Роза Соломоновна и ее приключения

И сейчас та же песня, только с другим припевом. «Бизнес-партнёр»? Да это тоже самое, как если назвать дворника «экологом городского пространства». Звучит гордо, а по факту — метла и ведро, только вместо мусора − юридические риски, а вместо зарплаты − слезы радости, что хоть взяли. Роза хмыкнула, представила, как расскажет этот анекдот мужу за ужином, и решила не тратить на Фиму ни нервов, ни времени. Клик − и вакансия канула в Лету, унося с собой надежды наивных соискателей на честный хлеб.

Роза допила уже совсем холодный кофе и тут вспомнила про Опу.

− Опа, выходи, я знаю, что ты здесь.

− А я и не уходила. Я здесь. Наблюдая за тобой, все не могу понять, как меня судьба закинула стать твоим Альтер Эго. Могла бы сейчас жить в другом теле, в другом разуме, с другими амбициями. Я тебе лучшие годы жизни отдала.

− Опа, ну, предположим, не всё так плохо. Не самое плохое тело, не самая плохая голова. Конечно не экскорт, но мы туда и не стремились. Во мне есть даже что-то хорошее, за что меня взяли замуж и, как ты знаешь, это не мой, ой, извини, это не наш с тобой борщ.

− Роза, а ты язва!

− Опа, если я добавлю всего одну букву спереди к твоему имени, то все узнают, как выглядит твое лицо, но я этого не делаю.

− Ты не стала лучше, су...!

− Я не стала хуже, а могла бы. Давай, рассказывай, зачем пришла. Мы же тобой однажды договорились, что в этой жизни больше не пересекаемся. Ты пришла понизить мою самооценку?

− Ну нет, зачем так. Я соскучилась, правда. Мы же родные, а живем как чужие.

− Это бросается в глаза, специалист по камбэкам.

− Ну, я хотела как лучше, хотела эффект неожиданности, хотела помочь…

− У тебя получилось! Как будто мне требовалась помощь завалить собеседование, самостоятельно я бы с этим не управилась, да? Слушай, хотела помочь, тогда следующее собеседование за тобой. Ты готовишься, переписываешь резюме под каждую вакансию, тренируешься отвечать перед зеркалом на вопросы зумером, миллениалов, и находишь нам следующую работу. Это не предложение для размышления. Это твое техническое задание!

Глава 16. Роза и Опа. Возвращение

Глава 16. Роза и Опа. Возвращение

Роза шла домой после работы пешком. Мозг требовал уютного дивана, но совесть напоминала о недостающих 8000 шагах. Поскольку в этот вечер Роза дружила с совестью, ей ничего не оставалось, как иди домой и наблюдать за пролетающими мимо такси. Завибрировал телефон. Звонил Семён.

− Алло, Цветочек, что-нибудь купить?

− Да, очень хочу кефир.

− Кефир?

− Да, в этот раз просто кефир, не красная икра. Это даже лучше − дешевле.

− Ок, будет, − ответил Сема.

Семён умел позвонить в правильный момент, так было и в этот раз. Она убрала телефон и вдруг подумала о пшеничной каше.

− Боже, если я ее не поем, то уроню себя в голодный обморок, прямо здесь, в белом пиджаке! − уже спустя секунду думала Роза. Быстрая смена гастрономических предпочтений от кефира до злаковых с Розой случалось редко. А тем временем, воображение начало рисовать кашу, горячую, с маслом, присыпанную дагестанской брынзой, и сладкий чай. Щедрая порция слюны была этапирована куда-то в желудок. До дома оставалось пятнадцать минут ходьбы. Вечность.

Роза решила перезвонить Семёну, чтобы обновить заказ. Занято. Ещё раз набрала. Занято. Она смотрела на экран телефона, и в ней что-то начало закипать. Не гнев, нет. Обида. Тихая, женская, чуть подлючая.

− Ну сколько можно трещать? − пробормотала Роза, обходя лужу. Она шла, и обида раскручивалась внутри неё, как центрифуга. На пятом кругу в Розиной голове прокурор Роза и Семён − без права на помилование − обсудили, что для Семена будет лучше, если он будет виноват. Затем Роза поставила Семёна на паузу и переключилась на канал «месть». И все последующие пятнадцать метров из пятнадцатиминутного пути она думала, как будет мстить.

− Разогрею себе ужин, − думала она, − а ему даже не предложу. Взрослый мальчик, пусть сам о себе позаботится. Цветочек звонит, а он болтает по телефону. Раз так, сам за собой ухаживай, − успокаивала себя Роза. Тут в мыслях опять замелькал Семён, видимо, кнопка «пауза» отжалась:

− Ну как же так, я ведь всегда за тобой ухаживаю. А ты мне не предложила с тобой поужинать.

− Не предложила, − огрызнулась Роза вслух, и прохожий мужчина оглянулся на неё, но она не смутилась, − Цветочку было плохо.

Диалог набирал обороты, становился всё более напряжённым, как вдруг телефон зазвонил. Настоящий Семён, а не из головы, был на той стороне Билайна.

− Ты звонила? Я был на рабочем звонке, не мог ответить. Роза открыла рот опешив. Слова уже были готовы сорваться, она чувствовала их вкус − горький и справедливый, но пришлось подстраиваться под ситуацию на ходу.

− Лап, ты кефир купил?

