Королевство солнечного света

Не с первого раза, но у Сферы получилась тарелочка. Почти ровная. Она смотрела на неё с такой любовью, как на воду не смотрела.

Девочки быстро согнали её, хотя она хотела ещё чего-нибудь попробовать сделать, и едва не передрались, за то что бы пытаться следующей. Я пропустила всех, и когда все сделали себе по какой-нибудь штучке, села за круг.

Это оказалось сложнее, чем я думала. Когда это делала Марта, все казалось таким простым, руки туда, руки сюда, раз, два и все готово. Во-первых, ноги уставали раскручивать круг. Во-вторых, глина не такая мягкая, как кажется, приходилось давить изо всех сил, что бы размять её. Хоть Марта и смочила её заранее, она всё ещё была твёрдая. В-третьих, ровно никак не получалось. Надеюсь, у меня обжечь получится намного лучше, чем слепить.

Мне кажется, я мучилась не меньше часа, прежде чем у меня получилось хоть что-то отдалённо напоминающее чашу, а я, между прочем, задумывала горшочек.

Ну ладно, что получилось, то получилось.

Глава 6. Вот так встреча.

Утро было солнечным, возможно только утро, у горизонта было ясное небо, а дальше его заволокли тучи.

Но мне хватит. Я проснулась с рассветом, так что успею собрать несколько первых солнечных лучей. Я подняла руку раскрытой ладонью к свету, и как только её осветил утренний красный луч, а на стене появилась тень, схватила свет и быстро засунула его в банку. Для хранения солнечных лучей подходили только флакончики в форме октаэдра, не зря же алмазы так гранят. Я быстро пропихнула пальчиком лучик и поспешила закрыть горлышко стеклянной пробкой, пока не сбежал. Лучик переливался в банке, словно в неё налили воду с блёстками. Я успела заготовить несколько лучей, прежде чем они потеряли свою рассветную силу.

В целом утро было неплохим, Альфа и Запекан не дрались, и я даже, вставая с кровати, не наступила на подношение в виде мыши. Что считаю очень хорошим знаком.

На самом деле мышь лежала чуть дальше. Не знаю, он положил её там случайно, или с расчётам, что бы я не упала, поскользнувшись на ней, так что я была рада. Но для порядка начала бухтеть. На мои причитания прилетела Альфа, и вымела подношение.

Выходя, заметила под дверью два конверта, в одном меня вызывали в деканат, а в другом письмо от родителей, и пересланное письмо из академии. Вредная Лора Саловна написала им гневное письмо. Родители не ругались, но решили переслать его мне, что бы я знала, что обо мне здесь думают.

Было противно, учусь хорошо, помогаю, а вместо благодарности — письмо родителям с недовольством. Больше не буду участвовать во внеурочной работе, всё только в рамках учебного плана и не пунктом больше! Но… Я ведь учусь не для оценок, а что бы у меня были знания. А знания, же, будут лучше, если я буду дополнительно заниматься? Нет, я обижена! Всё, только по учебному плану!

В деканате с утра было пустынно, может, я зря пришла так рано, и никто из сотрудников ещё не пришёл? Хотя если бы было так, то дверь была закрыта. Деканат располагался в отдельном административном здании, здесь обитал ректор, деканы и преподаватели, в перерывах между занятиями.

Цокот каблуков эхом разносился по пустоту полутемному коридору. Даже стало немного неловко нарушать тишину. Я опустила глаза в письмо, и надула губы. Какая все-таки несправедливость! И Юрине попало не за что. Как её наказали, не знаю, надеюсь, не уволили, я так к ней пока и не зашла, хоть и обещала, а занятий в теплице с тех пор не было. Каждое утро по дороге на занятия я боялась, что Урсулы больше нет, что противная Лора Саловна потребовала избавиться от неё. Но пока Урсула была на месте, шумиха вокруг неё немного поутихла, и вне занятий около неё слонялось всё меньше студентов. А завидев меня, она всегда махала мне своими колючими побегами.

