Нет смысла умирать

Нет смысла умирать

Александр Юрьевич Ступин

Изображение обложки сгенерировано нейросетью Dream by WOMBO, доработал Ступин А. Ю.

© Александр Юрьевич Ступин, 2026

ISBN 978-5-0059-2792-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Солнечный свет бил в глаза, связанные за спиной руки затекли. От пребывания в одном положении тело стало тяжелым, неподвижным. Человек за спиной напомнил о своем присутствии, врезал прикладом по затылку. Костюмированный клоун напротив улыбнулся. Размазал черным ботинком выплюнутую на пол кровь. Через стеклянную крышу на шум заглянула чумазая рожа с винтовкой.

— Как же это всё неудобно. Вот вам и минусы ресурсной планеты. — Костюм отодвинул от себя тяжелый граненый стакан. — А были бы мы хотя бы в среднем кольце, подключили бы к нему приборы и…

— Я не вру! — Изо рта сотнями мелких капель вылетела кровь. Костюм отступил назад, проверил черные брюки, внимательнее осмотрел белую рубашку под распахнутым пиджаком.

— Я понимаю, хотя постой. Нет. Не понимаю. Давай еще раз. Только внятно, без украшательств, только то, что было.

— Конец… — Кашель не дал продолжить, веревка впилась в руки, на полу стал вырисовываться рисунок из мелких капель крови. — Конец смены…

— Да-да-да. — Пиджак звенел бутылками в другом конце просторного помещения. — Там не заладилось, тут сломалось. Это не то, что я хочу знать. Стой! — Движением руки он остановил приклад. — Дай ему закончить. Вдруг он всё понял.

— Мы прокопались дольше положенного. Решили срезать.

— По той тропе, которую я закрыл полгода назад?

— Она заросла! Нет там больше тропы!

— Это опять не совсем то. Мне начинает казаться, что я зря спасал твою голову. — В отдалении хлопнула открытая бутылка. Костюм вернулся с ней ближе к кровавому рисунку.

— Мы заблудились. Напрочь потерялись в лесу. Застряли в темных дебрях. Резаками шибли деревья. Вырезали дорогу к городу. А потом… На шум… Из леса вышли они. В черной броне, без знаков различия.

Бутылка костюма, зависшая над стаканом в наступившей паузе, наполнила его до половины.

— И что же ты замолчал? Забыл свою придумку?

— Я помню! Я всё помню! Нас развешивали по сукам, как свиней! Разрывали грудные клетки! Вытаскивали органы в блядские контейнеры! Вскрывали черепушки, чтобы вытащить мозг вместе с повисшими на нем глазами!

— И ты что, их всех убил? Как выжил?

— Я отбился… Мы с парнями зашли им за спины. Всадили в них по резаку!

— Да-да. Я помню. Ни царапины. От резака, который свободно режет корабельную сталь. Ты сам-то в это веришь?

Кресло заскрипело. Подняться на ноги не дал автоматный приклад. В голове загудело. Пиджак со стаканом расплылся, помутнел вместе со взглядом. Контур фигуры рябил, двоился.

— Они… Даже не отбивались. Хватали крюками… И цепляли к деревьям. И пока мои ребята махали резаками, они на живую вытаскивали из них кишки!

— Тебе, конечно, повезло?

— Больше, чем остальным! Мы почти вышли к городу. Оставили за собой ловушки. Они встретили нас на самых подходах. Пара секунд… И ни единого крика… Они подчистили хвосты.

— А ты очень удачно провалился в шахту, чтобы рассказать всё это мне. А я такой дурак никак не могу тебе поверить.

Пиджак присел на корточки. В стакане искрился алкоголь. Он смотрел змеиным взглядом, не моргая.

— Представим на секундочку, что это правда. И что тогда? Там пропадают дроны, люди. Там не живут животные. А если это правда, этому появляется объяснение. Так, что ли? А еще там есть броня, которую не берет плазменный резак. — Костюм отхлебнул из стакана. — Если это правда, что несомненно так, её никто не должен знать. В этом вопросе я не могу на тебя положиться. — Пиджак вытянул длинную худощавую руку. Прицелился двумя пальцами в голову. — Но я всё же скажу тебе спасибо. Вы первые увидели то, за чем я сюда прилетел. Вас можно поздравить.

