Вундерлайф

Работка была не в тягость: я приходил в 22:00, отвечал на телефон, выполнял не тяжкие просьбы гостей и принимал новых постояльцев, то есть: переписывал паспорт, заполнял карточку, выдавал ключи. И спокойно дрых до пяти утра. Не всегда получалось заснуть: то ввалятся посреди ночи прилетевшие американские туристы, то местные после гулянки доберутся до гостиницы. Самыми интригующими были решительные мужчины со смущенными женщинами в платках и юбках, те что просили комнату на час – эти подмигивали и оставляли чаевые. За гостиницей был двор и небольшой палисадник, перед палисадником проходила дорога, по ней редко ездили машины.

В ту ночь все шло по накатанной – около часа ночи, проверив список гостей, я закрыл на ключ стеклянные двери, подсчитал кассу и, полакомившись утренним завтраком, отправился на заслуженный отдых в комнатке консьержа. Я проснулся от шума – два ночных посетителя разговаривали у ресепшн. Через щель в полузакрытой двери я мог их видеть – два высоких брюнета громко спорили, активно жестикулируя. «Стоит сделать им замечание», – подумал было я, но во мне зародилось смутное подозрение. Они не из нашей гостиницы! Я знал всех постояльцев в лицо!

Засосало под ложечкой. В сердце образовалось полое пространство. Я украдкой бросил взгляд на входную дверь – она была заперта. Как они сюда попали? Холод растекся по венам. Этим людям просто неоткуда было взяться! Страшная правда стала настигать меня – я схожу с ума. Я не мог сдвинуться с места, я хотел наорать на них, но лишь открывал по-рыбьи рот, я щипал себя, но без толку. Мужчины кричали все громче, но я не мог разобрать слова. Ужас нарастал и я.. проснулся.

Глубоко дыша, я остывал на небольшой кушетке. Затем я решил пройтись, чтобы удостовериться что никаких посторонних личностей в гостинице нет. В лобби было пусто, только кукушка в старинных английских часах отбивала время. Лишь одна деталь привлекла мое внимание – дверь на улицу была открыта! Оттуда дуло неземным холодом. Не колеблясь, я вышел наружу. Моему взгляду открылся широкий пустырь, за ним – поле, а за полем горизонт. Меня потянуло туда, внутрь, в вязкую бесконечность. Ветер принес фимиам злобы и опустошения, сквозь пустырь меня вела неизвестная чужая сила, которой я не мог противостоять. И чем дальше я отдалялся, тем усиливалось ощущение неминуемой гибели. Стемнело, передо мной возникли мотки колючки, по бокам послышался мрачный вой. Я вспомнил свою жизнь, вспомнил, что когда-то работал консьержем и даже проснулся ночью от кошмара про двух приснившихся мне постояльцев. Стоя перед лицом смерти, я лихорадочно пытался понять как исчез мой безопасный теплый ламповый мир и почему меня снова глючит. Голоса звучали совсем рядом, вой приближался, поле теряло очертания и окружало меня со всех сторон. Сердце ослабло. «Пипец мне!» – подумал я и… проснулся.

Я лежал на небольшой кушетке и остывал. Не решаясь повернутся, я открыл глаза: бежевые стены каморки дышали уютом, дверь к стойке ресепшн была приоткрыта. Ни звуков, ни стонов. В лобби тоже было тихо, двери на улицу – надежно закрыты. Камень упал с сердца. Я потрогал свое тело – руки, ноги на месте. И тут я обратил внимание на престранную вещь: на месте двери в столовую была стена. Я подошел ближе, но глюк не спешил исчезать – дверь исчезла, передо мной была чистая, белая стена, я дотронулся до нее рукой. Входная стеклянная дверь тоже видоизменилась – вместо нее было сплошное, без зазоринки, стекло. Лифт был на месте, но дверь ведущая на лестничную клетку рядом – отсутствовала. Как будто и не существовала никогда. «Вот чертовщина!» Мне стало не по себе. Я вызвал лифт, но он не работал! Осмотрев все вокруг, я не увидел ни одного выхода! Выходы исчезли, превратив помещение в замкнутое пространство, в котором я был заперт. Я принялся ожесточенно бить руками по голым стенам, я кричал, но не то ни звука не выходило, не то никто не слышал. Обессиленный лег я на пол и принялся анализировать ситуацию. Вся мрачная картина происходящего предстала передо мной в своей жуткой красе: я уже дважды просыпался этой ночью и каждый раз оказывался в новом сне. Очевидно, я попал в кошмарный лабиринт собственного сознания и обречен блуждать в нем вечно!

