После развода. Месье, я сама!

Денис в это время, как назло, оживлённо показывает Егору что-то на фотографии и говорит слишком громко, что в следующий раз они с сыном поедут отдыхать вдвоём, «по-мужски», без всяких скучных маминых правил. Егор улыбается, но как-то неуверенно, и у меня внутри снова всё сжимается. Но Вадим уже сопит мне в ухо, что одна из нужных машин у него на ремонте, вторая стоит под Кунгуром после объекта, а водитель должен был завтра выходить только после обеда.

– Под Кунгуром он сейчас где именно? – цепляюсь за информацию. – Водитель трезвый, трубку возьмёт?

– Трезвый, куда он денется, с женой дома, – бурчит Вадим. – Стоит возле базы, работу закончили сегодня, но перекинуть его утром можно, если согласится. Только срочность будет по двойному тарифу.

– По двойному он пусть сам жене объясняет, – отрезаю я. – Ночной перегон не нужен, выезд в пять тридцать, на площадке к семи, работа максимум до обеда. Если водитель согласится за десять минут, я тебя в заявке поставлю первым.

Вадим ворчит, но я слышу, что заинтересовался. Значит, не всё безнадёжно. Сбрасываю вызов, тут же набираю второго – Игоря Самойлова, у которого есть манипулятор с приличной стрелой, и параллельно открываю калькулятор, чтобы прикинуть, во сколько всё это вылезет заказчику, если брать технику напрямую, а не через мутную прокладку подрядчика.

– Игорь, добрый вечер, Морелева, – говорю уже почти на автомате. – Мне завтра утром нужен манипулятор, подстраховка при разгрузке, работа часа на четыре, может, меньше. Оплата по безналу, закрывающие нормальные, объект не шарашкина контора.

Пока Игорь задаёт вопросы, Денис поднимается из-за стола. Я вижу это боковым зрением, и внутри всё напрягается – он собирается уходить или, наоборот, решил пройтись по квартире? Но он только подходит к Егору, кладёт руку ему на плечо и говорит, что папе пора, потому что у него тоже дела, не только у мамы. Сын сразу расстраивается, поднимает голову, спрашивает, может, он ещё посидит, ведь они почти не посмотрели альбом.

– В другой раз, сынок, – Денис произносит это бодро, с фальшивой лёгкостью. – Мама у нас занята, работа важная, куда уж нам с тобой со своими фотографиями. Но ты не переживай, я скоро заберу тебя куда-нибудь нормально, отдохнём без этих разговоров.

Я закрываю глаза на полсекунды.

Как же меня это всё задолбало... Нельзя одновременно вести рабочий разговор, контролировать бывшего мужа и пытаться защитить ребёнка от манипуляций. Но почему-то именно так и устроена моя жизнь.

Посылаю Денису предупреждающий взгляд, но он только усмехается и выходит с кухни.

На автомате иду следом, вижу, как бывший наклоняется к Егору, целует его в макушку и уже в прихожей, натягивая куртку, бросает:

– Ну всё, сынок, не буду мешать маме зарабатывать на французские курорты. Ты мне пиши, если что, ладно? Папа всегда на связи.

Всегда на связи. Это даже не смешно!

– Работай, не отвлекайся, – кидает мне с издёвкой.

– В следующий раз предупреждай заранее, – отвечаю холодно, зажав динамик ладонью.

– Конечно-конечно, начальница, – хмыкает Денис и выходит.

– Егорушка, не стой в коридоре, холодно, – говорю сыну тихо, закрывая дверь. – Иди на кухню.

Егор молча кивает, и у меня сжимается сердце. Благо, спустя буквально несколько секунд Игорь подтверждает, что манипулятор будет. Потом Вадим присылает сообщение, что водитель согласен. Я скидываю всю информацию в чат Лене, получаю сообщение: «Ты богиня!!!» с кучей восклицательных знаков и поцелуйчиков. И смотрю на поникшего сына, который медленно собирает альбом и карандаши со стола.

– А как насчёт блинов со сгущёнкой на ужин? – спрашиваю у него преувеличенно весело.

– О, правда? – сын расплывается в улыбке. – Можно?

– Можно, – киваю решительно и лезу в холодильник за молоком.

Шут с ней, с фигурой, и на лишние килограммы плевать. Зато для Егора вечер заканчивается на хорошей ноте...

На следующий день всё в кои-то веки идёт по плану. Лена с самого утра сообщает мне, что обе машины вышли, водители на связи, заказчик доволен – ну слава богу! И даже Егор, который сегодня не пошёл в садик, так как на улице внезапно ударило минус тридцать пять, с куда меньшим нытьём пишет свои прописи.

