Заложница судьбы

– Что значит, какое задание? – выдохнула я ошарашенно, вдруг поняв, что меня раскрыли. И что делать? Я не знала.

– Не надо прикидываться, – зло и недовольно произнес Кевин совершенно другим тоном, чем когда обнимал. От его срасти не осталось и следа. – Твои вопросы были достаточно настойчивы, заставив меня задуматься. А то, что ты не проститутка, я убедился, когда сталь чуть более напорист. Будь ты такой, то бы уже вчера кувыркалась со мной, а ты вроде соблазняла, но при этом спать со мной точно не собиралась. Так что тебе нужно от меня на самом деле?

– Я не понимаю, о чем ты говоришь? – выдохнула я, чувствуя тревогу.

Он печально вздохнул.

– Ребята, привяжите ее. Видимо, нужно действовать по– другому.

Его охранники поволокли меня в центр гостиной, один держал, второй принес стул из кабинета и посадил на него, А потом мои ноги и руки прикрутили к ножкам и подлокотникам веревкой. И я ничего не могла сделать. Все понимали, что кричать бесполезно. Номер был один из двух на этаже, и вход только по карточкам гостя. Кевин же подошел ко мне вплотную и посмотрел сверху вниз.

– Я повторяю свой вопрос. Кто ты и на кого работаешь?

Мое лицо выражало вполне искренний ужас и шок, но я молчала, прекрасно понимая, что сделает господин Азир с Дезире, если я скажу хоть что– то. Мужчина тяжело вздохнул, потом присел передо мной на корточки и вкрадчивым голосом, какой бывает у лучшего друга, произнес:

– Латифа, ты слишком красива, чтобы портить твое личико. Или другие части тела. Мне будет очень печально, если все дойдет до этого.

Меня стала бить крупная дрожь.

– Итак девочка, до того, как мои парни приступят к более пристрастному допросу, может сама скажешь, кто тебя послал?

И тут, как ни странно, я поняла, к чему были наказания болью. Я не боялась ее, но и показывать этого не собиралась, а решила играть до конца простушку, купившуюся на богатство и удовольствия жизни с красивым парнем, только надеясь, что мне хватит сил убедить его в этом.

– Кевин, я не поняла, что ты от меня хочешь?! И почему они привязали меня? Объясни, что происходит?! – уже с настоящими слезами и близкой истерикой пробормотала я.

Он задумчиво посмотрел на меня, а я узнала этот его взгляд. Так смотрел на меня Азир, когда думал о том, что хочет от меня получить и как заставить делать это. Я внутренне сжалась от худшего предчувствия.

– Хочется услышать правду, – сказал он спокойно, – или мне придется делать то, что совсем не нравится. Уж точно не такое приятное, как намеревался проделывать с тобой. Жаль, что все будет по–другому.

Я нервно сглотнула, видя в его взгляде, что он не шутит. Мне нужно было сейчас понять для себя, на что именно я готова ради собственного спасения. И выбор был невелик: боль или секс. Либо терпеть, либо соблазнять. Я резко выдохнула, пытаясь принять решение, когда мысли прыгали и разбегались. Мне впервые было страшно. Трое мужчин и ни в одном ни намека на жалость, даже не смотря на то, что я продолжала разыгрывать хрупкую и наивную девушку. И мое частое дыхание и испуг сейчас были вполне натуральными.

– Но о какой правде ты спрашиваешь?! – спросила я жалостливо и непонимающе.. – Ты просто понравился мне! Вот тебе правда! Что еще ты хочешь услышать?!

Я от отчаяния играла очень натурально, даже не играла уже, но Кевин все равно не поверил. А просто дал мне пощечину. Больно и со знанием дела.

– Итак, – сказал он уже жестче, – правда! Мне нужна правда!

И тут я разрыдалась. И это было искренне. Я никогда не задумывалась, что в случае провала все может быть так, если не хуже, а именно, что меня могут убить, а тем более пытать. До этого мне казалось, что все будет так, как на первом задании. А тут все шло к совершенно другому варианту. Худшему из возможных.

– Я уже все тебе сказала! – всхлипывала я, – мне нечего сказать, кроме того, что сказала! Не трогайте меня!

Он остался равнодушен.

– Ребята, приступайте, – вздохнул Кевин.

