Охотница душ

Алëна Ваегор

Охотница душ

Глава 1

Что делать? Что вообще следует делать в такой ситуации?

Словно я сделала вдох впервые. Голова кружится, а легкие никак не могут насытиться кислородом. Надышаться.

Руки, ноги, позвоночник, шея, все чудовищно ломит. Кости, мышцы одеревенели и не хотят слушаться. Каждое движение звоном и болью отдается в голове.

Пальцы нащупали ровную и шершавую каменную поверхность моего ложа.

Стараясь удержать равновесие и не упасть, села.

Ужасно холодно. Ветер блуждает здесь на правах хозяина, хватая за руки, лодыжки, шею, трепля волосы и залезая под одежду, не давая теплу разжечься в теле. Его странный, прерывистый свист, кажется, звучит в самой голове.

Темно.

И я ничего, совсем ничего не помню.

Стоит ли уже начинать паниковать? Почему я здесь? И где это – здесь?

А кто я?

Судя по платью – женщина. Молодая, старая? А может, вообще девочка? Нет, девочкой я себя не ощущаю.

Создатель! Как же холодно! Почему на мне так мало одежды? Меня что, заморозить до смерти хотели? На свете есть и более надежные способы убийства.

Почему здесь так чудовищно пахнет воском?

С первого раза встать не получилось. Стоп коснулось нечто острое. Жутко. Еще эта непрекращающаяся дрожь в теле – все силы вытягивает.

Надо срочно что-то делать! И быстрее.

Сжала зубы и легла на живот на своем неизвестном ложе. Ледяной камень тут же с аппетитом огромной пиявки принялся высасывать тепло. Может, я просто слепа? Кажется, мрак настолько густой, что можно к нему прикоснуться. Осторожно опустила руку, мысленно приготовившись к самому страшному. Воображение подсовывало совершенно разные возможные и не совсем возможные варианты. От зубов кровожадного чудовища, которое замерло в ожидании моих неизвестных, но все же моих, пяток, до ядовитых растений, концы шипов которых источают яд.

Действительность оказалась куда более прозаичной, хотя и не так далеко отошла от последнего варианта. Пальцы коснулись приятной, бархатистой поверхности бутона. Цветы завяли, но еще не начали подсыхать. Сколько они здесь лежат? Проведя рукой рядом, нащупала и то, что заставило испугаться. Шипы.

Больше не раздумывая, спустилась на пол, аккуратно раздвигая ногами острые стебли. Что-то глухо упало. Видимо лежало рядом и я столкнула это, когда спускалась. Попытки нащупать предмет не принесли результатов. Ну и Создатель с ним. Сейчас надо думать о более насущном.

Казалось, это невозможно, но ноги заледенели еще сильнее. Каменный пол холодил, словно выложенный глыбами льда.

Цветы были повсюду. Тем удивительнее, что пахло отнюдь не ими. Сочный, навязчивый, яркий запах свечей. Сколько же их здесь находилось? И для чего?

Ясно для чего. Озарение пришло внезапно. И все встало на свои места. И цветы и свечи, да и эта одежда, совсем не соответствующая обстановке.

Меня здесь похоронили. Точнее – положили в склеп. Удивительно, но осознание этого факта никаким образом не тронуло мое сердце.

Интересно, я умерла и воскресла, или меня посчитали мертвой, а я вот так неожиданно очнулась? И как мне теперь отсюда выбираться?

Последний вопрос волновал больше всего. Хотелось сжаться в комок и забиться в какой- нибудь угол потеплее. Но таким образом я скорее всего окончательно замерзну. И умру – теперь уже навсегда. Не стоит так халатно относиться к вновь обретенной жизни.

Ладони касались гладких, полированных стен. То и дело натыкались на углубления и выступы с сотнями свечных огарков. Хоть бы одна свеча продолжала гореть. Совсем маленькая. Но нет, рассчитывать на такую удачу не приходилось. Скорее всего они прогорели уже довольно давно, либо их затушил этот проклятый сквозняк.

Помещение оказалось довольно обширным. Продвигаясь маленькими шажками, опасаясь наткнуться на что-нибудь острое или опасное, под пальцами нащупала наконец-то нечто, напоминающее дверь. Не такую холодную, как все остальное. Деревянная. Учитывая, как меня судорожно трясло от холода, большая удача, что добралась до нее целой.

