Алексей Федотов.

Корел. Сказ о том, как донские казаки в Москву ходили



скачать книгу бесплатно

© Алексей Федотов, 2017


ISBN 978-5-4483-8115-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1. Андрей Тихонович Корел или сказ о том, как Донские Казаки в Москву ходили

Изучая историю нашего края и времена Смутного времени в моё поле зрение попался интересный человек, атаман Корела и захотелось больше узнать про него. У моей жены Ольги Васильевны Федотовой в девичестве Паниотовой, была мать Анна Яковлевна Паниотова в девичестве Корелова. У неё есть двоюродный брат Вячеслав Корелов. На кладбище села Синявское Ростовской области на погосте похоронены и до сих пор существуют могилы в которых покоятся Яков Владимирович Корел и его сыновья Михаил Яковлевич, Иван Яковлевич и Валентин Яковлевич Корелы. По рассказам Анны Яковлевны Кореловой я понял, что Корелы живут в Ростовской области всю жизнь и из этих мест надолго не выезжали. Она так же говорила, что её дед Владимир Корел жил одно время в Херсонской губернии. Корелы всегда были казаками. хотя в последнее время не состояли на военной службе и не носили форму. Вот эти семейные обстоятельства, любопытство, да и вся генеалогия заставили меня более глубже окунуться в исторические материалы, слава Богу теперь доступ к ним более свободен, чем раньше во времена прошедшие. Мы все знаем, что казаки всегда были народ неспокойный, среди них были великие и знатные люди, но были беглые крестьяне, бандиты, изверги, развратные люди, которые собирались на свободном Дону и составили этот пассионарный народ.

У одного из самых первых русских историков казачества и первоисточника инженера, генерал-майора и кавалера Александра Ригельмана в его книге «История или повествование о Донских казаках, отколь и когда они начало своё имеют» написанная в 1778 году я нашёл упоминание об атамане Кореле, что Донские Казаки против действий гонителя и сатрапа Русского Царя Бориса Годунова в 1603 году собирали Войсковой круг:


Цитата из книги А. Ригельмана.


Тут необходимо вернуться в те года и посмотреть обстановку того времени. Самое начало 17 в. для Русского государства было тяжелым временем: везде обострились противоречия между царем Борисом Годуновым, венчавшимся на царство после смерти Феодора в 1598 года, и высшей знатью боярами и дворянами. Очень напряженным было положение и в народной среде, в том числе и на Дону.

Постоянно поолняемые беглыми крестьянами территории этой реки, способствовало скапливанию казаков, эти пассионарии таили в себе силу, готовую взорваться при каждой новой попытке правительства стеснить казачью вольницу. Обострившиеся социальные процессы усугубились природными бедствиями. Затянувшиеся дожди холодного лета 1601 г. помешали созреванию хлебов. Крестьяне использовали незрелые «зяблые» семена, чтобы засеять озимь.

В результате хлеб на полях дал очень плохие всходы, которые погибли от морозов в зиму 1602 г. В следующем году крестьянам стало ещё тяжелей, нечем было засевать поля. В Россию и на Дон пришел страшный голод.

На Донских просторах в народе возникло убеждение, что царствование Бориса Годунова не благословлено Богом, если с приходом его к власти страну постигло такое несчастье. Беглые люди, крестьяне в поисках пищи собирались в шайки; в разных уголках России появились разбойничьи группы. Царь Борис посылал дворянские и стрелецкие отряды против «разбоев» в различные города вокруг Москвы и другие уезды.

Около столицы особенно активизировался атаман Хлопко. Вся страна была наполнена слухами: о Борисе говорили, что он «уморил» царя Феодора Иоанновича, отравил царицу Ирину, хотя она была его сестрой, загубил их ребенка и свою племянницу Феодосию, до этого организовал убийство царевича Димитрия, сжег Москву, чтобы отвлечь внимание царя и столичного общества от угличского злодеяния, обманом и интригами венчался на царство. Вполне понятно, что в сложившейся ситуации известие о существовании самозванца, выдававшего себя за царевича Димитрия, упало на почву не самую благоприятную. Однако подоплека мрачного периода самозванщины скрывалась значительно глубже и созревала не внутри России, а за ее пределами.

Но вернёмся к атаману Кореле. У современника описывающего время Лжедмитрия голландского торговца, находившегося в Московском государстве в 1601—1609 гг. Исака Массы находим что: «предводителем этих казаков был Корела… родом из Курляндии».