Мне не верилось, что мужчина, в страсть и чувства которого я так верила, не реагировал. Ничто: ни слезы, ни взгляды, ни мое отчаяние, которое уже поглотило все мое существо, не трогали его. А два бугая тем временем проверили прочность веревок, которыми я была привязана. Вдруг один из них достал раскладной нож и вытащил лезвие. Я не могла поверить, что он сделает это, но он посмотрел на меня очень внимательно, а потом схватил за руку и прижал к подлокотнику. А затем медленно, словно специально наслаждаясь, провел по моей кисти лезвием. Я еще не успела от шока осознать боль, а только видела, как из пореза потекла кровь, а потом меня накрыла боль. И я закричала, не сдерживая ужас и отчаяние понимания, что ничто им не помешает сделать это со всем моим телом.

– Я скажу, я все скажу! – задыхаясь, запричитала я, теперь готовая на все.

Кевин дал приказ рукой остановиться, так как бугай уже был готов продолжить.

– Так что ты хотела? Кто тебя послал? – жестко спросил мой объект, пока я тряслась от шока и страха, а кровь капала с руки на пол.

– Я хотела украсть деньги! – почти прокричала я. – Мне нужно были деньги! И это все. Поэтому залезла к тебе в портфель! – сказала я, вкладывая в эти слова все, что чувствовала.

Мужчина задумчиво молчал, изучая меня.

– Ладно, парни. Хватит. Она видимо просто воровка. Перевяжите ей руку, обыщите и отпустите. Видимо, мы закончили на сегодня.

Затем он посмотрел на меня, очень пристально и холодно, совершенно не похоже на то, как выглядел еще в лимузине, горя желанием.

– А ты, если хочешь остаться жива, думай, кого выбрать жертвой. Мелкие купюры в обмен на жизнь – слишком дорогая цена, мне кажется. Сейчас ты залезла в очень опасные вещи, и если я тебя еще раз увижу, то уже точно не поверю. А ты сама знаешь, что будет.

На этом они обыскали меня и вытолкали из номера. Я на негнущихся ногах дошла до лифта, все еще не веря, что так чудесно избежала смерти или того хуже. Пыток я бы не выдержала.

Шрам поле того событии остался со мной навсегда, каждый момент напоминая мне, что нужно быть осторожной и никогда нельзя недооценивать противника, думая, что он доверчивый дурак. Это стало для меня очень полезным и наглядным уроком….

Глава 17. Цена мечты

После того случая вся моя наивность растаяла, как утренняя дымка перед восходом солнца. Я стала со всей очевидностью понимать, что выбранная мной судьба может быть очень жестока, и больше не хотела ей проигрывать. А потому, даже не очень понимая, насколько сильно изменилась буквально за вечер, стала действовать более четко, холодно и продуманно. Я больше не собиралась никогда попадаться, от чего мой ум искал и другие способы получения нужного в достижении цели, кроме соблазнения, пусть и мнимого.

Когда моя рука немного зажила, мы вернулись домой, а название компании я сообщила почти сразу. Господин Азир был очень доволен, его глаза горели радостью.

И вот теперь моя жизнь состояла из такого рода заданий, как выкрасть, раздобыть, узнать, выведать, а порой и обмануть, соблазняя, уговаривая, а еще и воруя нужное мне, а точнее господину. И самое главное, мне это все равно нравилось. Адреналин вызывал эйфорию. Просто я больше не допускала той ошибки, чтобы не продумать несколько вариантов исполнения задумки, еще хотя бы пару планов, чтобы точно все сделать и попасться. А еще у меня появилась неизменная привычка дотрагиваться до шрама каждый раз, когда задумывалась о плане действий, словно напоминая себе каждый раз о той самонадеянности, в результате которой получила эту «метку». Не давала себе забыть…

Так незаметно прошел почти год. И вот я уже была не та зеленая девчонка, наивная и уверенная в себе, а стала спокойной, расчетливой, знающей себе цену женщиной, пусть и не познавшей до сих пор ласки мужчин. Но в моей голове уже не осталось ни единой наивной мечты, которая бы бередила мечтами душу, что я когда–нибудь смогу жить спокойной жизнью и растить детей. Я отчетливо начала понимать, что не смогу. Что мне это неинтересно. Дух авантюризма, который господин Азир так умело взращивал во мне долгое время, дал росток и окреп, став сильнее и сильнее с каждым днем, вытесняя наивную девочку, которой когда– то была.