Тем неожиданнее для меня становится звонок в дверь во второй половине дня. Я бегу открывать, думая, что это, наверное, Кира забежала – и впадаю в ступор.

– Ой... – выдыхаю глупо, глядя на Лорана на моём пороге.

Глава 9

– Добрый день, Маргарита, – произносит Лоран с лёгкой улыбкой. – Простите, что приехал без предупреждения. Я хотел позвонить, но выяснилось, что у меня нет вашего номера.

– И поэтому вы решили сразу приехать? – уточняю, всё ещё не до конца веря собственным глазам.

– Это было не очень разумно? – Лоран чуть приподнимает брови, и мне почему-то кажется, что он едва удерживается от смеха.

– При минус тридцати пяти? – переспрашиваю, наконец-то сообразив, что мужчина стоит на лестничной площадке, где из-за неплотно закрывающегося окна сквозит так, что хоть пингвинов разводи. – Разумно было бы сидеть дома возле батареи! Заходите уже, а то замёрзнете!

Отступаю в сторону, пропуская его в прихожую, и тут же начинаю лихорадочно вспоминать, в каком состоянии у меня квартира. Вроде бы ничего криминального, вчера вечером убралась, но на кухне наверняка остались чашки после завтрака, а в гостиной Егор с утра устроил какой-то филиал автомобильного завода. И сама я, конечно, выгляжу просто великолепно! Домашние штаны, футболка, волосы кое-как собраны в хвост, а на ногах носки с какими-то дурацкими зверюшками, которые я покупала исключительно потому, что они были тёплые.

Идеальный наряд для встречи с красивым французом, нечего сказать!

– Спасибо, – Лоран переступает порог и закрывает за собой дверь. – Я действительно немного замёрз.

– Ещё бы! – хмыкаю, машинально поднимая с пола один из Егоровых ботинок и засовывая его в обувницу. – Вы на курорте были? В смысле, оттуда приехали?

– Да, но сначала у меня была встреча в городе, – отвечает он, стягивая перчатки. – Поэтому я решил воспользоваться случаем.

Ага. Воспользоваться случаем. Интересно, каким именно? И я здесь при чём?

Вытягиваю руку, чтобы забрать у него перчатки, и только сейчас замечаю, что в другой руке мужчина держит небольшой свёрток из плотной бумаги.

Он тоже видит направление моего взгляда и, словно спохватившись, осторожно раскрывает бумагу.

– Это вам, – протягивает мне, я беру на автомате и вижу...

Тюльпаны. Нежно-розовые, красивые, совершенно не соответствующие ни времени года, ни погоде за окном.

– Мне?.. – спрашиваю совершенно идиотским тоном.

– Да, Маргарита, вам, – терпеливо повторяет мужчина. – Надеюсь, вы любите тюльпаны?

– Люблю, – признаюсь, нюхая плотные бутоны, невольно расплываюсь в улыбке. – Спасибо. Просто... неожиданно.

Ещё бы не неожиданно! Мужчина в разгар января с тюльпанами в руке, как будто это нормально и естественно!

– Мам, кто пришёл? – раздаётся из кухни голос Егора, и уже через секунду он появляется в коридоре.

В одной руке у него карандаш, на щеке синяя полоска. И когда успел разрисоваться?

– О! Лоран! – радостно вопит сын, обнаружив гостя. – Мам, это же тонтон Лоран!

– Bonjour, Егор! – здоровается Лоран и приседает, чтобы оказаться примерно на одном уровне с мальчиком. – Как у тебя дела?

– Хорошо! – сообщает сын с энтузиазмом. – А мы сегодня в садик не пошли! Там холодно очень, даже машины не все заводятся! А у тебя завелась?

– Завелась, – смеётся мужчина.

– А какая у тебя машина? А ты сам ехал? А ты умеешь по льду ездить? А у тебя...

– Егор! – с трудом вмешиваюсь в поток вопросов. – Дай человеку хотя бы раздеться!

– Ага, – совершенно не смущается сын. – А потом покажешь машину?

– Егор!

– Если твоя мама будет не против, я покажу, – отвечает Лоран, и поднимает на меня взгляд.

Вот ведь хитрый какой! Я, значит, теперь должна либо разрешить ребёнку посмотреть машину, либо выступить злобной мамашей, которая лишает собственного сына маленьких радостей.

