Александр Дичиков.

Загадка древнего завета. Исторический детектив



скачать книгу бесплатно

11

Его близкий друг Елифаз говорит Иову, что ты сам в своё время умело наставлял очень многих людей, и падающих вовремя поддерживал. А вот теперь, когда настоящее бедствие дошло до самого тебя, и прямо коснулось тебя своим горьким пламенем, ты, дорогой, сразу упал духом. Елифаз говорит известному праведнику, что всякому несчастному есть ещё какая-то где-то надежда.

Библейский праведник пытается в силу возможного объяснить, что для разумной надежды должны быть более менее веские основания.

«Что за сила у меня,

чтобы надеяться мне?»

(ИОВ 6—11)

В интересный разговор вступает ещё один хороший друг Иова– Вилдад. Он находит быстрый ответ на вопрос о причинах многочисленных бедствий Иова. Этот ответ был не только быстрый, но и очень простой. Вилдад уверенно заявляет, что если сыновья Иова явно согрешили, то и получили за это своё наказание.

Однако Иов не принимает таких лёгких ответов. Он заявляет, что хотя бы и прав был он тысячу раз, говорить об этом откровенно бесполезно. Иов очень хорошо знает, что где действует сила, там не может быть настоящего суда. И если Иов будет резонно оправдываться, то это же самое его оправдание и станет ему главным обвинением. Иов уверенно говорит, что если он действительно невинен душой, то это есть уже первое против него большое обвинение.. Главное при этом условие– опровергать человеческие представления о добре и зле, и именно через искажённую человеческую логику представлять всё это как логику высшую, особую, доступную только для отдельных «избранников духа».


Во второй раз берёт себе слово Елифаз, и категорически утверждает, что любой человек как личность сам по себе настолько нечист и безобразен, что не имеет никакого права на что-либо претендовать и отстаивать какие-то права. Даже небесные силы и те нечисты, не говоря о простом человеке. А всё, что окружает человека в жизни– это дешёвая суета.

«Пусть не доверяет

суете заблудший»

(ИОВ 15—31)

Псевдонаучная философия всех этих друзей не может смутить самого Иова, поскольку он был не только Иовом, но и известным праведником. В паутину внешне простой и доступной демагогии, которая призвана уловлять тысячи «трезво рассуждающих», не может угодить сам Иов, так как это был муж действительно разумный и самостоятельно думающий. Библейский праведник прекрасно знает, что логика всегда одна, и что человек всегда один. Иов также знает, что отказываться от земных реалий и красиво плавать в небесных облаках – это главное извращение в жизни.

Жалкими утешителями называет Иов своих этих данных собеседников. Он как бы заранее имеет при этом в виду, что любые утешители– всегда жалки, потому что только утешают. Он желает, чтобы был всё же конец этим ветреным словам. Это пожелание раздаётся со страниц Книги Писания. Он опасается, чтобы ветреные слова не стали разлетаться по сторонам..

Он горько заявляет, что даже среди этих споров сохранял бы своё спокойствие, если бы не эти постоянные язвительные насмешки и упрёки.

Иов изрекает замечательное пророчество:

«Они ночь хотят превратить в день,

свет приблизить к лицу тьмы»

(ИОВ 17—12)

Иов сожалеет, что явные беззаконники проводят всю свою жизнь в роскоши, а другой умирает с душою огорчённою, совсем не вкусив добра. И затем они вместе будут лежать во прахе. Конечно, даже этому можно найти при желании «разумное» объяснение.. И у таких людей, как Иов, тогда появляется последний вопрос – а на какую несуразность нельзя найти псевдоразумного ответа?

«Вы хотите утешать меня пустым?

В ваших ответах остаётся одна ложь»

(ИОВ 21—34)

Задетый и обиженный Елифаз, раз Иов не воспринимает как положено со смирением его «большой истины», как верный ученик своего учения, сразу заявляет, что у Иова «злоба велика», что его беззакониям нет конца, что он брал у людей залоги буквально ни за что, и с полунагих снимал подло последнюю одежду, и бедных сирот оставлял с пустыми руками, и не подавал никому воды напиться. На месте Иова можно задать известный вопрос из кинокомедии:» Простите, а часовню я тоже разрушил?».

За увлекательным спором этих товарищей внимательно следил их общий знакомый Елиуй. Он разгневался на Иова за то, что тот занимается самооправданием.

