Читать книгу Эмоциональный плейлист (Алексей Евгеньевич Левушкин) онлайн бесплатно на Bookz
Эмоциональный плейлист
Эмоциональный плейлист
Оценить:

4

Полная версия:

Эмоциональный плейлист

Эмоциональный плейлист

О книге

Вы не верите в психологию? Отлично. Один из авторов этой книги тоже не верил. Инженер по складу ума, он считал психологию разговорами ни о чём, пока не согласился на простой эксперимент: месяц записывать свои эмоции. Через неделю в его таблице было двадцать одно раздражение. Он был уверен, что их будет три.

Это книга о том, почему одни и те же чувства — раздражение, тревога, обида, вина — повторяются у нас годами по самым разным поводам. Авторы — женщина-психолог с багажом самых разных историй, своих и чужих, и мужчина-скептик — спорят на каждой странице и шаг за шагом доказывают: повторяющиеся эмоциональные реакции подчиняются тем же законам, что и любая привычка. А значит, их можно переучить.

Никаких «поверьте нам на слово». Вместо этого — эксперименты Павлова, Бандуры, Бушмана, исследования Гарварда, Стэнфорда и Университетского колледжа Лондона, работы Эрика Берна, Лизы Фельдман Барретт, Джона Готтмана и других учёных, на которые можно сослаться и которые можно проверить. Честные оговорки там, где наука ещё спорит, и отдельная честная глава о том, могут ли эмоции вызвать рак. И главное доказательство, которое вы получите сами: дневник эмоций, графики сна и самочувствия и программа на двенадцать недель.

С юмором, без поиска виноватых и без деления людей на хороших и плохих.


Жанр: научно-популярная психология, книга самопомощи (нон-фикшн) с юмором и практическими упражнениями.

Возрастная маркировка: 16+.

Книга самопомощи. Не заменяет консультацию врача или психотерапевта.

Имена героев историй изменены, совпадения случайны.

Все рисунки и графики, помеченные как «условный пример», иллюстративны и не являются данными исследований.

Вступление. Инструкция по применению этой книги


Почему вас снова раздражает кассир

Представьте утро. Вы встали в хорошем настроении, выпили кофе, на улице солнце. В магазине кассир медленно пересчитывает сдачу, а потом ещё и спрашивает, нет ли у вас мелочи. И внутри что-то знакомо щёлкает: челюсть сжимается, в груди поднимается горячая волна, а в голове крутится фраза, которую вы не произносите вслух только из воспитанности.

Через час вы на работе, и коллега присылает письмо с тремя восклицательными знаками. Щелчок. Вечером муж или жена оставляет чашку не там, где надо. Щелчок. А ночью, когда раздражаться вроде бы уже не на кого, в памяти всплывает разговор пятилетней давности, в котором вы так и не сказали того, что хотели. И щелчок срабатывает снова.

Кассиры, коллеги, чашки и воспоминания каждый раз разные, а щелчок один и тот же.

Если вы узнали себя, поздравляем: вы нормальный человек. Просто у одного «щелчок» раздражения, у другого обиды, у третьего тревоги, а у четвёртого вины («опять я всё испортил»). Повод всякий раз новый, а чувство давно знакомое, как старые домашние тапочки. Они стоптаны, некрасивы и давно просятся на пенсию, но ноги сами находят их в темноте.

Об этом и пойдёт речь в книге. О тапочках. Шутим. Хотя не совсем.


Нас двое, и мы спорим

Эту книгу написали два человека: женщина и мужчина. Это важно, потому что смотрим мы на эмоции по-разному и почти ни в чём не соглашаемся сразу.

Она— психолог по образованию. За годы у неё собралась целая коллекция историй: своих собственных и тех, которые ей доверяли другие люди. Поначалу каждая казалась отдельным случаем, со своими причинами и своей логикой. Женщина, от которой мужчины уходили так одинаково, будто читали один и тот же сценарий, вплоть до прощальной фразы. Мужчина, который годами мечтал о повышении, наконец его получил — и с того самого дня перестал спокойно спать. Ещё одна женщина, которая обижалась на всех подряд: на свекровь, на погоду и даже на навигатор, который, по её твёрдому убеждению, «специально» вёл её в пробку. Но чем дольше Она слушала, задавала вопросы и просила вспомнить любимого героя детства, тем яснее проступала закономерность, от которой поначалу становилось немного не по себе. У каждого был свой узнаваемый набор чувств, и он разыгрывался снова и снова, как хорошо отрепетированный спектакль. Менялись декорации, менялись партнёры по сцене, а пьеса оставалась прежней.