– Посмотрим, – отвечаю с максимальной неопределённостью. – Сначала у нас гости разденутся, чай попьют, а потом уже будем решать, кто и что кому показывает. Иди пока дописывай, пожалуйста.

– Да я почти дописал! – возмущается Егор.

– Вот именно. Осталось совсем чуть-чуть.

Сын выразительно вздыхает, но всё-таки уходит на кухню, напоследок ещё раз сообщив Лорану, что обязательно покажет ему свою новую машину из конструктора.

– Простите, – вздыхаю, поворачиваясь к гостю. – Он у меня очень разговорчивый.

– Это хорошо, – улыбается Лоран. – Мне нравится разговаривать с детьми.

Ну вот. Опять эта совершенно непонятная манера отвечать прямо, без дежурных любезностей и ненужных объяснений.

Впрочем, может, я и в самом деле зря ищу какой-то подвох? Человек приехал в гости, привёз цветы, нормально общается с ребёнком. Ничего из ряда вон выходящего. Просто я к такому не привыкла.

Хотя остаётся один маленький вопрос.

– Лоран, – окликаю его, когда он снимает пальто и аккуратно вешает на крючок, – а откуда вы вообще узнали мой адрес?

– У Кирилла.

– У Кирилла? – удивляюсь.

– Я спросил Кирилла, а он сказал, что лучше обратиться к Кире, – объясняет мужчина, явно развлекаясь. – Кира почему-то очень обрадовалась моему вопросу. Вы не знаете, почему?

Вот ведь подруга, называется! И главное, ведь наверняка ещё и напутствие ему какое-нибудь выдала! С неё станется.

– Нет, не знаю. Проходите на кухню, – предлагаю, стараясь сделать вид, что ничего особенного не происходит. – Я сейчас цветы в воду поставлю и чайник включу. Вы чай будете или кофе?

– Кофе, если можно, – отвечает Лоран и направляется следом за мной.

Ну хоть что-то в этой ситуации нормальное. Кофе я, по крайней мере, варить умею, и даже вполне прилично. Правда, с цветами получается небольшая заминка, потому что подходящую вазу приходится искать в шкафу, где она стоит за набором праздничных бокалов, который я доставала последний раз неизвестно когда. Пока вытаскиваю её, едва не роняю один из бокалов, а потом ещё и не могу сразу сообразить, сколько воды нужно налить.

Рита, успокойся! Это просто тюльпаны!

– Красивые, – замечает Егор, когда я ставлю букет на стол. – Мам, это тебе Лоран подарил?

– Нет, Егорушка, сам нашёл по дороге, – не удерживаюсь от ехидства. – Представляешь, у нас теперь в январе тюльпаны на улице растут!

Сын смотрит на меня с подозрением, потом переводит взгляд на Лорана.

– Мама шутит, – сообщает совершенно серьёзно. – Она иногда так делает.

– Я уже немного заметил, – отвечает тот, и оба улыбаются, а я с трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

Включаю кофемашину, достаю чашки и заодно окидываю кухню критическим взглядом. Ничего страшного вроде бы нет, если не считать того, что на столе валяются Егоровы прописи, карандаши и какие-то детали от конструктора. Хорошо хоть бельё сегодня не стирала. Вряд ли Лоран пришёл бы в восторг от перспективы любоваться моими трусами, развешенными на сушилке посреди квартиры!

Господи, о чём я вообще думаю?!

– Маргарита, я хотел вас поблагодарить, – начинает Лоран, когда мы наконец усаживаемся за стол.

– За что? – спрашиваю, поставив перед ним чашку.

– За вчерашнюю ситуацию с техникой для «Северного склона». Сегодня утром мне сообщили, что обе машины прибыли вовремя и разгрузка прошла без задержек. А потом я узнал, кому мы этим обязаны.

А-а... Вот теперь понятно.

– Да не за что, – отмахиваюсь с облегчением. – Это же моя работа. Мы вообще-то должны такие вопросы решать, а не сидеть и ждать, когда всё само рассосётся.

– Тем не менее другие специалисты не смогли найти нужную технику, – замечает Лоран. – А вы нашли.

– Да потому что искали не там! – возмущаюсь, вспомнив вчерашний разговор с Леной. – У нас здесь не Москва, конечно, но и не пустыня. Техника есть, просто надо знать, у кого спрашивать.

– Сегодня я как раз пытался выяснить, почему подрядчик утверждал, что подходящей техники нет, а потом оказалось, что она вполне доступна.

