Меж светом и тьмой. Книга 5

Пещеры казались мёртвыми. При этом меня неотступно преследовало ощущение, как будто за нами наблюдают. Финальной точкой стала пещера, заполненная обычными на вид белыми цветами. В ней горело небольшое солнце, словно кто-то создал себе уютный уголок.

И это не всё. Снаружи пещера казалась небольшой. Но стоило зайти, как у меня появилось ощущение, как будто мы под исполинским куполом. Солнце терялось в голубоватой дымке вышины, в которой едва просматривались своды. Гуляющий ветер колыхал траву.

– Говорят… когда-то солнце выглядело именно так, – сказала целительница, встав рядом. – Тут безопасно, даже не действует инверсия жизни. Вам стоит отдохнуть. Главное не снимайте надолго шлем, пыльца этих растений – сильный дурман.

– Удивительное место… слишком нереальное.

– Ваша правда. Алтайская Бездна поражает… сколько бы раз я ни попадала сюда. Шестой уровень в особенности.

– И много тут таких… комнат? – полюбопытствовал я.

– Мы знаем почти о двух десятках, но не все так безопасны. В некоторые способны проникнуть существа из коридоров. Другие сами стали обиталищем чего-то могущественного и опасного. В третьих, слишком агрессивная среда.

– Мы здесь уже третий раз, – добавил Травин. – То есть, именно эта команда. Другие экспедиции и раньше набивали здесь шишки. В первый потеряли слишком многих и отступили. Во второй раз прошли до седьмого уровня, но не справились там. Зато поняли, чего не хватает.

– И каждый раз идёт добор людей… – вздохнул Романов. – Разворачиваем палатку.

Травин отошёл в сторонку и водрузил на белые цветы извлечённый из хранилища стальной куб, который начал стремительно разворачиваться, шипя воздуховодами. Разложился тонкий каркас, натянувший чёрный полимер. Дверцу на застёжке тут же открыла Алиса и зашла внутрь… туалетная кабинка?

– Надо полагать, здесь нет принесённой заранее небольшой полевой базы по какой-то веской причине? – я повернулся к Мишину.

– Всё же, почитайте файл внимательнее… Но если кратко, тут чуждая материя быстро теряет стабильность и без прикрытия просто распадается через какое-то время. Вынести отсюда тоже ничего не получится.

До чего любопытный мир… и жутко нестабильный. Наверное, так себя ощущают не привыкшие к небу, когда гуляют по подвесному стеклянному мосту над пропастью.

Воистину, счастье в неведении.

Группе требовалась передышка. Некоторым хотя бы рваный сон. Тут развернули и герметичные палатки с воздушными фильтрами, позволяющие снять доспех и заняться мелким ремонтом.

Я вовсе никуда не спешил и продолжил поглощение… тут духовной энергии оказалось ещё больше. Чешуйка выскользнул наружу пещеры… и снова едва не провалился сквозь реальность, недовольно ругаясь.

От меня ничего кроме поддержания защитного поля не требовали. При моём текущем уровне его расход был ниже регенерации.

Несколько часов всё шло хорошо, пока не наложились два события. В узком выходе наружу, казавшимся странным искажённым окном, к которому сворачивался весь мир, начали мерцать разные цвета.

Сразу ощутил вспышку духовной силы – внутри стало легко и наполнило энергией. Я расцветал в этом мире и охотно остался бы здесь подольше!

– Милостивая богиня нам благоволит, – воодушевился разбуженный Романов. – Выброс застал нас в безопасном месте. За перерыв до следующего дойдём до другого убежища. О, Покровский, вы всё культивируете, как говорят наши восточные соседи? Хах, место страшное, но вам тоже нужно отдохнуть.

– У меня… в общем, модифицированное тело. Но вы правы. А что случается во время выброса? И что его вызывает?

– Мы бы и сами хотели знать. Видимо, нестабильность самой Бездны. Много местных растревоженных существ становятся агрессивными и нападают на всех встречных. Волконская, вам тоже не спится?

Женщина, пошатываясь, встала и побрела к нам.

– Не спится… нет… не спится… чёртов князёк. Демоновы уроды. Не допущу. Никак не допущу. Он виноват во всём! Он!

– Держите её! – не своим голосом заорал Романов. Слишком поздно.

