Дочь для магната. Подари мне новую жизнь

Алекса Гранд

Дочь для магната. Подари мне новую жизнь

Глава 1

Дина

– А сейчас я хочу поднять бокал и выпить за мою красавицу-жену…

Стоящий на небольшом возвышении в паре метрах от меня муж широко улыбается и салютует собравшимся хрустальным фужером.

В стекле плещется золотистый напиток с игривыми пузырьками. За соседним столиком о чем-то перешептываются наши с Димой родители. Друзья оживленно галдят и спорят о том, кто следующий будет поздравлять меня с тридцатилетием.

Вышколенные официанты в белых рубашках с черными галстуками-бабочками скользят в проходах и пристально следят за тем, чтобы тарелки гостей не пустели.

Каре ягненка в гранатовом соусе одуряюще пахнет. Салат с грушей и сыром дор блю представляет самое настоящее произведение искусства. Золотые и черные шары, украшающие зал, гармонируют с моим маленьким черным платьем.

В общем, в этом вечере идеально все, кроме одной маленькой детали.

Едва различимый во всеобщем гвалте сигнал входящего сообщения пробивается ко мне, как сквозь вату, и привлекает внимание.

По ошибке я хватаю телефон супруга и прочитываю безликие строчки, пришедшие с неизвестного номера.

«Скажи своей, что тебя срочно вызвали на задержание и приезжай».

Я не имею привычки копаться в переписках мужа, доверяю ему целиком и полностью и уже хочу отложить гаджет в сторону, но шестое чувство меня тормозит.

Мобильник снова вибрирует в моих пальцах, и вот я уже не могу оторвать взгляда от плоского экрана.

«Я так по тебе соскучилась».

«Приготовила твою любимую лазанью».

«Взяла бутылку Пино Нуар».

«Надела самое развратное белье».

«Жду».

Жуткие фразы вонзаются в мозг отравленными стрелами и дезориентируют.

Сердце едва не останавливается. Пульс превращается в тонкую ниточку. Все жизненно важные системы замедляют ход. А потом разгоняются, норовя за пару секунд достигнуть критической отметки.

По вискам кто-то невидимый беспощадно долбит кувалдой. Уши закладывает, словно я нахожусь на предельной высоте. Кровь приливает к щекам и бурлит, образуя неровные багровые пятна.

– Дина, родная! Я хочу сказать, что восхищаюсь тобой. Твоим трудолюбием, упорством, целеустремленностью. Я преклоняюсь перед тобой, как перед богиней. Персефоной. Нет! Афродитой.

Ничего не подозревающий муж продолжает купать меня в похвале, но я практически ничего не слышу. Плескаю в пустой стакан холодной воды, проливаю ее на подол и резко вскакиваю из-за стола.

Бам!

Это Димин телефон выскальзывает из моих подрагивающих рук и грохается на пол со страшным скрежетом. Экран идет паутиной маленьких трещин, а вместе с ним лопается и мое самообладание.

– Дина!

Встревоженный возглас врезается между моих лопаток, но я лишь ускоряю шаг и вылетаю из зала пробкой из-под шампанского. Бегу к туалету, словно за мной гонится стая рассвирепевших волков, и не могу принять, что в эту секунду рушится мой мир.

– Это не по-настоящему! Какая-то ошибка… Нелепая случайность…

Бормочу я растерянному отражению, пытаясь убедить себя в нереальности происходящего, и сую кисти под ледяную воду. Крупные мурашки тут же расползаются по коже. Слезы повисают на кончиках ресниц.

Позади щелкает замок. Хлопает дверь.

Я дергаюсь, как от удара плетью. И круто поворачиваюсь на каблуках, чтобы столкнуться испытующим взглядом с собственным мужем.

– Детка, с тобой все в порядке? Бледная. Странный румянец.

Застыв на полпути ко мне, Дима пристально изучает мой далекий от совершенства внешний вид. Я же пытаюсь обнаружить на дне его карамельно-ореховых глаз доказательства измены, но не нахожу там ничего, кроме неподдельной тревоги и искреннего беспокойства.

– Да. Все нормально.

Я шепчу осипшим, как у курильщика со стажем, голосом и не могу пошевелиться, пока муж преодолевает разделяющие нас метры и заграбастывает меня в заботливые объятья.

Целует в макушку. Гладит бережно по голым лопаткам. И ничем не напоминает коварного предателя.

– Ну чего ты, малышка?