– Ну, тут вариантов несколько, – пожимаю плечами. – Может, они действительно плохо искали. Может, не захотели связываться с мелкими местными владельцами. У крупных компаний с посредниками свои договорённости, знаете ли. Но вообще, если честно, иногда такое впечатление, что некоторые люди получают зарплату исключительно за умение очень убедительно объяснять, почему ничего нельзя сделать!

– Знакомое впечатление, – хмыкает Лоран. – Везде так.

– Что, во Франции тоже? – не удерживаюсь от насмешливого вопроса.

– Люди везде одинаковые, – пожимает он плечами, и я, вздохнув, киваю.

– Это точно.

– А что вы вчера делали? – внезапно интересуется Егор, которому, видимо, поднадоело слушать непонятные взрослые разговоры.

– Работал, – отвечает Лоран.

– А мама тоже работала! – оживляется сын. – Она вчера всем звонила, а потом мне блины сделала! Со сгущёнкой! А ты любишь блины?

– Очень, – кивает француз.

– А французские блины ты ел?

– Конечно. Во Франции их тоже готовят.

– А они такие же?

– Не совсем, – Лоран задумывается. – Но похоже, наверное. Мы часто едим их с шоколадом, фруктами или сахаром.

– Прямо с шоколадом?! – таращит глаза Егор. – Ух ты! А ты умеешь их готовить?

– Умею, – с некоторой заминкой и немного неуверенно отвечает Лоран. – Но не могу сказать, что делаю это очень хорошо.

– А мама хорошо делает! – доверительно сообщает Егор.

– Не сомневаюсь, что твоя мама делает всё очень хорошо, – кидает на меня короткий взгляд мужчина.

– Мам, надо будет сделать для Лорана блины! – тут же хитро прищуривается на меня сын.

Ну, ему лишь бы блинов налопаться.

– Не сегодня, – качаю головой. – Я вчера всё молоко использовала. Давай-ка ты допишешь свою последнюю строчку, а то всё время отвлекаешься.

– Ну вот, – морщится Егор, но всё-таки склоняется над прописями.

Пока он заканчивает, мы с Лораном успеваем допить кофе, причём разговор постепенно уходит от работы. Он спрашивает, как мы доехали с курорта, не замёрзли ли в такую погоду, как вообще прошёл последний месяц. Я отвечаю, рассказываю про подготовку Егора к школе, которая пока что продвигается с переменным успехом, сын тоже то и дело вставляет свои реплики. А потом, закончив наконец с писаниной, притаскивает Лорану фотографии, машинки и заваливает вопросами.

Я наблюдаю за их разговором и на меня накатывают противоречивые ощущения. Мужчина общается с ребёнком очень естественно, с одной стороны, не сюсюкая, с другой – явно подстраиваясь под его возраст. Видно, что у него немаленький опыт.

Как раз в это время Егор спрашивает про племянников и племянниц, которых мужчина упоминал раньше. Выясняется, что у Лорана их действительно много, причём некоторые уже довольно взрослые, а другие совсем маленькие.

– А у тебя свои дети есть? – спрашивает сын с непосредственностью.

– Нет, – отвечает Лоран.

– А почему?

– Егорушка! – не выдерживаю я. – Это личный вопрос!

– А что? – сын смотрит на меня с недоумением. – Я просто спросил!

– Ничего страшного, Маргарита, – вмешивается Лоран. – Я ещё не встретил женщину, с которой захотел бы создать семью.

Почему-то после его слов мне становится неловко гораздо сильнее, чем Егору. Причём особенно неприятно то, что я совершенно не понимаю причины собственной реакции.

Ну не встретил и не встретил! Мало ли вокруг мужчин без детей! И вообще, какое мне до этого дело?!

– А-а, – понятливо тянет Егор. – А у моей мамы есть я!

– Это я уже заметил, – улыбается Лоран.

– А папа у меня тоже есть, – добавляет сын и на секунду задумывается. – Только он с нами не живёт.

Я замираю с чашкой в руке.

Не хватало ещё, чтобы Егор сейчас принялся рассказывать о вчерашнем визите Дениса, о его обещаниях и о том, что папа иногда говорит про маму всякие неприятные вещи. С ребёнка станется! Он же не понимает, что такие вещи совершенно необязательно обсуждать с каждым встречным.

Но Лоран, к счастью, не начинает расспрашивать. Только кивает и переводит разговор. Сын моментально переключается, и я незаметно выдыхаю.

И в очередной раз ловлю себя на мысли, что с этим мужчиной удивительно легко.

Вот только с чего бы?!