Знаменитый русский историк Николай Иванович Костомаров твердит голландцу: «родом он (Корела), говорят, был из Курляндии, или, из Корелы, поступил в казачество, как поступали туда бродяги из разных краев русского мира, и на Дону уже прославился своею храбростью и смелостью».

Историк А. Станиславский в своей книге «Смута и казаки» пишет: «В 1603 г. г. Лжедмитрий I обратился за помощью к донским казакам, обещая им „волю“. Донцы тотчас же послали воскресшему царевичу атаманов Андрея Корелу (приезжавшего в свое время с вестями и грамотой с Дона еще к Федору Ивановичу) и Михаила Межакова». Про посольство Андрея Корелы к царю Фёдору Ивановичу рассмотрим позже, а вот что Михаил Межаков был сотоварищем это для меня была большая новость.

Другой донской историк Михаил Астапенко в своём труде «Донские казачьи атаманы: исторические очерки-биографии» сообщает: «С начала XVII века на Дону атаманствовал Андрей Тихонович КОРЕЛА, которого один из ведущих историков Смуты Руслан Григорьевич Скрынников назвал «выдающимся предводителем повстанцев». Вот и я, находя сведения и ссылки у различных историков и в интернет источниках, что Андрей (по-старому Ондрей) был из Корелы. Сам городок Корела был заложен новгородцами ещё 13 веке у Ладожского озера на торговом пути в Финляндию для обороны от шведов. По преданию в этом городе умер первый русский князь Рюрик. Ныне это старое поселение есть город Приозёрск Ленинградской области.

Про эту крепость можно подробнее прочитать на сайте Древние крепости Северо-Запада России вот ссылка: http://nwfortress.ifmo.ru/kreposti/krepost-korela/istoriya-kreposti, кто из читателей желает может посмотреть.

Одним из первых знаменитых узников в этой крепости был Иоанн VII Антонович. он содержался в крепости в июле-августе 1762 г.


Крепость Кексгольм в городе Приозёрск. Современное фото.


Про других политические узников я тоже раньше не знал, а теперь раскрывая эту тему, как и читатели знаю: это были Софья Дмитриевна Пугачева и трое ее дети, а также вторая жена Пугачева-яицкая казачка Устинья Петровна (урожденная Кузнецова) хоть и были оправданы судом, но он и назначил им иной пункт поселения: определил поселить в городе Кексгольме (Корела). Пугачевы были доставлены туда 23 января 1775 и заключены в казематы старинной крепости без права выхода из нее. Там на положении тюремных невольников они прожили около тридцати лет.

В апреле 1828 г. в Кексгольмской крепости содержались 9 декабристов: А. П. Барятинский, И. И. Горбачевский, М. М. Спиридов, Ф. Ф. Вадковский, В. К. Кюхельбекер, А. В. Поджио, П. Ф. Громнитский, И. В. Киреев, М. Ф. Митьков.


10 рублевая юбилейная монета 2008 года.


Город Приозёрск и крепость Корела, по-шведски Кексгольм, был изображен на 10 рублёвой монете России. На ней видим старую башню крепости, главы церкви, соборы и старые каменные здания.

После нахождения многих материалов я теперь знаю, и хочу поделиться с читателем, что отцом Андрея (Ондрея) был крестьянин по имени Тихон из Корельского городка, Новгородской земли, Вотской пятины, Воскресенско-Городенского погоста. Сначала городок получил имя от церкви, находившейся в этой крепости. Позже в этом городе будут построены ещё три православных храма.

История земли повернулась так, что этот город получил название Кексгольм и 15 лет находился под властью шведов с 1580 по 1595 год.


Кексгольм. Фрагмент Шведской карты 17 века.


Крестьянин Тихон и его сын Ондрей новгородцы из городка Корелы вот что мы знаем на данное время и поздние историки говорят так же, нам же ничего не остаётся как принять это за истину. Понятно, что Корела это не фамилия а прозвище, которыми наделялись большинство вольных казаков того времени.

По историческим справкам видим, что во второй половине 15 в. Корела был самым крупным городом земли после Новгорода, отстоял от него на 300 вёрст. Хотя население Корелы было смешанным, карельским и русским, в целом уже в новгородский период город с его типично русскими крепостными стенами и башней, с его соборами, монастырями, хоромами наместника и избами рядового населения приобрел совершенно русский облик, типичный для городов Новгородской земли.