В письме меня сильно не ругали, видимо наша кураторша поручила составить текст кому-то другому, но сообщали родителям, о моих опасных экспериментах.

Я была поглощена письмом и не заметила, что в коридоре есть ещё кто-то.

— Привет курносая, — Услышала я, и подпрыгнула от неожиданности. Не думала, что это обращаются ко мне, но в коридоре больше никого не было, даже с крючковатым носом. Подняла недовольный взгляд, на меня смотрел улыбающийся мужчина. Тот самый, что б его лягухи пожрали. И почему я снова встречаю именно его? Получается, он тоже учится в нашей академии, хорошо хоть не на ведьмовском факультете. Ведьмаки — довольно редкие, и я их знала, если не лично, то хотя бы в лицо. А с магами мы почти не пересекаемся. Почти. Ну, только сегодня пересеклись.

Сейчас он был в классических коричневых брюках, белой рубашке, мягком бежевом жилете и кругленьких очках, и тут моё сердце застучало быстрее. Как ему шли очки, мне нравятся мужчины в очках, но этот, конкретный, в очках был просто неотразим. Очки добавляли ему солидности, ума и обаяния.

Я забыла как дышать, но вовремя спохватилась и постаралась вдохнуть не очень громко, что бы не выдать себя. Не придумала ничего лучше, чем опустить глаза обратно в письмо и пойти дальше по своим делам. Не могу показать, что он мне понравился. В другой ситуации, я бы с ним пококетничала, но если вспомнить историю нашего знакомства… В общем, будет лучше нам пересекаться как можно реже. Вот теперь придётся ходить и оглядываться, что бы избежать встречи с его манящими глазами, в очках.

— Эй, ты что меня не узнала? Или обиделась? Ведьмочка! Прости, я просто не знаю твоего имени. Не злись. – Я не злилась, а боялась. Во-первых, что он хочет от меня, вдруг вспомнил всё? Хотя вряд ли, тогда бы он по-другому со мной заговорил. Во-вторых, я боюсь, что слова забуду, если захочу с ним заговорить. И выдам какую-то непонятную чушь.

Он поспешил за мной, я быстрее от него.

— Да остановись, прекрасный у тебя носик, но когда смотришь на тебя немного сбоку, кончик чуть вздернутый. Очень милый. – Он обогнал меня, ещё бы на каблуках на скоростные подвиги, я была не способна. А его, хоть и классические, но удобные, мужские туфли давали ему преимущество, и остановился передо мной. Ну а я чуть не впечаталась в него, едва успев затормозить. На каблуках бывает трудно маневрировать.

— Привет, — он снова улыбнулся, и протянул ладонь для рукопожатия, — я Эрик, — и тут же убрал, а на мой вопросительный взгляд ответил, — по этикету мужчина не должен протягивать женщине руку для рукопожатия, только на оборот, и то если дама того захочет.

Зануда, я скривилась и красноречиво на него посмотрела, не могу скрывать свои эмоции, как не стараюсь, но он прочитал моё лицо по-другому.

— Ты что, злишься на курносую?

Я не злилась на курносую, никогда не считала слово курносая — обидным, наоборот, такая форма носа мне нравилась, но никогда не думала, что это можно сказать про меня. Считала свой нос самым обычным.

— Нет.

— Твоё «нет» звучит как «да».

Он и не думал облегчить мне задачу, и никак не желал отстать.

— Я спешу. — Я попыталась обойти его, но он снова преградил мне путь.

— На столько, что даже не скажешь мне своё имя? – Легко улыбнулся он.

Я промолчала, и на сей раз тоже, обошла его.

Но он пошёл за мной.

— У такой восхитительной девушки наверняка прекрасное имя.

Я громко и возмущённо вздохнула. Я, всего лишь, хочу добраться до деканата, выслушать, что обо мне скажут, и пойти спокойно на занятия. По возможности, больше не встречаться с ним. Как вспомню, что пнула его, сразу хочется от стыда закрыть глаза руками, и позорно убежать.