Когда проходит почти час, Лоран смотрит на часы и поднимается.

– Мне пора, – говорит с явным сожалением. – Не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством.

– Да что вы, – отвечаю машинально, вставая следом. – Всё нормально. Спасибо за цветы.

– А ты ещё придёшь? – спрашивает тут же Лорана Егор с надеждой.

Тот переводит взгляд на меня.

– Если твоя мама будет не против, – отвечает после короткой паузы.

– Лоран занятой человек, Егорушка, – говорю осторожно. – У него много работы.

– Я могу найти время, – возражает француз, слегка улыбнувшись.

Сын радостно подпрыгивает, а я только закатываю глаза. Хорошо ещё, что Егор не требует прямо сейчас назначить точную дату следующего визита. Вместо этого он убегает в комнату за чем-то ещё, что не успел показать.

– Маргарита, – произносит тут же мужчина, словно только и ждал удобного момента, – я всё-таки хотел бы ещё раз пригласить вас на ужин.

Глава 10

– Лоран, – начинаю осторожно, – я же вам уже говорила...

– Да, вы отказались, – кивает он. – Я помню. И не собираюсь настаивать, если вы действительно не хотите. Но мне кажется, что в прошлый раз обстоятельства были не самыми удачными.

Я смотрю на него, не зная, что ответить.

В прошлый раз обстоятельства действительно были так себе. Новогодняя ночь, отвратительный случай в ресторане, собственные переживания из-за внешности... Да ещё и мужчина, который выглядел так, словно сошёл с обложки журнала для успешных и красивых, а я рядом с ним чувствовала себя человеком, который эту обложку случайно испачкал.

Но сейчас-то что изменилось?

Я стою перед ним в домашних штанах, с дурацкими зверюшками на носках и даже без малейшего намёка на макияж. И он, между прочим, всё это прекрасно видит!

– Вы же понимаете, что я не очень располагаю свободным временем? – спрашиваю наконец, находя единственный более-менее разумный довод.

– Понимаю.

– У меня ребёнок. Работа. И вообще куча разных дел.

– Я заметил.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга. Я понимаю, что он ждёт ответа, но почему-то не торопится заполнять молчание уговорами.

А мне вдруг становится любопытно. Хочется поговорить с ним без постоянных перебиваний сына, без рабочих вопросов... просто поговорить.

– Давайте не ужин? – предлагаю наконец. – Просто кофе. И ненадолго.

– Кофе, – соглашается Лоран без малейших колебаний.

– И без дорогих ресторанов, – добавляю на всякий случай.

– Договорились.

– И вообще... – я запинаюсь, но потом всё-таки договариваю: – В общем, без всяких французских заморочек.

– А что именно вы называете французскими заморочками? – задумчиво уточняет он.

– Ну... – растерянно смотрю на мужчину. – Не знаю... Всякие там галантности, излишества, красивые жесты...

Лоран переводит взгляд на стол, где стоят подаренные им тюльпаны.

– С цветами я уже опоздал, – замечает он.

Не выдержав, фыркаю, сдерживая смех.

– Когда вам удобно? – спрашивает он сразу, словно ловя момент. – Выберем любой день, вам же нужно будет с кем-то оставить Егора.

Киваю, в очередной раз растерявшись, теперь от того, что он об этом подумал.

– И я надеюсь, что вы дадите мне номер вашего телефона, – улыбается он.

– Вы легко нашли мой адрес, – невольно улыбаюсь в ответ.

– Его мне дала Кира. Но номер я хотел бы получить от вас, – наклоняет он голову.

Мне становится неожиданно приятно, хотя казалось бы – ну какая ерунда. Диктую свой номер, и Лоран сразу же дозванивается на мой мобильный. И пока я вношу его в список контактов, вдруг думаю, что это первый мужской номер, который я добавляю в телефон за очень долгое время не по работе и не по какой-нибудь необходимости, связанной с Егором.

Совсем отвыкла, оказывается.

– Лоран! – из комнаты вылетает сын с машиной в руках. – Вот, я нашёл!

Мужчина терпеливо выслушивает подробное объяснение устройства игрушечного грузовика, рассматривает откидывающийся кузов, восхищается работающими дверцами и в конце концов обещает, что в следующий раз Егор сможет показать ему и остальные машины.

И ведь обещает так совершенно естественно, словно действительно собирается вернуться.

От этой мысли я почему-то опять смущаюсь.

В конце концов мы выходим в коридор, Лоран прощается с Егором, а потом поворачивается ко мне.

