Сердце полковника

Алиса Ласточкина

Сердце полковника

Сердце Полковника

Глава 1. Мария

Двигаюсь за военным ЗИЛом с навесом и надписью «ЛЮДИ» по грунтовой дороге, из-под навеса которого выглядывают и улыбаются мне молодые бойцы. Я улыбаюсь им в ответ на их беззаботную молодость и мальчишеский задор. На улице сегодня солнечно и очень жарко, поэтому мой кондиционер работает почти на полную мощность. А вот ребята, что трясутся впереди идущей машины одетые в «комки» спасаются только ветерком, который сами и создают своими фуражками.

Еще какое-то время мы движемся друг за другом, а потом ЗИЛ съезжает на одну из проселочных дорог. Мой же путь продолжается прямо в поселок. Через час у меня там встреча.

Вскоре замечаю, что у машины появился периодический нездоровый громкий стук. Прижимаюсь к краю дороги, насколько это возможно, чтобы не мешать движению. Обхожу машину и с ужасом обнаруживаю, что одна шина сильно порвана и диск уже начал эту резину жевать.

М-да, хорош денек. И связь в этом месте не ловит. Здесь пробел между трассой и поселком, меня предупреждали.

Запаска то у меня есть. Но я, честно говоря, и знать не знаю, как ее достать. Я уже не говорю о том, чтобы ее поменять.

День обещает быть длинным. Решаю, подождать на «аварийках», пока кто-нибудь не поедет мимо, попробую попросить помощи у проезжающих.

Но через пол часа осознаю, что за это время мимо не проехало ни одной машины. Час моей встречи приближается, а я даже не могу сообщить, что задерживаюсь потому что связи нет.

Я одета совершенно не для замены колес. На мне белый топ без рукавов, бежевая юбка выше колена по форме немного трапеция, из тонкой джинсовой ткани с декоративными кнопками сверху-вниз слева от центра и бежевые туфли-лодочки на шпильке. На лице небольшие шестиугольные солнцезащитные очки.

Я стройная и худенькая женщина для своих 38 лет, среднего роста, с темными волосами вьющимися от середины длины к низу, длиной по лопатки. У меня была спортивная юность, да и сейчас тоже тренировки не бросаю, для себя и для здоровья в том числе.

Но судя по всему из этой ситуации мне придется выкручиваться самостоятельно. Инструменты в машине есть, осталось только переодеться и приступить спасать саму себя.

Так как в поселок я еду жить и работать, по крайней мере, ближайшее время, то все вещи у меня с собой. Открываю заднюю дверь и наклоняюсь к сумке в поисках подходящего лука для спасения.

Вдруг, слышу звук подъезжающей машины. Меняю свою многообещающую позу рачком и вылезаю из машины. Позади меня притормаживает тот же ЗИЛ, из кабины выпрыгивает, судя по всему, их командир и подбегает ко мне.

Мужчина очень высок, атлетически сложен, косая сажень в плечах, стрижка – короткий ежик. Одет в брюки камуфляжные и черную футболку, под которой четко прорисованы мышцы грудных плит и пресса. На лице рэйбэны в форме капель.

Еще не дойдя до меня, слышу его голос:

– Здравствуйте! Что у вас случилось? – говорит он четким поставленным и очень приятным голосом.

– Здравствуйте! Да вот, – вскидываю руку и указываю на рваное колесо. – Где-то порвала шину, а связь здесь не берет, даже позвонить никому не могу, помощи попросить, – улыбаюсь самой обаятельной улыбкой, которые имеются у меня в арсенале. Мне ведь очень нужно, чтобы мне помогли.

– Понял. Запаска есть? – оценивающим взглядом осматривает причину моего нахождения посреди безлюдной дороги.