Еще большей удачей было ее открыть. Провозившись довольно долго, нащупала маленький рычаг вверху. Интересно, для каких целей его предусмотрели? Или ожившие покойники здесь обычное дело? В любом случае, я безумно благодарна этому заботливому человеку.

Замерла, тщательно прислушиваясь. Минута, две… Ничего такого, что смогло бы насторожить, не услышала.

Такой же темный коридор. Между перерывами заунывной песни сквозняка, пустота тяжело давила на уши.

Продвигалась вперед, вся сжавшись, втянув голову, на полусогнутых ногах, чтобы сохранить хоть крупицы тепла.

Старалась держаться ближе к стене, левой рукой касаясь гладкой поверхности, правую вытянула перед собой на случай внезапной преграды.

Потолок уходил далеко вверх. На его поверхности мягко мерцали розовые кристаллы, но их света оказалось недостаточно, чтобы хоть что-то разглядеть. Время от времени левая ладонь натыкалась либо на закрытую дверь, либо проваливалась в открытый дверной проем. Закрытых створок оказалось больше. Желание заглянуть хоть в одну из комнат не появлялось совсем.

-Ай! – мой крик тут же подхватили гулкие стены, бросая его из стороны в сторону.

Еще чуть-чуть и я бы осталась без коленей и зубов. Немного освоившись, спокойно шла, когда стопа врезалась в бесцеремонно появившуюся ступень. Потеряв равновесие – рухнула на лестницу. Содрала кожу на ладонях и получила пару синяков, но сохранила все остальное. Кто придумал городить в склепах лестницы!

На миг боль заполонила все сознание. Даже холод отступил на второй план. Надеюсь, что пальцы не сломаны. На одной ноге выбираться отсюда буду вечность.

Переведя дыхание, поплелась по ступеням вверх. Все же лестница давала надежду на скорое освобождение из этой темницы-склепа.

Подъем закончился еще одним коридором – гораздо шире предыдущего. По моим подсчетам – семь шагов. . Помня свое прежнее упущение, теперь уже пробиралась гораздо осторожнее. Ушибленные пальцы ломило каждый раз, когда нагрузка приходилась на ногу.

Вот так, волочась со скоростью сонной лягушки и хромая, я нашла то, что искала. Выход.

Конец блужданиям в ледяной и промозглой темноте. Но радость вышла не долгой.

Створки оказались шириной в два человеческих роста, а высотой – все четыре. Кованые. Лунный свет едва падал на них, давая разглядеть лишь очертания. При близком рассмотрении можно сказать, что они состояли из множества мелких элементов. Каждый выполнен из тонких прутьев металла, закрученных в тончайший узор.

Очень красиво, но меня больше волновало, как их открыть. В тело уже давно вернулся холод, пожирая силы и ледяными прикосновениями стараясь сломить волю. Возможно – умиреть, засыпая от холода – не так уж и плохо. Спокойно и умиротворительно, видя прекрасные сны о неслучившейся жизни. Так, нужно срочно остановить этот поток мыслей, иначе может оказаться уже слишком поздно.

Сквозь узор виднелось синее небо, щедро усыпанное мириадами звезд. Луну скрывал каменный навес, выступающий далеко вперед. Но ее свет мягко озарял все вокруг.

Вот она – свобода. Такая близкая и такая недосягаемая.

В животе протяжно заурчало, организм требовал хоть какой-то пищи. Судя по всему, ела я уже очень давно. Вероятно, еще в прошлой жизни. Ха, хотя бы иронию не растеряла.

Кто же придумал эту шараду, больше достойную ученых умов, а не бедной несчастной, так внезапно обредшей жизнь в царствовании вечного сна. Ни засова, ни замка, ни хоть даже самой маленькой замочной скважины. Неужели, лежащие здесь кости настолько ценны?

Я сама не поняла – как это вышло. Толкала, била, пыталась расшатать преграду к свободе, но она даже не шелохнулась. А в один момент рука нащупала элемент без узора. Под пальцами приятно защипало и створки стали медленно отворяться.

Чуть было не заплясала от восторга и облегчения. Все же не придется сгинуть во мраке каменных стен.

Опасаясь, что створки передумают выпускать на свободу, юркнула в образовавшийся проход, едва смогла протиснуться.

