Аккад ДЭМ и я. Призванная

– Неправильно ты корсет надела. Нужно вот так! – демоница резко подтянула доспех наверх, теперь грудь была защищена полностью, зато живот частично оказался голый. Странная все же мода у энергетических вампиров. – Повернись, помогу зашнуровать. Не бойся, сильно затягивать не стану.

Не знаю, что подразумевала демоница под несильно, но у меня после первой же утяжки перехватило дыхание.

– Вилена, может, ну ее, эту защиту? Я согласна на такую же курточку, как у тебя.

– Размечталась. Так я тебя без белья на полигон и отпустила. Это у некромантов и боевиков свободная форма, а тебя по одежке оценивать станут. Уф! Вроде бы все. Осталась туника.

– Еще что-то? – испуганно воскликнула я. Знакомство с одеждой мира Хаоса оказалось плотнее и теснее, чем я рассчитывала. По крайней мере, сгибаться в этой сбруе я могла с трудом.

– Туника и обувь, – обрадовала меня демоница. – Кстати, как ты относишься к каблукам?

– Никак, но согласна попробовать.

– Тогда отменяются. У тебя какой размер ноги?

– А у ног есть размеры?

– Цветочек, не передать словами, как я рада, что это не я тебя во время ритуала призыва вытащила!

Глава 5

Смотрины

Осмотр новоявленной вампирши проходил в гробовом молчании и неполным составом. Почему-то в гостиной не обнаружилось Отмороженного. Не то чтобы я успела соскучиться, но меня не покидало ощущение, что Далиан оказался бы самым суровым критиком и смог указать Вилене на недочеты. Вот Марога и Эрха все более чем устраивало. Татуированный сиял, словно и правда во время ритуала личный подарочек отхватил.

– Пройдись еще разочек, – попросил Эрх с блаженной улыбкой. Не знаю, что он там пил за ужином, но результат был налицо.

– Каблуки бы ей, – мечтательно протянул Марог.

– А тебе – слюнявчик, – ехидно заметила Вилена.

– Ты еще здесь? – с тоской протянул Татуированный, надкусывая бутерброд с сыром. – Я надеялся, что умотала вслед за гробиком на колесиках. Эрх, вот скажи, в кого у тебя сестра такая? Руки золотые, но в том, что касается себя, любимой, растут явно из з…

Я как раз проходила мимо стола. Один взгляд на сыр – и тот покрылся замечательным пушистым слоем сине-зеленой плесени. Марог замычал, бросил бутерброд на пол, схватил со стола стакан и выплюнул то, что успел прожевать.

Да ладно, не такая уж я и мстительная. Только на бутерброд покусилась.

Эрх скоренько подал страдальцу стакан воды. Марог прополоскал рот, сплюнул и только потом начал пить.

– Нет, это не поможет. Плесень попала в организм, скоро дойдет до мозга. И там погибнет. Грибки в неблагоприятной среде не размножаются, – фыркнула демоница. Она успела прийти в себя, но я-то заметила, какое гнетущее впечатление на нее произвели замечание и пренебрежительный тон Татуированного.

Зря он так с ней. Во-первых, Вилена посимпатичнее многих демониц с плакатов, развешанных над его кроватью, а во-вторых, я же вижу, что на самом деле Марог относится к ней намного лучше, чем показывает. Девушка взъерошила коротко остриженные волосы, украдкой послала мне благодарный взгляд и шлепнулась на стул.

Все ясно – будет добивать.

Демоница подхватила со стола кусок плесневелого сыра, положила его на ладонь и демонстративно принюхалась.

– Гадость какая. И ты это съел? Ай-ай! Ребята, вы слышали, что чумная плесень на сыре тоже разводится?

Демоны переглянулись.

– А ведь сестренка может быть и права, – включился в игру Эрх. – Мы же не знаем, из какой провинции этот сыр привезли и прошел ли он карантин.

– Его магией должны были обеззаразить, – слабо прохрипел Марог.

– Так над ним нимфея поколдовала. Ты же видел, что с мухоловкой случилось. Так и тут: из малюсенькой бактерии могла расплодиться целая колония. Боюсь, у тебя есть только один вариант. – Рогатый многозначительно кивнул в сторону купальни.

Татуированный застонал, ухватился за живот и бросился к двери. Я припустила следом. Неужто поверил? А вдруг и в самом деле решился на глупость?!

– Серина, постой! – Вилена со смехом ухватила меня за руку.

– Его нельзя оставлять одного!

– Ы-ы-ы! – выдавил Эрх и едва не свалился с табурета.

– Ты подумала, что он топиться побежал? – простонала демоница. – Желудок он чистить помчался. Только не факт, что проскочит.

Словно в ответ на ее замечание из купальни раздался вопль.

– Цветочек, отзови своего… нашего… монстра!

– Ух ты! У вас уже общий детеныш есть? – умилилась Вилена и первая рванула к двери.

Щелкунчик очень обрадовался появлению Марога. Иного объяснения бессовестному поведению живоглотика я не находила: ухватив вырывающегося демона челюстью за ногу, мухоловка гладил его по лицу спиралевидными усиками.

– Поцелуй его – и он тебя отпустит… – простонал Эрх.

– Серина, пусть он от меня отцепится! – стенал Татуированный, пытаясь высвободить ногу и одновременно уворачиваясь от любвеобильных усиков.

– Цветочек, я отомщена. Целиком и полностью, – украдкой шепнула мне на ухо Вилена.

В ответ я тихо хихикнула, радуясь царящему в купальне безобразию. Впервые с момента появления в этом странном и враждебном мире я чувствовала прилив теплой искрящейся энергии. Ее было недостаточно, чтобы восстановить силы, затраченные на рост Щелкунчика, но вполне хватило, чтобы подарить надежду.

– Что здесь происходит?

Вот так три слова испортили все веселье: Вилена и Эрх подобрались и перестали смеяться, Марог прекратил стенать, размахивая руками. Даже Щелкунчик присмирел и оставил в покое ногу Татуированного, а усики так вообще от страха вытянул по стойке смирно. С радостью укрылась бы за одним из листиков живоглотика, однако я чувствовала ответственность за произошедшее в купальне, а раз так – мне и отвечать. Обернувшись, прошептала: «Марог налаживает контакт с мухоловкой». Вот только поднять глаза не хватило сил. Уж больно суров был взгляд Отмороженного.

– Рад, что у вас нашелся повод для веселья, – тихо добавил Далиан.

В его голосе не прозвучало ни нотки осуждения или неодобрения, но я почувствовала, как смутилась Вилена, а Марог и Эрх притихли, подобно нашкодившим котятам.

– Ну, я пойду, – пробормотала демоница и скоренько направилась к двери.

– Где ее обувь?

Вполне невинный вопрос заставил девушку сбиться с шага. Эрх и Марог растерянно переглянулись, словно они были виноваты в том, что мне не досталось обуви. Щелкунчик нервно клацнул челюстями, а потом развел усики в сторону, дескать, не знаю, не брал.