– Запаска есть. Инструменты есть. Сил нет, – все также мило улыбаюсь ему. Пока я говорю, наблюдаю, и хоть он и в очках, я все-равно вижу, как его глаза внимательно меня осматривают, ресницы двигаются. Взгляд задерживается сначала на груди, коей меня природа, не прям чтобы сильно наградила, а потом на ногах, ноги у меня длинные, тут уж не отнять. А я еще и на шпильке. И ему нравится то, что он видит. Его выдает чуть заметная улыбка, которая проявляет ямочки на щеках.

Немного опомнившись командует в сторону ЗИЛа:

– Андреев! – и жестом показывает, чтобы солдат подошел к нему. Кабина открывается и к нам подбегает боец.

– Я, товарищ командир.

– Бери Доронина и Миронова и бегом сюда, нужно девушке колесо поменять. Перчатки, инструменты тоже.

– Есть! Разрешите идти?

– Иди уже и пошустрее, – недовольничает командир.

На футболке мягкие погоны, на звезды смотрю – полковник. Он точно входит в руководящий состав здешней военной танковой дивизии. Здесь на ближайшие километров сто военных частей больше нет. Значит, это может быть полезное знакомство. Ведь мне завтра идти на службу в эту самую часть.

Полковник открывает багажник моего черного Хорька и натыкается взглядом на мой чемодан, снова вижу чуть заметную улыбку. Чемодан не мешает открыть второе дно багажника, там и лежат все инструменты. Командир вытаскивает все, что необходимо и присаживается на корточки расставляя эти железки рядом с колесом и натягивает перчатки. Солнце стоит высоко и без очков на улице находиться совсем не хочется, но тем не менее мужчина поднимает очки, оставляя их на голове и с улыбкой щурясь смотрит на меня и произносит:

– А вы, судя по чемодану, надолго в наши края?

– Еще не решила. Но на какое-то время точно, – также поднимая очки, отвечаю я все с той же обезоруживающей улыбкой.

Сейчас я вижу пронзительно синие глаза и могу предположить, что ему лет 45. Есть немного соли с перцем в волосах, но его абсолютно не портит, даже наоборот, приукрашивает. Он снова смотрит в мои глаза, в это время не глядя вставляет металлический крючок, разматывает домкрат.

– Разрешите поинтересоваться, какими судьбами такую прекрасную Афину занесло в наш скромный городок в десять пятиэтажек? – спрашивает полковник не скрывая своего мужского интереса.

– Разрешаю, – улыбаюсь я. – Я с завтрашнего дня выхожу на службу в местную танковую дивизию. Смею предположить, что там мы с вами еще не раз пересечемся.

– Оо, – улыбается мужчина, – Обязательно пересечемся. А вам уже подобрали жилье? – интересуется он.

И я не успеваю ответить, так как подбегают его бойцы и начинают суетиться, поднимая машину домкратом. Командир поднимается и немного оттесняет меня подальше от деятельных ребят своим мощным предплечьем становясь так близко ко мне, что я чувствую запах его парфюма, смешанный с его собственным. Кедровые нотки с табаком. Я в это время облокачиваюсь на раму двери в открытое окно.

Он снова присаживается, молча разгоняя солдатиков, которые не могут разобраться, как из-под днища моей машины нужно достать запаску. Командир чем-то щелкает, под днищем и спускает подставку с колесом, вытаскивает и отдает бойцам. Поднимается и подходит ко мне, одаривая улыбчивым взглядом исподлобья.

☻☻☻☻♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥

Глава 2. Сергей

Еще когда ехали на склад, я в боковое зеркало обратил внимание на машину, идущую за нашей. Слишком хорош автомобиль для наших краев, хотя, может, кто проезжий или даже заблудший. Свернули на дорогу ведущую на склад и еще минут 40 открывали склад, искали, загружали ящики с формой, закрывали склад. Выдвинулись обратно, уже в конечную точку, в часть.