На улице оказалось гораздо теплее. Каменная дорожка уходила куда-то за стену. Проигнорировав ее, пошла вперед – навстречу спокойной морской глади. Открывшийся вид завораживал. Полукруг луны проложил серебристую тропинку до берега. Словно путь в саму Обитель. Пахло солью и совсем немного горечью. После холода подземелья, воздух обволакивал приятной теплотой. Напрочь промерзшее тело с жадностью впитывало ее, наслаждаясь каждым мгновением.

Какой-то маленький зверек, испугавшись нарушителя спокойствия, проворно юркнул за ближайший камень.

Заледеневшие ступни давно потеряли чувствительность, но нагретый за день песок вернул им жизнь. Пальцы заломило от такого контраста. Особенно ушибленные.

Вдыхая полной грудью морской воздух и потихоньку оттаивая, стояла у кромки прибоя, не в силах пошевелиться. Иронично конечно, но словно и в самом деле я впервые чувствовала, что такое – ощущать себя живой. Иметь возможность просто быть.

Горизонт светлел, делая краски небесных светил все тусклее. Рождался новый день, прогоняя сумрак ночи и давая надежду.

Не могла же я и в самом деле появиться из неоткуда. Кто-то же принес мое тело в этот, не совсем простой, склеп. Сжег кучу свечей и свез все розы с округи. Кому-то было не все равно на мою смерть. Осталось теперь разыскать этого неизвестного, чтобы задать парочку вопросов. А может и не парочку.

Оглянулась, створки закрыты. Не удивительно.

Усыпальница больше всего походила на каменный утес. Не высокий, уходящий основанием глубоко в песок. Вокруг пустырь. Ни строений, ни растений. И где теперь искать этого неизвестного?

Неизвестная ищет неизвестного в неизвестном месте. Абсурдней и не придумаешь.

Но с чего-то все же надо начать. Рассвет настойчиво стремился ворваться в этот день, придавая миру все больше красок. Слева от утеса песок выглядел обычно. Ничем не примечательный, светло-золотистого цвета и совершенно безжизненный. Ни одна сорная трава не решалась пустить корни в столь идеальную, но мертвую почву. Ровная гладь простиралась покуда хватало взгляда, теряясь в дымке горизонта. Надеялась увидеть хоть что-то напоминающее тропинку, ведущую от склепа, но и здесь прогадала.

Вернулась к входу, и пошла по дорожке, что тянулась от створок за стену. Кажется, что кто-то выжег ее в каменной породе, создавая идеально ровную поверхность.

Ведя меня по полукругу у самого основания утеса, дорожка прерывалась. Ровная песчаная гладь не давала и намека на то, что здесь кто-то когда-то ходил.

Справа от этой каменной глыбы все оказалось еще интереснее. Песок там был бледно-белого цвета. Безжизненный, и в то же время, до рези в глазах, яркий. Между двумя этими видами песка не имелось никакой преграды, но повинуясь неизвестным законам природы, они не перемешивались. Словно невидимая стена, ровная и незыблемая, стояла на границе их столкновения.

Подойдя ближе к этому невероятному явлению, пристально вгляделась в белый песок. Если не обращать внимания на цвет, то ничего необычного. Здесь так же не наблюдалось никакой растительности. Но в отличие от другой стороны, на горизонте виднелись каменные стены? Город? Останки крепости? Форт? Оставалось лишь догадываться. По крайней мере, там имелся хоть какой-то намек на жизнь.

Ушибленная стопа и не думала выздоравливать. Наоборот, только сильнее ныла и слегка пульсировала. Большой палец раздулся и начал отливать синим. Указательный выглядел лучше, но был в два раза больше здорового. Совсем не обнадеживает.

Решившись, сделала шаг здоровой ногой. Она по щиколотку увязла в мягкую, воздушную почву. Под стопой оказалось твердое основание, что давало надежду на возможность передвижения. Солнечный круг полностью показался из-за горизонта, обещая жаркий день. Поднявшийся легкий ветерок, приятно освежал кожу, играя с волосами и одеждой. Казалось, уже навсегда замерзшее тело, согрелось и чувствовало свою подвижность и жизненную энергию.

Собравшись с духом, сделала еще один шаг. Огляделась. Ни грома, ни молнии. Все тихо. Может, зря я так осторожничаю? Ну подумаешь, песок не того цвета. Мало ли в природе разнообразных явлений?

Еще раз убедившись, что из-под земли никто и не думает выпрыгивать, двинулась дальше.

