Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания

Училась я легко – на филфаке было два отделения: русское и украинское, а значит два языка. Основной – украинский? (на украинском отделении) – значит, будем владеть. А русский – родной, потому что – русская школа № 82 (с отличием!) и ещё только что открывшаяся театральная студия при Доме Актёра (русская!), где замечательный педагог – основатель Студии Зинаида Григорьевна Дьяконова (светлая память!) заложила основы актёрской профессии и звучащего слова на всю оставшуюся жизнь! После третьего курса (1957 год! Только что прошёл I Московский международный фестиваль молодёжи!) несколько студийцев (в том числе и я) «сорвались» в Москву (иначе не скажешь) поступать в театральные вузы (о молодость! о дерзость!). Конечно, вернулись, лето кончилось, продолжилась учёба в университете, студенческий театр, занятия словом. (Ведь Зинаида Григорьевна преподавала слово и также вела занятия на филфаке! Диплом на филфаке по истории театра – «Украинские корифеи в Одессе на гастролях 1895–1899 годов. Там были памятные, замечательные имена – Заньковецкая, Садовский, Саксаганский, Крожевицкий!..)

Окончание университета и свободный выбор в трудоустройстве! Так как диплом был по украинскому отделению, – волею Судьбы я получила приглашение в Украинский театр города Чернигова (Важную роль сыграла «Справка о посещении Студии при Доме Актёра».)

В Черниговском украинском музыкально-драматическом театре свой первый трудовой творческий год я была (и так записано в трудовой книжке!) «помощник главного режиссёра по литературной части» и «драматическая актриса» (на разовых ролях, студия при Доме Актёра)…

Главный режиссёр театра Николай Антонович Бондаренко (светлая память!) – опытный мастер, к молодёжи относился уважительно и бережно. Этот мой первый год в театре остался в памяти как светлый первый путь.

Оглядываясь назад, в юность, вспоминаю свои первые шаги в профессии актрисы, в творчестве, всматриваюсь в эти две судьбы, родившиеся тогда на сцене в моей творческой биографии. Их звали Олеся (пьеса «Далёкое это»? или «Далёкая луна»?) и Марина (пьеса «Сегодня и всегда»? или «Сегодня и завтра»?). И та, и другая – мои тогдашние ровесницы, упорные, с характером, с верой в себя, в добро, в людей. Впоследствии, уже на русской сцене, в театре в Сибири, в России, прикоснувшись, встретившись и проживая на сцене образы мирового репертуара, я вспоминала с признательностью этих двух моих первых «подружек», мои первые творческие опыты, с благоговением и благодарностью.

Режиссёр этих двух спектаклей – выпускник Киевского театрального института (режиссёрский факультет) Юрий Смолянский, весёлый, добрый, славный товарищ, постарше нас тогдашних; к сожалению, ничего не знаю о его дальнейшей судьбе, но добрым словом хочу вспомнить. А главное, светло вспоминаю этот свой первый профессиональный театр. Дисциплина, обязательное участие актёров в музыкально-драматических спектаклях, с песнями и танцами, ежедневный тренинг в большом зале наверху – для всех актёров, вечерние спектакли с песнями и танцами (учились, учились! с радостью и трепетом).

Как завлит, успела выполнить поручение главного режиссёра: перевести на украинский повесть А. Чехова «Драма на охоте» (так называлась пьеса).

Закончился мой первый театральный сезон (и первый трудовой год), интересно прошли гастроли нашего Черниговского театра в г. Гомеле (Белоруссия) и г. Иваново (Россия), наступил первый трудовой отпуск, открывались новые горизонты, а душа рвалась на русскую сцену (ведь окончила русскую школу).

В отпуск – домой, к маме, в Одессу!..

Передохнув в родительском доме, совершила небольшое путешествие недалеко, в город Николаев, познакомилась с местным театром, прошла собеседование с руководством и была принята в Русский Драматический театр имени Чкалова (актриса «с исполнением обязанностей по литературной части»).

