Обратная сторона судьбы

Сказать, что эта фраза успокоила Игоря, — нет, конечно. Это ещё больше его напрягло: он понял, что «залез» в очень серьёзную тему с серьёзными людьми и обратной дороги уже нет. Неизвестно, что будет, если он откажется. Посмотрев на присутствующих в комнате, он «поймал» их взгляды, напоминающие взгляды болельщиков на скачках, ожидающих победы лошади, на которую поставили все свои последние деньги.

— Ну, что, тогда давайте продолжайте.

— Хорошо, следующий наш этап, — Виктор Валентинович как будто незаметно выдохнул с облегчением. Он достал из своего портфеля листки с записями и продолжил: — Я буду говорить только то, что тебе необходимо знать и что поможет для успешного выполнения задания, лишняя информация будет только отвлекать. Этот человек — очень нужная и важная персона для нашей экономики из одного важного, но неизвестного общественности научно-исследовательского института. В настоящий момент он насильственно удерживается теми, кого мы называем «пустынными бандитами». Это категория преступников вроде сомалийских пиратов — сами себе на уме. Они не просят за него деньги. Мы думаем, они хотят предложить его (а может, уже предложили) тем, кому он очень интересен, но к кому он не должен попасть, — я думаю, ты понимаешь. Он находится в Алжире, в пустыне, у этих людей. Его охраняют два человека, один из них положительно расположен к нам. Почему он положительно расположен к нам — это неважно. В двух словах: он доставит тебя до цели, ты меняешься с нашим объектом, мы его вывозим из страны в безопасное место и потом забираем тебя. От момента твоего выхода отсюда и до возвращения, я думаю, пройдёт не более двух суток. Более подробно проведение операции мы сейчас обсудим, это я пока тебе кратко объяснил, чтобы ты знал, для чего ты здесь. Вопросы есть?

— Но почему я, а не какой-нибудь спецназ? Заскочили, вытащили и ретировались.

— Искусство побеждать, Патрик, заключается в нестандартных подходах. Нам потребуются креативные, находчивые решения для устранения такого рода неприятностей — что-то вроде курьера на велосипеде в потоке машин, а не вооружённый отряд на территории другого государства. И время на исходе.

Они обсудили ещё несколько технических моментов проведения операции.

— Ты поедешь на машине и будешь делать вид, что ты турист. Как такового проходного таможенного пункта там нет, это пустыня, но могут подъехать пограничники на машине и проверить. Документы они не смотрят, просто через окно заглядывают. Вы будете ехать по туристическому маршруту. Ближе к пункту назначения ты укладываешься между передними и задними сиденьями и накрываешься брезентом. По прибытии водитель оставит открытым багажник и уйдёт проводить намаз. Когда ты услышишь и поймёшь, что они начали, аккуратно меняешься с объектом местами и переодеваешься в его одежду. Через пару дней водитель даст тебе сигнал к эвакуации. На месте сориентируешься по времени и способу, но мы рассматриваем вариант вывезти тебя таким же образом, как и доставили.

Игорь вместе с Абдул-Хади направился к ожидавшей их машине — это был «Лэнд Крузер». Игорь сразу продумал, каким образом переберётся в багажник и как будет из него выбираться. Подойдя к машине, инструктор открыл заднюю дверь и жестом пригласил Игоря присаживаться, а сам занял переднее пассажирское место.

— За рулём сидит араб, его имя Фуад, — представил Абдул-Хади. — Он доставит тебя до места. Разговаривает он на французском и арабском. Если всё будет хорошо, доберёшься часа за три-четыре. Перед алжирской границей я выйду, а ты поедешь дальше. Для пограничников ты нанял персональную экскурсию в Атласские горы.

Они двинулись навстречу неизвестности и опасности.

Дорога была практически незагруженной потоком автомобилей, в машине работал кондиционер, было прохладно и комфортно. Игорь откинулся на спинку сиденья и расслабился. Из колонок автомагнитолы негромко играла какая-то арабская музыка. За окном пролетали местные пейзажи, которые, если обратить внимание, практически не менялись. Он и не заметил, как уснул.