Небольшая хромота в скором времени превратилась в существенную проблему. Приходилось почти что волочить ногу. Рукавом вытирала выступавший пот на лице. Мокрая ткань липла к коже и холодила, не давая никакого облегчения. Горечь во рту заполонила все вкусовые чувства. Словно угля наелась.

Как же хочется пить.

Стены медленно, но верно приближались. Но все же не так быстро, как хотелось. Ослепительно белый вид вокруг приводил в уныние. Глаза болели. Зрение, не в силах с этим справиться, расплывалось темными пятнами. Отчего небольшой камень, так неожиданно оказавшийся рядом, сразу не заметила. Он чернел на белоснежном поле. Само его нахождение здесь выглядело таким неправдоподобным, что сначала подумала, что мне просто показалось.

Но по мере приближения, он не рассыпался миражом измученного зрения.

Вроде обычный камень, доходил мне примерно до пояса. Но все же был каким-то странным.

-Ну, здравствуй!

Я дернулась от неожиданности, желая отскочить подальше. Еще ничего не успела сообразить, но чувство страха разлилось по телу, не спрашивая разрешения. Дернулась, но так и не смогла сделать и шагу. Тихий скрипучий голос, словно кто-то водил камнем по кромке стекла, заставил прийти в движение все волосы на теле.

Мои ноги намертво увязли в, казавшимся таким легким минуту назад, песке. Ушибленные пальцы накрыла волна боли, застилая все вокруг. На несколько мгновений зажмурилась и даже забыла, что значит дышать, не говоря уже обо всем остальном.

-Полегче с ней, – покровительственно проскрежетал живой камень, обращаясь к неизвестному собеседнику. Я едва разобрала сказанное каким-то краем сознания.

Хватка ослабла. Больше не было ощущения, что ноги по щиколотку завалило огромными валунами. Однако, сдвинуть их с места также не представлялось возможным.

Тяжело дыша, открыла глаза. Волну неконтролируемого страха взял под контроль здравый смысл. Всему должно быть логическое объяснение.

То, что я приняла за камень, оказалось очень ветхой старухой. Ее спину и голову, покрывал черный кусок грубой ткани. Запыленный и разлохматившийся по краям. Она сидела прямо на песке, прижав к себе и скрестив босые стопы. Рукава рубахи из того же материала, что и накидка, завернуты по локоть. Тонкая, голубовато-бледная кожа обтягивала узловатые пальцы. Она ими проворно двигала, вылепливая из песка какую-то фигуру. Удивительно, но в ее руках рассыпчатый песок становился податливым и пластичным, словно глина. Старуха была увлечена своим творением и не поднимала головы. Сначала это больше походило на палку с парой коротких веток на конце, потом веток стало больше. Привыкшие к такой работе пальцы, уверенно придавали форму песку.

Я не могла отвести глаз. Завораживающее зрелище. Успокаивающее.

-Нравится? – старуха повернулась и ткнула мне под нос очень правдоподобного вида человеческую руку, отрезанную по локоть. Если бы она оказалась в цвет кожи, а не ослепительно белой, то я бы вряд ли отличила ее от настоящей.

Я отпрянула назад от внезапности. Пришлось спешно раскидывать руки, чтобы сохранить равновесие и не упасть. Взгляд зацепился за лицо женщины. Внутри все сжалось от ужаса и похолодело. Я никак не ожидала ничего подобного. Нет, она была кем угодно, но точно не женщиной. Кожа очень плотно прилегала к черепу, повторяя все его рельефы. Верхние и нижние веки грубо сшиты черной ниткой. Под ними впадины, говорящие о том, что глазные яблоки отсутствуют. Неестественно вытянутый подбородок. Тонкая полоска бледных, почти белых губ. Со лба на меня смотрел, оценивающе прищурившись, глаз без зрачка. Цветом он мог поспорить с песком вокруг.

Что это? Кто это? И почему я просто не обошла Это стороной!

Я снова попыталась освободить ноги. Бесполезно. Где-то там, в песке, что-то крепко держало.

-Хех, – насмешливо покривило рот существо. На миг отвлеклось от лицезрения глупой наивности, добровольно пришедшей к ней в лапы. От досады я сжимала зубы, сетуя на свою неосторожность.

Бережно, словно котенка, существо опустило плод своего труда на песок. Рука без тела несколько секунд лежала неподвижно. Потом пошевелился один палец, следом другой.

Создатель! Может и к лучшему, что я ничего не помню. Если в моей памяти прячутся такие вот воспоминания, то со сном наверняка были большие проблемы.