− Да, уже налил тебе в твой любимый стакан.

− Я это… кашу хочу… − пробормотала Роза

− Сделаю, чмок.

Роза остановилась посреди улицы, прижимая телефон к уху, и чувствуя себя ребёнком, который разогнался для прыжка, а батут убрали. Весь её гнев, словно красиво выстроенная конструкция, рухнул в одно мгновение.

− Чмок, − сказала она и улыбнулась, отключая телефон.

− Вот же зараза, − подумала она, улыбаясь, даже поскандалить не даёт. Ничего. Я что-нибудь придумаю. Она уже знала, что не придумает. Но приятно было помечтать, что может. С такими мыслями она зашла домой.

− Привет, устала? − спросил он.

− Да, есть не хочу, мне надо чуть полежать и побыть в тишине.

− Всё нормально?

− Да, я только чуть на тебя не обиделась.

− Даже не буду спрашивать за что.

− Да, не надо. Такая херь в голову порой лезет, что удивляюсь.

− Полежишь, а мне надо чуть поработать. Если проголодаешься, кефир и каша ждут тебя.

− Спасибо, дорогой.

Роза легла, закрыла глаза и попыталась отключиться.

− Я вижу, ты себе друга завела. Меня выставила, и мужика привела, − раздалось где-то в голове.

− Опа, это ты?

− Да. Это я, твоя Опа. Часть тебя, кровинушка. Столько лет были вместе. Одна душа на двоих, общий ПМС, а чего стоили наши панические атаки… и после всего этого − Семачка, при − Семачка… Кто это, объясниться не хочешь?

− Опа, этот мужик − муж мой. Ты пропустила несколько важных событий в моей жизни, но это даже хорошо. Если бы мы с тобой не расстались, боюсь, что этих событий и не случилось.

− Что ты хочешь этим сказать?

− Я хочу сказать тебе спасибо, что ты была, и, кстати, ты хорошо выглядишь.

− Очень смешная шутка. И, не надо ко мне в прошедшем времени обращаться, я не прах, я часть тебя, мы с тобой в одном теле живём!

− Да-да, прошло меньше, чем 24 часа, с твоего появления, но ты мне об этом напомнила уже раз десять. Кстати, мне всегда нравилась наша оболочка, и сейчас ты очень хорошо выглядишь. Тебе всё так же идёт улыбка.

− Ой, ну давай этот текст мы уже заменим на что-то другое, что больше подходит для женщин нашего возраста. И тебе всё-таки надо бы начать спортом заниматься, а то уже прямо распустилась. Ты видела свои… Здесь Роза перебила монолог Опы:

− Слушай, а это так прикольно звучит «распущенная женщина 40+…». Я понимаю, за столько лет у тебя накопилось много всего невысказанного. Разве стоит это всё выпускать из себя вот так вот, пока мы лежим на обычном диване?

− Ты хочешь сказать, что мне стоит еще подождать? Это то, чем я занималась после нашего расставания − ждала и копила.

− Я тебе предлагаю не размениваться на аудиенцию со мной, а набрать аудиторию для твоей истории. Я недавно запустила рилс с коврами, и он завирусился на 100 000 просмотров. Представляешь! 100 000 человек смотрели, как две женщины ткут ковры. А если бы в рилсе были твои рассказы, я знаю, сколько в них перца, то рилс бы и миллион набрал, и два.

− Офигеть, ты врёшь?

− Ну вот, смотри, вот рилс, вот статистика. Кстати, я так и не научилась врать, так бывает − моменты, когда вроде получается, но надо тренироваться.

− Дай телефон. Ничего себе! Точно, ты. Но 100 000 просмотров, это случайность.

− Конечно случайность. Это мой второй рилс в жизни. Закономерность в том, что если что-то делать и бояться, то шанс, что получится, больше, чем если бояться и не делать − засмеялась Роза. Слушай, Опа, а пойдём чай пить. Мне полегчало.

− И вот еще, − продолжила Роза. Будешь токсичной, я расскажу Семёну, что мы с тобой разговариваем. Он подумает, что я рехнулась, и вызовет врача. Шучу. Опа фыркнула, но Роза почувствовала внутри лёгкий толчок − будто кто-то нехотя встал с дивана и поплёлся следом.

На кухне Семён обернулся: − Ты чего встала? Я же сказал − отдохни.

− Я отдыхаю, − Роза взяла ложку и зачерпнула кашу из кастрюли. Опа закричала: «Ты что делаешь! Слюни, микробы, скиснет!»

− Да и хрен, не скиснет.

− Ты это мне? − с удивлением переспросил Семён.

− Сема, просто у меня внутри сейчас две женщины, и обе хотят есть. Семён на секунду замер, а потом хмыкнул:

− Надеюсь, вторая тоже хочет кефир. − Если честно, то чай с вареньем и солёным сыром, − кивнула Роза, и в голове раздался приглушённый голос Опы: «Мне ещё хлеб с маслом… и масла побольше, пусть не жадничает»

− Ничего, что варенье мы будем есть с одной ложки, микробы, бактерии? − мысленно спросила Роза у Опы, но тихо, чтобы не вызывать подозрений у окружающих. Опа жевала бутерброд с сыром, и её набитый рот не мог выпустить ни слова, ни одного ядреного слова. Роза улыбнулась и пододвинула тарелку к себе. На одну ночь было объявлено перемирие.