– Твой телефон… там… сообщения…

Бессвязные слова булыжниками срываются с моего языка и падают между нами, заставляя меня снова дрожать.

Дима же аккуратно подцепляет пальцами мой подбородок и проникновенно смотрит мне в глаза.

– Спам какой-то. Ссылка на сайт знакомств была. Мошенники. Новый развод. Я все удалил. Неужели ты подумала, что я тебе изменяю? Разве я дал тебе повод?

Супруг неверующе качает головой, словно я оскорбила его в лучших чувствах и обвинила, по меньшей мере, в убийстве Кеннеди. Я же утопаю в удушливом стыде и виновато закашливаюсь.

Дима служит в полиции. Ловит грабителей. Восстанавливает справедливость. Охраняет правопорядок. И никогда мне не врет.

Он патологически не приемлет любую, даже самую невинную ложь.

– Димочка, прости меня, пожалуйста. Просто я очень сильно тебя люблю!

Извиняюсь, мысленно отругав себя излишнюю мнительность, ведь на самом деле все оказалось банально. Привстаю на цыпочки и прижимаюсь губами к Диминым губам. Он в ответ целует меня жадно и требовательно, выбивая почву из-под ног.

Ласкает шею. Спускается ладонями вниз по предплечьям. Перемещает горячие руки на талию. А после с силой сжимает бедра.

И от этих его умелых прикосновений я забываю обо всем на свете. О своих глупых подозрениях, развеянных супругом в пыль. О гостях, наверняка успевших нас потерять. И о том, что официанты с минуту на минуту должны вынести праздничный торт.

С азартом я поддаюсь охватившей нас страсти. Плыву по волнам искрящейся эйфории. Пропускаю момент, когда оказываюсь сидящей на столешнице рядом с раковиной. И не думаю о том, что в туалет может войти кто-то посторонний и стать свидетелем весьма пикантной сцены.

– Я тоже люблю тебя, родная.

Стаскивая бретельку с моего плеча, гортанно произносит Дима и демонстрирует глубину своих чувств размашистыми движениями.

В зал мы возвращаемся минут через пятнадцать. Раскрасневшиеся, запыхавшиеся и абсолютно счастливые. Держимся за руки, как втрескавшиеся друг в друга по уши школьники, планируем, куда бы нам хотелось поехать в отпуск, и занимаем пустующие места за столом.

Я принимаю еще одну порцию поздравлений, задуваю свечи на именинном наполеоне и предвкушаю продолжение вечера. Свекры обещали забрать нашу дочку Марусю к себе с ночевкой, чтобы мы с Димой могли насладиться уединением.

Отсчитываю секунды до того момента, когда гости постепенно начинают расходиться. Ныряю в прогретый мужем салон автомобиля и поджимаю пальцы ног.

Я тороплю светофоры, горящие красным. Никуда не спешащих водителей в правом ряду. Нетерпеливо сдергиваю с себя пальто, когда мы, наконец, добираемся до дома. Забегаю в ванную комнату, чтобы немного освежиться.

Стираю помаду с губ. Растрепываю рассыпающиеся по плечам волосы. Наношу капельку духов на запястье и за ушко. Соблазнительно улыбаюсь, переступая через порог спальни, и получаю сокрушительный удар под дых.

– Дин, прости, мне надо уехать. На работу вызывают.

Глава 2

Дина

Романтический настрой улетучивается по щелчку.

Я кутаюсь в руки вместо пледа. На коже проступают крупные мурашки. Подозрения снова возрождаются, как феникс из пепла.

– Динусь, извини. Мне, правда, очень жаль, что так получается.

Дима встает с кровати, прочесывая светлую шевелюру пятерней, и впихивает телефон мне в ладонь.

– Поговори. Это Геннадич. Тебя.

– Диночка, привет, моя золотая!

На том конце провода раздается звучный баритон Семина Степана Геннадьевича. Когда-то они с отцом учились в одном вузе, только папа ушел в бизнес и запустил стартап. А Семин решил продвигаться по карьерной лестнице в органах.

– Здравствуйте, Степан Геннадьевич, – я отвечаю с показным энтузиазмом и прислоняюсь к дверному косяку, наблюдая за тем, как муж торопливо натягивает на себя штаны и выуживает из шкафа чистую рубашку.

– С днем рождения, моя хорошая. Счастья. Достатка. Семейного благополучия. Здоровья. Ты прости старика, что кайф вам обламываю. Но без Димки никак.