Он— человек технического склада, инженер по образу мысли. К психологии он относился примерно так же, как к вечному двигателю: красивая идея, но где чертежи и почему он до сих пор не работает? Когда Она впервые сказала ему, что эмоции — это привычки, Он поднял бровь и ответил:

— Подожди. Я прихожу в магазин, вижу продавщицу первый раз в жизни, она мне грубит, и я раздражаюсь. Какая же это привычка? Я её вообще не знаю!

А чуть позже добавил вопрос, который стал для этой книги самым важным:

— Ты говоришь, что я неосознанно хочураздражаться. А я каждой клеточкой чувствую, что не хочу! Докажи.

Спорили мы долго, за кухонным столом, на салфетках, с графиками, нарисованными шариковой ручкой. Он требовал доказательств. Она находила исследования. Он искал в них слабые места. Она признавала слабые места и искала дальше. Где-то на сороковой салфетке стало ясно, что из этого спора получается книга.

Поэтому в книге два голоса. Основной текст мы пишем вместе, от слова «мы». Но время от времени вы встретите реплики, подписанные Онаи Он. А ещё почти в каждой главе есть рубрика «Спорим!»: в ней мужская половина авторского дуэта возражает, сомневается и требует доказательств, а женская отвечает. Если по ходу чтения вам захочется возразить, скорее всего, Он уже возразил за вас.

Он:Сразу предупреждаю: я не обещал, что сдамся. Я обещал только честно проверить.

Она:Именно этого мы и ждём от читателя.


Главная мысль книги

Представьте, что у каждого из нас внутри есть свой маленький «эмоциональный плейлист». Его начали составлять задолго до того, как мы научились выбирать музыку сами: в детстве, на кухне, глядя на лица самых близких взрослых. Какие-то мелодии ставили нам так часто, что мы выучили их наизусть. Потом мы годами включали их снова и снова: в очереди, в пробке, в ссоре, ночью перед сном. И мозг, большой любитель экономии, сделал их «избранным» и теперь включает сам, стоит только раздаться знакомому сигналу. Так у каждого появляется свой «любимый» набор эмоций. Кавычки здесь не случайны: многие свои «любимые» мелодии мы терпеть не можем, но подпеваем им с первой ноты, потому что для мозга знакомое значит безопасное. Вот главная мысль книги: наши повторяющиеся эмоциональные реакции — это привычки. А значит, плейлист можно переписать: добавить новые мелодии, убрать надоевшие и снова стать тем, кто сам выбирает, что звучит внутри.

Но эта мысль — только половина книги. Вторая половина в том, какмы предлагаем её проверить и применить. Это книга самопомощи, в которой главный исследователь — вы сами. Здесь не нужно ничему верить на слово: вы будете наблюдать за собой, вести дневник эмоций, рисовать графики сна и самочувствия и своими глазами увидеть, подтверждается ли сказанное на вашем собственном опыте. Рядом с вами всё это время будут два автора, которые спорят друг с другом на каждой странице, задают за вас неудобные вопросы и ищут ответы в научных исследованиях — с именами учёных, годами и честными оговорками там, где наука ещё спорит. И будет много юмора: потому что смеяться над хитростями собственного мозга гораздо приятнее и полезнее, чем ругать себя. Наблюдение, проверка, спор, наука и улыбка — вот из чего сделана эта книга.


Если вы не верите в психологию

Возможно, вы взяли эту книгу в руки с подозрением. Может быть, её подарили вам с многозначительным взглядом («Почитай, тебе полезно»). Может быть, вы вообще считаете психологию чем-то средним между болтовнёй на кухне и советами из рекламы.

