Сны, которые приходят раньше

Ольга посмотрела. Да. Та самая стена, тот самый фонарь, тот самый булыжник. Она кивнула, не в силах произнести ни слова.

«Хорошо, — сказал Кольцов, пряча фотографию обратно. — Я не обещаю, что возьму это в разработку. Но я проверю ваши данные. И если у вас будет ещё один такой сон... звоните немедленно».

Он протянул ей визитку с номером мобильного. Визитка была простой, без лишних деталей — только имя, номер телефона и название управления.

Ольга взяла её дрожащими пальцами.

«Спасибо».

«Не благодарите, — ответил он, и в его голосе послышалась усталость. — Я не верю в вещие сны. Но я верю в совпадения, которые не могут быть случайными. И пока я не найду им объяснение, вы будете под моим неофициальным наблюдением».

Она встала, но на пороге обернулась:

«Майор... а что, если это повторится? Что, если я увижу, как он убьёт снова?»

Кольцов посмотрел на неё долгим взглядом. В его глазах было что-то, что она не могла понять — может быть, тревога, может быть, интерес.

«Тогда вы позвоните мне. И мы попытаемся успеть раньше».

Когда за Ольгой закрылась дверь, Кольцов ещё некоторое время сидел молча, обдумывая её рассказ. Затем он открыл папку с материалами дела и фотографиями места преступления. Совпадения требовали проверки. Он поручил сотруднику поднять дополнительные сведения по деталям, которые назвала Ольга, и проверить всё, что могло дать делу новое направление. Теперь ему предстояло понять, случайность ли это или за совпадениями скрывается что-то ещё.

Часть 3. Обратная дорога

Ольга вышла из участка на улицу и глубоко вдохнула холодный воздух. В груди всё ещё давило, но теперь к этому чувству примешивалось что-то другое. Страх? Нет. Скорее, странная уверенность — она сделала первый шаг.

Она шла по набережной Фонтанки, смотрела на серую воду, медленно тянувшуюся куда-то к заливу, и пыталась собрать мысли в порядок. Кольцов не выгнал её. Не засмеялся. Он принял её слова всерьёз, даже если и не поверил до конца. Это уже было больше, чем она ожидала.

Она остановилась у парапета и посмотрела на противоположный берег. Обычный городской вечер — огни в окнах, редкие прохожие, далёкий шум машин. Мир казался прежним, но внутри неё что-то необратимо изменилось. Тот сон был не просто случайностью. Он был посланием, которое она не могла расшифровать, но чувствовала каждой клеткой.

Почему я?— спросила она себя в сотый раз. Ответа не было.

Она представила, как будет жить дальше: завтра снова на работу, снова письма, снова привычная рутина. Но теперь она будет ждать. Ждать, что сон повторится. Ждать звонка от Кольцова. Ждать, пока тьма, коснувшаяся её сознания, заговорит снова.

Она заставила себя оттолкнуться от перил и пойти дальше. Домой. К тишине и остывшему чаю. Но в глубине души она знала: этой ночью она не уснёт спокойно. И следующий сон, если он придёт, будет страшнее.

Она не знала, кто был тем убийцей из её сна. Но она чувствовала его присутствие — холодное, уверенное, почти родное. И это чувство пугало её больше всего.

Дойдя до своего дома, она остановилась у подъезда, посмотрела на тёмные окна своей квартиры и тихо сказала в пустоту:

«Если ты существуешь... если это правда... я найду тебя».

Слова растворились в вечернем воздухе. Но они остались с ней — как обещание, данное самой себе.

Она поднялась на третий этаж, открыла дверь квартиры и вошла внутрь. В квартире было тихо. Только холодильник гудел в темноте кухни, да где-то за стеной слышалась музыка из соседней квартиры — старая мелодия, которую Ольга не могла узнать.

Она разделась, повесила пальто на вешалку и прошла в комнату. Включила настольную лампу, и её жёлтый свет разлился по столу, освещая книги, блокнот, чашку с остывшим чаем. Всё было на своих местах, как и должно быть.

Но внутри неё ничего не было на своих местах. Внутри неё был хаос.

Она села за стол и снова открыла блокнот. Перечитала записи, которые сделала утром. Сон, факты, совпадения. Всё сходилось. Всё было слишком точным, чтобы быть случайностью.

Она закрыла блокнот и посмотрела в окно. Город за окном был тёмным и безмолвным. Где-то там, в этом городе, был тот, кто убил женщину в коротком пальто. И она, Ольга, каким-то образом видела это.

«Кто ты?» — прошептала она в темноту.

Ответа не было. Только тишина, которая была громче любого крика.

Она легла в кровать, но не могла заснуть. Лежала в темноте, прислушиваясь к каждому звуку, к каждому шороху за окном. Сердце билось ровно, но внутри всё дрожало.

Она чувствовала, что скоро сон вернётся. Она не знала, когда и как, но она знала, что это произойдёт. И когда это случится, она будет готова.

Он пока не знал, что именно окажется следующим.