Мой мозг потерял точку опоры, а я провалился в зыбкий песок безумия. Холодный пот прошиб до костей и в отчаянии я решил попробовать еще раз, я стал себя щипать, бить, душить, затем я разбежался и с разбегу врезался головой в стену!

Башка загудела. Я почувствовал как мозг растекается по стене… И я.. проснулся.

Лежа на кушетке, я остывал. Утренняя свежесть развеяла ночной дурман. «Вот кошмарная ночка!» – подумал я. Одевшись, я вышел в лобби. Двери, лифт, черный ход – все было на месте. Карточки постояльцев мирно торчали из картотеки. Незнакомых гостей не было. Занимался рассвет.

Только одна маленькая деталь смущала – посреди лобби стоял сундук, которого там раньше, очевидно, не было. Из него выглядывал черт с рогами, и грозил мне пальцем. «Надоели, блин!» – выругался я, и не уделяя привидению ни малейшего внимания, продолжил заниматься своими делами.

Арбат

Вернувшись из-за границы она позвала меня гулять. Она давно мне нравилась и мысль переспать с ней не оставляла меня. Поэтому, когда я получил от нее sms из какой-то далекой латиноамериканской страны «как я скучаю по нашим гуляньям!», я подумал – ну вот, наконец, попалась птичка. Я представил вечер с вином на моем скромном холостяцком флэте, я целую ее губы, ласкаю грудь, ну.. и так далее. Касания представлялись нежными, запахи утонченными, а девушка – желанной.

По возвращении в Москву она пригласила меня на свидание. Не скрою, мне было приятно услышать, как она соскучилась по Москве и нашим встречам, и что, несмотря на суровый джетлег, пойдет со мной гулять, во что бы то не стало. «Я буду выходить из фитнеса в 10, можешь меня встретить», – сказала по телефону.

Выйдя из метро на Библиотеке Ленина я направился по Рождественке к Гусятникову. Здания радовали мраморной торжественностью. Для вечера четверга город был удивительно малолюден. «Вроде войны не объявляли, инаугурации президента тоже не планировалось, куда все делись?» – размышлял я в дороге. За мыслями я не заметил как дошел до места. Клуб находился в старинном пятиэтажном особняке и выглядел крайне презентабельно. Рядом были припаркованы люксовые машины, я опознал БМВ и Гелендваген. Заняв позицию напротив здания, я наблюдал за снующим народом. Выходящие люди, один за другим, садились в машины и уезжали, но моей подруги все не было. Устав наблюдать огромную глянцевую физиономию певицы Мадонны на фасаде, я зашел внутрь. Там висели многочисленные плазмы, изображавшие Мадонну в различных ракурсах: на беговой дорожке, под штангой, в шпагате и за различными тренажерами. Там явно нечего было делать. Я вышел назад на улицу. Я мучительно разглядывал каждого проходящего, недоумевая куда она могла пропасть. Но есть и хорошие новости – всякое ожидание оправдывается. Девушка появилась и энергичным шагом направилась влево. Меня она не заметила. Идя следом я подумал – надо ее напугать. «Ксения!» – окликнул я ее. Она резко обернулась.

– О, а ты здесь, я не ожидала! – сказала она.

Ранне-осеняя Москва, приветствовала пренеприятнейшим сплошным дождем, слякотью под ногами, свежестью в воздухе, и другими осенними радостями. Дойдя по Арбату до Смоленки, мы полюбовались на полуразрушенную стену Цоя, и вернулись в начало улицы. Она с увлечением рассказывала мне о какой-то даме, которую она встретила в путешествии и ее эксцентричных привычках. Холодало.

Я предложил зайти в ближайшее кафе, но моей спутнице оно не пришлось. Не понравилось ей и следующее заведение, так что закончили мы в Старбаксе. Помимо кофе на полках стояли огромного размера чашки, с изображением московского Кремля в силуэте. Одинаковые чашки с идентичными красными Кремлями стояли на полке плотным строем, как солдаты на марше, и манили взгляд. Я представил себе как вкусно будет пить из нее чай и мне захотелось приобрести одну.

Моя спутница, тем временем, энергично проследовала к кассе и попросила кофе с собой. Она была явно не в духе, но старалась держаться. Пришлось пропустить чашки, чтобы ее не нервировать. Бегло осмотрев меню, я решил ничего не брать. Не особо то и хотелось.