– Все нормально, Степан Геннадьевич. Спасибо за поздравления.

– Ты не грусти там. Ложись отдыхай. Завтра верну тебе твоего рыцаря.

– Спокойной ночи.

Вытаскиваю из себя со скрипом и отбиваю вызов.

Хочется реветь от того, что все планы превращаются в белесый пепел. Но я держусь. Впиваюсь ногтями в предплечья. Полосую губы зубами. И дышу часто-часто, чтобы не позволить слезам пролиться.

– Родная, ты не обижайся, пожалуйста. Мы эту цепочку полгода распутывали. Вышли на след главаря группировки. Если все пройдет по плану, может, и премию выпишут, и звездочку на погоны повесят.

– Я все понимаю. Езжай.

– Правда?

– Конечно. Все в порядке.

Наступив себе на горло, я собираю волю в кулак и с фальшивой улыбкой вру мужу. Хоть в эту секунду отчаянно мечтаю вцепиться в полы его рубашки, повиснуть у него на шее и никуда не отпускать.

– Спасибо. Ты у меня лучшая, Динусь!

Дима звонко целует меня в висок и скрывается в коридоре. Обувается, хватает ключи и с размаха хлопает дверью, поддаваясь бурлящему в крови азарту и превращаясь в хищника.

Я же бесхребетной массой стекаю вниз по стене и прижимаю к груди колени. Сижу так долго, уставившись в пустоту, до тех пор, пока не начинают неметь конечности.

Поднимаюсь медленно, ведь мне некуда торопиться. Я не хирург, спасающий жизни, останавливающий кровотечения и проводящий сложные операции. Не фельдшер скорой помощи, спешащий на вызов к сложному пациенту. Не спасатель, мчащийся, чтобы достать людей из-под завалов. И не пожарный, каждую смену сражающийся со смертоносным огнем.

Я обычный преподаватель в языковом центре. Пусть этот центр и был открыт на деньги родителей и теперь принадлежит мне.

Остро ощущая собственную никчемность, я стаскиваю с дрожащего тела платье. Ныряю под одеяло. И принимаюсь считать воображаемых баранов, прыгающих через невысокий забор на лужайке, потому что сна ни в одном глазу.

Отправляюсь в объятья Морфея глубоко за полночь и ближе к рассвету сквозь дрему слышу родные шаги. Матрас прогибается под Диминым весом, горячие ладони ложатся на талию, острый нос утыкается в чувствительное местечко за ушком.

От мужа пахнет табаком, как будто все это время он находился в прокуренной маленькой комнатке. И чем-то пряным. То ли корицей, то ли перцем, то ли кардамоном.

Улавливаю эти детали краем сознания и удобнее устраиваюсь в уютных объятьях. Истома расползается по телу. Тепло окутывает ступни, внутреннюю поверхность бедра и даже ключицы.

Как же хорошо!

– Доброе утро, соня!

Дима будит меня в районе десяти. Гладко выбритый, с переброшенным через плечо полотенцем, в домашних серых штанах, он протягивает мне поднос с завтраком и широко, довольно улыбается.

Насыщенный аромат только что сваренного кофе щекочет ноздри. Омлет с беконом дымится на фарфоровой тарелке. Круассан с карамелью заставляет желудок громко урчать.

– Еще раз с днем рожденья, родная!

Муж осторожно опускается на край постели рядом со мной и томительно-нежно ведет кончиками пальцев по моему запястью. А на тумбочке у кровати красуется шикарный букет из двадцати пяти чайных роз.

От восторга у меня перехватывает дыхание.

Какой у меня все-таки замечательный супруг! Предупредительный, заботливый, внимательный.

Качаясь на волнах блаженства, я с аппетитом уминаю все, что он для меня приготовил. Только не успеваю насладиться этой идиллией сполна.

Дима стирает с уголков моих губ капельки карамели, мимолетно меня целует и поднимается на ноги, чтобы начать одеваться.

Я же пребываю в полнейшем ступоре.

Радость от практически идеального утра стремительно истаивает. На смену ей приходит глухая досада и мрачная апатия.

Как я ни стараюсь себя убедить, что работа важнее, обида упрямо пробирается в сердце и поселяется там притаившейся змеей.

– Дим, ты куда опять?

– На допрос надо. Часа на два-три, не дольше. Не скучай без меня. Скоро вернусь, и поедем с тобой в самый лучший ресторан. Идет?

– Идет.