— Патрик, Патрик, просыпайся, дальше без меня, — Абдул Хади стоял у раскрытой двери, оценивая состояние собеседника. — Всё хорошо? Помнишь, как я тебя консультировал, готов дальше действовать самостоятельно?

— Да всё нормально, я, как Штирлиц, двадцать минут поспал, отдохнул — и бодрый, — Игорь пытался перевести разговор в шуточное русло. — Я готов. Ещё долго до объекта?

— Ну, поспал ты, конечно, не двадцать минут, — инструктор с улыбкой старался поддержать Игоря, чтобы он чувствовал себя комфортно, — а сколько ехать — загадывать не будем, Фуад всё сделает как надо и предупредит.

Игорь попрощался с Абдул Хади, и Алхимин с Фуадом двинулись дальше. Справа оставались Атласские горы, а они направились немного южнее, в пустыню. В этот момент Игоря одолела какая-то тоска, пустота, чувство, что он во сне, в каком-то кино, что это происходит не с ним. Он уставился в окно и не видел там ничего, разные мысли не давали ему покоя: «Зачем мне это всё нужно? Зачем я на это согласился?» Автомобиль продолжал двигаться по пустыне. Дороги как таковой уже не было, было только направление. Игорь открыл окно и незаметно для себя начал наслаждаться красотой окружающего мира: солнце пекло, а горячий ветер обдувал его лицо. «Он вспомнил, как Абдул-Хади готовил его перед поездкой: рассказывал всё о Тунисе и Алжире, о том, что его будет ожидать в пустыне, как она выглядит, описывал все мелочи. Игорю было интересно, и он всё запомнил — именно так всё себе и представлял. Горы Туниса тоже можно назвать достопримечательностью страны: они кажутся гладкими и симметричными, словно их изваял скульптор. А пустыня — это не однообразный и скучный ландшафт из песка. На севере страны, ближе к горам, она главным образом представляет собой поля с небольшими областями лесов, травой и кустарниками, покрывающими всю местность. "Это удивительный и загадочный мир, полный контрастов и красоты", — отметил для себя Игорь и погрузился в изучение обстановки. На всякий случай он пытался анализировать, куда движется и как в случае чего возвращаться самостоятельно, если возникнет такая ситуация».

В этот момент автомобиль стал сбрасывать скорость и остановился. Спереди и сзади его заблокировали два джипа тёмно-зелёного цвета, перекрыв возможность двигаться. Из этих машин вышли вооружённые люди в военной форме. Фуад открыл водительское окно, и они на арабском языке начали о чём-то разговаривать. Один из них подошёл к задней двери, посмотрел на Игоря, заглянул через стекло в багажник и что-то сказал человеку, который разговаривал с Фуадом. Они попрощались, и военные, сев в свои автомобили, уехали.

— Это были пограничники, — опережая вопрос Игоря, пояснил Фуад. — Я им сказал, что у тебя индивидуальная экскурсия. Здесь так часто бывает, потому что туристам, чтобы попасть в горы, надо проехать через Алжир — из Туниса прямой дороги нет. Дальше будет спокойно.

Сколько они ещё ехали, Игорь потерял счёт времени. В этот момент машина остановилась.

— Мы подъезжаем. Ложись между передними и задними сиденьями, я накрою тебя брезентом. Когда приедем, я открою дверцу багажника, заберу канистры с водой, а дверь оставлю открытой. Машину поставлю задом к входу в фелидж. Когда ты услышишь, что у нас начался намаз, ты тихо выбираешься из машины через багажник и быстро забегаешь в шатёр. Там меняетесь, и объясняешь ему, как аккуратно выйти и забраться под брезент, а я уеду за продуктами. Как только его вывезут из страны, я вернусь за тобой и расскажу, как будем тебя вытаскивать отсюда. Я думаю, один—два дня.