– Спасибо за кофе, Маргарита. Мне было очень приятно вас увидеть.

И вдруг осторожно берёт мою руку.

Я даже не успеваю понять, что происходит, как Лоран чуть наклоняется и легко касается губами моих пальцев. Совершенно невинный жест, даже старомодный какой-то, но от неожиданности я замираю.

– До встречи, – произносит, выпрямляясь.

– До встречи, – выдыхаю негромко.

Дверь закрывается, и я ещё несколько секунд стою в прихожей, глядя на собственную кисть.

Ну вот. Что называется, договорилась без французских заморочек!

– Мам, а Лоран хороший, да? – спрашивает Егор, который всё это время крутился рядом.

– Хороший, – отвечаю машинально.

– А мне тоже понравился! – сообщает сын. – И он обещал ещё прийти!

– Ну, значит, придёт, – говорю, хотя совершенно не понимаю, почему сама так легко произношу эти слова.

Егор удовлетворённо кивает и уносится обратно в комнату, а я возвращаюсь на кухню, убираю чашки, поправляю тюльпаны в вазе и только потом присаживаюсь за стол, беря мобильный.

В котором уведомление о сообщении от Киры.

«Ну что? Приехал?»

Ах ты ж... зараза такая! Знала и молчала! Ещё и сидит теперь, ждёт отчёта!

Я открываю переписку, уже собираюсь написать подруге всё, что думаю о её способностях устраивать чужую личную жизнь, но тут замечаю новое уведомление.

«Маргарита, спасибо за сегодняшний день. Надеюсь, наша следующая встреча состоится скоро».

Перечитываю сообщение.

Потом ещё раз.

И только спустя некоторое время понимаю, что сижу посреди собственной кухни, улыбаясь совершенно как дурочка.

Ну подумаешь, пригласили на кофе!

Мало ли кого куда приглашают!

Правда, меня вот уже довольно давно никто никуда не приглашал. Тем более такой мужчина. И я, если уж совсем начистоту, до сих пор не могу понять, что он во мне нашёл.

Но самое противное, что мне ужасно хочется выяснить. А ещё хочется, чтобы этот дурацкий кофе состоялся поскорее. И вот с этим уже совершенно непонятно, что делать.

Пару минут раздумываю, кому ответить в первую очередь. С одной стороны, приличные люди, наверное, сначала отвечают мужчине, который пригласил их на свидание. С другой – Кира ведь сейчас лопнет от любопытства, если я продолжу молчать. А мне потом ещё с ней общаться, между прочим! И, судя по всему, уже завтра придётся обращаться за помощью.

Поэтому открываю переписку с подругой и набираю:

«Ты вообще нормальная?!»

Ответ приходит практически мгновенно.

«Значит, приехал!!!»

Ну вот как она это делает?! Я же ничего такого не написала!

«Приехал. И что?»

«И ЧТО??? Рита!!! Он вчера у Кирилла твой адрес спрашивал! А потом у меня! Я думала, он сегодня с утра примчится, но Кирилл сказал, что у них там совещание какое-то! Ну рассказывай!»

Господи, дай мне терпения. И желательно побольше.

«Привёз цветы. Поблагодарил за вчерашнюю работу. Кофе попил. С Егором пообщался. Уехал».

«И ВСЁ?!»

«Кира, ты меня убиваешь!!!»

«Он тебя на свидание пригласил?»

Вот зараза. Ну точно ведь знает, что спросить!

Я ещё несколько секунд смотрю на экран, прикидывая, можно ли как-нибудь уклониться от ответа, потом решаю, что всё равно бесполезно.

«Пригласил. На кофе. Я согласилась».

Вызов прилетает немедленно.

– Ну наконец-то! – раздаётся в трубке вместо приветствия. – Ритка, я уж думала, что ты до пенсии будешь от мужиков шарахаться!

– Кира! – возмущаюсь, машинально понижая голос и оглядываясь в сторону детской. – Ты можешь не орать? У меня ребёнок дома!

– У меня тоже! Два! – радостно сообщает подруга. – И ничего, живу как-то! Когда идёте?

– Пока не знаю. Надо договориться. Я, собственно, поэтому и хотела тебе позвонить...

– За Егором мы присмотрим, – перебивает она. – Можешь даже не начинать!

– Кир, ну я же не могу вот так...

– Рита, ты мне сейчас серьёзно будешь объяснять, почему твой сын не может пару часов провести с моими мальчишками? Кирилл дома будет, я тоже. В чём проблема?