Гоблин Марат

– Так, чего хочешь?

– Подожди-ка, я ещё не придумал… – перебил её Марат.

И он задумался. Золота? Хорошая мысль, но сколько золотых монеток может дать одна лягушка? А если попросить уважения и почёта, чтобы любой встречный кланялся ему в ноги и целовал рваные башмаки? Или новый дом и хорошую одежду вместо гнилой лачуги и костюма из лоскутков? Или слуг и рабов, которые вечно исполняли бы его желания?

Мысли метались, жадность скребла изнутри, словно когтями. Хотелось всего сразу, и от этого становилось почти больно. Лоб Марата наморщился, уши подрагивали, он злился на саму идею выбора. Одно желание – и столько возможностей! Как не прогадать? Как запихнуть всё в одну формулировку, чтобы не упустить ни крошки выгоды? Он скрежетал зубами, шептал себе под нос, представляя, как лишается то одного, то другого, и от этих мысленных потерь его трясло сильнее, чем от болотного холода.

Идея пришла неожиданно – резкая, жадная и, как показалось Марату, совершенно правильная.

– Я хочу стать королём всей страны! – выпалил он.

И тут же воображение понесло его вперёд: он увидел себя в тяжёлой золотой короне, усыпанной камнями, с высоким троном под спиной, резные подлокотники которого были сделаны в форме когтей. Он восседал над всеми, а подданные ползали у подножия, боясь поднять глаза. Его имя произносили шёпотом, с трепетом и страхом, и это наполняло его сладким чувством власти.

Квакунья опешила.

– Королём? Марат, какой из тебя король? Ты тупой и мерзкий, злой и вредный – такими короли быть не могут! Тебе сначала нужно измениться, стать порядочным, добрым!

– А я вот хочу быть таким! И не собираюсь меняться! – сердито произнёс гоблин и топнул ногой. – Исполняй это желание, а то я сожру тебя!

Квакунья тяжело вздохнула. В её глазах мелькнула тревога. Она прошептала заклинание. Воздух сгустился, вспыхнуло зеленоватое пламя, земля закружилась, будто болото вскипело. Мир разорвался на куски, звуки вытянулись в вой, свет и тьма смешались, и всё понеслось, завертелось, рассыпаясь искрами.

…И Марат оказался во дворце.

Он сидел на высоком троне, обитом багряным бархатом. На нём был роскошный наряд: тяжёлая мантия с золотой вышивкой, дорогие сапоги, на шее – цепь с огромным самоцветом. Вокруг суетились придворные, кланялись слуги, в ряд стояли рабы с опущенными головами, а у стен – суровая стража в блестящих доспехах. По залу тянулись сундуки, доверху набитые золотыми и серебряными монетами, диадемами, сапфирами и изумрудами. Повара несли подносы с яствами – мясо, соусы, вина – их аромат кружил голову. Полукругом стояли поэты, звездочёты и льстецы, наперебой восхваляя Марата, называя его самым умным, прозорливым и мудрым правителем, каких только знала эта страна.

– О-о-о… это то, чего я хотел больше всего! – воскликнул Марат.

И стал он королём.

Дни его текли одинаково: он ел до отвала, спал на мягких перинах, слушал лесть, пересчитывал монеты, бил слуг за малейшую провинность, плевался на придворных чиновников, грозил стереть врагов в порошок. Он подписывал указы о повышении налогов, о бесплатной работе на него, короля-гоблина, о молитвах в свой адрес, о строительстве памятников себе в каждом городе и деревне, о публикации хвалебных статей и восторженных отзывов. Он требовал докладов о том, что народ его обожает и с радостью несёт деньги. А тех, кто пытался говорить о проблемах, опасностях и недовольстве, он сажал в тюрьму, уверенный, что это завистники и лжецы.

Прошёл месяц, другой. Чиновники исполняли приказы, но Марат стал замечать, что сундуки пустеют, а во дворце всё тише. Однажды утром он проснулся – и никто не принёс ему завтрак. Никто не одел его, никто не прочёл стихов о его величии, никто не пожелал доброго утра. Холодный зал отозвался эхом его шагов, а пыль медленно оседала на ковры.