Однако майор сознательно не сообщал ей новых подробностей. Он хотел проверить, сможет ли она самостоятельно описать следующий эпизод, если такой произойдёт. Для него это было не вопросом веры в мистику, а попыткой отделить реальные сведения от информации, которую она могла получить косвенно.

После первого разговора Кольцов не забыл об Ольге. Он поднял материалы дела ещё раз и попросил следователя показать ему только те детали, которые не публиковались. Несколько пунктов совпали с её описанием настолько точно, что он перестал считать случившееся обычной случайностью.

Он сделал это не только из профессионального упрямства. За двадцать лет службы Кольцов привык доверять проверяемым деталям, но ещё сильнее он не любил ситуации, в которых человек мог оказаться беззащитным из-за того, что его словам никто не придал значения. Он никому не говорил об этом вслух и сам считал такую мысль излишне личной. Поэтому к делу Ольги он возвращался снова и снова, даже когда формальных оснований для этого было немного.

Глава 3. Второе касание

Часть 1. Ожидание

Следующие два дня прошли в тусклом, тягучем ожидании. Ольга ходила на работу, перебирала письма, отвечала на вопросы Светы, которая то и дело косилась на неё с тревогой.

«Ты какая-то бледная, — заметила Света за обедом. Они сидели в небольшом кафе на первом этаже университетского корпуса, где пахло кофе и свежей выпечкой. Света жевала круассан, Ольга просто помешивала чай, не делая глотка. — Может, сходишь к врачу?»

«Всё в порядке, — ответила Ольга, стараясь улыбнуться. — Просто не выспалась».

«Опять кошмары?»

«Нет. Просто бессонница».

Света посмотрела на неё внимательнее, потом отодвинула пустую чашку. «Ладно, сегодня не буду устраивать допрос. Но давай договоримся: если станет совсем тяжело, не оставайся с этим одна. Можешь просто позвонить мне, даже если не захочешь ничего объяснять».

«Слушай, — сказала Света, откусывая ещё кусок круассана. — А давай сходим в кино в выходные? Что-нибудь лёгкое, комедию. Отвлечёшься немного».

Света уже достала телефон и начала искать сеансы. Она делала это с такой деловитостью, будто организация чужого вечера была официальной задачей. «И не спорь, — сказала она. — Я знаю, что ты скажешь, что у тебя дела. Поэтому я уже выбрала два варианта. В субботу ты свободна». Ольга рассмеялась. В этой настойчивости было что-то спасительное: Света не пыталась разгадать её тайну, а просто напоминала, что кроме неё самой и её страхов существует обычная жизнь.

«Может быть, — ответила Ольга, хотя знала, что не пойдёт. Она не могла никуда пойти, зная, что в любой момент сон может накрыть её снова.»

Она не врала, когда говорила, что не выспалась. Она действительно не спала — вернее, спала урывками, просыпаясь от каждого шороха, каждую секунду ожидая, что сон накроет её снова. Но ночи были пустыми. Тихими, тёмными, без единого образа. И это молчание пугало её больше, чем любой кошмар.

Она боялась, что сны ушли навсегда, и она никогда не узнает правду. Но она боялась и того, что они вернутся.

На третий день позвонил Кольцов. Голос в трубке был сухим, как всегда, но в нём слышалась усталая сосредоточенность.

«Ольга, я проверил вашу информацию. Несколько деталей действительно совпадают с теми, что не попали в прессу. Мы не разглашали способ нападения, но вы описали его достаточно точно. Это... странно».

«Вы мне верите?» — спросила она, затаив дыхание.

«Я верю в факты. А факты показывают, что вы знали то, чего не могли знать. Как — я не понимаю. Но я держу ваше дело открытым. Если что-то повторится — сразу звоните».

Она пообещала. И снова осталась одна со своим страхом и вопросами.

Она думала о том, что сказал Кольцов. «Вы знали то, чего не могли знать». Это означало, что её сны были реальными. Что она действительно видела убийство. Но как это возможно? Как её сознание могло оказаться там, в том проезде, в тот момент?

«Что со мной происходит?» — спрашивала она себя.

Ответа не было. Только тишина и ожидание.

Часть 2. Сон без предупреждения

Он пришёл на четвёртую ночь. Не как падение, а как резкий поворот головы — мгновенный, без плавного перехода.

Ольга стояла на мосту. Нет, не стояла — она шла. Но её тело двигалось медленно, почти невесомо, как будто она плыла над камнями. Вокруг было холодно, ветер с реки трепал волосы, и пахло гарью — далёкой, почти неуловимой, но отчётливой.

Мост был чугунным, с ажурными перилами, которые она могла бы описать до мельчайших деталей, если бы проснулась. Фонари горели тусклым жёлтым светом, отражаясь в тёмной воде внизу. Берега были разными: один низкий, с деревьями, другой высокий, с домами, у которых были высокие крыши.

Она смотрела на свои руки. Они были в тёмных перчатках. Чужих перчатках. И в них был зажат какой-то предмет — металлический, холодный, тяжёлый. Она не могла разглядеть его форму, но чувствовала его вес и холод, пробирающийся сквозь кожу.

Впереди, метрах в двадцати, шла женщина. Высокая, в длинном пальто, с сумкой чер