— Чего такая злюка? – Кажется, он услышал мой мученический вздох. – Я могу назвать много милых имён, но боюсь, наши вкусы могут не совпадать… — какой же настырный! Я резко обернулась.

— Луна.

— Оно даже прекраснее, чем я думал. – От сладости в его голосе, я даже немного осталась. — Луна! — Нежно повторил он. — Я правильно поставил ударение, или мне послышалось, что ударение на первый слог?

— Правильно, — Резко ответила я, когда же он отстанет? Вот и спасательные двери в деканат. Никогда не думала что так буду радоваться тому, что уже пришла на выволочку. Хотя, если бы я просто пришла, то стояла бы у двери, боясь постучать, а теперь влетела без промедления. Спасибо магу, за то что предал мне решимости.

Он невероятный красавчик, хоть с очками, хоть без, но мне стоит держаться от него подальше, пока он не вспомнил, как я подгелила его в ночи.

Лоры Саловны не было, хоть в этом мне повезло, только её заместительница. Она подняла глаза на меня, и поздоровалась. Я ответила.

— Как поживает ваше с Юриной исследование?

Честно говоря, исследование никак не поживало, и вряд ли будет как-то поживать после разноса. Вы определитесь, вам нравится или не нравится то, что мы сделали.

— Это то самое, из-за которого написали моим родителям? – Ехидно, даже едко сказала я, раньше чем подумала. И не жалею, сначала скандал устроили, а теперь спрашивают как поживает исследование. На самом деле, я бы никогда не позволила себе подобное, если бы не обида. Но обиженная ведьма не хозяйка своему языку. И пусть радуются, что только языку.

Я положила письмо на край стола.

Женщина посмотрела на письмо, но мне не уподобилась.

— Вы всё не так поняли, мы просто сообщили о ваших наработках. – Развела она руками.

— Вы тоже не правильно поняли, никакого исследования нет.

— Луна, не горячитесь, мы тщательнее всё изучили, это зелье будет прекрасным зачетом по практике. Разумеется, вам нужно будет самостоятельно его приготовить и описать подробно процесс.

Предложение было заманчивым. Над зачетной работой по практике я давно задумывалась, для отметки «отлично» нужно было сотворить, что то из ряда вон выходящие. И это зелье как раз подходило. Мозгами я понимала, что идея прекрасная, и реально мною выполнимая, но обида и гордость всё ещё никуда не пропали.

Дальше мы немного поспорили, и я была уже почти согласна, лучше работы мне найти, но природная вредность не давала мне сразу согласиться. Мало того, что кураторша устроила нам с Юриной разнос, больше конечно, Юрине, но и мне досталось, так ещё и родителям наябедничала, что самое обидное. Я училась прилежно, успеваемость всегда была хорошая, родители гордятся мной, и хвастаются перед родственниками и друзьями, какая у них замечательная дочь. Умница, красавица, да еще и хорошо учится, а тут это гадкое письмо. Представляю, как они получили письмо, думая, что меня в нем будут хвалить (у нас присылали благодарственные письма родителям, если полугодие заканчиваешь на отлично), а как открыли конверт, оказалось совсем наоборот. Словно вживую увидела, как отец поджал губы, читая письмо. Он всегда делал так, когда был мной недоволен.

— Я подумаю, — недовольно ответила я.

— Ну, вот и хорошо. Подумай, подумай. – радостно ответила женщина, как будто я уже знала готовую работу, а не обещала подумать. Хотя, куда мне деваться, всё равно что-то надо придумывать, а тут уже готовая идея.

— Я пойду?

— Да, конечно, иди. Очень надеюсь, ты сделаешь правильный выбор.