С сентября, с осени, начинался новый трудовой путь: новый театр – русский театр!, новые люди, знакомства, новые спектакли. Новая группа молодых актёров, молодёжный спектакль «Опасный возраст» (роль – Капа, комедийная). Новый режиссёр – выпускник Киевского театрального института Григорий Жезмер, впоследствии мы встретимся в театре в городе Караганде, где он будет главным режиссёром.

Николаевский русский драматический театр – трудная страница в моей творческой судьбе, проба больших серьёзных ролей. Это было время накопления впечатлений и опыта в профессии, попытка в следующем году поступить в открывшийся заочный курс актёрского отделения ГИТИСа в Москве (увы, увы!..), житьё на съёмных квартирах, – «углах», сложные отношения в коллективе, разные огорчения…

Во втором сезоне работы в театре увидела объявление в газете «Советская культура» о приглашении молодой актрисы в городской театр в Сибири (г. Канск Красноярского края). Послала письмо с фотографиями и получила телеграмму: «Приглашаем. Приезжайте. Директор Вронский». Одесса и мама с бабушкой «были рядом» – отпустили. Я простилась с Николаевским театром, с Одесским Домом и.. в Сибирь!

Навсегда осталось в памяти: поезд на Владивосток – остановка на станции (город) Канск – ненадолго… И поезд отправился дальше на восток…

Город Канск… Улица не широкая и не длинная, а в конце её – деревянные дома, у одного из них на завалинке (рассказали старожилы) «отдыхал» во время пересылки по пути на каторгу великий Чернышевский Николай Гаврилович… (согласитесь – оригинальное знакомство с городом…).

В театре встретили гостеприимно. Только что труппа переехала в новое помещение (до этого размещались в бывшем храме). И работа по благоустройству и подготовке спектаклей кипела вовсю! Главный режиссёр – молодой и энергичный Илья Иванович Сермягин, дерзкий энтузиаст, взял в репертуар и уже репетировал пьесу М. Шатрова (очень тогда популярную) «Именем революции». В театре много молодёжи, конечно, все – энтузиасты, скоро премьера (я тоже занята!). «Творцы и мечтатели, великие гуманисты – герои пьесы Михаила Шатрова» (из газетной рецензии).

Листаю страницы домашнего альбома (всегда посылала фотографии маме), много любительских снимков.

Улица в Канске – cтелла павшим воинам на центральной площади, рядом храм, мальчонка в ушанке на снегу (ныне давно уже старик, если жив…), летние гастроли по Красноярскому краю, листы, фото, фото… Я – в Сибири, в славном, памятном городе Канске… «Дорога в Канны – через Канск!» – девиз, который я тогда придумала. Мне уже двадцать пять лет!.. Так далеко от дома, где мама Васса и бабушка Устина всегда ждут моих писем… Листаю страницы, всматриваюсь в пейзажи Сибири, в основном – летние, – снимались в гастролях. Мы каждое лето ездили по Красноярскому краю, мысленно вижу и проживаю заново то удивительное время, те чувства, открытия, впечатления, ритмы, жизнь театра – творчество, роли, спектакли… Вот «Рождённые летать» – романтическая повесть в трёх частях, автор – Николай Олофинский, режиссёр спектакля – И. Сермягин, моя роль – Нина. Вот «Замок Броуди» по роману Кронина, режиссёр Г. Г. Косинов, моя роль Мэри. «Поднятая целина» по роману Шолохова – занят весь коллектив. «Жизнь и преступление Антона Шелестова» по повести Г. Медынского «Честь» – о молодёжи, и мы, молодые, играет, проживая на сцене судьбы ровесников, мы – в ногу со временем, а время – неповторимое. В Советский Союз приезжает Фидель Кастро, его ждут и в Сибири, и наш театр играет пьесу Г. Мдивани «День рождения Терезы» – о Кубе!.. В репертуаре театра – русская классика: А. Н. Островский – «Лес» и моя любимая роль – Аксюта и ещё, и ещё…