Проследив за тем, как супруг в очередной раз исчезает из нашей квартиры, как какой-то мираж, я откидываюсь на подушки, подцепляю телефон и открываю вкладку браузера, читая название первой попавшейся статьи.

– Как понять, что муж вам изменяет?

27 явных признаков…

218 ответов…

100% признаки того, что супруг вам не верен…

От обилия материалов на эту тему рябит в глазах, и колючий ком разбухает в горле. Дерет шипами гортань и заставляет часто и глубоко дышать. И я принимаюсь читать расплывающиеся строки.

– У него увеличился рабочий день. Появились сверхурочные.

Мимо. Дима всегда пропадал на службе. Это его призвание. А ненормированный график – обратная сторона медали.

– Он стал милее к тебе. С одной стороны, у него бурлят гормоны и он чувствует себя мужественнее. С другой стороны, он ощущает вину и хочет загладить свою измену.

Тоже мимо. День рождения – все-таки весомый повод, чтобы сделать подарок, приготовить завтрак в постель и купить цветы.

– Он постоянно отслеживает, где ты находишься. Представь себя на месте мужчины, который завел интрижку. Наверняка ты не захочешь столкнуться с женой во время ужина с другой женщиной.

Чушь. Дима всегда заботился обо мне. И переживал, чтобы я не возвращалась одна домой поздно.

– Он стал пахнуть иначе, приятнее.

И снова бред. Я сама подарила мужу одеколон на прошлой неделе.

От банальной информации, не принесшей мне ничего нового, начинает раскалываться голова, и я злюсь на себя. Закрываю все вкладки, чищу историю браузера и выбираюсь из постели.

В конце концов, отсутствие супруга не та причина, по которой стоит целый день валяться в кровати, смотреть в потолок и жалеть о том, что выходной проходит впустую.

С этими мыслями я договариваюсь о встрече с подружками, умываюсь и наношу легкий макияж. Выбираю свой самый нарядный сарафан – светло-голубой, летящий. Прихватываю пиджак на случай, если похолодает. И вызываю такси.

Еду в облюбованный нами с девчонками ресторан паназиатской кухни. Подмигиваю своему отражению в панорамном окне. И спешу к уединенному столику на втором этаже, где меня уже ждут Таня, Лиза и Вера.

Все они трудятся в языковом центре вместе со мной.

– Привет, красотки!

– Привет, Арская!

– Выглядишь потрясно!

– Цветешь и пахнешь.

– Спасибо.

Подружки наперебой засыпают меня комплиментами и по очереди расцеловывают в обе щеки, а Лизка косится на мое запястье и восхищенно присвистывает.

– Браслет классный! Новый?

– Ага. Дима подарил.

Протягиваю Свободиной руку, чтобы она могла лучше рассмотреть изящное плетение, и млею от зарождающегося в груди тепла.

Все у нас с мужем хорошо. Как прежде. Просто я зачем-то себя накрутила.

Опускаюсь в свободное кресло и листаю меню, замечая, как по хорошенькому Лизкиному личику пробегает тень. Спросить ничего не успеваю, приятельница сетует на проблемы сама

– А от моего не дождешься. Весь в кредитах. Никак за машину не выплатит, а мы ее еще и ударили. Ремонт надо делать косарей на тридцать, а у нас нет.

– Возьми допы. Там у нас группа новая как раз набирается. Отдадим ее тебе.

В знак поддержки я мягко сжимаю тоненькие Лизины пальчики и отвлекаюсь на подошедшую официантку. Заказываю чашку орехового капучино и медовик и откидываюсь в кресле.

Беседа течет непринужденно. Мы обсуждаем современные тренды в преподавании и курсы повышения квалификации, которые планируем посетить через пару месяцев, болтаем о бывших одноклассниках, повысившемся проценте по ипотеке, лифчиках и прочей ерунде.

И, когда ненадолго между нами повисает небольшая комфортная пауза, Вера нас ошарашивает.

– А мы со своим разводимся.

– Как?

– Почему?

– У вас ведь все хорошо было. Замечательные близнецы. Дом свой огромный. Пес.

– Он мне изменил.

Тихо-тихо произносит Соболева и беспощадно комкает салфетку. Ее пухлые губы сжаты в тонкую линию. Ноздри трепещут. Жилка на шее бьется нервно и лихорадочно.

А мы лишь изумленно открываем и закрываем рты. Не знаем, что сказать.

– И как ты это обнаружила?