Песочное создание на миг замерло, как бы прислушиваясь, потом принялось копать пальцами, зарываясь в почву. Несколько мгновений и оно полностью скрылось. Ничто на поверхности песка не выдавало недавнего присутствия вылепленной конечности.

По телу пробежал холод, стало не по себе. Кажется, теперь я знаю, что именно так усердно держит мои ноги.

-Хех, хорошая работа. Еще один.

Удовлетворившись увиденным, старуха поднялась на ноги и вновь обернулась ко мне.

-И как же ты сюда попала?– она внимательно вглядывалась своим единственным глазом. Может она умеет прожигать им дыры?

– Пришла.

-Все случилось уже давно. Зачем тебе тревожить море Костей?

Вопрос завел в тупик. Какого ответа она от меня ждет? Было скучно и решила пятки пощекотать?

-Мне нужно вон к тем стенам, – я кивнула в сторону неизвестного строения, не сводя глаз с существа. Все же безумно жутко находиться рядом. Неизвестно, на что оно способно и что может сотворить, и лучше к этому быть готовой. Хотя, кого я обманываю? Мое положение не очень-то располагает к активным действиям.

-К живым потянуло? Хех. Что, прошлое гложет? Все мы здесь лежим из-за него, – старуха окинула взглядом окрестность.

Краем глаза я успела заметить, как она сделала какой-то жест рукой. В следующую секунду на поверхности песка показалось множество рук. Ну что им от меня нужно! Я не готова страдать из-за умалишенных старух. Кажется, я застонала вслух. Ну пожалуйста, оставайтесь там, где были.

-Я ничего не помню! Что ты хочешь? – в моем голосе явственно звенели нотки паники, но собеседница не соизволила ответить. Лишь стояла неподвижно и смотрела.

Песочные руки побежали ко мне, проворно переступая пальцами, впивались в ноги, мгновенно застывая. Следующие создания ползли прямо по ним, чтобы в свою очередь тоже застыть.

Я закричала. От отвращения, безысходности и жуткого ощущения неизвестности. Смахивала с себя тех, что не успели застыть, вертелась, отбивалась. Вся нижняя часть туловища по пояс оказалась надежно замурована в импровизированный кокон, а рук все не убавлялось. На место одной, скинутой мной, появлялись две другие.

-Что ты хочешь? Отпусти меня! – едва успевая дышать, отбивалась. Гора каменных рук вокруг, неуклонно росла, обездвиживая. Какая-то особо ретивая гадина ухватила за запястье и повисла каменным браслетом. Вторая повторила фокус напарницы. Не справившись с весом, моя рука безвольно повисла, тут же ее облепили десятки белых пальцев. Несколько мгновений и вторую постигла та же участь.

Кажется, это конец. Любые надежды на положительный исход этой битвы улетучились, как и воздух из моих легких.

-Чт… т… хочшь..? – хриплые куски слов с трудом продирались из горла, скованного спазмом. Глоток, еще хоть один глоток воздуха. В груди распалялся пожар.

Неживые пальцы беспрепятственно оплетали шею, застывая причудливым ожерельем.

-Довольно,– хриплый голос разом остановил поток ползающих конечностей. Те, что еще не успели застыть, послушно уползли обратно в песок и скрылись.

Все, что я могла делать – это смотреть. Да и то ненадолго. Перед глазами темнело, из горла вырывались жалкие всхлипы. Сознание стремительно уплывало из мира живых. Бешено колотящееся сердце отсалютовало последним ударом, и я провалилась в темноту.

Острая боль во лбу выдернула из забытья, заставила резко открыть глаза.

-Ды-шиии,– протянула старуха, тыкая тонким, костлявым пальцем мне между бровей. Именно этот жест, по всей видимости, и причинил неимоверную боль, из-за которой очнулась.

С ликованием во всем теле ощутила, что больше ничего не сковывает ребра. Сделала долгожданный вдох. Легкие наполнились желанным воздухом и захлебнулись приступом кашля.

Да что же это такое! В горле пересохло неимоверно.

Наконец, хоть как-то придя в себя, смогла оценить происходящее. Каменная оболочка теперь заканчивалась на уровне живота, но руки по-прежнему были скованы в районе локтя и ниже.

Существо сидело на песке в нескольких шагах, наблюдая. Оно подняло руку на уровне глаз и резко опустила ее. Застывшие руки, надежно удерживающие меня в плену, вновь ожили и разбежались, словно кучка огромных насекомых.

