Полная версия:
ЦАРЬ ДАВИД: МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ (Давид и Голиаф)
Александр Заборин
ЦАРЬ ДАВИД: МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ (Давид и Голиаф)
Давайте перечитаем историю Давида
Обращение к читателям книги, которая ещё пишется
Дорогие друзья!
Мы, кажется, хорошо знаем историю Давида. С детства перед глазами знакомый образ: юный пастушок, мальчик с пращой, отважный герой, который вышел против великана и победил его благодаря своей вере.
Но так ли прост Давид? Действительно ли он был никому не известным пастушком? Был ли он безрассудным юношей, который бросился навстречу опасности, не вполне понимая, на что идёт? И почему некоторые подробности библейского повествования, обычно остающиеся за пределами нашего внимания, могут существенно изменить привычное представление о нём?
Приглашаю вас вместе со мной перечитать эту историю — внимательно, не торопясь и стараясь увидеть за знакомыми образами сам текст Писания.
Я не хочу заранее предлагать готовые ответы. Мне гораздо интереснее пройти этот путь вместе с читателями: задавать вопросы, замечать детали, сопоставлять факты и проверять, насколько наши привычные представления соответствуют тому, что действительно рассказывает Библия. Возможно, в результате мы увидим Давида иначе — не потому, что захотим разрушить привычный образ, а потому, что постараемся внимательнее всмотреться в самого человека и обстоятельства его жизни.
Книга, которая создаётся на ваших глазах
Черновой вариант книги уже написан. Теперь начинается следующий этап — работа над окончательным текстом. Предстоит многое уточнить, отредактировать, переосмыслить и, где это необходимо, изложить яснее.
Структура книги уже определена: пять глав и шесть приложений. Каждая глава раскрывает отдельную сторону истории Давида, а приложения позволяют рассмотреть дополнительные темы и провести неожиданные параллели.
Сейчас опубликованы черновики всех разделов первых двух глав. Это рабочие версии, поэтому некоторые формулировки, названия и смысловые акценты ещё могут измениться.
По мере завершения редакторской работы черновики будут заменяться окончательными текстами. В названиях материалов пометка «Черновик» будет указывать на то, что раздел ещё находится в работе. После публикации окончательной редакции в подробном плане книги вместо этой пометки будет указываться дата обновления. Названия глав и разделов также могут уточняться — это естественная часть работы над книгой.
Когда все разделы первой главы будут подготовлены в окончательной редакции, я перейду к публикации черновиков третьей главы. Далее работа будет продолжаться по той же схеме. Постараюсь публиковать обновления дважды в неделю.
Таким образом, вы сможете не только читать окончательные версии разделов по мере их появления, но и наблюдать, как постепенно складывается вся книга.
Почему я пока не публикую выводы
После завершения основного текста я планирую добавить к каждой главе два заключительных раздела: «Итоги главы» и «Почему это важно?»
Но сейчас я намеренно оставляю собственные выводы за рамками публикаций. Мне хочется, чтобы читатель мог самостоятельно пройти путь от вопроса к наблюдению, от наблюдения — к осмыслению, а затем и к собственному выводу.
Ведь внимательное чтение Писания — это не только поиск ответов. Это ещё и готовность задавать вопросы, замечать то, чего прежде не замечал, и пересматривать свои представления, если сам текст побуждает к этому.
Когда книга будет завершена, у вас появится возможность сопоставить собственные выводы с моими. Думаю, такое сравнение может оказаться интересным и плодотворным.
Буду рад вашему участию
Если вы читаете опубликованные материалы, буду искренне благодарен за ваши отклики. Делитесь вопросами, наблюдениями, возражениями и выводами. Особенно ценны замечания, основанные на самом библейском тексте: они помогают проверить аргументацию, увидеть пропущенные детали и сделать изложение более точным и понятным.
Эта книга ещё пишется, и я открыт к содержательному диалогу. Ваше участие может помочь мне увидеть то, что осталось незамеченным, и лучше объяснить то, что пока изложено недостаточно ясно.