— Сколько ваших людей там? — поинтересовался Игорь.

— Нас там двое — я и Джафар. Он всегда там, а я выезжаю за водой и продуктами.

Игорь сделал всё, как сказал Фуад: расположился под брезентом, и они двинулись дальше. В этот раз путь занял немного времени. Машина остановилась, в багажнике открылась дверь. Было слышно, как мужчины разговаривали между собой. Судя по голосу, возле машины находился Фуад, а где-то поодаль слышался другой голос. Через какое-то время всё затихло. Наступила тишина, зловещая тишина. Игорь слышал учащённый стук своего сердца. Ему казалось, что он видит, как оно бьётся, как кровь бежит по венам. «Можно уже выбираться из-под брезента или ещё рано? А вдруг потом опоздаю? Что делать?» — подумал он. И вдруг сквозь тишину стали доноситься слова молитвы. Судя по тому, как нечётко были слышны слова, он понял, что они находятся на достаточном расстоянии от машины. Игорь, не мешкая, но при этом осторожно, чтобы не раскачивать машину и не привлечь внимания арабов, освободился от брезента и выглянул в окно. Посмотрев, где находятся арабы и как далеко от входа в шатёр стоит автомобиль, он оценил ситуацию, выбрался через багажник и забежал в фелидж. В центре шатра горел небольшой костёр, на земле были расстелены ковры и подушки, на которых можно было удобно расположиться. Рядом с костром стояли кувшины с водой и чаши для питья. Хотя в помещении было душно, а воздух казался тяжёлым и спёртым, его приятно разбавлял аромат специй, кофе и дыма. В глубине шатра, в полумраке, еле просматривался мужской силуэт. Игорь понял, что это нужный ему объект. Чтобы не напугать мужчину, он приблизился к огню, давая разглядеть своё лицо, и прислонил указательный палец к губам. Во взгляде незнакомца читался ужас: видимо, он ожидал чего угодно, но увидеть собственную копию точно не входило в его планы.

— Привет, — поприветствовал Игорь, — не будем терять время, тебе позже всё объяснят. Единственное, скажи мне: какое здесь отношение к тебе, как себя вести, чтобы они сразу не заметили подмены, есть ли у них телефоны для связи?

— Я ничего не понимаю, — было видно, что он никак не может отойти от шока.

— Быстро отвечай, у нас мало времени, — Игорь начинал уже нервничать.

— Эти ребята — это охрана, ко мне относятся хорошо. Но периодически сюда приезжают люди на конях и верблюдах. Я видел у них оружие, кто они — мне неизвестно. Ко мне они не подходили, о чём-то между собой говорили, кивая головой в мою сторону. Что им надо от меня, я не знаю. На улицу выходить разрешают только в туалет, воду и еду дают регулярно. Я видел у них спутниковый телефон. Конечно, они смотрят за мной, когда я отхожу в туалет. Правда, его здесь нет, просто подальше от шатра. И бежать смысла нет — это пустыня, да и хищники водятся: по ночам, слышно, воют какие-то волки или что-то вроде этого, но сюда близко не подходят. Охранники ночуют на улице.

— Давай свою рубаху, забирай мою, — быстро и легко они поменялись одеждой.

— На каких языках ты говоришь, на каком с тобой они разговаривают?

— Русский и английский, с ними мы общаемся больше жестами.

— Понял, — Игорь дал понять, что необходимую информацию он получил, — на улице задом ко входу стоит «Крузак», я думаю ты уже видел, арабы дальше спереди у них «намаз» двери багажника открыты. Ты аккуратно, тихонечко залазишь в машину, перебираешься через спинку заднего сиденья и в ногах увидишь брошенный брезент, забираешься под него и тихо лежишь. Араб Фуад сейчас поедет за продуктами, он знает, что там спрятался ты, что делать дальше он тебе всё расскажет. Давай действуй, — он легонько дружески хлопнул объект по плечу на удачу.