Я думала, на одной чаше весов маячила отметка (ключевое маячила), на другой – чем больше я думала, тем больше я сомневалась, что у меня получится. Я вспоминала процесс приготовления – он был очень сложный. В части солнечной магии, я в себе не сомневалась, сделала один раз, сделаю второй. Но зелье то варила Юрина. Она уже закончила учёбу, и была, намного опытные меня, переварила много зелий, а у меня суп не всегда получается, не то, что зелье. Единственное, что я могла готовить – это солнечный экстракт, но я его уже готовила, а тут нужно что-то новенькое. Опять же, в зелье которое готовила Юрина, было много редких ингредиентов, которые мне просто так не достать. Но попробовать стоит. Ведьма я, или трусиха?

Погруженная в размышления, я зашла не туда. По привычке пошла в дальний корпус, только у двери в аудиторию вспомнила, что сегодня занятия поставили в крыле магов. На другом конце академии! Выругалась про себя, по этому поводу и пошла. Теперь точно опоздаю и получу ещё один выговор, как будто первого мало. Славна Григорьевна очень не любит опоздавших, выставит посередине кабинета и будет минут пятнадцать отчитывать.

Пришлось бежать, на каблуках получалось не очень. Хотя вру, нужную аудиторию, все же, получилось пробежать мимо. Сделала круг и вернулась. Вот она заветная восемьдесят восьмая аудитория.

Открыла дверь и закрыла обратно. Показалось что ли? Снова посмотрела на номер. Всё так же восемьдесят восемь. Вчера на последнем занятии объявили, что занятие переносится в новую аудиторию. Неужели объединили с магами, у нас же программа разная? Может все-таки ошиблась? Хоть бы это была ошибка, и мне это просто привиделось, скажем так, из-за пережитых волнений.

Бесшумно приоткрыла дверь, и в щелочку попыталась заглянуть. В щелочку, был виден мой старый – молодой и симпатичный, знакомый, видимо что-то отвечает, а вот кто сидит за партами, было не видно, я приоткрыла дверь посильнее. Это не осталось не замеченным. Эрик осекся, и посмотрел прямо на меня. Я почему-то испугалась и закрыла дверь.

Дверь резко открылась, мой нос из курносого едва не стал приплюснутым.

Эрик, приобняв за плечо, затянул меня в кабинет.

— Эта наша? – Спросил он у девочек.

— Наша, — улыбнулась Бруня.

— Проходи, садись курносая. – Я гневно посмотрела на него, но это не принесло никакого результата. Он даже не смутился. А вот ряды студентов заволновались.

Я села на свободное место.

Эрик стал перед столом, заложил руки за спину, и оперся о него.

— Начну заново, для испепеляющей меня взглядом опоздавшей.

Можно было бы не уточнять. И так девочки поняли, ради кого будут слушать речь по второму кругу. Всё взгляды устремились на меня, а я зло прищурилась, и в правду пытаясь испепелить его взглядом. Откуда он вообще тут взялся? Неужели ведьмак? Они, пожалуй, встречаются так же редко, как и мы, солнечные ведьмы. – Меня зовут Фредерик Бетельский. Я не эльф, просто фамилия схожая, но я действительно несколько лет жил в Нэльфие. У Славны Григорьевны какие-то неотложные дела, и я в ближайшее время буду её заменять. – Препод значит. А я почему-то приняла его за студента мага, ну почему все наше с ним общение одно сплошное недоразумение? Настолько стыдно мне давно не было. Вот бы провалиться под землю, и сделать так, что бы, что бы нас учил кто-то другой, да кто угодно, только не он.

Он посмотрел прямо на меня, и глумливо улыбнулся. — Надеюсь, мы подружимся. – А вот я в этом как-то сомневаюсь. — Есть вопросы?

Вопросы у девчонок были, да столько, что он до звонка не успеет ответить, но мы молчали. И вот одна девочка, самая смелая, подняла руку, и невинно спросила:

— Господин Бетельский?

— Да.

— Скажите пожалуйста, а это ваш натуральный цвет волос? – А действительно? Поначалу я не заметила, что в его внешности что-то изменилось, в прошлый раз его волосы не были цвета молочного шоколада. Но почему девочки об этом спрашивают?