Разъярённый гоблин носился по дворцу – он был пуст. Ни чиновников, ни поваров, ни охраны. Тогда он выбежал в город – улицы оказались безлюдны. Он щёлкнул пальцами и перенёсся в другой город – и там не встретил ни одной живой души. Повсюду он видел одно и то же: покосившиеся дома, разрушенные мосты, заросшие бурьяном поля, брошенные лавки и фабрики. Окна смотрели пустыми глазницами, двери скрипели от ветра, а над всем висела гнетущая тишина.

Куда бы ни отправлялся Марат, картина была одинаковой. В его королевстве не осталось ни одной живой души.

И он заметил, что развешанные повсюду плакаты и картины с его изображением были разорваны или сожжены. На некоторых ему подрисовывали рога, кривые клыки и писали углём и краской: «Дурак!» или «Нам не нужен деспот-гоблин!» Было ясно – народ не просто разочаровался, он презирал своего правителя.

– Я один!.. – наконец дошло до Марата. – Но почему? Что случилось?!

И понял он всё совсем неправильно.

Во всём он обвинил Квакунью: мол, обманула его, подсунула королевство без нормальных подданных. В ярости он щёлкнул пальцами и перенёсся в болото, вызвав лягушку-волшебницу.

– Чего тебе, Марат? – удивилась та, увидев гоблина, сидящего на камне с перекошенной от злобы мордой.

– Ты провела меня вокруг носа, обманула! – орал Марат, брызгая слюной. – У меня нет слуг и охраны, перестали поступать деньги, и никто не молится за меня!

– Марат, я же сказала, что короли должны быть другими, – нахмурилась Квакунья. – Нужно быть умным, внимательным, любить свой народ и защищать его. А ты хотел, чтобы любили только тебя и работали только на тебя. Вот люди и ушли из твоего королевства. Теперь ты король без короны.

– Нет! Измени ситуацию! Верни подданных и пускай они продолжают работать на меня! – требовал гоблин, топая ногами.

– Я предупреждала: я исполняю только одно желание, – спокойно ответила лягушка.

– Исполни ещё одно, а то я тебя сожру! – взвизгнул Марат и даже вытащил вилку.

Тут лягушка-волшебница по-настоящему разозлилась.

– Придётся проучить тебя! Ты так и не понял, что я волшебница, а не твоя служанка!

Она произнесла заклинание особой силы. Воздух сгустился, болото затихло, и в ту же секунду гоблин застыл, превратившись в каменный истукан. По велению Квакуньи его перенесло в город, и он встал посреди площади – с перекошенным лицом, жадно вытянутыми руками и злобным взглядом.

Это был памятник невежеству, лицемерию и гнусности – всему тому, что олицетворял собой гоблин Марат.

Когда люди вернулись в королевство, они не разрушили этот памятник. Они оставили его стоять. Проходя мимо, взрослые останавливались и рассказывали детям, что бывает с теми, кто жаждет власти ради собственной жадности и презирает других. И каждый ребёнок знал: нужно сделать всё, чтобы такие короли никогда больше не правили,

а такие жуткие создания никогда не становились королями.

И если ночью на площади слышался скрип камня – говорили, что это Марат всё ещё злится,

но даже теперь не понимает, в чём был неправ.

(14 ноября 2015 год, Элгг)

Магическое кольцо Марата

Гоблина Марата трудно было назвать красавцем. Скорее наоборот – его внешний вид вызывал у всех стойкое желание отвернуться и побыстрее уйти. Огромный кривой нос нависал над губастым ртом, словно клюв хищной птицы, а маленькие выпученные глаза, похожие на крабьи, беспокойно бегали из стороны в сторону. Кожа у него была бугристой, покрытой папилломами и зелёными пятнами, будто кто-то нарочно испортил болотную глину. Ноги у Марата кривились, как старые корни, а короткие руки торчали по бокам и напоминали грабли – такими удобно было хватать чужое, но не вызывать симпатию.