Я ощутил вспышку силы. Моя защита сработала мгновенно. Многослойные щиты и поля разложения магии встали на пути безумного выброса силы. И всё же их не хватило, чтобы концентрированный удар силовой магии не швырнул меня как пушечное ядро.

«Сильный кинетический удар. Электромагнитный импульс. Сбой системы. Перезагрузка».

Меня запулило прямо в пролом. Перспектива мира резко изменилась, системы доспеха не отвечали.

Священные крылья.

Активация показушной техники позволила выровняться и врезаться в стену контролируемо, ногами вперёд. Амортизаторы сработали. Другое дело, что ко мне приближалась тварь, вид которой вызвал оторопь.

Сквозь бушующий чёрно-синий шторм ко мне неслась девушка в развевающихся одеждах, изукрашенной символами. Многие я видел на базе Реликтов. Всё бы ничего, но вместо рук она тянула ко мне уродливые когтистые лапы, а лицо искажала звериная гримаса с огромными острыми зубами.

Пламя бездны.

Импульс вышел слабым и коротким – невидимым в разноцветном шторме. Не знаю, страдал ли дух Реликта, но изначальная стихия разрушения – самое мощное оружие против них. Гораздо опаснее то, что за мной гналась обезумевшая Волконская.

Телепортация!

Прыжок перенёс меня на несколько метров в сторону. Стена, на которой я только что стоял, взорвалась, осыпая меня градом осколков. По ней сзади ударила магия души, на ноги накинули огненные путы. Обезумевшая одарённая доводила свой дар до предела – мне снова пришлось отступать по тоннелю. Доспех едва перезагрузился. Однако ко мне уже приближалось нечто искрящее голубым.

Тот самый электромагнитный удар? Второй раз не сработает.

Хаос!

Я словно схватил сферу рукой, сжал и силой подчинил конструкт, а затем разорвал. Члены команды настигали нас, их голоса тонули в помехах энергетического шторма.

А из смежного прохода выскочила ещё одна фигура. На этот раз не дух. Физическое существо походило на помесь белого волка с человеком. Он сбил Волконскую, и она врезалась в стену. Силовой импульс тут же оторвал обе лапы, но они начали стремительно отрастать в золотом свечении. Устрашающие челюсти сомкнулись на шлеме.

Я уже летел назад, осыпая врага кристаллами. Но одарённую это не спасло. Крик оборвался, её голову раздавили. Через пару мгновений из тела одарённой вырвалась тощая тень и унеслась прочь, что-то вереща. А затем тушу рассёк надвое Мишин. Меня самого догнал Лазарев и поставил за спиной щиты. Из глубины пещеры летели многочисленные снаряды… которые я, признаюсь, вовсе не заметил.

Едва ли они бы меня убили, но доспех бы точно крепко потрепали.

– Отходим! Быстрее возвращаемся! Да умри ты!

Волк продолжал регенерировать, при этом частично вернув человеческие черты. Немного женственные… он сожрал сущность одарённой. Пронзившие его световые копья взорвались, и Мишин отступил с нами. К сожалению, не заметив ещё одного духа.

Из скал выстрелили десятки щупалец и притянули его к полу – раздался треск брони и стон. Магия смерти и пламя не действовали на этот тип врагов. Зато подбежал я.

Разрушение Магии.

Священная роща.

Энергетический сдвиг.

Прячущееся в стене существо получило полный комплекс атак и все его щупальца перерубили сотни мелких кристалликов. Лазарев прикрывал меня. Судя по треску кристаллов, нас что-то преследовало. Я сгрёб одарённого в охапку, и мы вернулись в цветочное поле, встреченные остальными участниками экспедиции.

– Алиса! Демоны их побери! Налетели! – ругался Романов.

Мишин был плох: доспех растрескался, из дырочек текла кровь… Твари здесь опаснее всего, что я видел на Земле – они ужасали. В одиночку тут не выживу даже я со всем своим абсолютным арсеналом против духов.

– Почему Волконская напала? Дурман? – уточнил я, устало сев на белые цветы и смотря, как другие помогают целительнице. – Её доспех был повреждён, могли быть сломаны фильтры.

– Нет… эффект этих цветов вводит в транс и успокаивает. Многие думают, что именно его не любят духи. Видели что-нибудь?

Я первым делом вспомнил предупреждение целительницы, но вообще-то я видел нечто гораздо более странное.

– Погодите. Я видел, как из её тела вышла тень…

– Тень? Опишите! – тут же встрепенулся Романов.