Вижу тот же черный «Хорек», что плелся за нами перед тем, как мы на склад уехали. А из задней двери бесконечные женские ноги, стройные, одна нога в колене согнута и немного видно женское бедро, которое явно не гнушается тренировками. Ищет что-то в салоне. Так бы и смотрел на нее, даже только на половину той прекрасной девушки, что решила осчастливить своим видом два десятка мужиков от 18 до 46 лет. Командую водителю, чтоб остановился и иду узнавать, в чем дело.

А девушка ладная, стройная, лицо красивое, молоденькая, годков так 33 ей, примерно. Служить к нам приехала, интересно. Но я точно знаю, что в мою часть в ближайшее время мы ждем только врача. Да, женского пола, но я не ожидал, что это будет ТАКАЯ богиня.

Пока молодые меняют колесо, решаю продолжить беседу:

– Я кстати, Сергей, – решил пока без отчества представиться, чтобы раньше времени не спугнуть.

– А по батюшке как? – удивляет меня Афина.

– Константинович. – улыбаюсь я.

– Очень приятно. А я Мария Сергеевна. Новый врач медсанчасти.

– Так что там с жильем, Мария Сергеевна? Вы не сказали, – говорю я и по привычке руками хлопаю по карманам в поисках сигарет, нащупав долгожданное курево, осекаюсь и решаю, что при даме курить не комильфо. Но она и тут меня удивляет:

– Курите. Я и сама балуюсь, – улыбаясь, произносит она своим девичьим голоском и тянется в открытое окно в салон, видимо, в поисках своих сигарет.

Она ныряет в салон не открывая дверь, чтобы меня не двигать. Надо же, какая тактичная. И пока она шуршит в бордачке, она становится на носочек одной ноги, а вторую сгибает в колене для большей высоты и гибкости. А я смотрю… Забыл про сигареты, смотрю… Смотрю, что юбка ее сейчас закрывает так мало, что вся моя кровь рванула на юг. Это хорошо еще, что брюки камуфляжные широкие, зауженные только к низу, иначе выдал бы меня мой младший с потрохами.

И вижу я, что бойцы мои замерли в этом моменте и глаза свои стирают об эту красоту. А мне так странно ревниво стало, что я им командую:

– Колесо крутим! А головой – нет.

Приземляются с небес на землю мои пацаны и продолжают. А я смотрю и жду богиню. Наконец, она вытягивает пачку женских сигарет и зажимает одну между своих чувственных губ, а пачку бросает в салон.

Я не сразу спохватываюсь, что смотрю на эти губы безбожно долго и наталкиваюсь на испуганный взгляд Афины. Я прихожу в себя, вытаскиваю зажигалку, прикурить ей и чувствую божественный запах ее волос или, может это ее собственный. А уже потом тяну свою сигарету из пачки и пряча глаза подкуриваю себе. Не хватало еще напугать нимфу своим мужским молчаливым напором.

Я чуть двигаюсь и облокачиваюсь на уже остывший капот она поворачивается лицом ко мне и смотрит на меня, так изучающе. Сначала лицо, потом ниже на грудные мышцы и тут я бросаю:

– Так вот, мы остановились, что вам должны были выделить жилье. Выделили? – спохватываюсь я, потому что если она опустит взгляд на моего младшего, то выдаст он нас с ним запросто. И неизвестно, чем нам это грозит в дальнейшем.

– А, да, – возвращается она из своих мыслей. – Я как раз сейчас еду принимать это самое жилье, – и смотрит на свои маленькие красивые часики на запястье. – Но, к сожалению, не смогла сообщить, что задерживаюсь, так как связи нет. Вот через десять минут я должна быть на месте.

– А с кем договаривались? – интересуюсь я и докуриваю. Жилье у нас сдает только Петрович и с ним связаться я могу по нашему каналу.

– Сейчас, – произносит Афина и снова ныряет в салон. Так и смотрел бы на нее. Но тут молодых нужно контролировать, а то еще гайки не обтянут. Кидаю взгляд на них, и как и предполагал, высматривают там себе картинки для сладких снов с богиней в главной роли. Бойцы замечают мой недобрый взгляд и принимаются дальше за работу.