Тогда эта книга написана в том числе для вас. Он, мужская половина нашего дуэта, долго был таким же. Поэтому сразу после вступления идёт отдельный разговор «Слово скептику»: почему психологии так часто не доверяют (и почему иногда правильно делают), что в ней надёжно, а что нет, и как проверить нашу книгу на собственном опыте, ничего не принимая на веру.

Мы не просим верить нам на слово. Мы опираемся на эксперименты, которые повторяли в разных странах, называем имена учёных и годы исследований и честно говорим, где наука ещё спорит. А главное доказательство вы получите сами: через месяц наблюдений за собой, с записями и графиками.


Что вас ждёт

Книга состоит из шести частей, и каждая отвечает на свой вопрос. Ответы мы пока придержим: иначе какой же это эксперимент.

Часть I. Откуда берутся «любимые» эмоции.Одна случайная фраза, услышанная в пять лет, может прожить в человеке дольше, чем его первая квартира. А любимый мультфильм детства иногда знает о вашей взрослой жизни больше, чем вы сами. Мы отправимся туда, где всё началось, и выясним, кто на самом деле составил ваш первый плейлист. Ответ вас, скорее всего, удивит.

Часть II. Эмоции — это привычки.Сердце книги и самая дерзкая её часть. Здесь мы выдвинем обвинение, которое поначалу звучит странно, и попробуем его доказать — по всем правилам, с уликами и свидетелями. А главным свидетелем станете вы сами. Наш скептик будет защищаться до последнего. А вердикт, как и положено в честном суде, вынесут присяжные. То есть вы.

Часть III. Любовь по старому сценарию.Почему с одним человеком бьётся сердце, а с другим, надёжным и заботливым, почему-то зевается? И что общего между вашим выбором партнёра и домом, в котором вы выросли? Неудобные вопросы, на которые лучше узнать ответ до следующего свидания. Или до следующей ссоры.

Часть IV. Инструменты.Лист бумаги, один простой вопрос, которому почти две тысячи лет, и улыбка. Звучит слишком скромно для того, чтобы переписать привычки длиной в жизнь? Проверьте сами. А ещё здесь есть глава о том, что делать, когда всё пойдёт не по плану. Потому что пойдёт.

Часть V. Эмоции и здоровье.Тело помнит то, что голова давно забыла. Сон знает о ваших эмоциях больше, чем дневник. А в конце этой части — самая личная глава книги: история, которую женская половина нашего дуэта долго не решалась рассказать.

Часть VI. Программа.Двенадцать недель, чтобы проверить всё на себе. И честный разговор о том, где заканчиваются возможности любой книги, даже самой хорошей.


Как читать эту книгу

Читайте с карандашом.В книге много упражнений. Можно, конечно, прочитать их и кивнуть: «Да-да, понятно». Но привычки не меняются от кивков, иначе все мы давно были бы стройными, спокойными и выспавшимися. Заведите отдельную тетрадь. Мы будем называть её Тетрадью наблюдений. Пусть она будет солидной: исследователю нужен приличный журнал.

Он:Я завёл блокнот в клеточку. Скептику иначе нельзя: на клеточках удобно строить графики и ловить соавтора на неточностях.

Не торопитесь.Привычка, которая складывалась тридцать или сорок лет, не исчезнет за выходные. Исследования показывают, что даже простому новому действию (например, каждый вечер класть ключи в одно и то же место, а не искать их по утрам по всей квартире) нужно в среднем около двух месяцев, чтобы стать автоматическим. Привычка чувствовать устроена сложнее. Дайте себе год. Звучит долго, но для привычки, которой несколько десятилетий, год — совсем небольшой срок. А первые перемены вы, скорее всего, заметите гораздо раньше.

Смейтесь.Это не каприз авторов, а метод. Когда вы поймаете себя на привычной эмоции, лучше всего не ругать себя, а улыбнуться: «Ага! Попался, голубчик!» Ругань — это тоже привычная эмоция (вина, стыд, раздражение на себя). Если поймать раздражение и тут же разозлиться за него на себя, получится не победа, а та же доза, только под другим соусом. Улыбка, напротив, ломает сценарий.

Будьте к себе добры.В этой книге нет виноватых: ни вас, ни ваших родителей, ни их родителей. И нет деления людей на хороших и плохих. Есть программа, которая когда-то помогала выжить. Теперь вы можете решить, нужна ли она вам дальше.