— Гори в аду, сука!

— Все там будем. — Движение костлявого пальца. Выстрел. Кровавые ошметки дополнили рисунок на полу. Пиджак вскочил, осматривая одежду. На белых манжетах осели алые капли крови. — Думай, что делаешь, баран! — Костюм со стуком приземлил стакан на стол. — Первый пойдешь искать трупы. Дроны отследят твой маршрут. Действуй! Пока не лег с этой падалью!

Через стеклянную крышу привычно заглянуло разрисованное лицо с сигареткой в зубах.

1 Глава (Побег)

Люди в космопорте оживились, из старых хрипящих колонок заверещали знакомые всем команды. Деймен, как и остальные, неохотно покидал планету, хотя его здесь ничего не держало. Матери он не помнил, она умерла, когда ему было пять, а отец умер во время такого же перелёта — сердце не выдержало нагрузок. С тех пор он запустил родовое поместье настолько, что не смог его продать. Деньги на билет пришлось зарабатывать на заводе.

Родной брат улетел намного раньше. С тех пор он постоянно звал и его, уверяя, что жизнь на другой планете ничем не отличается от жизни на Земле. Ещё активнее он заговорил о перелёте, когда узнал, что Деймана выгнали со службы, но на просьбу помочь деньгами так и не ответил. Сюрпризом это не стало: технологически планета всё ещё оставалась в раннем Средневековье. Единственным и главным её плюсом была экология. Там можно было дышать без противогаза, в отличие от Земли. На этом почти все её достоинства заканчивались.

Репутация планеты в определённых кругах уже была подпорчена. Информация застряла на самых верхах не просто так. Планете нужны рабочие руки, постоянный приток колонистов. Поэтому верхи регулярно отмалчивались на все слухи, ходившие вокруг неё. Планета-тюрьма должна работать бесперебойно.

Подходя к посту охраны, Деймен окончательно осознал правильность своего решения. На Земле он оставался голодранцем без дома, без денег, без работы. А после перелёта он станет перспективным колонистом. Большинство его проблем будут решены. Появится нормальный, ухоженный дом, пропадут проблемы с законом, он станет свободным. Его прошлое затеряется.

Находясь в сканирующем устройстве, Деймен в очередной раз задел местную охрану. Из бронированной будки выкатился человек. Подойдя чуть ближе, он уставился на Деймана, готовый выхватить оружие.

— Что в рукаве?

— Я ветеран. Это просто осколок. Всё есть в моей медицинской карте.

— Осколок чего? Это запрещённый сплав!

— Просто пусть заглянут в мою карту, администрация космопорта обо всём уведомлена.

Деймен стоял с приподнятыми руками, лениво разглядывая охранную будку. Со стекла ему улыбалось собственное отражение. Длинные разлохмаченные волосы, старая джинсовая куртка, такие же брюки, сношенные военные ботинки. Он выглядел хуже любого из беженцев, но стоял ровно, не кашлял, не качался и при этом улыбался.

Сканер в третий раз прошёлся по его телу. На задержку начали обращать внимание. Толпа загудела, на охранника посыпались оскорбления. В бронированной будке, кажется, уже изучили его личное дело. Проход открылся, и Деймен неспешно, не сводя глаз с оружия, просочился за рамки.

Пройдя пост охраны, он двинулся к регистрационной стойке. За крупной решёткой сидела молодая девушка, одетая в униформу космопорта. Спутанные длинные волосы, выгоревшие добела, усталая улыбка, неестественно тяжёлый, завистливый взгляд. Она сама копила на билет, но не на средневековую планету, а на что-то получше. Деймен уже предвкушал изящное, но настойчивое вымогательство.

— Рада приветствовать вас. Куда полетите?

Улыбка девушки стала ещё шире, и это её не красило.

— Планета под артикулом Е38, полный пакет. Документы колониста, включая амнистию. Дополнительный пакет услуг по уничтожению личностных данных.

— Много шалил на Земле? Не хочешь ещё разок напоследок? Можешь поставить меня на колени и… Всего за полцены от амнистии.

— Сегодня уже двоих поставил, норма выполнена. Кстати, они не обрадовались этому. Лучше делай документы.

