. Не могу удержаться.

Но я не могу вечно так прятаться. Все равно приходится вернуться к столику. О чем говорить? Как вести себя? Как подросток, впервые на свидании, ей богу!

Миша старательно ковыряет английские слова:

– So… where are you from?

Юсуф отвечает. Его голос — грудной, спокойный, чуть глуховатый, с мягким акцентом. Уверенный.

Рассказывает, что родом из Палестины, но сейчас живет в Дубае.

– Ты очень красиво танцуешь, Юсуф, – продолжает Михаил. – Очень были вчера впечатлены. Very cool.

Юсуф рассказывает, что давно занимается танцами. Я ковыряю вяло еду. Мурашки бегают по всему телу. Хотя он даже не смотрит в мою сторону.

Пытаюсь что-то съесть. Беру вилку, подношу кусочек омлета ко рту. Жую. Проглотить не могу.

Да что ж такое? Все внутри меня пульсирует, горит, сжимается. Сижу ровно, как неживая. Краем глаза замечаю Юсуф тоже почти не ел. Тарелка нетронута. Он что-то отвечает Мише, кивает Ире, но сам – будто тоже напряжен.

Скольжу взглядом по его рукам. Длинные пальцы, аккуратные ногти. Тыльная сторона ладоней – смуглая, с четко проступающими венами. Очень сильные и мужественные руки. Меня будто током прошибает.

Сжимаю вилку, злюсь на себя за это оцепенение. Ну правда. Сколько можно?

– Слава, ты не выспалась что ли? Почему ничего не ешь? – интересуется Михаил.

– Да, Слав, что с тобой? – подхватывает Ира. – Не заболела? Или похмелье?

– До тебя мне далеко.

– Ой, ладно тебе. Отлично же вчера повеселились!

– Ну, как сказать!

Миша снова обращается к Юсуфу. Говорит, что мы все собираемся на пляж. Я встаю из-за стола первой. Телефон вибрирует.

Андрей.

Ухожу к бассейну.

– Что тебе от меня нужно? – спрашиваю, ответив на звонок.

Глава 11

Телефон вибрирует, когда я сижу на балконе, уткнувшись в ноут. Андрей.

Нахлынувшая волна – не столько тревога, сколько усталость. От того, что он все еще появляется. И до сих пор умеет что-то шевелить внутри.

Я отвечаю.

– Да.

– Привет. – его голос знакомо хрипловат, чуть ниже обычного. – Я тут узнал, что ты оказывается отправилась в путешествие. Почему не сказала?

– А должна была?

– Когда возвращаешься?

– Через неделю.

– Я хотел бы с тобой встретиться. Есть разговор.

Я молчу. Он это чувствует, спешит заполнить тишину.

– Ты, конечно, не обязана. Но, знаешь… Мне совсем не нравится, как мы тогда все закончили. Не по-человечески как-то.

– А по-твоему, как должно было быть, Андрей? – стараюсь говорить спокойно.

– Все совершают ошибки, Слава. Надо уметь прощать. Ты же просто исчезла. Взяла и стерла все. Как будто мы ничего не значили друг для друга. – Андрей замолкает, потом добавляет тише:

– Я скучаю. Очень.

Ком в горле. Но я проглатываю его.

– Пожалуйста, не звони мне больше, Андрей. Теперь мы чужие друг другу.