Выныривает из окна фея сегодняшнего дня и улыбаясь показывает мне сообщение в мессенджере. Я поднимаюсь и направляю ее ручку с телефоном к своему лицу и убеждаюсь, точно Петрович.

– Сейчас, я отойду на минуту.

Напоминаю взглядом пацанам, для чего мы здесь сегодня собрались и бегу в ЗИЛ. Связываюсь со штабом и прошу там предупредить Петровича, что нимфа задержится на прием квартиры минут на 15.

Выхожу из машины и вижу, что кто-то из молодых уже разговоры разговаривает с богиней, а она и беседует, улыбается. Подлетаю, уточняю, как обстоят дела, говорят – заканчивают.

Подхожу к Сергеевне, закрывая ее от взгляда молодых:

– Я сообщил ответственному за жилье, что вы немного припозднитесь.

– Ой, спасибо большое. Я уж и не знала, как извиняться перед ним, – звонко, но в то же время смущенно сообщает Мария.

– Нечего перед ним извиняться, – морщусь от того, что она будет лебезить перед Петровичем. А ему только дай повод корону начистить. – А на каком адресе он вас должен ждать? – никак не успокоюсь я.

– На Школьной 7 – 24, – смотрит она все в ту же переписку. А я хмурюсь.

В 7 доме у нас только она свободная квартира. Она маленькая, с видом на поле и разрушенную еще большевиками старую школу. В квартире давно просится ремонт хотя бы косметический, я уже не говорю о сантехнике и электрике. Но у нас есть и другие квартиры, в довольно хорошем состоянии и нормальных размеров. Офицеров и контрактников к нам переводят редко, поэтому квартиры есть и хорошие. Я подозревал, что Петрович эти квартиры использует для своего финансового обогащения. Думал, сдает иногда посуточно, спрос есть. Молодежь какая-никакая у нас водится, то дни рождения, то Новый год встречать где-то хочется и без родителей. Я не влезал, потому что он как прапорщик зарплату имеет маленькую, жену и троих детей содержит. Человек хороший, плохих дел за ним не водилось, наоборот, он же сам и добивается, чтобы на ремонт этих квартир бюджет выделяли. И не только о квартирах речь. Но сейчас ситуация может сложиться некрасиво. Девочка приехала, офицер, квартира ей полагается ведомственная. А Петрович ее готов уже опрокинуть.

– А хотите, я вас провожу до адреса? – предлагаю я. – Вы здесь можете заплутать без навигатора, а пока что связи здесь нет никакой.

– А хочу, – улыбаясь, соглашается она. И голос ее звучит, как маленький колокольчик. А я слушаю и млею. Ну, до чего же яркая звезда эта Мария Сергеевна. – Только, может, вы за руль сядете? – спрашивает она. Чем еще больше меня удивляет. – Вам здесь каждая ямка на дороге знакома, да и быстрее, когда дорогу знаешь.

– Без проблем, – отзываюсь я. – Быстро домчим.

Молодежь уже поставила запасное колесо и вернула порванное на место под днищем. Инструменты Марии я собрал, сложил в дно багажника. Пацаны не уходят, стоят улыбаются нашей новой знакомой, как дураки. И нимфа что-то полезла на задние сидения, снова в своей провокационной позе. Вытаскивает пакет, как я увидел, с продуктами и на меня смотрит настороженно:

– Товарищ полковник, разрешите угостить ребят? Так и стояла бы здесь до второго пришествия, им спасибо. И вам, отдельное спасибо, конечно. Там ничего запрещенного, фрукты, шоколадки, газировка, – смотрит смущенно с какой-то даже долей испуга. Может, опасается, что я не разрешу.

– Конечно, – улыбаясь, говорю я. – Угостите, Мария Сергеевна, – я вскидываю рукой, показывая, что можно.