Через некоторое время он услышал разговоры арабов, машина завелась и уехала. В шатёр заглянул араб, посмотрел на Игоря и остался на улице.

«Странно они себя ведут, — подумал Игорь, — они меня сразу не проверили, один уехал на машине и только потом второй пошёл проверять».

«А ведь это, на всякий случай, будет запасной вариант», — отметил он про себя.

«Надо разведать обстановку: как поведёт себя охрана, если я выйду из шатра», — мысли Игоря заработали с новой силой.

Он медленно вышел наружу, потянулся, разминая мышцы и всем видом демонстрируя спокойствие, после чего принялся осматривать окрестности. Араб, сидевший на камне возле костра, поднялся, замахал руками и крикнул что-то на своём языке. Игорь жестами показал, что ему нужно в туалет. Охранник пробурчал что-то себе под нос и махнул рукой в сторону пустыни, за шатёр.

Зайдя за фелидж, Игорь осознал, насколько темно ночью в пустыне. Ориентироваться здесь при побеге будет крайне сложно, и это открытие его сильно разочаровало. В любом случае данное мероприятие сегодня осуществлять нельзя, объект однозначно ещё не доставлен, а у охранника есть телефон — он сможет связаться с Фуадом и вернуть его обратно. Пока всё идёт хорошо», — подумал Игорь, выдохнул, расслабился и посмотрел на небо.

Ночью в пустыне небо кажется особенно ярким и чистым благодаря отсутствию светового загрязнения, низкой влажности и чистоте атмосферы. В таких условиях звёзды видны особенно чётко, а отсутствие облаков позволяет насладиться красотой Млечного Пути и других созвездий. В этот момент сзади послышались шаги и хруст высохшей под солнцем мелкой пустынной травы. Обернувшись, Алхимин увидел на фоне вдали горевшего костра силуэт охранника. Араб жестами указывал Игорю возвращаться обратно в шатёр. Вернувшись и поудобнее расположившись для сна на подушках, уложенных на ковре, он попытался расслабиться и уснуть: завтра, когда станет светло, надо будет оценить обстановку, территорию, поведение охраны.

Глава 4

Утром его разбудил звук подъехавшего автомобиля и разговор арабов. Игорь вышел из шатра, увидел, что приехал Фуад, и жестами показал, что ему нужно в туалет и помыться. Джафар с удивлением посмотрел на Игоря, утвердительно махнул головой и рукой показал на железный чан с водой для умывания.

Проводя утренний моцион, Игорь стал внимательно осматриваться. Ужас! Кругом пустыня, небольшие кустарники, местами стволы засохших деревьев, и где-то вдали виднелись горы.

«Если двигаться вдоль гор, оставляя их слева, то можно вернуться в Тунис. Значит, восток — с задней стороны фелиджа. Со сторонами света я определился. Правильно, они же проводили намаз на закат, а это запад, где вход в шатёр», — подумал Игорь, и это придало ему некоторой уверенности в себе.

В этот момент арабы начали сворачивать края шатра, и Алхимина это напрягло.

«— Мы что, меняем место дислокации?» – подумал Игорь.

Арабы подняли боковые стены и продолжили заниматься своими текущими делами. Игорь обратил внимание на строение фелиджа: его каркас состоит из длинных, переплетённых друг с другом жердей, которые накрывают тканью, сотканной из верблюжьей шерсти. Эта ткань настолько плотная, что не пропускает редкий в этих краях дождь, а днём тент поднимают, чтобы жилище проветривалось. Так, во всяком случае, ему рассказал инструктор. Игорь сам не понимал, для чего ему это было нужно, но привычка всегда замечать мелочи взяла верх.