Несколько честных слов о науке

Мы опираемся на работы многих исследователей: психологов, нейробиологов, психотерапевтов. Некоторые идеи книги перекликаются с давно известными концепциями. О жизненных сценариях писал Эрик Берн, о выборе партнёра «по образу родителей» — Харвилл Хендрикс, о влиянии ранних убеждений — Джеффри Янг, о том, как мозг собирает эмоции по шаблонам прошлого опыта, — нейробиолог Лиза Фельдман Барретт. Мы называем их имена там, где наши мысли идут по их следам. Для нас это хорошая новость: если разные люди независимо друг от друга приходят к похожим выводам, значит, в этих выводах что-то есть.

Кое-где мы используем образы: «гениальный мозг», «доза эмоций», «программа». Это метафоры, а не анатомия. В мозге нет маленького режиссёра, который сидит в кресле и командует: «А теперь раздражение, крупным планом!» Но иногда такой образ помогает понять процесс быстрее, чем десять страниц нейрофизиологии. Там, где важно отделить метафору от научного факта, мы это делаем.

Он:Я лично проследил, чтобы каждая метафора была помечена. Это была моя главная работа в соавторстве. Ну и спорить, конечно.

И последнее. Эта книга — книга самопомощи. Она не заменяет врача или психотерапевта, если вы переживаете депрессию, панические атаки, последствия тяжёлой травмы или мысли о том, чтобы причинить себе вред. Об этом подробно рассказано в последней главе. Обратиться за помощью — признак не слабости, а здравого смысла. Вы же не лечите перелом по самоучителю.


Первое упражнение (самое короткое в книге)

ПОПРОБУЙТЕ

Прямо сейчас, не раздумывая, допишите три фразы в Тетради наблюдений:

1. «Чаще всего я злюсь (раздражаюсь, обижаюсь, тревожусь), когда…»

2. «Это чувство мне знакомо примерно с … лет».

3. «Если бы это чувство было человеком, оно было бы похоже на…»

Не анализируйте, просто запишите. Мы вернёмся к этим ответам в конце книги и посмотрим, что изменилось.



Он:Я на третий вопрос написал: «на соседа сверху с перфоратором». Она сказала, что это прекрасное начало.

Готовы? Тогда сначала короткий честный разговор для тех, кто сомневается. А если вы уже верите психологии, всё равно загляните: там есть пара историй, которые вас удивят.

Слово скептику. Почему психологии не доверяют (и почему иногда правильно делают)


Анекдот вместо предисловия

Есть старая шутка: «Психолог — это человек, который за большие деньги долго объясняет вам, что во всём виновата мама».

Он:Я рассказывал её в любой компании лет десять. Пока не выяснилось, что пишу книгу по психологии. Теперь рассказываю реже.

Шутка смешная, потому что в ней есть узнаваемая правда. Многие встречали «специалистов», которые после пяти минут разговора выносили приговор вашему детству, вашей маме и вашему почерку. Многие читали статьи с заголовками вроде «Семь признаков, что ваш партнёр вас не ценит (пятый вас шокирует)». Многие проходили тесты «Какой вы овощ по характеру» и получали в ответ «баклажан: глубокий, но непонятый».

Неудивительно, что у части людей слово «психология» вызывает примерно такую же реакцию, как звонок с незнакомого номера: «Опять что-то продают».

Мы хотим начать книгу с честного разговора с этими людьми. Не с уговоров, не с обиды на недоверие, а с признания: у недоверия есть причины. И разобраться в этих причинах полезно даже тем, кто психологии доверяет.


Откуда берётся недовериеПричина первая: история

В нашей стране у слов «психолог» и «психиатр» долго была тяжёлая репутация. В советское время психология как наука развивалась, но до обычных людей почти не доходила. Зато люди хорошо знали другое: попасть «к психиатру» означало получить клеймо на всю жизнь. Справка могла закрыть дорогу к работе, к водительским правам, к учёбе. А в 1960–1980-е годы психиатрию в ряде случаев использовали против инакомыслящих: людей, которые критиковали власть, признавали «больными» и помещали в больницы. Об этом сегодня написано много исторических исследований.