Молодые тоже настораживаются, но берут, благодарят ее на все лады и наконец двигают в ЗИЛ.

– Я сейчас вернусь, – бросаю я Марусе. – Только команды раздам.

Она молча кивает и садится на пассажирское сидение своего Хорька. Я быстро раздаю указания старшему и иду обратно к нимфе. Открываю водительскую дверь, чтобы сразу отодвинуть сидение прежде, чем сесть и опять зависаю, в который раз за этот час. Фея откинула спинку сидения и прикрыла глаза рукой – устала, очки положила на панель под стекло. А я вижу только ноги, голые длинные ноги с острыми коленками. Ну что ж ты делаешь со мной, Афина?! Я тяжело вздыхаю и все-таки двигаю сидение и от звука она вскакивает:

– Ой, я прилегла немного, – оправдывается она и поднимает спинку. – Долгая дорога была.

– Отдыхайте. Доставлю в лучшем виде, – Я снова улыбаюсь и сажусь, сосредотачиваясь на дороге. Но она тоже смотрит на дорогу. Ну да, ей запоминать нужно.

Мы трогаемся первые, чтобы ЗИЛ нас не запылил на этой грунтовке, нам побыстрее нужно.

Добираемся до адреса мы минут за десять. Выходим, я осматриваюсь. Здесь и двор не самый красивый, даже дети не гуляют. То, что осталось от детской площадки для прогулок уже и опасно даже. Но идем на 3 этаж. Я впереди, чтоб Петрович и не думал, что легко продавит фею. Толкаю дверь в квартиру, придерживаю для Марии. И тут же встречаемся взглядами с моим ответственным за жилье.

– Привет, Петрович, – тяну я руку.

– Привет, Сергей Константиныч. – он жмет, но по взгляду вижу – недоумевает.

– Здравствуйте, Михаил Петрович, – выглядывает кротко из-за моего плеча нимфа.

– Здравствуйте, Мария Сергеевна, – здоровается Петрович.

– Ну, показывай, – говорю ему я. – Что тут у нас за хоромы?

Петрович все показывает, рассказывает. И ремонт здесь давно бы сделать, и сантехник требуется. Да и маленькая она, эта квартира, метров 25. Балкон вообще опасный, ограждения очень плохо закреплены, плюс от корозии начинают сыпаться в некоторых местах. Сергеевна ходит за мной хвостом, на  опасный балкон ее не пускаю, сантехнику тоже сам смотрю.

– Петрович, а помнишь квартиру в 6 доме? Двухкомнатная. Там балкон еще красивый, с такими перилами интересными.

– Есть такая, Сергей Константиныч, – соглашается прапорщик.

– Так может, нашу светило медицины в нее оформим? Там и ремонт поприятнее, и сантехника новая, насколько я помню. Что ж девочке мучиться и страдать здесь, если есть у нас варианты хорошие?

– Так, двухкомнатные на семейных у нас рассчитаны.

– Так Мария у нас семейная. Или ты думаешь, что такая красота может одинокая остаться? – говорю я, и глядя на девчонку незаметно для Петровича подмигиваю ей.

Она все понимает, смущается, но улыбается. И кивает Петровичу.

– Так у меня никакой информации о семейном положении нет, я и подготовил квартиру по метражу, как полагается, – как-будто оправдывается Петрович.

– Ну, так что, поедем в 6 дом? Марии бы уже расположиться, да лечь отдыхать, а мы тут все ходим.

– Конечно, Сергей Константиныч, – вздыхает, но само-собой соглашается Михал Петрович.

Выходим во двор и я понимаю, что ключи от машины Маруси все это время были у меня и она даже ни полсловом об этом не обмолвилась. Неужели, доверяет? Интересно.

– Михал Петрович, ты на машине? – спрашиваю я.

– Да прям? Что тут ходить-то? Десять домов всего.