— Любитель экзотики? Найти для тебя мальчика?

— Если ты хочешь, чтобы он переломанными пальцами отдал мне все свои деньги, то да, конечно, найди. Или просто сделай уже документы.

Девушка перестала улыбаться и уткнулась в компьютер.

— По прилёту в течение двух земных недель вы будете получать пособие как никогда не работавший. Для вас будут открыты колониальные льготы после пяти лет обязательного пребывания на планете. Документы в дальнейшем будут действительны на любой из планет. Также для вас навсегда закрывается единовременная возможность амнистии и корректировки персональных данных. Любые корректировки в дальнейшем наказываются в соответствии с законом.

Девушка улыбнулась, перевела взгляд на Деймана.

— И никто никогда не узнает, за что тебя с позором вышвырнули…

Деймен схватил девушку за горло, потянул на себя через решётку.

— Если ты, сучка, пропустишь хоть одну запятую, я вернусь и всё же поставлю тебя на колени. И я обещаю тебе: ты не получишь удовольствия, даже если любишь пожёстче.

Она повисла на его руке, хватая ртом воздух, пока не шлёпнулась на своё место. Принтер закончил наносить голограммы и выплюнул документы.

— Ты ублюдок! Стоит только мне захотеть, и ты останешься здесь навсегда!

Она трясла пачкой свежих документов.

— Ты доплатишь за свою выходку или отправишься в изолятор! Ебучий неудачник!

Деймен вывернул из карманов всё, что было, и бросил на стойку. Девушка перевела взгляд на деньги, и он вырвал документы у неё из руки.

— Больше ты не возьмёшь, даже с моего мёртвого тела.

Она улыбнулась.

— Приятного полёта.

— Тебе тоже. Стерва.

Подходя к шаттлу, Деймен сдал все личные вещи, которые тут же были упакованы и помечены регистрационным номером. Только в этот момент он по-настоящему осознал, что больше никогда сюда не вернётся. Эта мысль об утрате могла бы испортить ему настроение, но оно уже было безнадёжно испорчено.

Две недели в раю за чужой счёт — это не так и много, а потом либо шахта, либо ковыряние в цветочках. Деймен точно знал, что фермера из него не получится, и оставалась только шахта и все вытекающие из этого работы. Как назло, улыбчивая сука забрала последние деньги, а вместе с ними — время и возможности.

Неспешно шагая, он выбрался к посадочной площадке космопорта. Корабль уже давно был на месте. Возвышаясь над зданиями, он собирал на себе яркие световые лучи, притворяясь филиалом солнца на Земле. Кто-то видел в этом свете божественный ореол, возводя корабль в ранг мифического монстра.

Он становился последней надеждой для бездомных, безработных, сбившихся с пути людей. Последний шанс начать всё сначала, улететь с умирающей планеты, заработать денег и поселиться в цивилизованном мире. Таких мечтателей было полно, но Деймен оставался реалистом.

Они сочиняли сказки о том, что корабль принимает не всех, не всем позволено искупить свои грехи. Для техногенного развитого общества эти люди были просто психами. Деймен точно знал, на что идёт. Для колонистов с амнистиями выделяли самые плохие корабли. Ты должен быть чертовски везучим, чтобы прилететь живым, или чертовски здоровым. Поэтому Деймен с момента принятия своего решения с особым вниманием следил за своим здоровьем. Но от соблазна выпить чего-нибудь крепкого перед полётом отказаться не смог.

Шатаясь возле корабля, он выждал, когда большинство людей будут загружены, ему не хотелось просто так валяться в капсуле. В последний раз на Земле он размялся, попрыгал немного, поприседал, потянул мышцы и, поднимаясь по трапу, уже ни о чём не думал. Время думать прошло, решение принято, и остаётся только идти вперёд, проламывая стены.

Минуя толкучку, он подошёл к своей капсуле. Она так же, как и корабль, давно устарела. Такие капсулы перестали производить из-за критических сбоев. Они могли взорвать лёгкие или оставить их без питательной смеси. На том конце не вспомнят про корабль, если он не прилетит, а всё остальное — сопутствующие перелёту потери.