И наши актрисы – ветераны, о них особый, отдельный рассказ – две жизни, две судьбы, две женские истории. Две актрисы – Ирина Ивановна и Мария Андреевна…

Ирина Ивановна Белозёрова рассказывала:

«Начало войны, Великой Отечественной. Эвакуация. Догмаров (муж) – в Сталинграде, на курсах ополченцев… Пароход на Волге. На руках двое детей: Игорь – три года, Юрка – один год. Ничего, кроме этих двоих мальчишек. В юбке зашито 750 рублей. Никаких вещей. Пароход отходит. Младший ещё на пристани. «Маленький свёрток» бросают с берега – это сын! Первое, что увидела, придя в себя – Юрка! Сын! Глазёнки!.. Три дня ни крошки во рту. Детей поили сырой водой. Юрка, младший, всё время орал, а Игорь, старший, молчал и только весь белел, когда видел у кого‑то хлеб… Мысль упорная, последняя: что можно предпринять? Броситься в Волгу? Всем вместе?.. Пошла на кухню просить отходы… Стряпуха кричала и швыряла кастрюли. Я понимаю – не я была первая, не я – последняя. Я робко замолчала и прислонилась к косяку. Что делать? Успокоившись, стряпуха сказала: «Пойди к капитану». Каюта. За дверью перебирают струны гитары. Вошла. Капитан лет сорока, весь в белом.

– Простите, у меня есть 750 рублей, вот они… И двое детей – один год и три года, они три дня ничего не ели…

– Хорошо, идите.

Десять минут… Двадцать, тридцать, сорок… Безнадёжно… И вдруг я увидела белоснежную фигуру капитана, пробиравшегося и искавшего…

Я потянулась навстречу.

– Пойдёмте. Вот книжечка с талонами на обеды, завтраки, ужины…

Столовая. Офицеры. Моряки… Дети увидели суп и набросились на него.

Молодой лейтенант взял Юрку на руки и кормил с ложечки. У него такой же сын на берегу.

Боже мой! Я навсегда могла потерять сына там, на берегу…

Остановка в Куйбышеве. 10 часов. Эвакуационные справки. Капитан принёс продукты.

– Куда вы едете?

– Не знаю. В никуда…»

(Записано со слов Ирины Ивановны.)

В спектакле о Кубе «День рождения Терезы» Ирина Ивановна Белозёрова играла Терезу, главную героиню. Фото из спектакля (Тереза – Белозёрова, Марсело – артист Васильев) было опубликовано в тогдашнем журнале «Театральная жизнь» (1963 г.). Театр для Ирины Ивановны – это была сама жизнь, её смысл, вечный поиск, естественное состояние. Она была замечательный товарищ, светлая душа. Прошло много лет. Светлая ей память. Старший сын её – Игорь Догмаров – был ведущим актёром театра, мечтал стать режиссёром, – надеюсь, что стал им, писал стихи:

«Подснежники среди дняне вянут в стакане воды,И где‑то меж ними я, —живой, как мои цветы»…

Ещё одна судьба. Судьба актрисы… Мария Андреевна Соколова…

«Родилась в 1896 году. На пороге стоял 20‑й век. Начинал своё становление МХАТ, писал удивительные стихи Александр Блок, в жизнь входило электричество, на заводах, железнодорожных мастерских полыхали рабочие забастовки. В одной из мастерских работал Андрей Соколов… Машенька была одна из семерых детей семьи. Окончив начальную школу, поступила в профучилище. В 1912 году умер отец. Маша стала работать. Так с юных лет начала преподавать ей свой курс суровая учительница Жизнь. В 1917 году революция многое изменила. При железнодорожных мастерских организован самодеятельный театр. Это было в Саратове. Театр существовал там до 1921 года. Машенька с 1919 по 1921 года училась в культпросвете, где большое внимание уделялось театру и актёрскому образованию. Там преподавали известные в то время мастера театра – Александр Игнатьич Канин и Иван Артёмьевич Слонов.