– Ну, не скажите, – звонко смеется нимфа и бросает взгляд на свои туфли на тонкой шпильке. – Я бы поспорила.

– Спорить не будем, поедем значит вместе, – говорю я. Открываю машину, а Маруся пытается просочиться между мной и машиной к задней двери. А я и не собираюсь двигаться, пусть пообтирается об меня, либо говорить научится, что ее там беспокоит. Хотя, пусть не говорит, просто обтирается. Такая обладательница приятных окружностей, пусть трется. Только восторг вызывает и улыбку с моего лица уже не стереть до конца дня точно.

Она открывает заднюю дверь и пытается подвинуть тяжелую сумку, судя по всему, чтобы Петрович беспрепятственно сел. Ростом он невысок, а живот пивной имеет. А Маруся переживает.

Я ее аккуратно за талию хватаю, чтобы не спугнуть и вытягиваю на кислород. Она застывает от моих прикосновений, но подчиняется. Смотрю ей прямо в глаза, придерживая за талию, она стоит почти вжатая в меня, и руками упирается мне в грудь. Не ожидала, конечно. Я вижу, что она напряжена, но молчит, ждет, что я скажу.

– Мария, я уберу сам. Тебе стоило просто сказать, – нагло перехожу я на «ты».

Она кивает, но взгляд не отводит. Вытягивает из моей руки ключи и тихо говорит:

– Я машину пока заведу, – освобождается из моих загребущих лап и уходит, стуча своими шпильками по имеющемуся не везде асфальту.

Я перекладываю сумку в багажник. Петрович садится назад, а нимфа заводит машину и возвращается на пассажирское, вновь доверив мне свой автомобиль. Приятно, черт возьми.

Сажусь и выезжаем. Несмотря на то, что пятиэтажек у нас действительно десять, но чтобы доехать от седьмого дома к шестому, нужно ехать вокруг, почти всего гарнизона, мимо магазинов и школы. Есть еще частный сектор, там населения не много, но все-равно есть.

Глава 3. Мария

Подъезжаем к 6 дому и мне здесь самой как-то больше нравится. Здесь площадки красивые и людей побольше, дети гуляют. Интересно, конечно, чего это товарищ полковник носится со мной, как с писаной торбой, но раз ему так хочется, пусть носится. Я от этого только в плюсе, пока что. Только, что лапы свои загребущие тянет, считай, к уже старой тёте он еще не понял, просто.

Поднимаемся на 4 этаж. Входная дверь хорошая, видимо, не так давно меняли. Заходим, я разуваюсь, здесь чисто. И полковник за мной снимает свои берцы сорок пятого размера, и Михал Петрович тоже. Квартира светлая, две комнаты, окна на одну сторону. И сторона эта солнечная. Но скоро закат. Холодильник здесь новый, варочная панель и духовка в хорошем состоянии, кухонный гарнитур неплохой. В комнате, которая побольше, в ней двухспальный диван раскладной, напротив телевизор. Плоский современный, не прям большой, скорее средний. Телевизор стоит на горке. Все чистое, даже пыли нет. И шкаф большой с раздвигающимися зеркальными створками. В малой комнате неширокий диван-тахта, письменный стол с ящиками внутри и полками над ним, ну, и шкаф с обычными дверцами и та самая тумба, которая еще Брежнева молодым помнит. Походит на комнату школьника.

В мои 38 у меня есть 19-летний сын, который поступил учиться в летное училище и уже закончил 1 курс. И дочь – моя маленькая малышка, ей 4 года и сейчас они с бабушкой (с моей мамой), уехали в тур на Ленские столбы смотреть, потом останутся в городе детства мамы. Летом это всяко поинтереснее, чем ходить в садик в военном городке. К осени я ее, конечно, заберу и нужно сказать еще одно спасибо полковнику за эту чудесную квартиру. Я ожидала что-то вроде той, в которую мы приехали в первый раз.