Он заметил, что с самого утра Джафар как-то с недоверием, изучающе посматривает на него и иногда что-то говорит Фуаду, указывая на Алхимина. Арабы готовили какую-то еду в чане на костре, потом набрали её в миску и принесли Игорю. И тут он допустил ошибку. Игорь стал рассматривать блюдо, нюхать его и как-то неуверенно есть. Это заметил Джафар. Он начал что-то кричать Фуаду, размахивая руками в сторону пленника, и, взяв спутниковый телефон, стал кому-то звонить.

— Ты что делаешь? Ты каждый день это кушаешь, — Фуад негромко пытался сказать, подавая лепёшку Алхимину. — Я ему говорю, что ты просто что-то нашёл в чаше.

«Сука! Это провал. Главное, чтобы объект успели вывезти в безопасное место, — Игорь ругал себя. — Как я мог на ровном месте, на такой мелочи попасться так необдуманно? Бежать нет смысла: это пустыня, а у них автомобиль — догонят и поймают. Ладно, буду действовать по обстановке».

Завтрак он всё же съел, ведь организму необходимо питаться. Хотелось попить чая, но он решил пока не привлекать к себе внимания. «Может, ситуация нормализуется. Если подойдёт Фуад, попрошу его принести чай».

Игорь улёгся под навесом и пытался понять, что будет дальше. Уже после обеда он сначала почувствовал дрожь земли, потом услышал топот копыт и увидел, что к шатру двигаются вооружённые всадники в синих тюрбанах и с закрытыми лицами. Блин, это же туареги! Они носят синие тюрбаны и закрывают лица. По их вере, если кто-то увидит лицо туарега, его убивают. Всё это Игорь изучал перед командировкой. «Всё, это конец», — Игорь стал внутренне готовиться к самому страшному и ужасному. Ведь это пустыня, бандиты с оружием, и они понимают, что никто не знает, где именно находится их заложник. Сначала всадники подошли к охранникам и начали с ними разговаривать, поглядывая на пленника. Потом, судя по всему, их главный сам начал кричать на них. В приказном тоне он крикнул одному из всадников, тот спрыгнул с лошади и быстрым, уверенным шагом направился к Игорю, на ходу снимая из-за спины ружьё. «Всё! Оказывается, вот так я должен был умереть — в пустыне от пули, выпущенной каким-то бандитом на лошади», — вроде и расстояние было небольшим, и времени прошло всего несколько секунд, а мыслей пролетело в голове Алхимина невероятное количество. Подойдя к Игорю, он со всей силы дёрнул правый рукав рубахи и оторвал его. Внимательно посмотрев на руку, он увидел латексный нарукавник, снял его и, разглядев татуировку, что-то крикнул старшему, а тот утвердительно махнул головой. Всадник замахнулся ружьём, в глазах Алхимина потемнело, и он потерял сознание.

Игорь открыл глаза. Всё тело очень болело. Пытаясь собраться с мыслями и понять, что случилось, он подумал: «Я уже умер?» Это первое, что пришло в голову. Где он, где все остальные, сколько прошло времени?

Вокруг была только пустыня. Ни шатра, ни людей на лошадях — никого не было и даже не было видно. Что с Фуадом и Джафаром? Что с ними сделали всадники?

Он попытался встать и оценить обстановку, но сразу это не получилось. Руки были связаны верёвкой, конец которой лежал далеко от него. Одного рукава на рубахе не хватало, а сама она выглядела так, будто её терзали пираньи. Весь торс был исцарапан, словно после наждачной бумаги.

С трудом избавившись от верёвки, Игорь первым делом осмотрел себя на предмет повреждений. Открытых ран не было. «Значит, кровь не теряю», — подумал он. Левая ключица очень сильно болела, было видно, что кости неестественно торчат, но кожу они не пробили. «Это радует», — промелькнуло в голове, хотя на тот момент Игорь ещё не осознавал всей серьёзности и последствий данной травмы.

Солнце коснулось горизонта. «Где запад и в каком направлении двигаться, я понял, но почему меня оставили в живых?»

«Скорее всего, они решили, что я умер, — и эта мысль не давала ему спокойствия, — расслабляться ещё рано, а вдруг они вернутся за мной, надо уходить».