Впоследствии Марии Андреевне довелось встретиться и трудиться с ними в профессиональном театре. Муж Марии Андреевны был профессиональный актёр – Василий Сергеевич Соколов. Она потеряла его в 1941 году под Севастополем.

А до этого 1932 год в жизни Марии Андреевны знаменует собой начало работы в профессиональном театре. Севастополь. Театр Луначарского, «Ревизор», «Горе от ума», «Бесприданница». Мария Андреевна – тётка Карандышева. Потом – Смоленск. Два года трудов. И снова – Севастополь. 1938 год. Пьесы… Роли… Творчество… И 1941 год… Эвакуация, бомбёжки, толпы беженцев. Мария Андреевна чудом добралась до Саратова, сошла с поезда и прожила там всю войну. Военный госпиталь, тяжело раненные, слепые, изуродованные солдаты… Как им помочь? Долгие часы видела у постелей и читала… Стихи, главы из романов, отрывки из поэм… Сцены из пьес, которые помнила, в которых играла. В 1943 году начали восстанавливать театр юного зрителя. Здесь и произошла встреча с педагогами Каниным и Слоновым. В Саратовском ТЮЗе Мария Андреевна прослужила с 1943 по 1950 год. Улита в «Лесе» Островского, Бабушка в ……? Манефа в «Грозе» Островского и другие… С 1952 года Мария Андреевна – актриса Канского драматического театра. Многие из присутствующих в зале помнят Марию Андреевну – Еремеевну в «Недоросле» Фонвизина, Графиню-Бабушку в «Горе от ума», Мирчуткину в «Юбилее» Чехова, Арину Галчиху в «Без вины виноватые» Островского и много-много других её актёрских работ.

Те, кто видел и помнит эти работы, засвидетельствуют, как Мария Андреевна прекрасно владеет секретом актёрского искусства – умением слиться со своими героями. Отдавая себя всецело творчеству, Мария Андреевна никогда не была в стороне от повседневной жизни театра, всегда помогая молодым. Мария Андреевна, дорогая! Нам, молодёжи, есть чему у Вас поучиться. Мы постараемся всегда помнить о самом главном – любить театр и беззаветно служить Ему.

«Каждая звезда вливается в прекрасный, бесконечный ансамбль, который освещает путь. Пусть сегодня мы провожаем Вас на заслуженный отдых. Но и завтра, и послезавтра Вы – член нашей семьи, дорогая Бабушка нашего Дома, нашего Театра, любимая Мария Андреевна!»

(Из юбилейного доклада на вечере чествования Марии Андреевне Соколовой.)

Многое хотелось бы рассказать об актёрах театра, – пусть не знаменитых, но талантливых и скромных, а главное, – одержимых страстью к театру и посвятивших себя, свою жизнь великому делу театра, о которых так трепетно рассказал и воспел в своих блистательных пьесах Александр Николаевич Островский…

Но вернёмся в славный театр города Канска и отправимся на летние гастроли по Красноярскому краю. В моей судьбе памятны три лета – 1962, 1963 и 1964 годы.

Путевые заметки…

Сосновка – Сокольники. Дворец культуры – лучше всех в Дзержинском районе. После спектакля (играем «Заводские ребята», пьеса И. Шура) – баня – настоящая сибирская, запах дерева, прекрасно!

Рядом – речка Усолка. Ловим рыбу. Мальчишки у костра. Постарше гоняют на мотоциклах.

Далее – Дзержинск. Плотина. Маслеево озеро. Умывались с бревна. Просили у рыбаков рыбы – не дали. Вдоль дороги – фиалки «Надькины глазки». Тётя Соня. Картошка. А бабушка с Украины принесла пирог.

Да! ЧП. Перед началом спектакля пришёл начальник участка – горит лес! Спектакль перенесли на утро…

Гастроли продолжаются. В Колоне (название посёлка) приехали прямо на похороны. Выносили тело: авария с машиной.