Русские власти все это время держали в боевой готовности укрепления города. Для усиления Корельской крепости новгородское правительство провело здесь в 1364 г. новые крупные работы. Летопись сообщает, что в этом году «в Корельском городке посадник Яков поставил костер камен», т.е. каменную башню, включив ее в систему уже существовавших здесь земляных и деревянных укреплений. К башне с обеих сторон примыкала крепостная стена, но она во все время своего существования оставалась деревянной.

Историк К. А. Неволин в своей книге «О пятинах и погостах Новгородских в 16 веке» пишет: «Великий князь и царь Иван Васильевич в 1504 году своём духовном завещании сыну благословил своей отчиною Великим Княжением Новгородским и даёт ему Великий Новгород со всеми пятью пятинами, волостями и погостами».


Цитата из книги К.А.Неволина «О пятинах и погостах Новгородских в 16 веке».


Эти времена мы недавно видели в новом фильме «София» режиссера Андрея Андрианова и Евгения Цыганова в роли Царя Ивана Васильевича, который собрал русские земли в единое государство.

Позже в 1578 году его внук Царь Иван Грозный оставляет эти же земли своему сыну Феодору Ивановичу «Корельскую землю и город Корелу», городок превращается в настоящий укреплённый город. Корельский уезд состоял уже из 7 погостов (семи церквей и деревень и семи кладбищ при них).


Цитата из К.А.Неволина.


Именно из этой цитаты видим, что построена церковь Дмитрия Солунского и существует монастырь и деревни в округе, там же прозвища крестьян, один из них был дворовый крестьянин по имени Тихон, который являлся отцом нашего Андрея Корелы.


Цитата из книги К.А.Неволина «О пятинах и погостах Новгородских в 16 веке».


Уже в конце 16 столетия все русские земли объединились в составе огромного Русского централизованного государства под главенством Москвы. Вместе с Новгородом и его обширными владениями в состав Русского государства вошел и город Корела с окружающей его территорией – Карельской землей. Город Корела, стоявшая ближе всех русских городов к шведской границе, первая стала жертвой вражеского нападения.

Андрею сына Тихона, рождённого по некоторым сведениям в 1550 году, летом 1573 г., когда шведский отряд под командованием Германа Флеминга подступил к Кореле было всего 23 года. Шведы не рискнули сразу нападать на прочные городские укрепления и ограничились разорением и поджогом незащищенных частей города и окрестностей. Солдаты Флеминга сожгли городские посады на обоих берегах реки, стоявший в устье Вуоксы, монастырь Иоанна Предтечи и продовольственный склад. Вернувшись из похода на Корелу, Г. Флеминг сказал, что здания этого города «являются самыми прекрасными из всего, что ему приходилось когда-либо видеть».

Жили русские люди у реки, но через пять лет шведский отряд вновь напал на город Корелу. Опять запылали едва успевшие отстроиться городские посады. Было на этот раз совершено нападение и на городские укрепления. Шведские солдаты трижды пытались поджечь деревянные стены Корелы, но проливной дождь помог защитникам города погасить пожар и отбить нападение.

Шведский главнокомандующий Понтус Делагарди в конце октября 1580 г. двинулся из Выборга на Корелу и 26 октября с 7000 войском и артиллерией подступил к городу. Застигнутые врасплох посадские люди бросили свои дома и скрылись за стенами городских укреплений. Шведские солдаты стали взламывать двери складов и домов, и грабить накопленные там товары и имущество. На обоих берегах Вуоксы шведы построили осадные сооружения, установили пушки, лодки с шведскими солдатами блокировали обе городские крепости, отрезав их от внешнего мира.

4 ноября 1580 г. приготовления к осаде были закончены и вражеские орудия начали обстрел городских укреплений. Шведское командование воспользовалось тем, что стены детинца и Спасского острова были сооружены из бревен. Понтус Делагарди приказал своим артиллеристам вести стрельбу раскаленными железными ядрами. Сначала загорелись находившиеся на Спасском острове склады с зерном и солью; затем вспыхнула одна из деревянных стен, пожар перекинулся на другие укрепления, потом запылали и жилые дома внутри детинца и Спасского острова. Постепенно огонь охватил весь город.