Раздевшись, Деймен аккуратно сложил свои вещи в небольшой сейф и лёг в капсулу. Она была коротковата для него и, как истинно первая из капсул, не имела механизмов регулировки. Ворочаться пришлось недолго, к нему подошёл мужчина в белом халате со шприцем в руках.

— Секундочку.

Он нагнулся, чтобы сделать укол в вену.

— Нет. Подожди. Сначала подключи, потом укол.

— Процесс не из приятных. Вы будете мне мешать.

— Нет. Не буду. Подключай.

— Хорошо.

Мужчина спрятал шприц и схватился за дыхательную трубку.

— Стоп. Сначала подключаются датчики, а потом только системы жизнеобеспечения.

— У меня свой инструктаж.

Деймен глубоко вдохнул, не дав раздражению вырваться наружу.

— Я понимаю. Пожалуйста, подключи сначала датчики.

Мужчина развёл руками.

— Как хотите, мне вообще без разницы.

Он повесил трубку и начал спешно лепить датчики. Пару раз он промазал, и Деймену пришлось самому поправить его ошибки. Через несколько минут он уже был покрыт проводами. Капсула распознала в нём здорового человека и выставила оптимальное количество питательных смесей. Мужчина в халате начал корректировку данных: занизил уровень воздушной смеси и увеличил уровень витаминной.

— Стой. Подожди. Корректировка не нужна.

Деймен спешно вернул показатели к норме, выставил автоматическое определение смесей. Оператор безразлично выпучил глаза в монитор.

— Вы уже летали?

— Нет, но у меня имеется нужный опыт.

— Страховку за колонистов не выплачивают. Делайте что хотите.

— Спасибо. Я знаю про страховку.

Деймен закончил калибровку и взял первый шланг для вены. Снял защиту и воткнул в руку. Система выдала предупреждение: он не попал в вену.

— Я могу идти?

— Подожди ещё минутку, приятель.

С третьего раза он наконец её нащупал. По трубке побежала конская доза консервирующих препаратов, веки потяжелели.

— Подключай остальное.

Мужчина воткнул в Деймана ещё несколько трубок. Расплывающийся экран капсулы зафиксировал работу в штатном режиме.

— Коли, — произнёс Деймен ослабшим голосом. — И вставляй трубку.

Мужчина сделал укол. Тело невыносимо потяжелело, провалилось на дно капсулы. Она уже не казалась такой неудобной. Деймен терял сознание, но ещё ощущал, как мужчина неумело запихивает трубки для воздушной смеси. Собрав последние силы, он поднял голову на монитор капсулы. Размазанная картинка не вызывала чувств. Все они уже блокировались химикатами. Зрение начало подводить. В мыльном тумане цифры на панели выстраивались ровными, правильными рядами, поле для ошибок пустовало. Механизм завёлся, осталось надеяться, что он не засбоит. В лёгкие равномерно поступила первая часть смеси. Крышка капсулы невыносимо медленно погружала его в темноту. Последняя мысль так и не успела сформироваться. Сознание вышибло второй частью поступивших смесей.

2 Глава (Рай как он есть)

Первое, что Деймен услышал, донеслось до него из радиопередатчика, встроенного в его капсулу. Грубый хрипящий голос, который можно было сравнить с назойливым жужжанием дрели.

— Полёт прошёл нормально, просим всех пассажиров оставаться на своих местах.

— Оставаться на местах? Ну уж нет.

Деймен начал ворочаться. На большее он был не способен. Онемевшие конечности не слушались. Руки застряли в проводах и трубках. Длительный перелёт давал о себе знать. Тело, налитое свинцом, ощущалось чужим, голова гудела авиационным двигателем. Сгруппировавшись, он дёрнулся вперёд под аккомпанемент собственных стонов. Они быстро превратились в еле слышное сопение.

Выбившись из сил, Деймен обмяк. Теперь он снова мог слышать бой каблуков. Мерные, уверенные шаги обслуживающего персонала. Их разбудили раньше, или их капсулы были намного лучше. Сжав челюсть до боли в скулах, он вложил вновь появившиеся силы в руку и выдернул дыхательные трубки. Тело затрясло, его мотало из стороны в сторону от приступов кашля. Деймен, не в силах сопротивляться, бился головой о крышку капсулы, удар за ударом, пока она не начала открываться.