Надеюсь, что вместе мы увидим в Давиде не просто знакомого героя библейского рассказа, а живого человека — со своей историей, характером, обстоятельствами, решениями и ответственностью. И, возможно, внимательное прочтение его истории поможет нам не только глубже понять Писание, но и лучше разобраться в самих себе.
Спасибо всем, кто уже читает материалы, следит за работой над книгой и готов участвовать в этом поиске.
Буду рад вашим откликам!
Контакты
ВКонтакте: https://vk.ru/alexzab1
Электронная почта: zaborin@bk.ru
Подробный план книги
План рабочий. Названия глав и разделов могут уточняться по мере подготовки окончательной редакции.
Начальные разделы
Посвящение
Слова благодарности
Введение. Давид: знакомый незнакомец (21.10.26)
Основная часть
Глава 1. Неизвестный, уже замеченный на небе и на земле.(26.10.26)
1.1. Избранник Бога, забытый в поле (26.10.26)
1.2. Неизвестный избранник, уже замеченный при дворе (26.10.26)
1.2.1. От пастбища — ко двору царя (26.10.26)
1.2.2. Музыкально-поэтический дар: начало пути к воинской славе (26.10.26)
1.2.3. Характер бойца ещё до Голиафа (29.10.26)
1.2.4. От придворной известности к всенародной любви (черновик)
Итоги главы — будет опубликовано после окончательной редакции основного текста книги
Почему это важно? — будет опубликовано после окончательной редакции основного текста книги
Глава 2. Воин в пастушьей одежде (черновик)
2.1. Возраст: когда юность перестаёт быть детством - черновик
2.2. Репутация бойца: качества — несовместимые с детством - черновик
2.3. Оруженосец: не прислуга, а доверенное лицо - черновик
2.4. Мальчики не женятся - черновик
2.5. Военачальник: не только назначение царя, но и доверие воинов - черновик
2.6. Молодой — не значит незрелый - черновик
Итоги главы — будет опубликовано после окончательной редакции основного текста книги
Почему это важно? — будет опубликовано после окончательной редакции основного текста книги
Глава 3. Такой ли уж бедный и простой? (черновик)
Глава 4. Не просто мальчик с рогаткой (черновик)
Глава 5. Немедленный порыв или холодный расчёт? (черновик)
Завершающие разделы
Заключение (черновик)
Послесловие (черновик)
Приложения
Приложение 1. Изгой в собственном доме: родословная трагедия Давида (черновик)
Предание о семье Давида.
Приложение 2. Предание о Наассоне (черновик)
Предок Давида и Иисуса Христа, времен Исхода.
Приложение 3. Давид и Псалтирь: молитва, поэзия и духовный опыт (черновик).
Приложение 4. Две судьбы — один узор Промысла (черновик)
Параллели в жизни Иосифа и Давида.
Приложение 5. Странный вопрос Саула: «Чей сын этот юноша?» (черновик)
Приложение 6. О риске, вере и практической подготовке: пророчество Зах. 4:6 в свете практического благочестия (черновик)
Лексический оборот «ки им»: грамматика веры и действия.
ПОСВЯЩЕНИЕ
Светлане, Сабине, Веронике и Злате — четырём моим прекрасным спутницам в этом земном странствии. Эту книгу я посвящаю вам.
Вам, кто в будничные вечера и в выходные дни садился рядом, чтобы вместе вслушиваться в древние и вечно живые слова Писания. Вам, чьи чистые сердца и бесхитростные вопросы становились для меня источником самых неожиданных мыслей, удивительных откровений и порой — настоящего изумления перед глубиной Божьего Слова.
Сабина, ты первой показала мне, что пятилетнее сердце способно не просто слышать библейскую историю, но отвечать на неё своей первой осмысленной молитвой. И в этой детской молитве было богословия порой больше, чем в иных проповедях.
Вероника, когда ты только училась складывать буквы в слова, твой взгляд, устремлённый на страницы Детской Библии, уже открывал мне нечто удивительное: Бог говорит с тобой — и, что поразительно, ты слышишь и понимаешь Его.