По дороге Маслеево – Дзержинск умудрились попасть в грязный кювет. Простояли два часа. Инспектор снял номер.

Проезжали мимо озера Улюколь. Это озеро лучше, чем Маслеево. Почему? Не знаю. Рядом речка, как вчера. Но вчера вода была теплее. А сегодня в посёлке Новом голопузые мальчишки бегают босиком.

Наши гастроли – удовольствие порой весьма относительное, бывает и темно, и пыльно, всё равно интересно. Берёзы зеленеют за одну ночь. Ещё вчера они были «обиженные», а сегодня – в зелёных серёжках. И стволы будто стали белее.

Дорога вчера была «сумасшедшей». От пыли было нечем дышать, нечем смотреть. В течение восьмидесяти километров ветер дул 20 метров в секунду. «Дантов ад!»…

А сегодня – какие берёзы у дома?! Здесь мы обитаем. Селение мордовское. Говорят все не по-русски. И погода никак не установится. А как же наш спектакль?!.. Состоялся!..

Ивантай. Первый день лета. Ах, если бы всегда было так хорошо! После спектакля – костёр на поляне. Железная печка из металлолома. Ужин у костра. Наша маленькая группа. И наши гости-зрители. Все у костра. Интересно, как выглядела труппа Мольера, скитавшаяся по дорогам Франции?..

Таёжное. Бывшая запретная зона. Далее – долгий мост. Рассказывают, кто‑то из ссыльных декабристов построил здесь больницу. Работает она и сейчас…

А в городе Канске, говорят, в следующем году будет ходить троллейбус!..

Нам подарили живицу. Живица – ценное сырьё. Дорого стоит. Долгомостовский ЛПХ (лесопромышленное хозяйство) даёт 1/2 краевого сбора. А какой запах! Живица лечит раны. Ещё лечит раны пихтовая смола. А незабудка останавливает кровь! Нас в пути сопровождает латыш. Держится просто и с достоинством. Хорошо знает край. Мы приехали в Бузан. Село на той стороне реки. Ждёт паром. Река имеет два названия: Бирюса и Она. В тайге уже видны жарки – огоньки. Вчера незнакомый парень нёс их в ладони.

Мы попали в грозу. Дождь начался, когда всё погрузили на катер. И перестал, когда переехали реку. «Дождь улыбнулся нам!» Сегодня – первая гроза! Мы едем по тайге, и прохлада ласкает лицо. Берёзы и сосны раскинули лапы и тянутся к солнцу. Сегодня жарко!

Играем спектакль. Тот же. Особенность гастролей: театр делится на две группы, в каждой группе – один спектакль, с небольшим количеством персонажей, и этот один спектакль группа играет все гастроли в разных местах. Так играли спектакли «Камень на дороге» (пьеса Л. Медведенко) и «Женись и управляй женой» (пьеса Джона Флетчера).

Сейчас наша группа на стройке. Это уже второй сезон, другое лето. Строится железная дорога на Тайшет. Ребята из общежития прокладывают тоннель. Бригада Метростроя. Скоро пройдёт первый поезд.

Аргаза. Мы – в Саянах. Река Мана. Вода в реке очень холодная. Тёмно-зелёная. Горькая. Обжигает. Гроза в горах. Страшно! И красиво. Мы углубились на 100 км в Саяны. Уже несколько дней мы едем вдоль строящейся дороги Абакан-Тайшет. По вечерам играем спектакль в клубах «Заводские ребята» (драматург И. Шур).

Через несколько дней увидим Дивногорск. Красноярскую ГЭС. Там будем играть спектакли.

Ходили на рыбалку. В сапогах из спектакля. С фотоаппаратом и удочками. Опять были предгорья Саян и бурные потоки вдали.

В Зыково приехал главреж Илья Иванович. После спектакля – «разбор полётов» и – купанье в Енисее. И ещё – пикник в лесу!