-Ты спишь. Теперь я вижу. Мне нечего с тебя спросить. Иди.

Почти убила, а теперь отпускает.

То ли я сошла с ума, то ли она. Но вряд ли все происходящее можно назвать сном. Ощущения очень даже настоящие.

Не знаю, за кого она меня приняла, но упускать шанса спастись я не собиралась. Беспрепятственно прошла мимо одноглазого существа. До последнего не верилось, что оно меня все же отпустило. Сидело, сгорбившись и не поднимая глаз. Водило пальцами обеих рук по песку, создавая неизвестные символы. Белая поверхность проглатывала знаки сразу после их создания. Шаманство какое-то. И я устремилась как можно скорее оказаться отсюда подальше.

Несчастная нога и не думала прекращать болеть. Я все так же плелась, хромая. Но то ощущение истощенности, нахлынувшее до встречи с не совсем старухой, больше не проявлялось. Видимо то было ее рук дело. Руки. Волна отвращения пробежалась по телу. Спешно огляделась вокруг, но ничего подозрительного не заметила. Я не обольщалась. Они там были, следили за мной. Сколько их? Тысячи? Десятки, сотни тысяч? Зачем они здесь и как появились? Можно было задать этот вопрос их создательнице, но мне совсем не хотелось вести с ней беседы. Настроение ее столь же переменчивое, как погода на Безликих островах. Откуда я это знаю? Может, была там когда-то?

Солнце уже поднялось достаточно высоко и не жалело своего тепла. Яркий диск с щедростью грел землю, а заодно и мою несчастную голову. Если легкое платье хоть как-то защищало от его раскаленных лучей, то волосы плохо справлялись с этой задачей. Думаю, если бы они оказались черными, а не русыми, пришлось бы наверняка хуже.

Оторвала от подола платья кусок ткани и повязала им голову. Стало полегче. Больше не было ощущения, что затылок расплавится.

Я немного изменила направление и теперь шла вдоль кромки прибоя. Во-первых, от воды шла хоть какая-то, но прохлада. И ступни приятно холодила намокшая почва. Во-вторых, мне хотелось думать, что песчаные руки не очень дружат с водой. Соленая вода, что плескалась совсем рядом, призывно манила. Хотелось набрать полные ладони прохладной жидкости и напиться. Я сдерживала себя, как могла. Соль только усугубит ужасную жажду.

Не знаю, сколько именно времени занял путь, но солнечный шар порядком продвинулся по небосклону.

Стена высилась надо мной, подобно могущественному гиганту, в давние времена принявшему бой с себе подобным и не выстоявшему в битве. Высотой в десять, а может и в двенадцать человеческих ростов. В длину уходил вглубь пустоши на несколько миль. Неизвестные строители постарались на славу. Множество огромных камней гладко сточены с лицевой стороны и тщательно подогнаны друг под друга. Несмотря на свою величавость, камень был поеден временем, которое с энтузиазмом погрызло края и поверхность. Всю гладь усыпали рытвины – маленькие и большие. Будто в эту глыбу некто кидал разномастные раскаленные шары, которые и прожгли отверстия – некоторые даже насквозь. Кто-то порезвился здесь на славу пару сотен лет назад. Однако, внизу не было ни осколков камней, ни их крошек. По всей видимости, белый песок глотал все, до чего мог дотянуться. Как только он не сожрал эту стену. Может, она ему пришлась не по зубам? Или не по рукам…

Они ведь где-то здесь. Прячутся, выжидают. Всю дорогу я ощущала затылком пристальный взгляд большого глаза без зрачка. Оборачивалась, но лишь постный однотипный пейзаж подмигивал в ответ. Когда я отошла от старухи на треть мили, не справилась с искушением и обернулась. Как и сейчас, ощутила ее присутствие совсем близко, но она чудесным образом испарилась. Может, она умеет вытворять тот же фокус, что и ее детища – нырять в песок?

Чувство угрозы ворочалось где-то внутри груди. Заставляло пошевеливаться, чтобы быстрее покинуть эти злосчастные места, едва не ставшие для меня второй могилой. И способ перебраться за стену был лишь один.

Раньше стена врезалась в морскую гладь на добрых двадцать футов, но вода со временем съела нижнюю ее часть. Получилось что-то вроде арки без второго основания.