Андрей в составе немногочисленного гарнизона отстреливались из пушек и ружей, пытался с товарищами тушить вновь и вновь возникающие пожары, заливая горящие стены водой, забрасывая их землей и песком, но одолеть огонь было сложно. В это время Андрей Корела получил сильный ожёг лица, почти все волосы на его голове сгорели. Пока была возможность сопротивляться, воевода Квашнин не хотел и думать о капитулиации и настаивал на продолжении борьбы.

Но наступило время, когда весь город был уже объят пламенем, и его защитникам ничего больше не оставалось, как сложить оружие или погибнуть в огне. Только в этот критический момент воевода согласился начать переговоры и послал двух воинов в шведский лагерь. В результате переговоров город был сдан шведам, а оставшимся в живых защитникам Корелы и ее жителям было предоставлено право уйти в русские владения.


Рисунок крепости Кексгольм 18 век. Неизвестный художник.


Шведское войско захватив город, стало насильственно подчинять себе окрестное карельское население. Однако местные крестьяне не захотели покориться чужеземной власти и начали против захватчиков партизанскую войну. Русское военное командование не примирилось с утратой Корелы и трижды делало попытки освободить город. В первый раз такая операция была предпринята в июне 1581 г., в ней участвовало около полутора тысяч русских воинов; во втором нападении, состоявшемся в августе того же года, до 3 тысяч. Однако шведы уже успели восстановить городские укрепления, и оба приступа, производившиеся без помощи артиллерии, не увенчались успехом.

Уже поздней осенью того же 1581 г. русские войска и тот же воевода Квашнин и стрелки пищальники среди которых был Андрей появились под стенами Корелы в третий раз. Новгородцы в то время создавали отряды пищальников, по приказанию с верха, они экипировали одного стрелка в среднем с 3—5 дворов. Сообща крестьяне одевали его в сермягу, приобретали пищаль, порох, свинец и обеспечивали на определенный срок продовольствием.


Пищальник. Художник А. Васильев.


В темную и бурную ноябрьскую ночь, когда из-за скверной погоды никто не мог ожидать нападения с Ладожского озера, отряд молодых парней во главе с Андреем на лодках из озера пробрался в устье Вуоксы и подступил к городу.

Никем не замеченные эти храбрые воины подошли на лодках к городским укреплениям и, подобравшись к недавно восстановленным шведами деревянным стенам детинца, подожгли их березовыми сучьями в нескольких местах. После больших усилий в кромешной тьме ярко запылали стены и башни крепости. Часть шведской крепостной стражи во время этого нападения была перебита, остальные захвачены в плен. Ринувшись затем к Спасскому острову, русские парни подожгли стоявшие у его берега шведские суда. Застигнутые врасплох и перепуганные шведские моряки, отстреливаясь, вынужденно бросились гасить корабли. Во время штурма и попытки абордажа кораблей, уже зрелый молодой и сильный Андрей Корела (ему31год) получил серьёзное ранения лица от шведской сабли, глаз остался цел, а вот шрам на всё лицо получил на всю жизнь. В городе шведы с огромным трудом сумели спасти от огня отдельные участки крепостных стен, но две деревянные башни и большая часть стен детинца сгорели дотла. В огне погибли также жилые постройки, казармы и городские склады с многочисленными запасами продовольствия, но город остался за ними.

Общая стратегическая обстановка складывалась в то время не в пользу России и не позволяла думать о крупных наступательных операциях против шведов. Затянувшаяся на 25 лет Ливонская война привела к значительному ослаблению страны и закончилась невыгодным миром.

Русскому правительству по условиям заключенного в августе 1583 года на реке Плюссе мирного соглашения пришлось оставить Швеции захваченные ею русские владения, в том числе города Ивангород, Ям, Копорье, Корелу с уездами. Россия по договору сохранила только устье Невы.

Корела и Корелъский уезд оставались под шведской властью в течение 17 лет, с 1580 по 1597 гг. В 1590 г. Россия, восстановив силы после тяжелой многолетней Ливонской войны, вновь выступила против Швеции. Война окончилась успешно для России, и по Тявзинскому мирному договору (заключенному 18 мая 1595 в Тявзине, северо-западнее Новгорода) шведам пришлось возвратить все захваченные в Ливонской войне русские владения (Ивангород, Копорье, Ниеншанц, Орешек, Ям и Корелу).