И в какой– то момент я осознала, что вполне уже довольна своей жизнью, не испытывая никаких иллюзий и сожалений. Ни любовных, ни любых других. Я твердо знала, что не пропаду. Мне просто хотелось стать свободной. А для этого я должна была вызволить Дезире, которая так и оставалась наивной и нежной, что я оберегала всячески, как могла. Мне не хотелось рушить и ее мечты тоже.

«Наверно, это неправильно, заставлять жить ее в таком искусственном коконе, но мне становится страшно, если она столкнется с жестокостью мира», – понимала я, каждый вечер сочиняя рассказы о моей мнимой работе в городе. Просто Дезире была для меня единственным человеком в этой жизни, которым я дорожила, которого любила и не могла обидеть никогда.

Однажды в один из дней господин Азир вызвал меня в очередной раз к себе.

– Кадира, мне нравится, как ты выполняешь мои поручения, – улыбнувшись произнес мужчина.

– В этом и была моя цель, когда я только согласилась на такую жизнь, – сказала я холодно.

Он изучающе посмотрел на меня, от чего я задержала дыхание. Все чаще я замечала на себе его задумчивый взгляд, который наводил меня на не очень приятные размышления. Мне все время казалось, что он решает, что ему больше нужно от меня: то, что я уже делаю или то, что я отказалась делать когда– то. А все потому, что сама того не осознавая, я неожиданно стала для мужчин, включая господина Азира, еще более притягательна, чем раньше. Расчетливый и без эмоций ум оказался для него загадочней и притягательней красивого личика, и созревшего для утех плоти тела, каких было множество вокруг него. Даже в облике и моих глазах что– то незримо изменилось, потому что его взгляд, когда я разговаривала с ним, все чаще затуманивался желанием. Я видела это по его увеличивающимся зрачкам, когда он не контролировал себя, от чего все сильнее хотела сбежать, в тайне готовя план побега.

Вот только что делать с Дезире? Только это меня останавливало, так как я могла уехать, просто не вернувшись с очередного его поручения, но она постоянно оставалась здесь. И именно подруга пострадает в первую очередь, если я это сделаю. И потому я только планировала, не решаясь ничего предпринять, хотя даже дома для меня становилось все опаснее. А все от с каждым днем все более похотливого взгляда господина. Но у меня был план на самый крайний случай…. Всегда должен быть план «Б»…

– Я рад, что ты это понимаешь, – еще более задумчиво произнес господин Азир, разглядывая меня.

Вдруг он остановил взгляд на моем лице и спросил:

– Как хорошо ты знаешь Дезире?

Сам по себе вопрос очень меня удивил.

– Мы подруги, – сказала я сдержанно, даже не очень сильно пытаясь скрыть недоумение.

– А о ее семье? Ты много о них знаешь? – продолжал интересоваться он.

Вопрос был очень непрост. Я понимала, что если скажу «не знаю», он может не поверить, а если скажу, что знаю, то кто может предсказать, чем это может закончиться именно для Дезире?

– Общую информацию, – сказала я, аккуратно и выжидая.

– Какую? – спросил он, пристально смотря на меня.

– Я знаю, что ее мама умерла, а отец и брат жив. Во всяком случае были, когда она попала сюда, – ответила я осторожно.

– Они живы до сих пор, – неожиданно сказал он сухо.

– Я не очень понимаю этот разговор, – спросила я, стараясь оставаться спокойной, хотя все это меня очень нервировало. Множество мыслей одновременно стало возникать в голове, одна настороженней другой, но ни одна из них не предвещала ничего хорошего ни мне, ни тем более моей подруге.

– Скажи, а что ты хочешь больше всего? – вдруг спросил меня господин.

– Что значит, больше всего? – еле сдерживая выдох, спросила я.

– Ну, какая у тебя мечта? То, о чем ты думаешь очень часто. За что готова сделать что угодно?

Я не знаю, что меня дернуло тогда, но я не удержалась. Наверно душа, подначенная его доверительным тоном и добрым взглядом, стремилась озвучить свои тайны. И я тихо произнесла:

– Свободу мне и Дезире.

Как оказалось, господин Азир не очень удивился. Улыбка так и осталась на его лице.

