Ловушка. Сборник рассказов

И Павел бросился прочь из дома. Сел в машину. Вдавил педаль газа в пол и помчался по дороге на город. Ему казалось, что машина едет слишком медленно, будто прицепили к ней сзади целый вагон с пассажирами. А ему надо успеть. Куда успеть? Куда? Словно его кто-то звал, а имени и места встречи не подсказал. Справа промелькнула деревянная вывеска, подвешенная на цепь: «Дорога на город». Странно. Видимо, какой-то шутник распорядился здесь её установить. Раньше он её не замечал. Посмотрел в боковое зеркало, и там снова увидел – «дорог ан агороД». Мысли в голове совсем смешались. Полезла всякая чушь, с которой он уже не мог справиться. Как ни крути эту надпись, а в любую сторону она читалась, как «дорога на город». Палиндром. И следовательно, нет никакой дороги, которая могла бы его привести к спасительной цели. Цель и приближалась и удалялась одновременно. Он изо всех сил нажал на тормоза. Машину занесло влево, по днищу забарабанил разлетающийся по сторонам гравий. Стоп!

Когда облако пыли рассеялось, Павел увидел впереди перед собой блестевшую в лучах солнца гладь озера. Передние колёса замерли в сантиметрах от обрыва. Всё тело его содрогалось в ознобе. И его охватил ужас. Осторожно, соизмеряя каждое движение, Павел переключился на заднюю и снова выехал на дорогу. Потом завернул налево, в лес, куда вела чуть заметная колея. Проехал ещё метров сто и остановился. С трудом отстегнув ремень безопасности, он выскочил из машины и отбежал к дереву, как будто автомобиль мог вот-вот взорваться. Присел, спрятавшись за стволом. Перевёл дыхание. И тотчас провалился в воспоминания. В те его куски, которые были тщательно вымараны когда-то из головы.

За месяц до трагедии, случившейся с Оксаной, отношения их испортились настолько, что трудно было представить, как эти люди когда-то искренне любили друг друга. Они уже много дней не общались. Жена подала на развод, не в силах больше выдерживать ни Стеллу в их доме, ни совершенно испортившийся характер мужа. Его «Солнце над городом» никак не могло завершиться. Он бесился. Всё его раздражало. Истерика следовала за истерикой. Бедная Стелла, которую угораздило влюбиться в Павла, оказалась меж двух огней: с одной стороны испепеляющая ревность Оксаны, а с другой – необузданная страсть не осознающего реальности Павла. Дом будто заминировали и он готов был взлететь на воздух. Дом, который принадлежал Оксане. В случае развода Павел терял всё. Он становился просто никому не нужным бомжем, ещё не обласканным ни издателем, ни читательской публикой. В то время он ещё не был тем Павлом Астаховым, о котором знали на вершине литературного мира. Он был никем. Только «Солнце над городом» могло сдвинуть ситуацию с мёртвой точки. Павел чувствовал это. Он это знал, как и любой относительно талантливый творец знает всё о своём творении раньше, чем оно окончательно выходит в свет. Ему нужен был всего лишь месяц сосредоточенной работы. Всего месяц. Но время словно пожирал монстр, не оставляя ему ни минуты.

У Павла и машины-то своей не было. И водить толком он так и не научился. Иногда пользовался автомобилем жены, когда возникала насущная необходимость куда-то срочно поехать. В тот день он тоже ехал в город. Даже не помнил теперь, с какой целью. Забарахлили тормоза. Решил не откладывать это в долгий ящик и завернул в автосервис. Вот там это и случилось. Шальная мысль. Мимолётная злость, породившая в его сердце чудовище. Механик посмотрел тормозную систему, присвистнул и сказал эту ставшую роковой фразу:

– Ещё день-другой, и вы точно оказались бы в морге.

– Всё так серьёзно?