Выйдя на улицу, мы продолжили дрейфовать. Переулками мы дошли до Кремля, затем до Кропоткинской и свернули на Остоженку. Мы снова начали подмерзать. Я предложил отправиться в Барвиху – уютный барчик, затерянный в переулках Арбата. В лучших традициях наворачивания кругов мы повернули назад. Я начал утомляться, хотелось тепла и выпить.

Зайдя в Барвиху мы обнаружили что весь миниатюрный бар, состоящий из трех столов и барной стойки, битком набит народом. Лишь один свободный стул стоял в проходе, на который и села моя спутница. Для меня в этом узком пространстве определенно не хватало места, посетители толкали меня на проторенном пути за новым стаканом, и я предложил зайти в соседнее заведение. Ксения вышла из бара с недовольной миной. Пройдя мима соседней кафешки, она решительно направилась вниз по улице. Не вполне понимая ее намерения, я шел за ней, а она летела куда-то не оглядываясь.

«Ксения!» – позвал я ее. Она не ответила. «Куда идешь, ты же возвращаешься на Старый Арбат!» – позвал еще раз.

– Я слишком счастливая, чтобы думать о том куда я иду и еще принимать во внимание куда хочешь ты! – ускорила она шаг. Поволочившись за ней еще минуту, я отстал. Бесполезно гнаться за звездами, даже с турбореактивным двигателем. Ее изящная фигура скрылась в переулке.

Оставшись в одиночестве, я призадумался. «Вот тебе и романтика!» – сказал я себе. Вечер не оправдал ожиданий. Я задумчиво шел по улицу. Передо мной возникли розовые ветрины сексшопа. Ноги сами завели меня внутрь. Я долго рассматривал различные виды вибраторов, клиторальных манипуляторов и анальных стимуляторов – маленькие и побольше, черные красные и синие как радуга, они оставляли блики в глазах. Еще там были резиновые вагины с половыми губами, но без ног, напоминавшие нераскрывшиеся цветки лотуса, груди вразвес, человеческое ухо, и другие экзотические предметы. Более всего меня заинтересовали куклы-девочки в полный рост. «Куплю такую, поставлю в угол, пусть стоит!» – подумал я, но покупать не стал. Я вышел из магазина и наткнулся на заведение с горячими гамбургерами. Оттуда веяло жареным мясом, перцем, кардамоном, аджикой. И только тогда я осознал всю меру своего голода. Я заказал гавайский – отличный прожаренный бургер с ананасом, помидором и лучком. Перекусив, я пошел дальше, сам не зная куда. Поднялся холодный гадкий ветер, он хлестал меня по лицу розгами, но домой не хотелось. Что-то не было завершено. И я даже знал что это! Через десять минут я снова был на Старом Арбате и целенаправленно двигался в направлении Старбакс. Он был еще открыт и ждал меня. Прекрасные кремлевские чашки стояли на полке в боевом строю. Я взял одну и долго рассматривал, затем сравнил с другими. Они были абсолютно идентичными, эти чашки, но после длительного вглядывания, мне стали мниться различия. Я долго выбирал свою чашку. Особых усилий стоило найти цену – она была маркирована далеко не всюду. Цена кусалась, но ведь на то она и сувенирная чашка, правда?

Второй раз за вечер я отправился к той кассе. Товар пробили и, запаковав в картонную коробку, вручили мне в фирменном пакете. Я вышел на улицу и, удовлетворенный, отправился в направлении дома. Тихо было под луной.

Проект ОГИ

Пятница, конечно, клубный день, а Москва – клубный город.

Вот и сегодня Игорь доделав доклад, закончив статью, переговорив с заказчиками, позвонив брату в Германию и наложив коту свежего корма со вкусом норвежского лосося, нарядился в твидовый ретро-пиджак в клеточку, удачно приобретенный в расхожем секондехенде, и намылился в кабак. Намерение возникло еще днем, когда животом стало понятно, что рабочая неделя неумолимо движется к концу, равно как и весь год закономерно приближался к законному окончанию.

Достав разбитую мобилу, Игорь набрал Олега.

– Привет, – возвестил он, – пятница сегодня! Тусить будем?

– Какое! Заебался я, Игорь! Сил нет, работа гнусная достала! -.разочарованно поведал Олег.

– Вот и расслабишься. Выпьем, с девушками познакомимся.. – соблазнял Игорь.

– Ладно, согласен, хорош бес! – аргумент про девушек оказался убедительным.

– Встречаемся в полночь у Грибоедова, там посмотрим куда двинуть, гуд?

– Договор. До встречи.