Но ещё большим был благородный гнев Елиуя на троих друзей Иова за то, что они, сволочи, не нашли что отвечать в полемике. Из этих друзей плохие были бы комиссары. Настоящий «мыслитель» на каждое слово всегда найдёт три ответных. А эти трое беспомощно растерялись только от того, что Иов действительно умный собеседник, а не простодушный болван,

12

В конце этого поучительного библейского повествования Иов ещё раз убеждается в бесперспективности безумных попыток постичь то, что выходит за пределы простого разумения.

«Я говорил о том, чего не разумел,

о делах чудных для меня,

которых я не знал»

(ИОВ 42—3)

Также, как и благоразумный Иов, не могут этого вполне понять и другие дискутирующие. Во всех словах праведника Иова чувствуется внутренняя уверенность в себе, чувство превосходства над оппонентами в споре. У оппонентов главные доводы– страх, испуг. У праведника Иова главное в разговоре– молчаливое презрение к «испепеляющей любви». Слишком много таких «утешителей» лезет к человеку в его жизни, и только в поговорке их можно отправить в музей.. « Ловцы душ» делают свою работу – они ловят. На каждую тысячу больных всегда есть свои кудесники.

В своё время апостол Павел на горьком примере жителей города Коринфа лично убедился в правоте библейской истины:

«Лукаво сердце человеческое более всего

и крайне испорчено, кто узнает его?»

(ИЕРЕМИЯ 17—9)

И ещё ранее тот же праведник Иов познал не меньшую важность другой похожей истины:

«Берегитесь каждый своего друга,

и не доверяйте ни одному из своих братьев,

ибо всякий брат ставит преткновение

другому, и всякий друг разносит клеветы»

(ИЕРЕМИЯ 9—4)

Абсолютно в силу именно этих истин о ценности любого друга вождь социалистической революции Ленин в преддверии своей кончины решил вдруг реорганизовать Рабкрин для контроля за «своими братьями» в руководстве партии. Через тридцать лет, когда пришло время состариться новому вождю, перед ним встали те же самые вопросы «о контроле». Сталин давно уже взял себе за основное правило библейскую истину:

«В стыде и посрамлении останутся все,

раздражённые против тебя,

будут как ничто и погибнут

препирающиеся с тобой»

(ИСАИЯ 41—11)

После таких замечательных слов как не полюбить навеки Книги Ветхого Завета? На этом отдельном примере наглядно видно, что мало кто как Иосиф Сталин мог прямо соблюдать библейские истины. Немало было тех, кто действительно препирался с генсеком, и заслуженный вождь партии старался всегда, чтобы все они были «как ничто».

В октябре 1952 года на Пленуме Центрального Комитета партии Иосиф Виссарионович сделал своё последнее завещание. Он сам ещё не знал, что это будет его последнее выступление в жизни. Но после семидесяти лет каждый должен быть готов к самому худшему.

Буквально вслед за апостолом Павлом генеральный секретарь мог уверенно сказать —«для меня действительно совсем мало значит, как судите все вы обо мне». В ходе выступления вождя выяснилось, что он буквально повторяет ещё одну ценную мысль апостола из Первого Послания к Коринфянам – « как я не иду к вам на Пленум, то некоторые у вас явно возгордились». И это выступление Сталина тоже было очевидным Посланием, но только не к Коринфянам, а к… кремлёвцам.

И как библейский праведник Иов отчаянно спорил со своими друзьями, так и оратор на Пленуме ЦК неожиданно затеял грозную полемику. Он сразу же самокритично заявил, что в руководстве партии нет единства и согласия. Если принять во внимание бурные события в Кремле всего через восемь месяцев, в июне пятьдесят третьего, то пророком генсек был неплохим.

Ещё апостол Павел в том же самом Послании строго предупреждал своих последователей, чтобы никто не вышел за дозволенные рамки самоуверенности и вседозволенности:

«Для того, чтобы никакая

плоть не хвалилась»

(1-е КОРИНФЯНАМ 1—29)

Такой излишне «хвалящейся плотью» оказался, по словам докладчика, дорогой товарищ Молотов. Оказывается, Молотов предложил передать наш Крым евреям. И это уже не только простая ошибка Молотова, это уже – на грани провокации. Ведь тем самым дорогой товарищ Молотов становится адвокатом посторонних претензий на наш Советский цветущий Крым. По мнению докладчика, такое предложение Молотова нарушало нормальное развитие советской республики в Биробиджане.