Отсюда выросли устойчивые установки, которые многие слышали в детстве:

• «К психологам ходят только психи».

• «Не выноси сор из избы».

• «Сам справишься, не маленький».

• «Ещё не хватало, чтобы на учёт поставили».

Это не глупость и не предрассудок. Это защитная реакция людей, для которых обращение к «специалисту по голове» действительно было опасным. Мы ещё не раз увидим в этой книге, как установки, которые когда-то помогали выжить, продолжают жить, когда реальность уже давно изменилась.

Причина вторая: рынок советов

Сегодня назваться психологом может почти кто угодно. Достаточно пройти онлайн-курс за выходные, завести красивый блог и написать в профиле «эксперт по отношениям». Рядом процветают «тренинги личностного роста», где за три дня обещают богатство, уверенность и идеального партнёра (желательно всё сразу и со скидкой при оплате до пятницы).

Когда человек попадает к такому «эксперту», получает общие слова, плохой совет или, хуже того, чувство, что он сам во всём виноват, вывод напрашивается: «Психология не работает». Хотя правильнее было бы сказать: «Не работает конкретный человек, который называл себя психологом».

Он:Это как если бы я однажды съел плохой пирожок в вокзальном буфете и решил, что кулинария — лженаука.

Причина третья: красивые теории без проверки

Психология — молодая наука. Ей чуть больше ста лет, если считать от первых лабораторий. И на заре её развития было много ярких, но непроверяемых теорий. Самый известный пример — Зигмунд Фрейд. Его идеи были смелыми, часто интересными, они изменили культуру XX века. Но многие из них устроены так, что их невозможно опровергнуть. Философ науки Карл Поппер указывал на это как на главную проблему: если теория объясняет абсолютно всё, в том числе противоположные исходы, она по сути ничего не предсказывает. Вы любите маму? Это эдипов комплекс. Не любите? Это тоже эдипов комплекс, только вытесненный.

Неудивительно, что люди с научным складом ума, познакомившись с такими теориями, разочаровывались во всей психологии сразу.

Причина четвёртая: кризис воспроизводимости

А вот причина, о которой обычно не говорят в популярных книгах, но о которой мы скажем, потому что обещали честность.

В 2015 году большая международная группа учёных под названием «Сотрудничество открытой науки» попыталась повторить сто опубликованных психологических экспериментов. Результат оказался отрезвляющим: исходные выводы подтвердились примерно в трети–сорока процентах случаев. Многие эффекты оказались слабее, чем считалось, а некоторые не воспроизвелись вовсе.

Это назвали кризисом воспроизводимости. Звучит как приговор, но посмотрите на это с другой стороны: психология сама проверила себя, сама нашла свои ошибки и сама об этом объявила. Сегодня многие исследователи заранее регистрируют планы экспериментов, публикуют данные в открытом доступе и проверяют результаты на больших выборках. Наука, которая ищет собственные ошибки, вызывает больше доверия, чем та, которая уверена, что их нет.

В этой книге мы стараемся опираться на исследования, которые проверялись многократно. А там, где результат спорный, прямо об этом говорим. Например, в главе о теле вы прочтёте про знаменитый эксперимент с карандашом во рту и узнаете, что повторить его удалось не во всех лабораториях.

Причина пятая: никто не любит, когда ему объясняют, что он чувствует

Есть ещё одна причина, и она, пожалуй, самая человеческая. Когда кто-то говорит нам: «Ты злишься, потому что…» или «На самом деле ты хочешь…», внутри поднимается протест. «Откуда ты знаешь, что я чувствую?!»

У этого протеста есть научное название. В 1966 году американский психолог Джек Брем описал явление, которое назвал психологической реактивностью. Когда человек чувствует, что на его свободу думать и выбирать покушаются, он начинает сопротивляться, иногда даже вопреки собственной выгоде. Скажите подростку «не смей курить», и сигарета станет заметно привлекательнее. Скажите взрослому «тебе нужно к психологу», и он скорее съест свой галстук, чем пойдёт.