Он решил, что ночью его искать не станут и, соответственно, есть время двинуться вперёд. Единственная опасность — это дикие звери. Темнота, с одной стороны, союзник, но идти придётся просто интуитивно. Игорь знал, что когда человек идёт по прямой, его шаг немного сдвигает, и перемещаться без ориентира проблематично. По звёздам он ориентироваться не умеет, но будет стараться идти прямо до рассвета, а там уже должны появиться ориентиры — солнце.

Уже становилось холодно, но двигаться надо. Всё тело ныло, как будто его переехал бульдозер. Алхимин не знал и не понимал, что его ждёт в ближайшем будущем, как он перенесёт дневную жару, что он будет пить. Если без пищи какое-то время можно протянуть, то без воды это будет сложно. Пока он шёл, слушая звуки природы, он пытался вспомнить произведение Пауло Коэльо «Алхимик».

«— Ну, надо же, мне, Игорю Алхимину, вспомнилось именно это произведение, и именно к нему я решил обратиться за помощью», — он старался вспомнить, как старик учил Сантьяго передвигаться в пустыне, обращать внимание на приметы, на знаки, которые нужно суметь правильно прочесть, и как в пустыне находить воду. Впереди по пути его следования горизонт становился светлее. «— Значит, я в правильном направлении двигаюсь», — отметил он для себя. Это его взбодрило: ночь прошла не зря, но наступающий день…

Утро в пустыне оказалось тихим и спокойным. Солнце медленно поднималось над горизонтом, окрашивая пейзаж в разные цвета: в золотистые оттенки — песок, высохшие деревья и кусты, в розовые — солевые озёра, в зелёные — сохранившуюся траву. Воздух становился тёплым и сухим, а небо приобретало ярко-голубой цвет.

Имеющаяся растительность оживала, покрывалась росой и начинала издавать свои неповторимые ароматы.

Игорь лёг на землю и стал пытаться языком собирать хоть какую-то влагу с небольших камней, с имеющейся растительности. Он понимал: впереди жаркий и сухой день, путь неблизкий и сложный. Самое страшное для него — он не знал, как далеко находится от цели, сколько часов, а может, дней ему идти, ищет его кто-нибудь или нет, и кто именно — свои или чужие.

Вдали слева Игорь видел горы и понимал, что ему необходимо двигаться в этом направлении: там больше растительности, а это влага, может, даже и вода, тень и возможность, в случае чего, укрыться от посторонних глаз. Он направился в ту сторону, при этом двигаясь наискосок, так же стараясь идти и в сторону востока.

Солнце уже пекло очень сильно. Так как у Игоря был оторван один рукав, ему приходилось периодически надевать рубаху задом наперёд, чтобы уберечь от палящих лучей то одну руку, то другую. Он также оторвал нижнюю часть рубахи и сделал из неё бандану.

Алхимин медленно шёл по пустыне. Его одежда покрылась пылью и пропиталась потом. Солнце беспощадно палило, каждый шаг давался с трудом. Мозг отказывался нормально работать, мысли путались, концентрировать внимание было невозможно. Игорь направлялся к горам, но ему уже казалось, будто они удаляются. Он переживал, что ещё немного — и он потеряет сознание и погибнет в этой глуши. Вдруг на пути показался небольшой высохший кустарник. Борясь с болью во всём теле, путник направился к нему. Подойдя ближе, Игорь снял рубаху и растянул её между веток, создавая хоть какую-то тень.

Спрятавшись от солнца, он лёг на землю. Она ужасно обжигала раны на его теле, но у него не было сил идти дальше под палящими лучами. Он не спал всю ночь, силы покинули его. Закрыв глаза, Игорь даже не понял, то ли уснул, то ли потерял сознание. Даже боль в плече его не беспокоила — или он просто к ней привык.