– Я могу дать тебе такой шанс, – неожиданно сказал он доверительно и по– доброму смотря мне в глаза.

– У это же будет цена? – спросила я, понимая, что этот человек хитрее шакала.

– Конечно, – улыбнулся он еще шире, явно довольный, как я себя веду и что говорю.

– И что вы хотите? – спросила я, чувствуя, как замирает в надежде сердце.

Мужчина странно посмотрел на меня, а потом вдруг его взгляд стал жестче и суровее.

– Ты только что говорила, что готова на все. Значит, ты соврала?

– Нет, – прошептала я, начиная понимать, что он не шутит.

– Тогда это не предмет торговли как на базаре, – был его ответ.

– Что вы хотите?! – уже более нетерпеливо ответила я, понимая, что действительно сделаю все, что угодно.

– Ты выдашь себя за Дезире и отравишь ее отца. Но главное сделаешь это так, чтобы все думали на сына.

Кровь отлила от моего лица в ужасе.

– То есть я должна погубить ее близких, чтобы сделать нас свободными от вас?

– Да, – кивнул он, смотря холодно и отстраненно, – более того, я даже дам денег, чтобы вы могли устроится первое время. Много денег. Но одно условие – отъезд из страны, пока все не утрясется. И да, Дезире не должна ничего знать. Но если ты не сделаешь того, что я прошу. Или хотя бы в чем– то будешь мне перечить, то она узнает, что ты согласилась убить ее отца и погубить брата.

Даже при всем моем понимании злости и низости этого человека, а также человеческих страстей, которыми я умело пользовалась, я не была готова к такому.

– Я могу подумать? – тихо произнесла я, ошарашенная его подлостью.

– Подумать?! О чем ты?! – вскинул он брови в искреннем удивлении. – Тогда я отзываю свое предложение. ПОЛНОСТЬЮ!

– Почему? – выдохнула я оторопело, почти физически чувствуя, как свобода вместе с надеждой вытекают из моих пальцев словно песок.

– Если тебе нужно думать, значит не так уж сильно этого хочется, как ты хотела меня уверить! – словно выплюнул он слова, уже зло смотря на меня.

– Нет, подождите! Вы же не дали мне даже ответить! – в отчаянии пробормотала я тут же, так велико было желание уйти отсюда. Это был шанс жить по– другому и не боятся погони.

– Так ты сделаешь или нет?!– сухо просил господин Азир, пристально смотря в мои глаза, а я понимала, что он не остановится ни перед чем. И еще поняла, что выхода нет. Я в ловушке, которую он так умело мне расставил, а я и не поняла, опять недооценив.

– Согласна, – выдохнула я, пытаясь убедить себя, что Дезире никогда не узнает, на что я согласилась ради нашей свободы…

Лицо господина Азира тут же осветилось радостью.

– Ну и отлично. Я был уверен, что мы договоримся. Теперь тебе нужно более тщательно подготовиться. Ты же знаешь, как их зовут?

– Да, – только и выдохнула я, не в силах посмотреть на господина, а от его искренней радости меня даже подташнивало. Я еще не могла осознать, что согласилась убить человека. И потому еще не придя в себя от того, что опять творила со мной судьба, прошептала:

– Эмирхан ибн Джуланда и Дамир ибн Эмирхан…

– Правильно, – кивнул он, радуясь моей явной осведомленности, – Эмирхан и его сын Дамир.

ЧАСТЬ 2. ДАМИР

Глава 1. Начало

Уже оказавшись в своей комнате после этого разговора, я так и не могла прийти в себя от того, что пообещала сделать господину Азиру. Сама мысль приводила меня почти в панический ужас, но в то же время я ощущала в себе ту крамольную надежду, что мы с Дезире будем наконец– то свободны, что это кружило голову от восторга, не давая дышать.

«Неужели я смогу? Неужели я решусь убить?» – пыталась я дать себе честный ответ, но так и не могла. Безумная тяга к свободе, чтобы делать, что хочу, идти куда хочу, была непреодолима. А еще мечта, чтобы увидеть счастливую улыбку на лице Дезире. Я так хотела, чтобы исполнить все ее мечты, чтобы та побывала со мной в тех странах, о которых мы столько грезили в детстве, так много читали и представляли себе, мечтая в наши ночи рассказов и перешептываний, пока никто не знал.