Подробно о том, как устроены сопротивление и защитные механизмы, мы поговорим в восьмой главе. А пока просто заметим: если, читая эту книгу, вы иногда будете чувствовать желание возразить, это совершенно нормально. Мы даже рады. Возражения — признак того, что вы думаете, а не просто киваете.


Здоровый скептицизм — это хорошо

Хотим сказать прямо: скептицизм — не враг психологии, а её основа. Вся наука построена на сомнении. Учёный, который не сомневается, перестаёт быть учёным и становится агитатором.

Поэтому мы не будем уговаривать вас поверить. Мы предлагаем другое: проверить.


Как отличить надёжное от сомнительного

Вот четыре вопроса, которые стоит задавать любой психологической идее, включая идеи из этой книги.

1. Кто это проверял?Есть ли за утверждением исследование с именем, годом и описанием того, что делали? Или только «учёные доказали» и «британские исследователи установили»?

2. Повторяли ли это?Один эксперимент — интересная находка. Десять экспериментов в разных странах с похожим результатом — уже надёжное знание.

3. С чем сравнивали?Если человеку стало лучше после тренинга, это ещё ничего не значит: может быть, ему стало бы лучше и так. Хорошее исследование сравнивает тех, кто что-то делал, с теми, кто этого не делал (с контрольной группой).

4. Что обещают?Если обещают мгновенный, гарантированный и полный результат («избавьтесь от тревоги за три дня навсегда!»), насторожитесь. Человек — сложная система, и быстрые обещания почти всегда преувеличение.


ЧТО ГОВОРИТ НАУКА

Что в психологии считается по-настоящему надёжным? Вот несколько примеров знаний, которые проверены сотни раз в разных лабораториях и странах. Выработка условных рефлексов, которую открыл Иван Павлов. Влияние недосыпа на раздражительность и внимание. Эффективность экспозиционной терапии при фобиях: человек постепенно и безопасно встречается с тем, чего боится, и страх слабеет. Эффективность когнитивно-поведенческой терапии при депрессии и тревоге, подтверждённая многочисленными обобщающими обзорами (метаанализами). Закономерности формирования привычек через повторение. На такие знания мы и опираемся в первую очередь.




Наш договор со скептиком

Чтобы читать эту книгу было честно, мы предлагаем вам договор.

Наши обязательства:

1. Мы помечаем метафоры как метафоры и отделяем их от научных фактов.

2. Мы называем учёных и годы исследований, чтобы вы могли проверить.

3. Мы честно говорим, где наука спорит и где у наших идей границы.

4. Мы не делим людей на хороших и плохих и никого не обвиняем.

5. Мы не обещаем быстрых результатов.

Ваши обязательства:

1. Не верить на слово, но и не отвергать сразу.

2. Проверить хотя бы одну идею на себе: в пятой главе мы предложим месяц наблюдений с дневником и графиками. Это ваш собственный эксперимент.

3. Если эксперимент покажет, что наши идеи к вам не относятся, честно признать это. Отрицательный результат — тоже результат.

Он:Я подписал этот договор первым. Мысленно, но подписал.


Как скептик стал соавтором

Раз уж мы начали с недоверия, будет честно рассказать, как мужская половина авторского дуэта оказалась на обложке книги о психологии.

Он:Всё началось со спора. Она сказала, что у каждого есть «любимая» эмоция, которая повторяется по разным поводам. Я ответил, что у меня в основном спокойствие, а если я и раздражаюсь, то только по делу. Она предложила записывать. Я согласился, чтобы доказать, что она неправа. Как человек дотошный, я завёл таблицу, проставил даты, придумал шкалу.

Через неделю я посмотрел на таблицу. Раздражение встречалось в ней двадцать один раз. По делу? Ну, если считать «делом» медленный лифт, громкий рингтон соседа в очереди и то, что кто-то опять занял мою любимую скамейку в парке… Повторю: двадцать один раз. А я был уверен, что раза три.

Я не сразу признал, что это привычка. Я говорил: «Совпадение. Неделя такая. Погода плохая». Потом записывал ещё неделю. И ещё. Цифры упрямо показывали одно и то же. Инженер может спорить с чужим мнением, но со своими собственными данными спорить трудно.

bannerbanner