Злата, — во время наших библейских времен ты часто казалась где-то далеко, словно витала в облаках. Но в самые неожиданные моменты ты вдруг «выдавала» суждения такой глубины, что я замирал от изумления и вспоминал слова Псалмопевца: «Из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу».
И ты, Светочка, — моя опора и самая верная соучастница всех наших духовных времён. Твоя мудрость, терпение и нежность превращали каждое семейное чтение в маленькое чудо, где Слово оживало и обращалось к каждому из нас — ко всем пятерым — на языке любви. Без тебя многие из этих страниц, возможно, так и остались бы просто текстом. Вместе с тобой они становились частью нашей общей жизни и нашего общего пути к Богу.
Пусть страницы этой книги станут скромным свидетельством того, чему Книга книг научила всех нас — не только детей, но и нас, взрослых.
Я когда-то думал, что открываю Писание для того, чтобы научить своих дочерей. Но снова и снова убеждался в обратном: всякий раз, когда человек открывает Слово Божие, он сам оказывается учеником. И чем глубже в него вчитываешься, тем яснее понимаешь, как мало знаешь и как многому ещё предстоит научиться.
Наверное, именно поэтому самые драгоценные шаги познания — те, которые делаются не в одиночестве, а вместе с близкими людьми. И я особенно дорожу теми шагами, которые мы сделали в нашем семейном кругу: среди детских вопросов, неожиданных ответов, молитв и удивления перед тайной Божьего Слова.
Эту книгу — о Давиде и Голиафе, о той встрече, в которой столкнулись не просто два человека, но два совершенно разных взгляда на силу, страх и веру; о библейском рассказе, вокруг которого за века возникло немало мифов и устоявшихся представлений; и о том, что открывается, когда мы отодвигаем эти наслоения и вновь всматриваемся в сам текст Писания, — я посвящаю вам.
И если эта книга чему-то научила меня, то прежде всего этому: истинное богословие начинается не там, где мы перестаём удивляться знакомому тексту, а там, где осмеливаемся всмотреться в него заново — и позволить Слову Божию говорить с нами.
Спасибо вам за то, что этот путь мы прошли вместе.
СЛОВА БЛАГОДАРНОСТИ
(Вместо предисловия)1. Семейный завет
Ещё до рождения первой дочери мы с супругой решили: чтение вслух станет неотъемлемой частью нашей семейной жизни. Сначала — для ребёнка, который только готовился появиться на свет, а затем — для него, уже родившегося. И помимо детских сказок мы всегда находили место для Книги книг — Библии.
Так вошло в нашу жизнь чтение Писания — во время беременности и в первые месяцы жизни каждой из дочерей. Сабина, Вероника, Злата — все они слышали Божье Слово ещё тогда, когда сами не умели произнести ни одного своего.
Но когда родилась Сабина, я впервые усомнился: а стоит ли продолжать? Разве младенец, едва начавший лепетать, способен воспринять что-либо из Слова? Не слишком ли рано мы приобщаем детей к тайнам Царства Божьего?
Эти сомнения были искренними. Мы с женой молились об этом, искали ответа у Господа. И Он ответил, хотя и не сразу. И не отвлечённой мыслью, а живым фактом.
Когда Сабине ещё не исполнилось и пяти лет, мы однажды услышали, как она молится. Не заученными фразами, а своими словами — связывая прочитанные библейские истории с тем, что происходило в нашей семье. Её молитвы были по-детски просты, но порой поразительно точны.
В тот миг я вспомнил слова Иисуса:
«Пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне, ибо таковых есть Царство Небесное» (Мф. 19:14).
И я понял: детское сердце — не пустой сосуд, который сначала нужно наполнить знаниями, а уже потом познакомить с Господом. В нём есть удивительная способность откликаться на Божий призыв — просто и непосредственно, с открытостью, которую взрослый человек со временем нередко утрачивает.