Первой из нас отмирает Танька. Подвигается ближе к Вере и осторожно обнимает ее за плечи. Я же невольно подаюсь вперед и упираюсь локтями в столешницу – так сильно меня волнует затронутая тема.

– Переписку его прочла. Никогда раньше так не делала. Уважала его личные границы. А тут что-то торкнуло. Он пароли начал менять вдруг. Стал выходить из комнаты во время телефонных звонков. И даже ванную начал принимать с телефоном.

Соболева транслирует слово в слово то, что я совсем недавно читала в глупых статьях, и от этого внутренности покрываются изморозью. Я примеряю чужую ситуацию на себя и бессознательно вспоминаю те моменты, когда Дима выскальзывал из спальни, чтобы ответить на звонок.

Я просто спала, и он не хотел меня тревожить.

Повторяю мысленно, как мантру, и снова корю себя за беспочвенные подозрения. Если я перестану доверять мужу и буду во всем искать подвох, сколько протянет наш брак?

Долго? Вряд ли.

– Ей всего двадцать, представляете? Молоденькая совсем. Студенточка. Познакомился с ней на вечеринке у друга и все. Появились командировки какие-то. Совещания внеплановые. Он даже на курорты ее возил. А самое паршивое знаете что?

– Что?

– Она не в курсе, что он женат. Повелась на его. Ухаживания. Влюбилась.

– А ты-то откуда знаешь?

– А я с ней виделась. Сохранила номер телефона. Встретилась. За чашечкой чая. В глаза ей хотела посмотреть.

– Посмотрела? А дальше что? – сочувственно шепчет Таня и крепче обнимает окаменевшую Веру.

– Держать не буду. Пусть валит на все четыре стороны.

– А как же семья? Дети?

– Нет никакой семьи. Сплошное вранье.

Твердо высекает Соболева, встряхивая головой, а я ощущаю горечь, оседающую на языке.

Смогла бы я так же решительно сжечь мосты?

Глава 3

Дина

Думаю об этом, когда захожу в ювелирку и отрешенно изучаю витрины, где выставлены драгоценности. Массивные колье. Изящные цепочки. Стильные браслеты из белого золота. И кольца – скромные тонкие полоски и вычурные перстни с крупными камнями.

Продавец-консультант делает в мою сторону шаг, но моментально меняет направление, стоит в магазин зайти вальяжному толстосуму и его молоденькой спутнице.

На вид мужчине около сорока. У него с десяток лишних килограмм. Второй подбородок. И телефон последней модели, который стоит примерно как поддержанный автомобиль.

Девчонке же на вид едва больше двадцати. Она пышет красотой и молодостью. Демонстрирует идеальные длинные ноги и белозубую улыбку. И заглядывает своему папику в рот, чем вызывает у меня приступ отвращения.

– Котик, а когда мы полетим на Мальдивы?

– Не знаю, пупсик. Моя забеременела. Анализы там всякие, обследования, клиники. Как я сейчас уеду?

– Ты же сказал, что вы разводитесь.

– Потерпи немного, малыш. Заберу ребенка и женюсь на тебе. Верь мне, хорошо?

Начинающий лысеть обрюзгший мерзавец явно вешает любовнице лапшу на уши, и она восторженно его слушает. Радостно обманывается, глупо хихикает и принимает в подарок набор – дорогущее кольцо и сережки с бриллиантами.

Мне же настолько тошно от этого лицемерия, что я стремительно выскакиваю из этого бутика и пытаюсь протиснуться сквозь толпу, сгрудившуюся в очереди за кофе.

Но люди стоят настолько плотно, что я спотыкаюсь, роняю сумочку и врезаюсь в чью-то каменную грудь. Сталкиваюсь взглядом с обладателем ярко-синих глаз и непозволительно пухлых губ и отчего-то прирастаю к полу.

Похожий на греческого бога мужчина улыбается краешком губ и присаживается на корточки, принимаясь собирать мои рассыпавшиеся вещи. Возвращает мне все в целости и сохранности и протягивает мощную ладонь.

– Андрей.

– Спасибо, что помогли, Андрей.

– А вас как зовут?

– Дина.

– Приятно познакомиться, Дина. Не хотите составить мне компанию и выпить чашечку ароматного капучино?

Мой новый знакомый подается немного вперед, вторгаясь в личное пространство, а я невольно кошусь на его безымянный палец и замечаю полоску незагорелой кожи.

Киваю выразительно на неоспоримое доказательство и вопросительно выгибаю бровь.