1 ноября 1598 г. для обеспечения скорейшего восстановления города царь Борис Годунов издал специальный документ-«жалованную грамоту» жителям Корелы. В этой грамоте царь распорядился, возвращающимся на родные пепелища горожанам и крестьянам оказывать помощь. Вернувшимся в Корелу русским горожанам были бесплатно переданы в собственность дома, построенные шведами; жители Корелы получили право торговать без уплаты торговых пошлин в своем городе, а также в Новгороде, Пскове, Ивангороде и Москве, и право провозить товары без уплаты судовых пошлин по реке Волхову. Население Корелы и крестьяне Карельского уезда на 10 лет освобождались от платежа в государственную казну всех податей и оброков «с их дворов и с лавок, и со всяких угодей».

Но к этому времени Андрея уже давно не было в Кореле после захвата города шведами весной 1582 года он ушёл, можно сказать бежал на Дон в городок Раздоры. Конечно Андрей слышал про вольных людей на Дону и казака по имени Ермак из Качалинского городка. Во время войны Карела встречался с Донскими Казаками и атаманом Михаилом Черкашениным убитым под Псковом в 1581 году, эти казаки были в то время в войске боярина Шеина как союзники Царя Ивана Грозного.

Ранее ещё в 1570 году Иван Васильевич в своей грамоте на Донец Северской просил Мишу Черкашенина с атаманами и казаками проводить из Рыльска под Азов своего посланника Ивана Петровича Новосильцева.

У историка и политолога Сергея Маркедонова находим упоминание про одного из первых атаманов донских «черкаса» Михаила Черкашенина:

«Он воевал с азовцами и даже делал набеги на турецкую крепость Азак. Гибель атамана Черкашенина послужила „устным материалом“ для донского казачьего эпоса. Старая казачья песня, прославившая погибшего донского атамана, стала, по словам филолога Олега Николаева, „одной из первых мифологем в духовной истории казачества“. Впервые он появляется на исторической сцене в 1548 году в Диком поле, когда во главе отряда путивльских служилых казаков (севрюков) вместе с мелким помещиком Истомой Извольским поставил на „Великом Перевозе“ (Волго-Донской Переволоке) „острогу“. По словам историка Н. А. Мининкова, „эта острога у Переволоки – первое известное нам поселение казаков на Дону“, которое давало донцам возможность мешать крымским татарам свободно взаимодействовать с поволжскими ханствами. В том же 1548 году крымский хан Сахиб-Гирей решил уничтожить „острогу“, отправив против нее отряд во главе с Елбузуком. Но татарскую рать ожидала неудача, казаки одержали победу над ним».

Донской эпос про атамана был в собранных текстах 18 века уральцем Киршею Даниловым. Он является составителем первого сборника русских былин, исторических песен и духовных стихов. В той старинной былине говорится про польского атамана, привезённого «казачьей вольницей» из далека мертвым. Современные филологи и историки утверждают, что «польскими или полскими» в старые времена часто называли воинов «казаковавших в поле». Вот точные слова из неё:

За Зарайскомъ городомъ, за Рязанью за старою,

Изъ далеча чиста поля, изъ раздолья широкаго,

Какъ бы гн?даго тура привезли убитаго,

Привезли убитаго атамана польскаго,

Атамана польскаго, а по имени Михаила Черкашенина.

А птицы ластицы кругъ гн?зда убиваются,

Еще плачутъ малы его д?ти надъ б?лымъ т?ломъ;

Съ высокаго терема зазр?ла молодая жена,

А плачетъ, убивается надъ его б?лымъ т?ломъ.

Скрозь слезы свои она едва слово промолвила,

Жалобно причитаючи ко его б?лу т?лу:

«Казачья вольная поздорову прі?хали,

Тебя, св?та моего, привезли убитаго,

Привезли убитаго атамана польскаго,

А по именю Михаила Черкашенина!».


Про храбрость Донского Казака складывались легенды. Считалось, что он заговорен от пуль, и даже Никоновский летописец записал, что он заговаривает вражеские ядра. О смерти атамана в Патриаршей летописи написано: «Да тут же убили Мишку Черкашенина, а угадал себе сам, что ему быти убиту, а Псков будет цел. И то он сказал воеводам».

Помня о казачьих рассказах и об атамане Андрей, которому в те времена уже больше тридцати лет, у него нет семьи и ничего не сдерживало на Родине, его дом сожгли, отец погиб, сражаясь в партизанах, мать и сестру убили шведы. Он решается идти к казакам на вольный Дон.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9