– Эм… представьте рисунок человека из палочек, только вместо головы как будто демоническая маска.

– О милостивая богиня, Хим… – простонал Романов. – Как Алиса могла это не заметить… Как я не заметил?!

– Она была одержима? – спросил Потёмкин, который возвышался над нами.

Великий князь качнул головой.

– Этот дух… как-то питается злобой и ненавистью. Мы не знаем, как это работает, но он выбирает тех, кого одолевают сильные эмоции и многократно подстёгивает их. Должно быть, прицепился, пока мы ходили. Ирина вас ненавидела. Ваши успехи только усиливали чувства. Вероятно, её защита была повреждена археями, воля в раздрае… В итоге дух решил не ждать, а довёл ситуацию до пика… плохо – ужасно. Радует лишь то, что вы выжили.

– Благодаря им. Лазарев, спасибо за прикрытие, – сказал я мастеру защиты и тот просто кивнул, смотря как подрагивают его руки.

Спасти Мишина не удалось. Группа потеряла двоих… причём, фактически, на пустом месте. Один пропущенный дух, слабый в бою, по словам Романова.

Всё ещё не понимаю, зачем представитель правящей династии отправился в столь опасное место. Но отступления не предполагалось. После отдыха группа отправилась дальше.

* * *15 часов спустя

Я рассматривал джунгли, сидя на утёсе. Ещё одна пещера формата «внутри больше». Её наполняли звуки дикой природы… которой не было. Ни единого жучка или мышки.

На самом деле они были здесь. Котик завершил преобразование и замечал бесчисленных духов. Он играл с ними в догонялки, то и дело исчезая и появляясь. Безумно красивое место… и насквозь искусственное – подделка. Искусная овеществлённая иллюзия, в которую не вдохнули жизнь.

Вдали виднелась недостижимая чёрно-золотая пирамида с летающим над ней голубым кристаллом. Словно мираж, проекция из иного места.

– Уже завтра к вечеру попадём на седьмой уровень… а вы всё ещё не отдыхали… – Алиса Звягина села около меня и тоже смотрела вперёд.

На самом деле весь этот маршрут, по моим прикидкам, можно преодолеть часов за пять. Просто почему-то некое путеводное чувство заставляло оракула петлять, а мне указывало прямой путь, который порой удавалось разведать.

Я посмотрел на миловидную шатенку, меланхолично смотрящую вдаль.

– Я отдыхаю прямо сейчас… знаете такое состояние – спать вроде хочется, а не можешь? – приврал я. Отчасти потому и сбежал из поля зрения остальной группы сказав, что хочу побыть один и даже лежал на земле и пару раз притворялся дремлющим, когда кто-то приближался.

– Давно страдаю от бессонницы. Могу дать хорошее мягкое снотворное. Оно не помешает встать при тревоге, – девушка села рядом. Я не отказывался, раз применил свою легенду. – И ещё раз спасибо за лётную систему…

– Вам она определённо нужнее, мне и так неплохо летается.

Экспедиция чуть ли не закончилась крахом с гибелью ключевого члена. Внезапно напали какие-то местные пещерные… существа. Похожие на археев, только более энергетические и вместо порталов быстро двигались. В итоге минус один человек, несколько ранений и немного повреждённой техники. В том числе утратили важное экстрамерное хранилище и лётный модуль Звягиной.

Конечно два запасных осталось, но по манёвренности и защите они заметно уступали подарку Юсуповых. Правда мой тоже сбоил ещё после финта Волконской. И, признаться, мне осточертел стальной кирпич за спиной. Я привык использовать собственные крылья, а простую левитацию мне дала и компактная система.

– Летать… многие считают, что только архимагистры достойны своих крыльев… как доказательства силы, – Звягина смотрела вдаль. – Но ваши красивые. И вы очень хороши в управлении с ними.

– Покровские издавна славились левитационными техниками, – припомнил я старый факт о собственном роде. Повисло молчание, меланхоличный взгляд всё так же был устремлён вдаль, девушка сжимала свои пальцы. Я решил немного подтолкнуть её. – Там будет ещё сложнее?

– Ага. Восемь человек – всего половина… должны справиться. Аномалия там чрезвычайно агрессивная, но с вами… всё получится.

– Не верите в успех?

– Верю… – она опустила руки на колени и наконец посмотрела мне в лицо. – Меня ведёт Судьба. Я должна была оказаться здесь. Знаете… я могла бы попробовать прочесть судьбы других и предвидеть смерть… попробовать вмешаться.