Сердце Сабины уже было открыто Богу — и Слово, которое мы читали ей, находило в нём отклик. Тогда я впервые понял: возможно, мы читали ей Писание не только для того, чтобы однажды она услышала Бога. Возможно, Бог учил нас слышать Его — через отклик дочери.
2. Детский вопрос, изменивший всё
Самое удивительное, однако, открылось позже — когда к нашему уже более осмысленному чтению присоединилась вторая дочь, Вероника, а затем и Злата.
Читая с ними Писание, я неожиданно для себя заметил: Господь начинает говорить не только через меня к ним, но и ко мне — через те самые страницы, которые я сам перечитывал десятки раз. И порой — непосредственно через детей.
Однажды, рассматривая иллюстрации к истории о царе Давиде, Сабина вдруг заметила странность: на одной картинке художник изобразил Давида черноволосым, а на следующей — рыжим.
Мы читали эту историю не впервые, но я никогда прежде не задерживался на таких, казалось бы, незначительных деталях.
И тогда дочь спросила:
— Папа, а какого цвета у него были волосы на самом деле?
Мне пришлось открыть «взрослую» Библию и прочитать:
«Он был белокур, с красивыми глазами и приятным лицом» (1 Цар. 16:12).
Ответ был найден. Но вместе с ним возник новый вопрос: а единственная ли это странность? Не упускаю ли я чего-то важного, привыкнув к обобщениям, к картине, написанной «большими мазками»? Не сформировался ли в моём сознании образ Давида, который лишь отчасти соответствует тому, как это видит Бог?
И тогда я решил исследовать эту историю заново. Не через призму привычных толкований и представлений, не как человек, уверенный, что давно её знает, а с простым вопросом: что же на самом деле говорит Писание?
3. Крушение стереотипа
Я попытался записать свой внутренний портрет Давида — тот образ, который складывался во мне долгие годы под влиянием воскресных проповедей, библейских школ, произведений живописи и, конечно же, собственного воображения.
Я был уверен в его правильности.
Но когда начал внимательно сверять каждую деталь этого образа с текстом Писания, обнаружил немало несоответствий.
Сначала я отмахивался: «Мелочи». «Иллюстратор ошибся». «Проповедник просто приукрасил рассказ для наглядности».
Однако, чем внимательнее я вглядывался в текст, тем яснее становилось: дело далеко не только в цвете волос или отдельных деталях. За этими, на первый взгляд, безобидными неточностями постепенно обнаруживалось нечто большее. Оказывается, мы можем настолько привыкнуть к созданному нами образу библейского события, что перестаём замечать то, что действительно говорит Писание. Мы порой не просто искажаем историю, а теряем тот живой урок, который Бог хотел через неё донести до нас.
И тогда я начал задаваться уже другим вопросом.
Почему советы «сделать шаг веры, как Давид» так часто не приносили ожидаемого результата в моей собственной жизни?
Почему, вдохновлённый этой историей, я порой пытался действовать решительно, словно нужно было просто «броситься в бой, как Давид», — а результат оказывался совсем не таким, как я ожидал? Иногда это действительно приводило к успеху, но нередко заканчивалось разочарованием.
Я не раз слышал от братьев: «Не сомневайся — просто верь, как Давид!» Но когда подобные попытки не приносили ожидаемого результата, объяснение, как правило, было одним: значит, не хватило веры.
При этом я видел, что и сами советчики нередко спотыкались, пытаясь делать те же самые «шаги веры».
Постепенно, изучая эту историю всё глубже, я начал понимать: проблема не всегда была в недостатке веры. Прежде чем подражать Давиду, стоило внимательнее посмотреть на самого Давида — на то, что именно он сделал, почему он это сделал и на чём основывалось его решение.
Ведь одно дело — извлечь из библейской истории красивую нравственную формулу: «Будь смелым, как Давид», «Не бойся», «Сделай шаг веры».
И совсем другое — позволить самому Писанию определить, чему эта история действительно учит нас и как её урок применим к нашей собственной жизни на практике.
В конце концов, я понял простую вещь: прежде чем пытаться поступать «как Давид», нужно сначала узнать, каким Давид был на самом деле.