Вариантов куда пойти было много – отвязный «Тема Бар», с гламурными девицами и попсой, сумасшедший «Кризис Жанра» с бухими экспатками, или старый добрый Китайский Летчик Джао Да, где, наверняка, как всегда, шел концерт Паперного.

Но когда хотелось уйти в полный отрыв – ноги сами вели в «Проект Оги». Тепло одевшись и опрыскав себя одеколоном «Новая Заря» Игорь вышел на мороз.

В метро было пусто, поезда уже заканчивали рабочий день и не торопились. Пришлось подождать. Еще сорок минут тряски в раздолбаном вагоне занял путь до центра из спальника, где Игорь снимал квартиру вместе с мужиком лет сорока, пахавшем в какой-то рекламной конторе.

Ровно в полночь он стоял у знаменитого памятника Грибоедову на Чистых Прудах – традиционному месту встречи пьющих людей. Искренне говоря, на Чистых никаких прудов уже давно, конечно, нет, как лучших сосок на небезызвестном плакате, равно как нет и Никитских ворот на одноименной площади и Кузнецкий мост, через закованную в трубу Неглинку, давно канул в реку московского забвения, зато наличествует один средних размеров пруд в конце Чистопрудного Бульвара, близко к Покровке. Зимой его лед рассекают на коньках дети, а летом по нему, покрякивая, фланируют утки, и даже два лебедя. Со своего места Игорь не мог видеть даже этот одинокий пруд, и он с увлечением наблюдал за праздным людом. Предновогодняя Москва радовала огнями и истошными криками. Группка бомжей распивали крепкие спиртные напитки, а с другой стороны играли на гитаре вечнозеленые панки, своим цветущим видом напоминающие о неизменности бытия. Нарядные прохожие не замечали ни тех ни других, настолько естественно все они вписывались в городской пейзаж, как будто были его частью.

Вскоре подошел Олег и друзья динамичным шагом шагом двинулись вдоль бульвара.

– Куда пойдем? – спросил Олег.

– Может в «Кубу Либру»? Там сегодня скидка на коктейли.

– Там слишком тесно. И девушек мало.

– Тогда в ОГИ!

– Да, ОГИ! ОГИ это тема, сегодня как раз правильный день, чтобы туда пойти!

– А разве бывает неправильный день для этого?

– Все дороги ведут в ОГИ.

Через короткое время друзья уже спускались вниз по щербатым каменным ступенькам в прокуренный подвал бывших боярских палат в Потаповском переулке. Амбалы на фейсе равнодушно окинули их взглядом.

В небольшом помещении клуба дым стоял коромыслом. Одни танцевали, другие бухали, третьи уткнулись в книжки, купленные в книжном магазине при клубе. Пахло потом и табаком. Больше половины пространства занимали столики вокруг которых теснилась разношерстная публика из престарелых неформалов в потертых бушлатах, молодых девочек со стройными ногами, отдыхающих менеджеров и просто непонятных парней из Бирюлево. Народ бродил, общался, знакомился. Музыка, отчаянная музыка, сбивала с ног, уносила, чтобы больше не отпустить. Да, музыка там была знатная! Там можно было услышать все самые разудалые мотивы: от «Ленинграда», «Нирваны», и Крыши, что всегда on fire, до ностальгических конфеток-бараночек и сумасшедшего лингвиста Псоя. Музыка заводила даже самых сумрачных типов, случайно зашедших опрокинуть стограм, да так, что те вскакивали с мест и как угорелые неслись на танцпол. Горючим для этой ракеты безудержного веселья служила теплая водка по девяносто за сотку.

Друзья взяли 300 в графине и подсели к столику, где уже сидело несколько человек.

– Ну, с наступающим! – поднял Олег стопку.

– За встречу! – подхватил Игорь.

– С пятницей! – кто-то слева протянул свой граненый стакан.

Вскоре они уже вовсю общались с соседями по столу, а затем Игорь почувствовал давление в щиколотках. Будучи не в состоянии дальше сдерживаться, он выбежал на танцпол. Невысокого роста блондинка с хорошей фигурой, отвязно танцевала в углу, сверкая белыми лямками от лифчика. Игорь пританцевал к ней.

– Привет, – поздоровался он, – у тебя всегда такие большие глаза?

– Да, я с такими родилась, а что? – сквозь шум прокричала девушка.

– Они мне нравятся! – ответил Игорь и построил девушке ослепительную улыбку. – Хочешь выпить?