– И почему не сделали? – меня заинтересовало то, что я наблюдал. Девушка находилась… на грани нервного срыва. Прохлаждающийся Чешуйка видел, как она на подходе достала пластиковую баночку успокоительного и заглотила сразу три капсулы.

– Потому что я – не богиня. У меня лишь дарованная ей способность видеть. И это сродни неясному сну. Судьбы изменчивы, моя попытка спасти одного почти наверняка убьёт другого. Представьте, сказала бы я Зимину не идти в авангарде… другой бы попал в ловушку, которую я не разглядела. Но я могла бы просмотреть вашу… даже Николай признаёт, что ваша жизнь важнее, чем его. Поразительная техника…

Девушка говорила и говорила, даже потянулась ко мне, но я поднял руку. Какими бы странными не казались действия Хины, её предупреждение звучит логично.

– Не хочу. Чем больше будем избегать судьбы, тем сложнее всё станет. Я не хочу держать в голове то, что умру, если не обману линию событий.

Алиса поджала губы и отодвинула руки, опустила глаза.

– Наверное… мудро… надеюсь, у вас всё будет хорошо. Но Николай вас заметил… должно быть… лишь бы выбрались.

Ладно то что она начала сына императора при мне звать по имени. Давно заметил, что они близки, возможно даже имели отношения. Но этот фанатизм…

– Миледи, а почему вы думаете, что не вернётесь?

– Шансы… не на моей стороне… – она шмыгнула носом. – Моя судьба обрывается здесь почти всегда. Я знаю о Сариэль, соберу максимум информации… выясню… где её домен. Если мы найдём генератор разломов или построим свой, вероятно сможем в него проникнуть… Это важно… но я сгорю из-за собственного дара. Вот такая судьба…

Девушка натянуто улыбнулась, явно ища во мне поддержки.

О вечная вселенная и весь наблюдающий за мной орден… здесь три человека более-менее её возрастной категории. Причём один – сын императора. Она решила выговориться и не прогадала.

– Приносите себя в жертву во благо людей? Благородно и достойно. Но как по мне, вы слишком юны, чтобы идти в последний бой. Я постараюсь вам помочь. В конце концов если вы рассчитываете передать данные, значит не умрёте сразу. Моя сила имеет шанс защитить вас от отдачи.

Губы Алисы подрагивали, из глаз тихо лились слёзы. Неловко стукнувшись доспехом, она обняла меня, а затем и впилась в губы. Ну начинается…

Чешуйка, слезть ты уже с темы овладения самкой!

– Алиса, не стоит… – я отодвинул тяжело дышащую девушку.

– Пожалуйста… я знала… и не могла… в последний раз.

– Во-первых не последний, отбросьте фатализм. Пока вы живы, выход есть. Во-вторых, кажется вы гораздо ближе с великим князем…

– Он мой брат, – выпалила девушка и замерла, виновато опустив плечи.

Так… погодите секунду! Ко мне сейчас лезла целоваться дочка императора, которая скрывала личность? И вот потому Романов и пошёл за ней! Не мог оставить важнейшую миссию на младшую сестру, идущую умирать. И только он мог помочь ей не сорваться… а возможно и заставить исполнить долг.

Дела… почему мне так везёт на дамочек с особенностями?

Где-то внутри почему-то как конь заржал Чешуйка. Но мне было не до магической ящерицы.

– Понял, какие-то сложные схемы отношений. И всё же вам проще найти утешение у члена семьи.

– Я без дара могу предугадать каждое его слово… милостивая богиня, что я творю?! Я-я… прошу, никому не говорите.

Алиса резко встала и убежала, проигнорировав предложение остаться.

Да, котик, наши женщины сложные.

Пораскинув мозгами всё взвесил – решил не вмешиваться. Я сказал, что помогу и проверить смогу ли это сделать выйдет лишь на практике. Насколько продвинутся мои отношения с Романовыми после этого? Хотя узнать бы, почему их принцесса вдруг стала Звягиной и почему они не объявляют «наша дочь готова пожертвовать жизнью во имя будущего империи!»

Ожидая развития событий, я вновь сосредоточился на изучении мира. Вспомнил обрывочные слова, должно быть принадлежавшие Сариэль.