Красноярские столбы. Скала «Дед», далее «Первенец», «Бородок», «Перья», «Львиные ворота», «Большой Беркут», «Площадка Свобода», «Малый Беркут»… (Все фотографии-открытки в моём домашнем альбоме).

Дивногорск. Красноярская ГЭС. Триумфальные арки из кранов! Покорённый Енисей. Что наши восторги перед этим великим трудом!

Дивногорск – город-спутник. Ходит бесплатный автобус. Мы ездим смотреть. Рассказать о Дивногорске невозможно. Очень красив!

Енисей. Другие гастроли по Красноярскому краю. Большая Мурта. Странное название. И красивое место. Обожаю деревянные тротуары. Деревянный, дерево, деревня…

Почему деревня? Потому что на дереве? или среди деревьев? или деревянный тротуар?..

Галанино. Мы снова на Енисее. Красавцы-теплоходы. Большие морские суда, все белые, ажурные… Корабли на Енисее прекрасны, как таёжные цветы…

И наконец – Стрелка, наш конечный пункт. Мы будем играть наш спектакль.

А сейчас катер везёт нас на ту сторону. Здесь Ангара впадает в Енисей. Это – Стрелка!

Здесь беспричинно смеёшься, глядя, как волны обгоняют друг друга… Волны набегают и – целуются … Целуются!.. Им ничего не помеха, – ни пароходы, ни люди, ни природа… Они – природа. Они свободны!..

Новый, третий сезон мой в Канском драматическом театре. И местные гастроли в городе Братске. Братские впечатления. Мы проехали много километров, и везде чувствуется гигантское строительство. «Русский сувенир» – это не выдумка «красной пропаганды», это реальность. Это всё можно увидеть собственными глазами. Здесь «атмосфера земли» – это атмосфера строительства. Это высоковольтные красавцы из алюминия, это десятки километров труб нефтепровода Баку – Владивосток, новые деревни, взбежавшие на возвышенности и разбросавшие разноцветные крылья-крыши. А старые – сносятся. Сжигают старые мосты, и по ночам полыхают пожары. Здесь будет Братское море, сегодня мы едем по дну его.

У поворота стремительная река Ия несёт плоты. Сплавляют лес.

Сегодня наша машина привезла на спектакль большую группу людей – тех, кто сплавляют лес. Среди них – латыши, белорусы, украинцы и даже венгры. Все клубы, где мы играем «Заводские ребята», переполнены. Часто бывает по два спектакля в день.

За нами едет группа студентов школы-студии МХАТ. В их концертной программе Горький, Чехов, Маяковский, Гольдони. Наши соседи по комнате – ребята-связисты. Они встают в пять утра, что‑то сложно жестикулируя, устанавливают столбы и провода. А на окне у них – задачи Пифагора, грамматика русского языка и классик испанской литературы Мигель Сервантес Сааведра. А вверху – высокие сосны и синее небо. Дорога прямая и длинная, и вокруг – тайга. По дороге всё время идут машины. Тракт ведёт в Братск. Братск – в 40 километрах. Но он уже здесь. Это видно и по тому, как быстро идут машины по тракту, и как трактора не умолкают за лесом, и линия железной дороги уже встретилась нам сегодня по пути.

А главное – здесь очень много молодёжи. Самые разные лица, со всех концов Союза, это чувствуется по особенностям речи. И по лицам. Лица – светлые, с улыбкой. Улыбкой Экзюпери. Не смейтесь! Мы все здесь – романтики. Скоро – Братск. Тайга проснулась. Ночью прошла гроза, и солнце разбросало бриллиантики-капли все – листьям!.. Братская ГЭС. Плотина. Эстакада 82 метра над водой. На строительстве Братской ГЭС работают сто тысяч человек. В Братске строится огромный алюминиевый комбинат. В Братске будет 150 тысяч жителей.

Строится здание ГЭС, где будет 20 агрегатов. Из них работает уже шесть. Вес каждого – полторы тысячи тонн! Мы останавливаемся. Внизу – турбина. Пётр Иванович Маркин, замначальника сооружения, рассказывает: « Вода надает сверху и вращает турбину. Всё просто и величественно».