Тут почему-то Алхимин вспомнил, как Лана предлагала ему продать квартиру, дачу, гараж и купить свой дом, где всё было бы в одном месте. Она очень хотела обустроить в нём сад: высадить деревья, кустарники, красивые цветы, чтобы они приносили тепло, уют и красоту в её душу. Игорь вспомнил, как они, проезжая мимо питомника растений, заскочили туда — ну уж очень ей хотелось. Тогда он увидел её взгляд. Он напоминал взгляд ребёнка, попавшего в «Детский мир», где ему пообещали купить всё, что он пожелает. Этот взгляд он никогда не забудет.

«Почему я не послушал Лану, почему я не отнёсся к её желанию со всем пониманием, ведь всё, что она хотела это было реально, возможно, — Игорь проклинал себя за невнимание к близкому своему человеку, к своей любви. – Почему мы имеем и не ценим, а теряем жалеем»? «Жениться нужно не на том, с кем хотел бы прожить всю жизнь, а на том, без кого не мог бы прожить, — вспомнилось ему такое выражение, — откуда я это помню? Человеческий мозг очень сложный орган, он порой преподносит такие неожиданные сюрпризы». Игорь лежал на земле, и всё—таки пытался вспомнить про это выражение. Ему это не надо было, но поддерживать себя и свой организм было необходимо, нужно было как—то продержаться до вечера и когда жара спадёт двинуться дальше. «О, чудо я вспомнил, — теперь он точно знал где слышал эту фразу. – Лана слушала аудиокнигу на кухне, когда готовила. Тогда я занимался своими делами и просто на заднем плане доносился текст, а теперь неожиданно эта фраза всплыла в памяти. – Игорь был в состоянии шока и растерянности». Наступил вечер, жара отступила, и он двинулся дальше, как передвигаться ночью он уже понял. Сколько он прошёл до утра Игорь не понимал, но идти было необходимо, что он будет делать, когда дойдёт до цивилизации и что делать дальше он пока не знал. «В моих руках жизнь и смерть, пустыня особа сложная, и нередко сводит людей с ума, — Алхимин вспомнил фразу из книги Коэльо. — Я ей так просто не сдамся». утром он продолжал идти по алжирской пустыне, раскинувшейся перед ним, как бескрайняя прерия, выжженная солнцем. Почва, горячая и безжалостная, обжигала подошвы, а воздух дрожал от зноя, словно жидкое марево. Боль в ключице, напоминала о себе с каждым шагом, но он, стиснув зубы продолжал свой путь. Атласские горы, далёкие и загадочные, манили его, обещая спасение. Найдя подходящий вариант, Игорь устроил, уже проверенное укрытие и улёгся, скрывшись от солнца, сил уже не было никаких, необходимо было отдохнуть. Усталость сказывалась во всём теле, и он стал отключаться. Ночь была его союзником, под звёздным небом, холодным и безмолвным, он двигался вперёд, сливаясь с тенями. Игорь понимал, что один неверный шаг, одна ошибка и он станет добычей, и он шёл, потому что остановиться означало погибнуть. С наступлением рассвета он увидел, что горы заметно приблизились понимая, что идёт в правильном направлении, стали появляться камни, на которых скопилась роса. На сколько возможно Игорь облизал их, пытаясь хоть как-нибудь удалить жажду. В этот момент он заметил отпечатки копыт. Внимательно изучив их, Игорь понял: они свежие. Кто-то бродил поблизости. Мужчина напрягся и, пригнувшись к земле, осторожно огляделся. Пустыня молчала, но теперь её тишина казалась зловещей. Вдали показался слабый, едва заметный дымок. Игорь замедлил шаг, стараясь не шуметь. Кто бы ни разжёг этот костёр, рассчитывать на дружеский приём не приходилось. И всё же огонь сулил воду, еду и, главное, лошадь. Вот только Игорь трезво оценивал свои силы: в его истощённом состоянии забрать всё это силой не удастся, а показаться чужаку — значит выдать себя.