4. Рождение книги
Так эта книга и родилась — из одного детского вопроса, который привёл меня к гораздо более серьёзному исследованию.
Мне захотелось отделить сам библейский рассказ от многочисленных представлений и мифов, которые со временем вокруг него возникли. Понять, что действительно говорит текст, а что было добавлено позднее — проповедями, традиционными толкованиями, пересказами, представлением художников и, наконец, нашим собственным воображением.
Постепенно передо мной начал открываться другой Давид — не тот сказочный герой, которого я когда-то представлял себе, а живой человек, оказавшийся в конкретных обстоятельствах и столкнувшийся с реальным жизненным вызовом. И вместе с этим передо мной стала открываться сама история противостояния Давида и Голиафа — уже не как знакомая с детства легенда о бедном, никому не известном «мальчике-пастушке с пращой-рогаткой» и огромном воине, а как рассказ Писания, в котором гораздо больше смысла, чем мы привыкли замечать. Это повествование об избраннике Бога, который ищет пути исполнения своего призвания и находит их в самых неожиданных обстоятельствах.
И тогда я понял одну простую, но важную вещь: секрет этой истории не в безрассудной смелости и не в универсальной формуле «просто поверь». Он гораздо глубже — в внимательном отношении к Слову Божию, в способности увидеть происходящее глазами Писания и в умении различать, что именно Бог говорит именно тебе.
Именно это стало отправной точкой моего исследования.
Я надеюсь, что мой опыт поможет и вам отважиться на такое же исследование. Не обязательно соглашаться со мной в каждом выводе — гораздо важнее самому открыть текст, задать вопросы и позволить себе поставить под сомнение то, что прежде казалось очевидным. Потому что, когда мы перестаём довольствоваться «красивой картинкой» и упрощёнными схемами, а начинаем читать Писание внимательно, оно открывается перед нами совсем иначе. Оно перестаёт быть лишь сборником древних историй и становится живым Словом, обращённым к нам сегодня — со своей мудростью, наставлением и любовью.
Я не претендую на «истину в последней инстанции». Я лишь приглашаю тебя, читатель, пройти тот путь, которым прошёл сам: от знакомой с детства истории — к внимательному чтению; от привычных представлений — к вопросам; от вопросов — к исследованию.
Возможно, и для тебя эта история откроется с неожиданной стороны. И, возможно, за привычным образом Давида и Голиафа ты обнаружишь нечто такое, чего раньше не замечал.
Введение. Точно ли это так?
Здешние были благомысленнее
Фессалоникских: они приняли слово
со всем усердием, ежедневно
разбирая Писания, точно ли это
так.
Деяния св. Апостолов 17:11Эти слова апостола Луки хорошо знакомы если не всем, то многим. Во многих христианских общинах их приводят как один из важнейших принципов отношения к проповеди и учению. И всё же, признаюсь, меня всегда несколько смущала та упрощённая, порой почти вульгарная трактовка, которая закрепилась в протестантской среде.
Обычно её сводят к простому призыву: «Откройте Библию и проверьте, точно ли проповедник процитировал стих».
Не спорю — это важно. Но, на мой взгляд, смысл здесь значительно глубже. Лука говорит не только о том, чтобы проверить, правильно ли была приведена цитата. Он призывает сопоставлять услышанное с тем, что действительно говорит Писание, — проверять не только слова, но и их толкование; не только отдельные утверждения, но и наши представления о том, чему на самом деле учит Божье Слово.
И это касается не только чужой проповеди. Проверять Писанием необходимо и то, что давно стало для нас привычным и очевидным, — даже если мы слышали это десятки раз, видели на многочисленных иллюстрациях и никогда прежде не сомневались в его правильности.
А это, согласитесь, совсем не одно и то же.
Со временем я заметил — в том числе и на собственном опыте, — что человеку свойственно упрощать и сокращать, опуская важные детали ради скорости восприятия. Но ещё больше мы любим приукрашивать. Нам нравится превращать сложные и живые библейские повествования в простые и эффектные истории — с понятным героем, предсказуемым злодеем и заранее известным моральным выводом.