Здание ГЭС. Всё будет заковано в бетон. А рядом вырастит 150‑тысячный город с 14‑этажными домами и площадками на крыше для посадки вертолётов. Город, в котором со временем будет более 500 тысяч человек. Я слушаю рассказ о строящихся турбинах и думаю, как удивительны эти люди, люди нашего удивительного времени и нашей удивительной страны, люди, которыми приезжают восхищаться зарубежные специалисты и корреспонденты.

Мы слушаем рассказ инженера, а в это время ток бежит по проводам через тайгу и даёт энергию и свет городам, сёлам от Иркутска до Красноярска. На текстильном комбинате выпускаются новые ткани, чтобы женщины ходили в красивых платьях, и чтобы в новом доме праздновали новоселье.

Мы спускаемся ниже, ещё ниже, и перед нами зелёные волны и белая пена моря – Братского моря!

Сейчас уже есть места, где берег не виден. Потом идём по эстакаде. У края стоит мольберт и начатый этюд. Здесь работает художник. Мы останавливаемся посмотреть. Сам художник пьёт воду из цистерны, которая рядом. Он молод. Глаз его точен, внимателен. Одет просто, по-рабочему.

Потом мы едем по верхней площадке эстакады на головокружительной высоте. Лес кранов. Внизу Ангара. Спокойная зеркальная слева и бурлящая стремительная – справа.

Далее – «Сторожевая башня» – одна из четырёх башен третьего Братского острога, заложенного весной 1654 года атаманом Дмитрием Фирсовым… Датой основания города Братска следует считать 1631 год, когда казаком Максимом Перфильевым был заложен первый «Братский острог». Эта запись – памятная доска на сторожевой башне при въезде в город Братск.

«Сибирь! Сибирь и есть! Ау, какой тут лес?! Ни дуба, ни липы… Сибирь! Аа?!» (Из разговора в поезде.)

Гастроли кончились. Возвращаемся в Канск. Три сезона в Канском театре подходили к концу. Много добрых слов товарищам-коллегам по театру. Это и директор Александр Адамыч Абих – замечательный сибиряк; и режиссёр Георгий Игоревич Косинов – он ставил спектакль по Кронину «Замок Броуди», где я играла Мэри; и главный режиссёр Илья Иваныч Сермягин, он впоследствии будет главным режиссёром театра в Целинограде, в Казахстане; и актёр Иван Арчибасов станет народным артистом Казахстана, ведущим актёром театра в городе Петропавловске; и моя светлая память о зрителях города Канска, которые стали друзьями, а их письма долго ещё будут напоминать об ушедшем времени…

Но! В Одессе, родном городе, меня всегда ждут мама Васса и бабушка Устина, и надо определяться чуть ближе к дому. А дорога в Одессу – через Москву, а в Москве – Бауманский Сад, где каждое лето (с июня по сентябрь) собираются актёры, режиссёры, директора театров всего Союза, где проходят встречи, знакомства, переговоры, приглашения и т. д. Так было!..

Директор и главный режиссёр нового городского театра на Урале собирали крепкую, в основном молодёжную труппу. Это были директор Николай Владимирович Стаховский и главный режиссёр народный артист Казахской ССР Евгений Ефимович Орёл. «Грозовой год» А. Каплера, «История одной любви» К. Симонова, «Хитроумная влюблённая» Лопе де Вега, «Бешеные деньги» А. Островского, сказки для детей, в том числе знаменитый «Аленький цветочек» и другие спектакли, имевшие зрительский успех, выступления в концертах с русской классикой, репетиции, споры, короткие гастроли. Эти двое – директор и режиссёр – прежде создавали театр в Целинограде (ныне Астана – столица Казахстана). Думаю, немало актёров в разных городах откликнулись в своё время добрым словом на эти два замечательных имени – этот славный тандем: «Орёл и Стаховский».