Девушка заискрилась и стрельнула лисой. Ее глаза и впрямь были гигантскими, как в японском аниме. Зрачки изумрудами сияли за поволокой. Игорь спросил ее имя, но тут же забыл, увлекшись попыткой достучаться до бармена, чтобы заказать обоим по «Бляди Мери».

Этот коктейль в ОГАХ был особенно хорош – они не скупились ни на водку ни на табаско! Уклоняясь от пьяных и шатающихся, Игорь нес коктейль как ребенка, но когда он вернулся девицы и след простыл. Оставив напитки на столе, он завертелся в пьяном танце. Стало мокро и душно. Он вышел покурить. Там, под ржавым жестяным козырьком подъезда, стояла она, глубоко вдыхая холодный воздух. Игорь встал рядом, затянулся.

– Прости, я забыл как тебя зовут, – извинительно произнес молодой человек.

– Света, – вернула ему улыбку девушка.

– Ты всегда такая красивая, Света?

Девица зарделась и промолчала.

– Может вернемся?

– Давай.

Забрав коктейли молодые люди перешли в другой зал, там было спокойнее и книжки вдоль стен. Игорь выяснил, что живет девушка в Кузьминках, учится в пединституте и любит сериал «Секс в большом городе». Когда музыка сменилась на медляк, Игорь позвал Свету танцевать. Девушка мягко прижималась теплыми выпуклостями, и Игорь почувствовал волнение в чреслах. Еще пара коктейлей только усилили влечение. Игорь не мог больше терпеть.

– Поехали ко мне, у меня дома целая бутылка абсента, недавно из Праги привез. – предложил Игорь.

– О! – воскликнула Света, – Я обожаю абсент!

Тут Игорь заметил Олега, тот старательно клеил полноватую брюнетку за дальним столиком, подливая ей шампанское.

– Я пошел. – хлопнул он друга по плечу.

– Хорошо отдохнуть! – подмигнул Олег.

На выходе со двора их ждали таксисты. Щуплый азиат с пустынными глазами плохо говорил по-русски, и долго возился с замком, чтобы открыть заднюю дверь покоцаного «Москвича». Игорь прозвал его «узбеком». Чтобы не заснуть, Игорь принялся развлекать девушку рассказами о путешествиях. Пьяная Света соображала с трудом, но делала вид что слушает. Летящая Москва так и дышала романтикой. Молодые люди трепетно поцеловались.

– Дорогу покажешь? – прервал их узбек.

Они выехали на МКАД. Однотипные высокие панельки замелькали перед глазами. Еще несколько километров и местность стала совсем незнакомая. «Что-то пошло не так!» – мутно подумал Игорь и попросил водителя остановится. Казалось, они попали в другую часть города, очевидно горе-водитель ошибся в пути. Игорь попросил узбека включить навигатор, но тот был сломан. Девушка, тем временем, отрубилась, водитель уткнулся в затертую до дыр карту, а Игорь смотрел на заснеженное шоссе и богом накиданные коробки, размышляя о том, что Господь не умело играет в трехмерный тетрис. На лобовое стекло посыпали снежные хлопья. Стало подмерзать. К счастью, вскоре водитель завел мотор и вновь выехал на трассу. Не прошло и полутора часов, как они подъехали к подъезду. Игорь не без труда вытащил спящую девушку из машины и полез в карман, чтобы расплатиться. Но не тут то было. Денег в кармане не было. Встревоженным цыпленком он захлопал себя по одежде. Карточки тоже не было. «Fucking shit!» – выругался Игорь. Сейчас это выражение было как нельзя к месту.

– Света, – позвал он девушку, – у тебя найдется пятьсот рублей, я, кажется, потерял все деньги в клубе

Проснувшаяся на морозе девушка сконфузилась, однако достала из сумочки кошелек и протянула ему банкноту. Отдав деньги водителю Игорь со второй попытки набрал код домофона и вошел в подъезд, пропуская девушку вперед. От тепла их отделяла лишь тонкая перегородка стальной двери, и Игорь полез в карман за ключами. Их тоже не было на месте!

– Блядь, – выругался Игорь.

Он стал стучать в дверь и звонить в звонок, в надежде разбудить соседа, но тот не то спал, не то и вовсе отсутствовал. Определенно это был не его день, точнее не его ночь. Истерически его мозг соображал, что можно предпринять. Послать девушку домой и остаться спать в подъезде? Отправиться пешком к родителям через всю Москву?

Ситуация была дерьмовая.

– Ключей нет, – сказал Игорь девушке. – Мы не сможем войти.