13


И на этом недостойное поведение товарища Молотова не заканчивалось. Оказывается, говорилось в докладе, он так много доверяет своей жене, что как только наше Политбюро принимает какое-то важное решение, жена Молотова уже знает обо всём в подробностях. Тем самым эта «неравнодушная жена» автоматически становится потенциальным филиалом какой-нибудь вражеской разведки. А среди близких друзей и подружек этой жены есть немало тех, кому явно нельзя полностью доверять. Излишнее преступное доверие к своей жене становилось политическим приговором Молотову. В отличие от вождя партии Вячеслав Михайлович никогда не учился в духовной семинарии. и не был знаком как надо с поучительным Посланием апостола Павла. А иначе он бы подробно знал цитату из Послания Павла: « Я хочу, чтоб вы были без забот…

А женатый заботится…,

как угодить жене»

(1-е КОРИНФЯНАМ 7—32,33)

В довершение всего выступающий сообщил, что Молотов во время дипломатического приёма дал согласие английскому послу издавать в нашей светлой стране их буржуазные газеты. Этот факт дал повод Сталину назвать полушутя Молотова «английским шпионом». Скорее всего, генсек применил это выражение в шутливом, переносном значении, так как сам Молотов после октябрьского Пленума продолжал плодотворно трудиться в Центральном Комитете..

На торжественной «раздаче горячих блюд» следующим в выступлении генерального секретаря партии оказался товарищ Микоян. Этот себе взял и выступил против высоких налогов на крестьянство, ничего не разбираясь в вопросе. А мудрый вождь и учитель Сталин всегда учил, что советский мужик из деревни есть постоянный должник перед партией и государством, и все свои долги должен отдавать сполна. Микоян думал заработать себе дешёвый авторитет на популизме.

И Молотов, и Микоян слушали это выступление затаив дыхание. Они пока не знали, на чём остановится грозный оратор, и чем всё это закончится. Любой из них двоих мог в эти минуты повторить горькое признание ветхозаветного Иова:

«И дух прошёл надо мною,

дыбом стали волосы на мне»

(ИОВ 4—15)

После этого престарелый лидер партии зачитал список из тридцати шести членов нового Президиума ЦК. В этом сталинском списке вдруг оказалось много новых малоизвестных фамилий– Суслов, Брежнев, Устинов, Громыко. Бывалые члены партийного ареопага растерянно переглядывались – они явственно видели, что эстафета партийного руководства будет отдана не им.

В заключение докладчик сделан неожиданное заявление о своей полной отставке. Он прямо сказал, что уже он довольно стар, что не может читать бумаг и работать с прежней энергией. И вдруг на сцену вышел Георгий Маленков и начал кричать, что мы должны решительно потребовать, чтобы товарищ Сталин оставался генеральным секретарём партии. Георгий отлично понимал, что если преемником вождя станет кто-то из «молодых», то в отсутствие Виссарионовича им, «старикам», не сдобровать. Слишком многое их вместе связывало и повязывало, в том числе, и малограмотного Хрущёва.

Скромное согласие Сталина остаться всё же на высоких государственных постах стоило ему очень дорого. Октябрьский Пленум Центрального Комитета партии явился в определённом смысле малым государственным переворотом, и для товарищей Хрущёва, Маленкова и Берии стал сигнальной ракетой в необычной «избирательной» гонке —гонке на выживание. Они втроём волею судьбы оказались как бы в одной лодке. Летом следующего года будет иметь место более серьёзный государственный переворот– со смертельным исходом. Но самый драматичный государственный переворот раскрутится немного позже-летом пятьдесят седьмого.

Раскритикованный Молотов в эту лодку попасть не мог. А четвёртым в компании окажется товарищ Булганин. Пройдёт несколько месяцев– и одного из четырёх придётся выбросить за борт. Другие полетят за борт через четыре года. Эти бурные события в Москве невольно предчувствовал праведник Иов.


«Но братья мои неверны, как

поток, как быстро текущие ручьи»

(ИОВ 6—15)

Через два месяца после исторического Пленума подоспел как раз день рождения товарища Сталина. Всё это время Молотов и Микоян мучительно ожидали, что в любой возможный прекрасный день их могут культурно арестовать. Это было совсем не событие для тех лет. А после же ареста обычно приходила очередь расстрела.