Причудливый мир не уставал меня удивлять. В том числе доказательством правды, о которой я давно догадывался. Здесь, в этих расширенных карманах, грань мироздания истончалась до мыслимого предела. И любопытный котик, который без труда ускакал от меня на три километра, нашёл… разлом. Он вёл прочь из Бездны.

Я не знал, стоит ли Люмьмеру туда соваться. Или мне лучше найти способ ненадолго отделиться от группы. В итоге я поставил вопрос иначе – сплёл конструкта-наблюдателя, которыми так любил закусывать Чешуйка и отправил его к Люмьеру.

Моего разведчика перекрутило, как будто разорвало на части и собрало обратно до того, как контакт успел оборваться. Проход оказался жёстким – конструкт выдержал снаружи где-то секунду. Более чем достаточно, чтобы запечатлеть в памяти подтверждение теории Исгара. Доказательство догадки Олеандра и собственной смелой теории.

Этого мира не существует. За брешью разлома показались чёрная дыра и исполинское облако туго скрученной энергии, в которой порой угадывались очертания планет и их осколков. Все они были сотканы из энергии запредельного уровня – поражающего воображение, божественного.

Весь этот мир: Земля, Осколки, Алтайская Бездна – всё это магический конструкт. Хрупкая иллюзия реальности, искусственное пространство, подобное моему Отражённому миру.

Люмьер резко обернулся, что-то заметив в лесу, но ничего не увидел. Я пока попросил его подождать на месте.

Глава 4. Экскурс в тайны мироздания и неугасающее пламя борьбы

Несколько минут я успокаивал вспыхнувший внутри ураган. Когда месяцами проводишь эксперименты, когда идёшь в жерло активного вулкана или взлетаешь к звёздам, ты готов к открытиям.

В каком-то смысле теория нереальности мира давно крутилась в голове. В самый первый день я увидел, что магия Разрушения необычно легко разбирает материю. Потом узнал о расколе, который вызывал деградацию структуры объектов – разгонял их эрозию.

Происходящее на шестом уровне Бездны, кстати, тоже было примером эрозии. Только если существующее здесь поддерживалось неким конструктом-шаблоном, то чуждое быстро распадалось.

Вот и ответ, как может существовать невозможный мир. Всё это творение чего-то невероятно могущественного, оперирующего силой Созидания. Но… словно бы недоведшего дело до конца. Или совершившего ошибку, из-за чего всё посыпалось.

«Ты рад?» – удивился ящер.

«Да, бесконечно рад. Я не раз видел знакомые вещи из Альдарана. Теперь я знаю, что это не кто-то затащил сюда мой мир и уничтожил. Все Осколки с ним лишь копия – отражение».

Всё ещё осталось много вопросов. Второй, в которого я влил почти треть резерва конструкт полетел туда же, к беспокойному котику, который то и дело прыгал с места на место. Признаться, перемещения происходили так резко, что попросил его прекратить.

Я снова взглянул на мир со стороны – разглядел чуть лучше хитросплетения и барьеры.

«Единственный реальный объект здесь – это чёрная дыра».

«То есть мы все… подделки-куклы?» – каким-то посеревшим, безнадёжным голосом спросил ящер.

«Нет-нет, вы настоящие!» – поспешил я его утешить. – «У вас есть души. Я прекрасно их видел. Просто, скажем… весь мир – воплощённые духи, населяющие пространство, возведённое Созиданием! Это именно замкнутая карманная реальность, внутри которой установлены свои законы. Едва что-то идёт не так – она рассыпается. Но это не делает её жителей менее реальными».

Никогда не ощущал от виверны такого облегчения. Аналогия конечно была не совсем верной, зато самой понятной и похожей на действительность.

Если честно, о самой вселенной есть «теория симуляции». Мол всё, что мы видим: все миры, галактики и миллиарды звёзд – всё это продукт симуляции. То есть вся вселенная – это лишь конструкт.

Возможно некий истинный бог, создавший наш мир, сейчас держит в руках сферу, в которой пылает наша вселенная. Или же она возникла стихийно, и мы лишь пучок само-структурированной энергии. Кто сказал, что энтропия на таком масштабе не может идти в обратном направлении?

Признаться, мне самому больше верилось в первый вариант. Или же моему человеческому разуму, не способному осознать нечто за гранью наших возможностей познания, хотелось найти простое объяснение всего через креационизм.