Он облокотился о подоконник и закурил. Девушка тоже закурила. Несколько минут они молчали.

– Знаешь, – сказала она, – поехали ко мне. У меня правда мама, но ты веди себя тихо, хорошо?

– Да, конечно, тише воды, ниже травы.

В этот раз доехали быстро, тщательно следя за дорогой. В круглосуточном взяли еще пива. Хрущевских времен девятиэтажка, казалось, дышит на ладан, обшивка давно облетела, дом выглядел серым бетонным и уставшим. Так же выглядели и все окрестные дома, да и, что говорить, весь район казался погрузившимся в сон времени. У подъезда воняло мочой. Лифт не работал. Запыхавшись, ребята поднялись на девятый этаж. Запах застоявшегося человеческого тепла в прихожей ударил в нос: пахло засаленной одеждой, потными ногами, пыльным ковром, кошкой, окорочками и чесноком с кухни и весь этот заплесневелый перегной вместе составлял единый сладковатый подтухший букет. Света нежно поманила Игоря за собой. Они быстро прошли в комнату. Первые пять минут Игорю казалось, что мир вокруг невероятно сузился, его сознание погрузилось и медленно плавало в бульоне, хотя по правде все обстояло ровно наоборот: его скованные холодом мозги расширялись и начинали дышать. Узоры на обоях наплывали страшилками из детских сказок. Он взглянул на девушку, но не понял кто она такая. Постепенно он стал приходить в себя. Мир прояснялся вместе с набуханием черепных сосудов, Игорь вынул пиво, затем открыл еще банку для Светы. Молча они чокнулись в темноте комнаты. Пиво оказалось живой водой, силы возвращались и Игорь почувствовал себя лучше.

– Пиво без водки – деньги на ветер! – продекламировал он, снимая с девушки бюстгальтер.

– Водку принести? – поинтересовалась Света.

Она вышла и вернулась с полушкой «Путинки». Смешав напитки Игорь получил ерш. Смесь вышла настолько убойная, что через несколько глотков в глазах у Игоря мыльными пузырями понеслись круги. Он обнял девушку, чтобы не упасть, но те лишь сменились плавающими треугольниками и квадратами. «Ебаный супрематизм!» – успел подумать Игорь, перед тем как у него потемнело в глазах. Потянуло блевать. Он попытался встать чтобы пройти в туалет, но споткнувшись об стул упал и стукнулся головой об стену. На секунду он потерял сознание, а когда вернулся в тело, осознал, что ни до какого туалета он не дойдет и низко нагнувшись стал блевать прямо на пол, на одежду девушки, раскиданную вокруг и на весь неопрятный мир. Блевал он долго, а когда закончил заметил стоящую в дверях женщину в потертом белом халате. Первая его мысль была что за ним приехала скорая, но выражение лица женщины не предвещало добра. Женщина была разъярена и она была Светиной мамой!

– Кого ты привела, шлюха? – орала она тыча заскорузлым пальцем в молодого человека. – Чтоб через минуту его здесь не было! Сейчас я вызову участкового, я тебе покажу как у меня дома притон устраивать!

Света под руки вывела Игоря в прихожую.

– Прости, – виновато сказала она, – видишь как получается? Тебе надо уйти.

Напялив на него куртку и шапку она буквально выставила его за дверь.

– Береги себя! – сунула она ему сто рублевку.

Дверь за ним закрылась, за ней послышались крики. Осторожно, чтобы не упасть, он стал спускаться по лестнице, которая в этот раз показалась нескончаемой.

«Номер телефона забыл записать, – на автомате пронеслось у него, – ну да хер с ней, все равно облажался».

На улице стоял сковывающий члены дубак. «Холод не тезка» – пробормотал Игорь. По остывающему горлу он сообразил, что оставил у девушки шарф, но возвращаться было некуда – он уже потерялся между близняшек-многоэтажек и не мог найти дорогу назад. Он шел по занесенному снегом микрорайону и ему стало казаться что он, маленький, построил город из лего, и теперь легко передвигается по нему, но при постройке он потерял генеральный план и в придачу забыл про отопление. Перед ним возникла дорога, по ней белым порошком мела поземка. Игорь вытянул руку перед проезжающим автомобилем и тот, скрипнув шинами, остановился.

– Подбросишь до центра? – спросил Игорь у симпатичного бритого парня в машине. – Сто рублей могу дать. – добавил он без энтузиазма, понимая, что водитель, скорее всего, откажется.

– Садись! – неожиданно согласился парень.