Когда все члены партийной верхушки своевременно поехали на именины соратника и вождя, Молотов и Микоян оказались в трудном положении не приглашённых родственников. Если поехать– это будет сильно рискованно, а совсем не поехать– это будет ещё страшнее. Двое «оступившихся» интенсивно обсуждали между собой жизненно важный вопрос.

14

.Позвонили вдвоём Берии и Хрущёву. Те ответили, что надо ехать. Проницательный праведник Иов горячо переживал за парней, понимая их положение.

«Когда ложусь, то говорю:

«когда-то встану?» (ИОВ 7—4)


Именинник агрессивно воспринял появление на вечере Молотова и Микояна. Он строго выговорил Берии, что именно тот с Хрущёвым созванивался с «отступниками». Он попросил передать этим обоим, что больше им не друг и не товарищ. Вячеслав и Анастас отлично понимали, что это могло значить.

Во всей своей нелёгкой деятельности Сталин всегда учитывал трагический опыт ветхозаветного царя Годолии. Согласно библейского рассказа Годолия был начальником своей страны. Граждане этой страны побаивались соседних халдеев из-за их врождённой наглости. Годолия, вступив на трон, торжественно заявил, что он будет представлять законные интересы своего народа перед этими халдеями. И многие добропорядочные жители этой страны тогда возвратились из изгнания в свою родную землю, чтобы собирать вино и летние плоды, посещать партийные собрания, воспитывать своих детей.

Но тут– почти как в сказке о мальчише-Кибальчише– пришла беда откуда не ждали. Группа крупных военачальников явилась к царю Годолии в его столицу Массифу. Эти военные чины сообщили своему царю, что их давний противник Ваалис прислал своего агента для организации убийства Годолии. Но царь Годолия был настолько большой гуманист, что не поверил этим словам военных.

Тогда доблестный Ионанан, желая спасти положение и спасти режим, тайно встречается с Годолией и просит тайного поручения пойти и организовать убийство этого Исмаила, чтобы никто ничего и не узнал.. Нельзя ведь допустить убийства царя Годолии.

«Годолия… сказал Ионанану…

«не делай этого, ибо ты неправду

говоришь об Исмаиле»

(ИЕРЕМИЯ 40—16)

А очень скоро Исмаил и его помощники вероломно убили Годолию, и свергли законную власть. Убийство царя сопровождалось большой резнёй всех верных ему людей. И когда восемьдесят человек из других городов пришли в город Массифу, чтобы почтить царя Годолию, злобный Исмаил впустил их в город, а затем вероломно всех убил и бросил в ров

Поставить на место злодея пришлось тому самому военачальнику Ионанану. Ионанан принял правление в свои руки.

С учётом библейского опыта царя Годолии товарищ Сталин любых возможных исмаилов нейтрализовывал упреждающе. Всё время Виссарионович любил сначала выслушать мнение других, и только затем в завершение высказать своё мнение. Это давало ему возможность корректировки. Хитрый Микоян старался не торопиться, а сначала пронюхать, как думает начальник.

Советского лидера разумной и осторожной политике учило и Писание, и поучительный опыт истории. А поучительная история началась совсем не с Октябрьской революции, а заметно раньше. Зная её, можно смело утверждать:

«Размышления сердца моего-знание»

(ПСАЛОМ 48—4)

Где-то в середине десятого века византийский царь Роман прислал богатые дары русскому царю с тем, чтобы тот согласился совершить внезапное нападение на хазарский город Самкрай. Русичи прельстились получением ценных подарков и обещаниями бонусов, и глубокой ночью захватили спящий город. В ответ хазарский предводитель Песах был вынужден начать громить византийские города. Освободив многих пленных соотечественников, Песах двинулся против русичей и сильно побил их. Песах принудил русского царя объявить войну уже Византии. Русское войско было вынуждено целых четыре месяца осаждать Константинополь. Но и здесь русичей ждала новая неудача. Их войско было разгромлено. Сам русский царь быстро бежал в Персию, где вскоре погиб с жалкими остатками своего войска. Погоня за дешёвыми дарами в данном случае сопровождалась непродуманной политикой.

«Выкопали предо мною яму,

и сами упали в неё»

(ПСАЛОМ 56—7)

В похожую яму неловко угодил и сам Вячеслав Молотов ещё осенью 1945 года. Почувствовав сильное недомогание, Иосиф Виссарионович решил уйти в длительный отпуск для поправки здоровья. Свои царские полномочия он решил временно передать именно Вячеславу. И таким вот образом Вячеслав становился главным царским наследником на тот период времени. Для Вячеслава начиналось то, что закончилось так плачевно через семь лет– в октябре 1952 года.