– А вы…?

– Формально женат. Но у нас уже давно нет секса с супругой. Мы даже спим в разных кроватях. Просто сынишка только в школу пошел, у него и так стресс. Как мы ему скажем, что мама и папа разводятся?

Андрей заливается соловьем и пытается поймать меня за запястье. Я же ловко уклоняюсь, качаю головой и саркастично интересуюсь.

– И со многими это срабатывало?

– Со всеми.

Поняв, что со мной этот номер не прокатит, признается мужчина и небрежно ведет плечом. Я же спешу затеряться в стайке студенток, проходящих мимо, и гадаю, что с этим миром не так.

Соболева своим рассказом словно запустила парад измен в моей жизни, и теперь они преследуют меня повсюду. Я встречаю предателей в гипермаркете, на заправке, на парковке у дома и даже в библиотеке, куда я направляюсь, чтобы нарыть материал для научной статьи.

Но вишенкой на торте становится Верин звонок спустя пару дней и пропитанное горечью тихое.

– Дин, ты прости меня, пожалуйста…

– За что я должна тебя прощать?

– Я сейчас стою напротив итальянского ресторанчика и смотрю, как твой муж заводит туда другую женщину.

Мой мир надламывается. Идет крупными трещинами. Крошится в серый пепел.

Я выпадаю в вакуум и пытаюсь переварить безжалостные слова.

– Дин, ты тут? – напоминает о себе Вера, и я до боли в костяшках сжимаю корпус телефона.

– Да. Скинь мне геолокацию, пожалуйста.

Спустя пару секунд мне прилетает точка, отмеченная на карте, и я забиваю на все. На встречу со спонсорами, намеченную после обеда. На урок, к которому мне нужно подготовиться. И трясущимися пальцами вызываю такси.

Выбегаю из центра, забыв сумочку в кабинете. И откидываюсь на заднее сиденье, прикрывая веки.

Везет меня девушка. К счастью, всю дорогу она молчит. Не пытается меня разговорить. Не беседует ни с кем по телефону. И не ругается, когда нас подрезает какой-то хам.

– Спасибо за поездку.

– А можете здесь подождать? Простой я оплачу.

Я перебиваю ее на полуслове. Вываливаюсь из салона, превращаясь в дрожащее желе, и медленно переставляю ноги.

Боюсь столкнуться с неотвратимым.

До ресторана не дохожу. Трушу. Боюсь убедиться в том, что муж мне изменяет.

Но реальность делает все сама.

С расстояния метров в десять я замечаю Диму, сидящего за столиком с женщиной. На вид ей примерно так же, как и мне. У нее густые каштановые волосы. И королевская осанка.

Это все, что мне удается рассмотреть.

Легкие полыхают огнем. В горле першит. И я, вместо того чтобы ворваться внутрь и учинить громкий скандал с битьем посуды, просто отворачиваюсь.

Делаю шаг, второй. И выуживаю из кармана телефон.

Звоню мужу. И он, к моему удивлению, практически сразу берет трубку.

– Алло.

– Привет. А ты где? На службе? – спрашиваю хрипнущим вмиг голосом и дышу часто-часто.

Обманет? Сочинит сказку про какой-нибудь арест или план-перехват?

– Нет. Катаю жену начальника. А что такое, Динуль?

– Ничего важного. Думала, может, получится вместе пообедать.

Вру я. Скомкано прощаюсь и практически бегом возвращаюсь к ждущей меня машине.

Дима ничего от меня не утаивает и спокойно рассказывает о своей спутнице. Я же чувствую себя отвратительно. В который раз за несколько дней ставлю под сомнение его верность и веду себя, как героиня третьесортных фильмов.

Слежу за собственным супругом вместо того, чтобы открыто поинтересоваться, где он и с кем.

– Муж изменяет? – сочувственно тянет таксист, когда я ныряю в салон, и припечатывает едким. – Козел.

На что я машу руками и выдавливаю лживое.

– Обозналась.

В центр я возвращаюсь взвинченная, хоть поводов для самобичевания нет. Пытаюсь почитать приготовленный с вечера материал, но строчки расплываются перед глазами. А потом мне становится ни до чего.

Ни до занятия, которое я должна провести. Ни до радостной новости о том, что мы получили грант. Ни до спонсоров, которые прибудут с минуты на минуту.

Звонят из лицея, где учится моя Маруська, и окунают меня в котел плохо контролируемой паники.