Как эффектно звучит: «Только из грязи — и сразу в князи!»; «Из пастухов — в цари!»; «Маленький Давид победил огромного Голиафа!»; «Просто поверь — и ты тоже победишь своего великана!»
Но то, что эффектно в теории, далеко не всегда оказывается эффективно на практике. А то, что звучит красиво и вдохновляюще, не обязательно соответствует истине. В таком серьёзном деле, как изучение Писания, точность имеет значение.
Именно здесь, как мне кажется, и возникает проблема. Наша привычка упрощать, приукрашивать и дополнять библейский рассказ — как со стороны проповедников, так и со стороны слушателей — постепенно создаёт вокруг него устойчивый образ, который начинает жить собственной жизнью.
Так рождаются мифы.
И тогда возникает закономерный вопрос: не заслоняет ли созданный нашим воображением привлекательный образ сам библейский текст? Не теряем ли мы вместе с отдельными деталями и сам смысл повествования?
Увы, нередко происходит именно это.
Именно поэтому я взялся за внимательный пересмотр одной из самых известных и одновременно самых мифологизированных библейских историй — истории Давида и Голиафа.
Моя цель — не ниспровергать авторитеты, не спорить с теми, кто проповедовал эту историю до меня, и не «разоблачать» героев веры. Я хочу сделать нечто гораздо более простое: честно, шаг за шагом сверить наш привычный образ с самим библейским текстом.
Потому что каждая неточность — это не просто досадная ошибка в деталях. Иногда вместе с ней мы теряем важную часть самого повествования — его смысл, его внутреннюю логику и тот урок, который открывается нам при внимательном чтении Писания.
Пролог. Портрет Давида: пленник привычного образа
Я решил начать исследование с самого себя — с того «портрета» Давида, который долгие годы носил в себе. Он складывался из услышанного на проповедях, усвоенного в воскресной школе, увиденного в произведениях изобразительного искусства и, конечно же, дополненного собственным воображением.
Я был уверен, что хорошо знаю эту историю.
Теперь пришло время внимательно разобрать этот образ «по косточкам».
Я выписал основные утверждения и решил проверить каждое из них — не по памяти, не по привычному пересказу и не по собственному впечатлению, а непосредственно по тексту Священного Писания.
Вот каким я видел Давида:
1. Никому не известный...
2. молодой миловидный пастушок, почти мальчик…
3. выходец из бедной простой многодетной семьи.
4. Он обладает музыкально-поэтическим даром и…
5. однажды попадает в армию, приготовившуюся к сражению.
6. Там он слышит, как вражеский гигант вызывает на бой единоборца из израильтян при этом постоянно оскорбляя Бога. Все израильтяне трусят, но мальчик, возмущённый до глубины души, немедленно бросается в бой…
7. При этом враг — с юности натренированный убивать солдат, а он—мирный пастух, не умеющий обращаться с оружием — только пращой и палкой.
8. Но первым же брошенным камнем он убивает исполина наповал, после чего деморализованное вражеское войско обращается в бегство.
Вы узнали этот образ?
Если да, значит, мы в одной лодке. Я тоже когда-то был абсолютно уверен, что именно так всё и происходило. Но когда решил скрупулёзно сверить каждую деталь с текстом Писания, обнаружил нечто неожиданное.
Оказалось, что почти каждый пункт этого списка либо неточен, либо требует существенного уточнения, а некоторые представления прямо расходятся с тем, что рассказывает библейский текст.
И тогда я понял: проблема гораздо серьёзнее, чем мне казалось.
Дело ведь не только в отдельных неточностях. Мы можем годами читать одну и ту же библейскую историю, слышать проповеди, рассматривать иллюстрации, пересказывать её детям — и постепенно настолько привыкнуть к сложившемуся образу, что перестаём замечать разницу между тем, что действительно сказано в Писании, и тем, что мы сами привыкли видеть в этом повествовании.