«Хотя бы я и прав был,

но не буду отвечать» (ИОВ 9—15)

15

Сталин покинул Москву и прибыл на лечение в южные Гагры, поближе к своей родине. Там у него скоро произошёл серьёзный сердечный приступ. А Молотов в Москве чем-то напоминал ветхозаветного Иова. У него тоже было три близких друга для доверительных разговоров о политике и судьбах социализма. Это были Микоян, Маленков и Берия.

Телеграфное агентство Советского Союза неосмотрительно дало официальное сообщение о том, что дорогой товарищ Сталин уехал на отдых.. Об этом факте можно было и не объявлять публично, но заранее не подумали. В западной прессе быстро появились различные публикации о состоянии здоровья советского генсека, и о его возможных преемниках. Буржуазная пресса бесконтрольна-болтают что хотят.. И когда безыдейные западные издания разглагольствовали о том, что, возможно, скоро генсеком в Советском Союзе станет господин Молотов, сам Вячеслав Михайлович на официальном приёме предложил смягчить цензуру для заграничной печати. Это был серьёзный прокол

Более того, по указанию Молотова в «Правде» печатается доклад… Черчилля с похвалами в адрес советского народа и его толковых руководителей. Но сам товарищ Сталин был не настолько больной, как могло показаться тому же Вячеславу.

Взволнованный генсек немедленно сообщает Вячеславу, что недопустимо раболепствовать перед буржуазными политиками, и что советские руководители не могут нуждаться в зарубежных похвалах. Умеющий находить причинную связь в явлениях и событиях, Сталин желает найти прямую связь между жалкими уступками Молотова и скандальными статьями в западной продажной прессе. В это время Маленков, Берия и Микоян усиленно пытаются в силу возможного защитить своего товарища по работе. А насколько это трудно– хорошо знал ещё апостол.

«Посему, страдает ли один член,

страдают с ним все члены» (1-е КОРИНФЯНАМ 12—26)


Сталин гневно набрасывается и на этих друзей за моральную поддержку Молотова, и выдаёт хорошую фразу о том, что никто из нас не имеет права действовать самолично, а Молотов забрал себе это право. В устах вождя такая фраза выглядела монументальной.

«Посмешищем стал я для

друга своего» (ИОВ 12—4)


Не прибавляло хорошего настроения и чрезвычайное происшествие в далёкой Канаде. В сентябре из советского посольства в Оттаве бежал шифровальщик Игорь Гузенко. Он передал канадцам более ста важных секретных документов. О бегстве советского шифровальщика стало сразу известно канадским спецслужбам. Растерявшись от такого подарка, премьер-министр Канады Кинг начал интенсивные консультации с США и Великобританией на предмет того, как лучше воспользоваться целой кипой секретных документов.

«Знаю я ваши мысли и ухищрения,

какие вы против меня сплетаете» (ИОВ 21—27)


В Москве хотели быстро замять вопрос в рабочем порядке. Советское посольство направило возмущённую ноту канадской стороне с указанием на то, что мелкий мошенник Гузенко похитил государственные деньги, и должен быть выдан обратно. Посольство также деловито пожаловалось на грубое поведение местных канадских полицейских по отношению к советским сотрудникам, проникшим в квартиру беглеца. В ответ канадские власти дали не менее элегантный ответ о том, что им совсем ничего не известно о местонахождении «ворюги» Гузенко.

Советский посол в Канаде Геннадий Зарубин в эти дни лично встречается с премьером Кингом, но в ходе состоявшегося разговора так и не удалось договориться.

Документы, которые передал Канаде перебежчик Гузенко, представляли собой уникальный источник. Они давали объёмное представление о механизме работы советской военной разведки, о круге интересов военной разведки, механизме вербовки.

Игорь Гузенко готовился к побегу очень долго, и за это долгое время он смог отобрать самые важные документы. Они содержали значительную информацию практически обо всём, к чему в Канаде проявляла свой интерес советская разведка.


Похищенные документы позволили канадским спецслужбам выявить около тридцати канадских граждан, упоминавшихся под конспиративными именами. Было установлено, что некий «Грин», сотрудник министерства вооружения, передал советской стороне десятки чертежей и проектов по танкам и кораблестроению. Установить личность данного «Грина» так и не удалось.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное