Александр Бедрянец.

Ангел-насмешник. Приключения Родиона Коновалова на его ухабистом жизненном пути от пионера до пенсионера. Книга первая. Школьные годы чудесные



скачать книгу бесплатно

Подобного рода трудовой энтузиазм иногда проявлялся очень забавно. Сын учительницы Клавдии Захаровны Витя подружился с одноклассником Борей по прозвищу Шлынный. Витя был ухоженным домашним мальчиком, для которого заправка кровати являлась самой тяжёлой домашней обязанностью. Шлынный был сыном вдовы колхозницы и по хозяйству делал всё, даже иногда доил корову. Жили они друг от друга недалеко, и как-то раз Витя пришёл к Боре, но тот оказался занят. Он делал кизяки. Технология этого процесса отработана столетиями. На отгороженном досками небольшом пространстве хоздвора Шлынный босыми ногами месил коровий навоз, подбрасывая туда подстилочную солому для прочности будущего топливного брикета. Затем с помощью деревянных формочек из этой массы делались кирпичики. Подсохнув, они укладывались в пирамиды для полного высыхания. В те годы с углём было непросто, и многим приходилось топить печи по старинке. Витя загорелся помочь товарищу, и хотя Боря его отговаривал, мол, нечего зря вымазываться, разделся и включился в процесс. В это время он зачем-то стал нужен Клавдии Захаровне, и она пошла его искать. Борина мать сказала, что ребята на хоздворе. Увидев своего интеллигентного сыночка, с увлечением ковыряющегося в навозе, учительница зашаталась и едва устояла на ногах. Она набросилась на Борю, но тот оправдался, что не принуждал Витю. Последовал домашний арест, но Витин отец его отменил. Он сказал, что любой труд баловством, хулиганством или вредной привычкой не является, и отвёл Витю в авиамодельный кружок. Однако первый рабочий опыт оставил у Вити сильное впечатление, и когда он вырос и выучился, то стал начальником кирпичного завода.

Но такой бескорыстный энтузиазм бывал нечасто. Обычно для труда имелся некий стимул. На уборке фруктов, овощей или кукурузы платили собираемым продуктом. Мерой оплаты для фруктов, помидор и винограда были вёдра, а для остального мешок. В общем, кто сколько мог поднять и унести за один раз.

Но были и нематериальные стимулы. Например, возможность покататься. Кататься любили все. На чём угодно, лишь бы оно ехало – велосипед, лошади, волы, поезд или автомобиль. Во время уборки зерновых и заготовки силоса колхозные шофера пользовались этой страстью к езде и катали ребятишек, выбирая кого покрепче, но взамен те должны были разгребать при погрузке зерно деревянной лопатой или зелёную массу просто руками.

Родионов дядя Митя был хитрым мужиком. Работал он шофером в колхозе «Первомайский» и при случае брал Родиона в кабину покататься, но за это нужно было выполнять его поручения, порою не очень благовидные. Когда дядя Митя убедился, что племянник уверенно достаёт ногами педали, то в очередную уборку научил его управлять грузовиком ГАЗ-51. Под руководством дяди Родион за три дня практики освоил искусство вождения машины по полям. Он стал уверенно возить зерно от комбайна на мехток, а дядя Митя в это время отсыпался в условленном месте где-нибудь в лесополосе, а затем отправлялся крутить шашни с колхозной поварихой.

Но счастливому Родиону до этого не было дела, и на несколько лет они стали добрыми приятелями.

А ещё была толока. Она организовывалась при строительстве дома, когда в один день нужно было переработать большое количество замешанной с соломой глины – изготовить саман для стен или обмазать готовые стены и навалить потолок. Это было что-то вроде субботника. Люди жили дружно, и в назначенный день, обычно в воскресенье, человек тридцать соседей и знакомых сходились на «саман» или «мазку». Работа делалась весело, с шутками и прибаутками. Вечером хозяева ставили щедрое угощение, которое заканчивалось танцами под баян. В станице это мероприятие называлось «замес». И вполне логично, ведь слово толока означает то же самое.

Сам замес делался накануне в субботу, и вот тут мальчишки выходили на первый план. Глину с соломой месили лошадьми, которыми нужно было править, и мальчики подходили для этого лучше всего по причине малого веса. Лошади ведь тоже устают. Для езды верхом охлюпкой, то есть без седла, нужна определённая сноровка, но у ребят она имелась. На самом деле гонять лошадь по кругу в вязкой глине занятие нудное, однако главное удовольствие было впереди. По окончании работы на заляпанных и усталых лошадях шагом ехали за станицу на речку, где их купали и купались сами. Затем, тщательно согнав с коней воду, их «прогревали», то есть устраивали скачки до конюшни. Рабочие лошади, бегавшие только кентером, неважные скакуны, но мальчиков в этом качестве они устраивали.

Уже тогда Родион отметил благотворное влияние красной глины на человека. Женщины мазали глину прямо руками, а после этого кожа на них очищалась и молодела на глазах. Вообще глина, как материал, и изделия из неё биологически совместимы с организмом человека. Дом из самана не только экологичен, но и весьма практичен. При относительной дешевизне зимой в нём хорошо сохраняется тепло, а летом прохлада.

Но самым увлекательным было ежегодное пребывание в школьной производственной бригаде, которую жители для краткости называли пионерлагерем. В сущности от стандартного пионерского лагеря школьная бригада отличалась пребыванием в ней старшеклассников-комсомольцев и четырьмя часами работы на колхозных полях, огородах и виноградниках. Сам лагерь располагался километрах в двух от станицы на живописном берегу речки Камчи вдоль красивой тополиной аллеи. В определённом смысле лагерь был подразделением колхоза «Первомайский», так как школьники трудились на его землях. Колхоз предоставлял материальную базу, гужевой транспорт, лошадей и снабжал продовольствием. И даже платили зарплату, в основном, правда, символическую. Бывало, что пионеры за сезон получали по двадцать копеек, но никого это не волновало. Все знали, что лагерь не Клондайк, но ехали на трудовую четверть с удовольствием. Это был тот редкостный случай, когда навязанное сверху мероприятие было ребятам по душе.

Ещё бы! Романтика палаточной жизни на природе вдали от родительского дома. Новая свобода от смены обстановки. Весёлая атмосфера коллективного труда и быта захватывала даже лодырей. Работа на свежем воздухе только разжигала здоровый аппетит, а кормили как на убой. Колхоз был не бедный и продуктов не жалел. Блюда готовились простые, но разнообразные и питательные. Свежий мёд присутствовал на столе ежедневно. Ребята росли и здоровели на глазах. Не подавали только фрукты, потому что в десяти метрах от палаток находился сад, в котором было разрешено рвать любые фрукты в любое время и в любых количествах. Сады в ту пору ядохимикатами не обрабатывались, и плоды были экологически чистыми. Массовых нашествий вредителей не было, а с обычными червячками и гусеницами управлялись воробьи, скворцы, кукушки и всякие другие птички.

После обеда был «тихий час», а потом начинались развлечения по вкусу – футбол, рыбалка, шахматы, олимпиады, викторины и купание в речке. На берегу Камчи был оборудован песчаный пляж с деревянной вышкой для прыжков в воду. В общем, кто во что горазд. И через день кино, и через день танцы. На выходные готовились концерты самодеятельности. Также два или три раза за лето выездные бригады ростовских театров, чаще всего ТЮЗа, играли настоящие спектакли. Для этой цели за штабным вагончиком была сколочена вполне приличная сцена. Вечерами играли в огромный «ручеёк», и всегда находилось время для весёлых розыгрышей и шуток.

Распорядок дня был обычным для пионерского лагеря и слегка напоминал армейский. Линейка, поднятие флага, распределение на работы, наряды и вечерняя поверка. Назначались ночные караулы из двух мальчиков и двух девочек постарше, сменяющихся через два часа. Штабной вагончик разделял ряд палаток на мужскую и женскую часть. Мальчики патрулировали свою половину, девочки свою, но это не мешало им присесть где-нибудь под грибком и поболтать о том о сём. Нарушения карались нарядами вне очереди. Штрафник должен был в свободное время прополоть рядок винограда длиной метров триста. Два наряда – два рядка. Самым тяжёлым наказанием было изгнание из лагеря, но ребята знали меру, и при Родионе такого не случалось.

И были первые чувства. В неформальной обстановке люди открываются с непривычной стороны. Вдруг оказывалось, что троечник Коля хорошо играет на гитаре и знает много весёлых историй. А неприметная Галя, сменив коричневый школьный фартук на лёгкую белую блузку, преображалась в интересную девушку, на которую лавиной обрушивалось юношеское внимание.

Блатных должностей не было. Бригадирами и звеньевыми были учителя и студенты пединститута на практике. Единственным человеком со стороны была колхозная повариха. Всё остальное ребята делали сами. Смены были разной длительности. Для пятиклассников одна неделя. Далее по нарастающей до месяца. Этот месяц старшеклассники, практикуясь в вождении техники, работали на тракторе и комбайне. По окончании школы они получали права тракториста третьего класса.

Поражённая столь насыщенной жизнью, Вера Максимовна спросила Родиона:

– При такой занятости тебе, должно быть, и в гору глянуть некогда было? Просто помечтать, разглядывая облака в небе и букашек в траве.

– Ничего подобного! Иногда нам нравилось просто любоваться природой, хотя мы и не знали слова эстетика. Время от времени ребята устраивали походы по району. В этом деле была одна тонкость. Если поход имел практическую цель, например, просто нарвать в посадке жердел, то мы ехали на велосипедах или на каком-нибудь другом транспорте. А созерцать природу всегда шли пешком. Поводы были, но какие-то непрактичные – пододрать сорочьих яичек или попробовать необыкновенно вкусной воды из далёкого степного колодца.

Однажды весной мы отправились за воронцами. Нас было четыре мальчика и три девочки. Идти нужно было километра четыре за лиман, где степь была ещё непаханой, и где ещё можно было увидеть ковыли. Когда мы пришли на место, то открывшийся пейзаж поразил нас так, что на несколько минут все застыли изваяниями. Перед нами до самого горизонта раскинулось тёмно-красное море из цветущих степных пионов. Это великолепие действительно было похоже на море, потому что восточный порывистый ветерок прямо на нас гнал настоящие, лениво перекатывающиеся красные волны. И так же волнами наплывал густой, как кисель, одуряющий запах. Обратно шли в молчании. Ни у кого не было слов выразить впечатление. Такие вещи трудно описывать, но они запоминаются навсегда. У кого-то при слове «Родина» возникает образ белой берёзки, рябины или черёмухи, а у меня перед глазами встаёт это необыкновенное море цветов.

Глава III
Здоровье нации

В одну из суббот Родион посетил радиорынок, а после обеда заехал к Вере. Ближе к вечеру пришли гости – Егор Мельников с женой Натальей. Вера Максимовна знала их давно, ещё с тех пор, когда их сын Толя учился с Дашей в одном классе. Егор служил в военкомате, а Наталья работала в роддоме бухгалтером. Несмотря на это она считала себя опытным в медицине человеком. Пришли они не просто так. Военные рано выходят на пенсию, оставаясь при этом в хорошей форме. Егор не был исключением и с завершением службы стал подыскивать себе непыльную работу по своему статусу, например, в охране. Вера обещала ему посодействовать. Родион легко сходился с людьми и, познакомившись с супругами, быстро нашёл с Егором общий язык. Наталья же смотрела на Родиона несколько свысока, но он не обращал на это внимания. Вера Максимовна переговорила с Егором, а потом все вместе отправились пить чай. Собственно чай пили только мужчины. Они отказались от хорошего сухого вина, бутылку которого принесли с собой гости, и вино досталось женщинам. Застольная беседа началась за здравие, но Родион плавно перевёл её на философский уровень и прочёл маленькую лекцию. Речь зашла о неважном здоровье призывников. В начале беседы Егор посетовал:

– Призывник сейчас весь какой-то задохлый. Относительно здоровых парней меньше половины. Многим и уклоняться не надо, потому что уже от рождения чем-то болеют.

Родион согласился:

– Да, это правда. Генофонд народа ухудшается на глазах. Лет тридцать или сорок назад молодёжь, особенно сельская, была на редкость здоровой. Сужу по своему поколению. На всю школу у нас было всего двое очкариков. С призывниками больших проблем не было. Кое-кто пытался уклониться, но таких были единицы. Дело не в каком-то там патриотизме, и многие охотно бы променяли армию на что-нибудь другое, но белобилетники в те годы считались людьми как бы второсортными, даже при уважительной причине. Поэтому врачи призывных комиссий в большей степени были озабочены выявлением симулянтов здоровья. Впрочем, на нашей улице таких белобилетников было всего человек пять. Из них настоящим больным был только Сашка Васильев. У него имелся врождённый порок сердца. Остальные были жертвами несчастных случаев. У одного умельца ещё в школьном возрасте взрывом оторвало пальцы на руке, у другого вышибло камнем глаз, а ещё у одного, когда он был малышом, свинья отгрызла ухо. А в остальном эти хлопцы были кровь с молоком.

На этом тема должна была закрыться, однако Наталья продолжила её, не подозревая, что своим замечанием она нажала кнопку и запустила процесс. Она сказала:

– Всё правильно! Чего ж не быть здоровым в экологически чистой среде? Тогда пища была естественной, воздух чист, а вода в речках пригодна для питья. Это сейчас мы потребляем генномодифицированные продукты, нитраты, нашпигованные уколами американские окорочка, подозрительные консервы и напитки. А обычную питьевую воду приходится покупать в магазине. Плюс ко всему тяжёлые металлы и радиация. О каком здоровье тут можно говорить?

– С этим не поспоришь, но здесь тот случай, когда второстепенные факты выставляются главной причиной явления.

– И в чём же, по-вашему, главная причина?

– В генетическом вырождении некоторых народов, в том числе и русского. Об этом пишут и специалисты, и публицисты. Проблему излагают грамотно, и я с ними согласен, но эти публикации не находят отклика в общественном сознании. Как в руководстве, так и в массах.

– Почему?

– Вопрос из области социальной психологии.

Научным выводам довольно нелепо давать вкусовые оценки, но, тем не менее, некоторые знания людям просто-напросто не нравятся, и по мере возможности они стараются их игнорировать. Вот вам характерный пример – происхождение человека. Путём генетической экспертизы биологи доказали, что обезьяны – наши ближайшие родственники. Но очень многим людям не по душе родство с этими блохастыми созданиями, и они строят гипотезы об ином происхождении человека, вплоть до признания в качестве предков гуманоидов с Альдебарана. Так и тут. Не нравится человеку быть представителем вымирающего народа, ведь какая-то доля ответственности за это ложится и на него. Проще сослаться на окружающую среду, которая и в самом деле местами хуже некуда. Между тем в России имеются народы, которым вымирание не грозит, потому что они вовсю размножаются, не оглядываясь на состояние окружающей среды, а коренные европейцы вымирают в своей экологически чистой среде. Этот процесс толерантно называется «старением населения». То есть не всё здесь так просто, и дело не в экологии.

– А в чём?

– Исключительно в естественном отборе. Многие из тех, кто о нём слышал, полагают, что с развитием цивилизации выживание в дикой природе утратило значение, надобность в естественном отборе отпала, и он прекратился. Но это далеко не так. Естественный отбор у людей происходит через плодовитость и соответствующую ей детскую смертность. Именно путём вымирания нежизнеспособного, слабого и ущербного потомства на протяжении всей истории человечества сохранялся его здоровый генофонд. Однако в двадцатом веке из-за развития детской медицины этот процесс впервые в истории забуксовал, а в передовых странах. Европы и Америки эмансипация, аборты и контрацепция свели естественный отбор к нулю. Социологи называют это снижением рождаемости, обусловленным всякими причинами экономического и культурного характера, а на самом деле отсутствие естественного отбора ведёт к биологическому вырождению популяции. Процесс постепенный, но очень даже заметный. Я сам из последней волны здоровых поколений. В Советском Союзе в пятьдесят пятом году разрешили аборты, и с этого времени людская порода стала неуклонно портиться. Самое печальное то, что вернуться к былой форме естественного отбора невозможно. Прогрессоры не дадут. Словцо это из романов Стругацких. Означает профессию людей, насильно ускоряющих социальный прогресс. На мой взгляд, в самой идее прогресса ради прогресса как такового заключено что-то механически-извращённое. Это как если бы, схватив ребёнка за голову и ноги, его начали растягивать в разные стороны, чтобы он быстрее рос. Прогрессоры очень не любят простого вопроса «зачем» и всячески его избегают. Если нет внятного ответа на этот вопрос, значит, мы имеем дело с псевдопрогрессом.

– Как это?

