Грехи высшего общества. Книга 1. Расплата

Северский медленно перевел взгляд на Агнию. В его серых глазах погасла ярость личной драмы, уступив место ледяному, безжалостному расчету полевого командира.

— Одевайся, — бросил он коротко.

Агния стояла неподвижно, глядя в пол, где среди рапортов наружного наблюдения белела фотография ее четырнадцатилетней улыбки.

— Я никуда с вами не поеду.

— Ты поедешь, Соколовская, — Кирилл подошел к ней вплотную. Его голос стал тихим, давящим, лишенным каких-либо эмоций. — В трюмах этого судна лежит груз на шестьдесят миллионов долларов. Если Воропаев срежет пломбы под камеры ведомственной хроники, к девяти утра фамилия Соколовских официально пойдет по делу о международной контрабанде и терроризме. Твой отец не проживет в СИЗО и суток, а Марка вытащат из клиники прямо в спецблок «Крестов». Ты — единственный действующий аудитор, чья электронная цифровая подпись стояла на актах передачи портовых накладных три дня назад. Только твое личное присутствие и встречный процессуальный иск могут остановить этот беспредел до приезда военной прокуратуры.

Она подняла на него глаза. В них больше не было слез — только выжженная, стеклянная пустота.

— Вы защищаете свой груз.

— Я защищаю контракт, который держит на плаву нас обоих, — отрезал он. — Десять минут на сборы. Теплая обувь и непромокаемая куртка. Глеб, выдай ей легкий бронежилет второго класса.

Трасса А-180 «Нарва» в три часа ночи напоминала декорации к фильму-катастрофе.

Два тяжелых черных внедорожника неслись сквозь слепящую стену мокрого снега, разрывая мглу скрытыми под радиаторными решетками стробоскопами. Колонна шла на пределе сцепления шин с обледенелым асфальтом, обгоняя редкие фуры по обочине.

В салоне головной машины стоял монотонный гул раций. Глеб на переднем сиденье непрерывно координировал действия портовой охраны: — Шестой, перекрыть второй КПП грейдером. Спецназ не таранить, требовать предписание военной прокуратуры... Понял тебя. Держитесь, мы на подъезде к Сосновому Бору.

Агния сидела сзади, вжавшись в кожаное сиденье. Поверх черного теплого свитера на ней был надет тяжелый жилет с кевларовыми пластинами, сковывавший движения. На коленях лежал защищенный планшет с базами данных таможенного терминала. Пальцы летали по стеклу, открывая бесконечные таблицы кодов ТН ВЭД, выписки из судовых манифестов и нотариальные реестры.