В глаза ударил приглушённый жёлтый свет. Веки опустились, пряча зрачки, по щекам потекли слёзы. Проморгавшись через боль, Деймен разглядел женский силуэт. Тонкие хрустальные пальчики уже снимали защиту с иглы на шприце. Он попытался подняться. Женская ручка гидравлическим прессом вдавила его обратно в капсулу.

— Вам не стоит вставать пару часов, пока не подействует мышечный стимулятор.

Девушка вколола иглу в вену, аккуратными движениями сняла провода и трубки с тела.

— Оставайтесь, пожалуйста, в капсуле. Поспешная активность может повредить вашему телу.

Она пропала так же, как и появилась, оставив за собой медикаментозный шлейф запахов. Рядом открыли ещё одну капсулу, из которой воняло намного хуже. Приподняв голову, Деймен краем глаза зацепил гниющее месиво вместо человека. Такой расклад его не устраивал. Продолжив раскачиваться, он вывалился из капсулы. Желудок попытался вытолкать из себя питательные смеси. Он с трудом удержал их на месте.

Нащупав крышку сейфа, он, не глядя, ввёл идентификационный код. Дверца щёлкнула, сейф выплюнул его одежду и небольшую коробку с личными вещами. Пошарив в коробке, Деймен нашёл пузырёк с таблетками. Не открывая глаз, он достал одну и поместил её в рот. Таблетка зашипела на языке, он поспешил её проглотить. Армейский стимулятор завёл тело.

В голове по привычке всплыла бредовая армейская байка про то, как пехотинец с остановившимся сердцем ещё пять минут сражался под этими таблетками. Это, конечно, было бредом, но верили в эту сказку не просто так.

Поднявшись на ноги, Деймен натянул штаны, вставил ноги в ботинки, не завязывая шнурков, накинул на себя куртку. Ему пришлось склониться, чтобы забрать свои вещи из коробки. По пути к выходу он распихал их по карманам куртки, и уже на трапе его руки были свободны.

Зажмурившись, Деймен оглядел небольшой городок, зажатый в зелёные тиски. Маленькие деревянные дома терялись в густом лесу. Рядом с городком распаханные поля отчаянно отбивались от местного леса. Даже с трапа он слышал, как топоры вгрызаются в деревья. Глаза всё ещё болели, картинка сливалась в однородное зелёное месиво.

Зажмурившись, Деймен сделал глубокий вдох. Сладковатый аромат защекотал нос. Воздух наполнил лёгкие и вырвался из них приступом кашля. Деймен оступился и полетел вниз по трапу, не в силах остановить кашель. Глаза через боль нашли опору, руки зафиксировали тело на середине трапа. Поднявшись на ноги, Деймен начал спуск самостоятельно с мыслью, что оставит изучение фауны на потом.

Наконец-то осилив трап, Деймен почувствовал прилив сил от стимулятора. Вразвалочку он сделал десяток шагов, присел пару раз, размял руки. В желудке булькала корабельная смесь, она так и просилась наружу, и Деймен убавил физическую активность до минимума. Зелёное месиво стало более читаемым, но картинка осталась невыразительной.

— Вот тебе и рай, как он есть. — Деймен сплюнул пену от таблетки, нога зацепилась за свежесрубленный пень. — Проклятый лесоповал.

Мерно вышагивая к городу, он заметил первых встречающих. Человек нёсся к кораблю, не разбирая дороги. В руке у него болталась коробка, из-за неё его мотало по сторонам. Деймен обернулся на корабль, он был далеко позади. Человек сильнее скосил свой маршрут. Стало понятно, что он бежит не к кораблю. Деймен прищурился. Местный был уже совсем рядом.

— Деймен, сукин ты сын, вечно тебе не сидится на месте!

— Роби? Это ты, что ли?

— А кто же ещё! Не узнал?! Это ты можешь! Видел бы нас отец, ты бы уже драил пол!

Роби подбежал к брату и, не отпуская ящик, заключил его в объятия.

— Полегче. А то меня вырвет прямо на тебя.

— Именно для этого я здесь.

Роби поставил ящик на землю, вытащил из внутреннего кармана нож и сломал блокировку на ящике. Откинув крышку, он достал пару бутылок и открыл их кромкой ножа.

— Угощайся.

Он протянул руку с открытой бутылкой брату. Деймен принял бутылку, сделал пару крупных глотков.

— Отличное пиво. На Земле такого уже и не найдёшь.

— Ага. А ещё от него действительно станет легче. За встречу.

Они ударились бутылками и сделали по паре глотков. Рвотные позывы, преследующие Деймана с самого корабля, отступили. Стимулятор начал бороться с алкоголем, он не давал захмелеть, но с переменным успехом. Деймен оказался на качелях. Состояние менялось от трезвого до хмельного, не останавливаясь.

— Ты чего так рано вскочил?

— Не было желания лежать рядом с разлагающимся трупом.

— Да. Такое бывает. Обычное дело.

— Ты что, часто встречаешь братьев?

— Нет. Я часто хороню прибывших. Подрабатываю на транспортников, выношу трупы с кораблей, провожу мелкую диагностику. Сначала мы их действительно хоронили. Потом начали сжигать. Знаешь, на самом деле работа непыльная, в отличие от шахт или лесозаготовок.

— Продержаться пять лет и снова во внутреннее кольцо. Мне уже у вас не нравится.

Они допили первую. Повисло неловкое молчание. Роб открыл ящик и поставил на место пустые бутылки, чтобы заменить их свежими.

— Для нас ты пришлый. Это не Земля. Веди себя аккуратней. За брошенную на улице бутылку или не там сказанное слово можно серьёзно попасть.

— В этом я не сомневался. Буду, как обычно, молчать.

— Отлично. Хватай ещё одну и пойдём. Я приготовил для тебя отдельную кровать.

Деймэн взял новую бутылку, открыл её о пряжку на ремне, бросил пробку в ящик.

— И всё же, где я должен особенно молчать?

— Везде. Это заезжено, но у стен есть уши, а тут уши ещё и за каждым деревом. Как видишь, их здесь расплодилось достаточно.

— Я как-то не помню в рекламном буклете этих лесов.

— Потому что их там не было. Зато теперь работа есть всегда. В любое время дня и ночи ты можешь выйти на опушку города, срубить норму деревьев и голодной смертью уже не помрёшь.

— Я готов был принять твою работу на шаттлах, но чтобы ты рубил деревья…

— О времена, о нравы! Если ты осмотришься по сторонам, то не увидишь техники. Специалистов тут хватает и без меня. Каждый крутится как может. Бывает, везёт и мне.

— Я полагаю, на следующие две недели точно. У меня пособие по амнистии.

Чем ближе они подходили к городу, тем привычнее становились пейзажи. Зелёная чаща неохотно сменялась небольшими деревянными домами и узкими улицами. Городок уже начал разделяться на две части. За деревянными постройками виднелись более совершенные каменные сооружения. Из длинных труб валил чёрный дым. Эти промышленные цеха несли прогресс на эту планету.

На стыке жилой и промышленной застройки выделялся приземистый, огороженный со всех сторон дом. От каменных строений к нему тянулись пучки проводов. За массивным металлическим забором виднелась только крыша. По ней лениво прогуливался человек с винтовкой в руках. Докурив, он швырнул окурок за забор и сразу же запалил новую сигарету.

— Дом с личной охраной тебе не светит. Мой дальше.

— Мне хватит и электричества.

— С этим вроде проблем как бы и нет. А если серьёзно, в этом здании надо молчать как никогда. Административная шалупонь и так знает больше, чем надо. Хочешь получать своё пособие — тебе придётся встать там на учёт.

— Пособие не может не радовать, но, пожалуй, я сделаю это завтра.

— Не затягивай с этим. Я не хочу, чтобы мой дом взяли штурмом.

— Штурмом, значит. Арсенал, видимо, остался ещё от самой первой экспедиции.

Деймэн ещё раз посмотрел на человека на крыше дома. У него на плече болталась старенькая винтовка.

— Да. Оружие первого колониального корабля. Оно не попадает под доктрину ресурсной планеты, поэтому его никто не изымает. И вряд ли уже изымет. У них в подвале целый арсенал музейных экспонатов. Старые? Да. Смертоносные? Ещё бы.