– Прогресс – это путь от сырого железа до легированной стали. Путь от литого чугунного утюга до электрического. Утюг со встроенным плеером и есть псевдопрогресс. Наше время с его улучшенными формулами мыла и кучей других ненужных изобретений можно смело назвать эпохой псевдопрогресса. Он ловко маскируется техническими разработками. У первых допотопных телевизоров экран имел размеры спичечного коробка. Прогресс шёл через увеличение размеров экрана и совершенствование его качеств. Результат у всех на виду. Но вот недавно заговорили о трансляции телеканалов на экран мобильника. То есть пришли к тому, с чего начали. Вопрос «зачем» игнорируется и затирается техническими описаниями. Налицо типичный псевдопрогресс. Но это мелочи жизни. Наибольший вред от ретивых прогрессоров бывает тогда, когда они стараются реформировать то, что по природе своей неизменно. Я имею в виду законы божьи и вытекающую из них нравственность. Занимаются они этим ещё со времён Локка и французских просветителей. Виной всему Ж. Ж. Руссо с его теорией общественного договора, согласно которой ВСЕ общественные законы придуманы людьми. На самом деле это грандиозное заблуждение. В заслугу человеческому разуму можно поставить создание гражданского права, и только. Право рационально, логично и лишено непонятных разуму ограничений. То есть в своей основе оно безнравственно в той же степени, что и породившие его экономика и торговля. Иначе говоря, человек властен только над теми законами, которые создал его собственный разум. И не больше. Другое дело закон божий, существующий в виде нравственных заповедей и прочих ритуальных запретов.

– Родион Алексеевич, вы серьёзно верите в бога?

– Этот вопрос гораздо сложнее, чем вы думаете, и я не хотел бы сейчас его развивать. Есть ли бог? Какой он, в чём его сущность? Однозначных ответов нет. Но в существовании божьей воли и божьих законов я не сомневаюсь.

– Как-то странно.

– Действительно, но таковы факты. Нравственность, как выражение свободы воли человека, существовала до возникновения у него разумного самосознания. То есть не будучи «сапиенсом», он не мог её придумать. Даже сейчас не всякому человеку понятна нелинейная логика воздействия нравственных принципов на общество, а что говорить о дикарях? Тогда откуда она? От бога. Потому что свобода воли есть только у человека и богов, и если человек исключается, то вариантов остаётся немного. Многие философы объясняют нравственность по-своему, но пока не будет представлено математически точное определение таких явлений, как нравственность, любовь, ненависть, страх и прочих инстинктов, теологическая версия всегда будет иметь право на существование. А если не представлять Господа Бога этаким старым волшебником из детских сказок, то теология вполне логично описывает закон божий. Нравственные принципы всегда казались людям навязанным долгом, а центральным местом всех религиозных учений является получение людьми законов от бога.

Что от бога, то совершенно, и законы его непреходящи. Общество меняется, а они всё те же. Что от человека, то несовершенно, тленно и преходяще. На эту тему есть даже анекдоты. Один человек спросил у бога, мол, почему все девушки ангелицы, а женщины стервы? А бог ответил, что девушек создаёт он, а женщин делают мужчины.

С этой точки зрения нелепо требовать от церкви какого-то прогресса, так как смысл её деятельности заключается в сохранении религиозных догм и традиций. Декларативная запретная форма божьих заповедей делает трудным их практическое применение, а потому они переведены в конкретные статьи уголовного кодекса. Закон божий всегда был и будет высшим законом. А человеческое право, как система частных разрешений, по своему происхождению и положению является подчинённым законом.

Несмотря на это, охваченные гордыней прогрессоры стараются объявить высшим законом право, и кое-где им это удаётся. Из-за этого система социальных ценностей переворачиваются с ног на голову. Потерявшему ориентиры затурканному населению предлагается вульгарное и невежественное определение свободы: «Каждый свободен в той мере, в которой не ущемляет свободу других». Совершенно пустое выражение, ведь в нём не сказано, что есть свобода. Целью социального прогресса объявляется количественное увеличение частных свобод. Вопрос «зачем» как всегда не обсуждается. А самый лёгкий путь увеличения «духовной свободы» – это снятие запретов. И отменяют, называя нравственные заповеди пережитками или предрассудками. Полученную таким путём свободу здравомыслящие люди называют вседозволенностью. Я бы добавил, что эта извращённая свобода к подлинной свободе не имеет никакого отношения. Это иллюзия свободы, морок, наведённый дьяволом на своих рабов, сидящих в трясине греха.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8