Полковник ходит, все проверяет, чтобы все лампочки горели, кран не капал, плита работала. Такое отношение очень приятно.

Я вышла на балкон, а у него и правда очень интересное ограждение. Как-будто кузнец делал, такие вензеля красивые загибал. И по этим перилам увивается какой-то вьюнок. Сейчас только цветочки видно, где-то белые, где-то розовые и жёлтые. И вид с балкона на три дома и два двора. Чуть вдалеке видно аллею, ведущую в часть. Вот этот путь мне завтра предстоит преодолеть. На балкон выходит Сергей Константинович и также, как и я, облокачивается на перила и складывает руки в замок. Стоим молча, слушая суету детей во дворах и их родителей.

– Я все проверил. В целом, все в порядке, только две лампочки перегорели. Одна в детской, одна в коридоре. В детской совсем нет света, а в коридоре есть еще две рабочих. Сейчас у нас здесь такие магазины закрыты, завтра я куплю и поменяю все. Сейчас нужно подпись твою поставить, что квартиру приняла и сходим в машину, я тебе чемодан и сумку подниму, – говорит полковник это все, с такой будничной легкостью, что я аж залюбовалась.

Мне не часто в жизни доводилось встречать настоящих мужчин. Но всякий раз, когда встречаю, никак не привыкну.

– Спасибо, Сергей Константинович. Чем мне вас отблагодарить? – улыбаюсь я.

– Если от души, то в любом виде принимается, – усмехается он и заходит в квартиру, а я за ним.

Подписываю акт приема-передачи, получаю два комплекта ключей, благодарю Михаила Петровича и провожаю у двери. Потом выходим с полковником к моей машине за чемоданом.

Пока идем, Сергею Константиновичу навстречу мужчина, примерно его годов и тянет руку для приветствия.

Глава 4. Сергей

Навстречу Димка, торможу уже около машины, обмениваемся рукопожатиями. Мы познакомились здесь, когда меня перевели в эту часть. У него здесь автосервис, там же автомойка, кафе над ней и небольшая база отдыха на берегу речки, километрах в 50 отсюда. Кафе – единственное ближайшее развлечение на весь поселок. Около трассы, на въезде в гарнизон. Нимфа моя так и передвигается строго за моим плечом. Как-будто ее учили где-то угождать мужскому Эго. Открываю машину. И тут Дима обращает внимание на это всё:

– О, ты машину новую взял?

– Да нет, это не для меня, – усмехаюсь я.

– А, для жены, значит, – подмигивает мне Димка. А ведь он как никто знает, что жены у меня нет давно и такую перспективу я откинул почти сразу после ее ухода на небеса. Но я всё-равно улыбаюсь, и перспектива иметь жену – нимфу мне совсем не претит, даже наоборот, как-будто, нравится.

– Типа того, – улыбаюсь я. Мы прощаемся и пока Маруся собирает свои женские мелочи по салону, я вытаскиваю чемодан и сумку.

Поднимаемся в квартиру, я закатываю чемодан в большую комнату, сумку сверху.

Уходить не хочется, но надо идти. У меня дела, да и Марии следует отдохнуть, завтра рано на службу. Я обуваюсь, выпрямляюсь, сказать напутствующие слова и попрощаться, но Афина первая, перебивает поток моих мыслей:

– Спасибо вам большое, Сергей Константинович. Без вашей помощи, я так и осталась бы в полуразрушенной квартире с чемоданом в машине, – выдает она и лучезарно улыбается.

Своей улыбкой она сносит все барьеры, которые периодически выстраиваются в моей голове, напоминая, что я начальник части и весь офицерский состав находится в моем подчинении, в том числе, и офицерский состав медсанчасти. Но об этом я не хочу сейчас думать, я подумаю об этом завтра. Я стою на пороге, улыбаюсь, как мальчишка, своей фее уже мысленно присвоив ее себе.