Аудитория подавилась смешками, только я одна ничего не понимала. Волосы как волосы, цвета молочного шоколада, светлее моих каштановых крупных локонов. С аккуратным боковым пробором, у висков и на затылке короткие, а на лбу и макушке длиннее.

— Да, натуральный, ничуть не смутившись, ответил он, не пряча улыбки, видимо ожидая такого вопроса. Но почему? Что тут такого? Обычный цвет. И, судя по ярким взглядом ведьмочек, только я одна не в курсе повышенного интереса к его волосам.

— И вы никогда не красили волосы? – Спросила ещё одна осмелевшая, а остальные приглушенно зажижикали. Странные какие-то вопросы. Или я пока в деканате скандалила, что-то пропустила?

— Нет, — не удивляясь, ответил он. Глупые вопросы, кажется, его забавляли. Я точно что-то пропустила.

— А… — начала говорить ещё одна девушка, но Эрик, точнее Фредерик её прервал.

— Мне нравится эта игра, но нам нужно еще успеть обсудить материал. Да, мои волосы меняют цвет, когда магичу. Неудачный эксперимент. И да меня из-за этого зовут базиликом. И вы за глаза можете меня так называть. Вы всё равно придумайте мне прозвище, а это ещё не самое плохое, бывают и похуже.

Он улыбался нам, словно мы стая дельфинчиков, ну а мы улыбались в ответ, но не как дельфины, а как акулы. Он решил, что попал в розарий. Я бы сказала, что он просто попал. Не зря же у ведьм нет не одно преподавателя мужчины, ох не зря. Видимо когда-то был такой опыт. Интересно они боятся, что мы между собой передерёмся или с преподавательницами?

— Кстати, у меня к вам тоже есть вопросик. Я смотрел расписания и заметил, что у вас все преподавательницы-женщины. Это случайно или есть какие-то причины? Понимаю, что в преподавательницы идут в основном женщины, но что бы вообще ни одного?

— Не знаем. – Кокетливо пожала плечами самая смелая ведьмочка, та что первая задала вопрос. — А вы почему к нам пришли?

— Меня сильно просили, но не думаю, что я надолго задержусь, я маг практик…

— А что за допрос? – Шёпотом спросила я, у сидевшей рядом Юси.

— Ты что ничего не знаешь? Он профессор королевской исследовательской академии магии, — благоговейным шёпотом ответила она. – Про него вся наша академия только и говорит. Он написал половину современных учебников по магии, причем не только по теоретическим, но и по практическим дисциплинам. У него своя магическая лаборатория, королевская семья с него пылинки сдувает, а тут такая звезда в нашей ущербной академии. Я думала он заикающийся ботаник, а он ещё ничего, очень даже ничего.

Стыдно признаться, но меня укололи её слова, про очень даже ничего. Судя по хищным взглядам девочек, он нравился не только мне и Юсе. Ох и попал он. Не завидую я ему.

Значит профессор, из самой королевской академии магии. Не абы кто.

Я была не согласна с подругой. Наша академия, хоть и не лучшая в стране, ну не как не ущербная. Хотя она ни идет, ни в какое сравнение с королевской. Но в королевской, никого и не учат, в основном исследования проводят. И что же он у нас забыл? Надеюсь, он тут не затем, что бы проучить меня. Будет слишком заметно, если я не буду ходить к нему на занятия?

Вопросы сошли на нет. И профессор начал лекцию. Несмотря на отсутствие преподавательской практики, рассказывал он хорошо, приводил примеры, акцентировал внимание, на том, что нужно записать, и ждал отстающих. Ещё и успевал попутно шутить. Девочки мило смеялись, мило, но очень ненатурально.

Я слушала и записывала, мало обращая внимание на всё, кроме лекции. Получалось не всегда. Блеск его очков, сводил меня с ума. Не всем они так идут, как ему.

Настроение упало ниже пола, когда вдруг вспомнила, что выбрала Славну Григорьевну руководителем по практике. Я точно попала. Столько невезения, словно я перешла дорогу тринадцати чёрным кошкам.