Но в нашем случае… есть мир сотканный из энергии чем-то невероятно могущественным. Если на это способны богини и Шейд загнала их в тупик… то мне мало достигнуть уровня пика битвы за Альдаран. Мне нужно стать равным им.

Хотя может быть всё гораздо проще. Я не верю в причастность Шейд к созданию этого мира. Может быть, говорит моя ненависть: ведь она хотела возрождать свой мир. Но судя по всему у истоков этой реальности всё пошло совсем плохо. А сейчас мы наблюдаем затяжное падение в бездну. Теперь я знаю, куда он «катится».

Сказать ли это Романову? Кто-то из команды без сомнения умеет создавать конструктов – смогут убедиться.

«От многих знаний – многие печали», – философски заметил ящер и я склонен был с ним согласиться.

Котик, а ты что думаешь? Люмьер!

Мой фамильяр пятился назад, смотря куда-то в чащу джунглей. Не выдержал и обратился пантерой, прежде чем сжечь несколько деревьев. Там появилось нечто… неимоверно уродливое.

Голубовато-зелёный дух походил на мифических «хранителей леса». Тело как будто сплетённое из стволов и лиан с торчащими ветками, вместо головы – рогатый череп коня. В груди пульсировала синяя сфера, похожая на сердце.

– Вай’шир…

Оно что-то прошелестело, но Люмьеру уже было всё равно. Он кометой бросился ко мне.

Впервые на котика выругались мы с Чешуйкой одновременно. Взял прямой курс! Я немедленно отозвал Люмьера.

– Тревога!

Мой крик поднял отдыхающих на ноги… но «Леший» уже прибыл. По миру прокатилась сине-зелёная волна. Всё пространство вспыхнуло ярким светом, звуки леса стихли. Я ощутил, как меня замутило – ещё немного и мог бы потерять сознание.

С моей позиции основной лагерь было не видно, но я чётко слышал грохот падения. Рация тут из-за фона не работала. Но ни одного голоса. Надеюсь, они просто потеряли сознание. Или же я виноват в полном вымирании группы. Впрочем, мне эффект казался именно усыпляющим. Даже орёл Романова дрейфовал в пространстве, его силуэт размывался. Фамильяр при смерти.

Да, Чешуйчатый, уже можно начинать бояться и, кажется, мы последние.

– Вай’шир… алима ар кайна. Хири’ни алвий са? Манас! Ай, манас!

Существо уже напоминало не лешего, а нечто, что цензурными словами описать сложно. Оно встало на четыре лапы, рога и челюсти выросли. За его спиной я видел извивающийся змеиный хвост, поросший корнями и с пучком шипов на конце.

Из пасти стекало нечто напоминающее эктоплазму. Внутри «грудной клетки» из корней что-то шевелилось – мерзость жуткая.

Оно не спешило атаковать, при этом угрожающее размахивая передними лапами, встав на дыбы. Не ожидало, что я устою на ногах, а других боевых сил не имеет?

Сейчас познакомлю его с силой Разрушения!

Вокруг меня вспыхнул Покров распада, заставивший тварь отшатнутся и… начать говорить иначе. На… каком-то языке Земли, полагаю.

– Я не хочу битвы! Мир! Давай поговорим!

Говорил немного искажённо, голос казался мужским. Надо же… попробуем переключиться на нужный язык.

– Если ты хочешь говорить, то зачем напал?

– Испугался! Все же подскочили и запускали магию! Я видел вай’шира!

Последнее слово оставалось загадкой… Котик, выходи! Чего тебе бояться? Я рядом!

Пантера выскочила наружу и дух попытался подойти ближе, но тут же отпрыгнул, когда перед ним выросли светящиеся шипы, а я наставил на него Клинок бездны.

– Мне не показалось! Кто-то выжил?! Прошу, умоляю, скажи!

Понимание пришло… резко. Котик смутно узнавал слово. Говорил, что так его иногда называли «друзья хозяина». Вероятно, это название вида на языке Реликтов.

– Мне трудно ответить на вопрос… Я не желаю битвы, но ты атаковал меня и мою группу и потому сначала ответишь на мои вопросы. Откуда ты?.. Из какого мира?

– Мой мир… Силь’мирра. Ты не оттуда… но откуда вай’шир?

Я мог бы надавить и напомнить про ответы на вопросы, но… как-то жалко стало это существо. И я не хочу его провоцировать.

– Я нашёл его в одном из Осколков. Таких как ты мы называем Реликтами… как ты здесь оказался? Кто ты?