«И пусть нам обеим не суждено выйти замуж и познать счастье взаимной любви, но мы будем вместе. А главное, сможем делать то, что так желали и о чем мечтали еще в детстве», – приходила я к пониманию, чем больше и дольше думала обо всем этом и размышляла, делая выбор.

Но даже этого было достаточно, чтобы я поняла одну очень важную для себя вещь: я просто должна сделать все то, что обещала господину Азиру. Что сил не пожалею для этого. И это наш с Дезире единственный путь к свободе. Сомнений и угрызений совести при этом быть не должно. Но именно с этой ночи меня стали мучить кошмары. В первый раз мне снились призраки прошлого, лиц которых я не видела, но они то звали меня, то пытались удержать, то уходили сами, а я пыталась их догнать…Я бежала в густом тумане за ними, а их тени медленно и неуклонно исчезали в этой белесой пелене. И после этого я почти каждую ночь просыпалась в холодном поту, сама не зная, что же мне делать с этим. Но я никому не сказала об этом, даже лучшей подруге, потому что тогда пришлось бы признаться и в остальном….

В общем, тем утром я проснулась измученная, но все равно полная решимости действовать. Поэтому первым делом отправилась в комнату к Аише. Она была основным моим подспорьем в том, чтобы продумать операцию и возможные варианты действий, как выполнить поставленную мне очередную задачу. Сложную и достаточно опасную. Это я тоже осознавала.

«Но у меня нет выбора!» – в который раз говорила я себе, даже боясь зайти с утра к Дезире, как делала обычно, потому что не знала, как мне себя вести и что говорить. Я была растеряна и совесть все равно подспудно грызла меня, притупляя другие чувства и придавая неуверенность. Но я должна была это преодолеть, а потому решила сконцентрироваться только на достижении цели. Я приказала себе думать о задаче, от чего мне полегчало.

Идя к Аише, я вдруг помнила обещание господина Азира о том, что я могу просить любую помощь и средства, которые мне понадобятся.

«Такой щедрости еще не помнится за весь прошедший год», – вздохнула я, уже стуча в комнату наставницы.

– Можно? – спросила я.

– Да, заходи, Кадира, – ответила та обычным спокойным тоном.

Сначала мы стали, как обычно, выяснять более подробную информацию о семье Дезире по интернету. Того, что прошло в их жизни без Дезире. Оказалось, что моя подруга являлась дочерью очень богатого и влиятельного человека. И это еще было слабо сказано. Он оказался эмиром страны, в которой мы жили, то есть Дезире считай, была принцессой. Это было шоком и слишком похоже на сказку, в которую я не верила.

У меня даже на минуту возникло ощущение, что я могу попросить у них помощи, чтобы предотвратить все это, но тут же поняла, что это все пустые надежды. Ведь она до конца всего задания будет в руках господина. И я, слишком хорошо зная этого человека, была уверена, что с того самого момента, как я согласилась, он глаз не спустит с нее. Ставки явно были слишком высоки. От этого у меня холодели ноги и руки, но пути назад уже не было.

И тогда я в какой– то момент, чтобы прекратить эти свои внутренние метания, которые будут только мешать достигнуть желаемого, решила для себя, что ее семья всего лишь незнакомые мне люди. Пусть даже я немного слышала о них по рассказам подруги, но они все равно были чужими мне. А вот Дезире была самым дорогим мне человеком, о котором я всю жизнь заботилась, которую любила, кто был моей единственной семьей. Светом для меня.

«А потому мне наплевать, что будет с ними», – говорила я сама себя все увереннее и увереннее.

И вот мы с Аишей определились, что для начала нужно все выяснить и узнать, уточнить заранее каждую деталь о жизни. Осмотреться. А уж потом придумать более четкий план. Мы так поступали. Примерно неделя слежки, а потом уже план.

– Значит, завтра едем в город? – спросила женщина меня уже знакомым тоном.

– Да, а я попробую сориентироваться на месте, – вздохнула я.

На следующее утро я уже прощалась в очередной раз с Дезире, говоря ей с тяжелым сердцем, что еду на работу в город. Вроде все было как обычно, но только я волновалась сильнее.

– С чего начнем? – спросила я наставницу, подойдя к огромному дворцу, где жили родные Дезире. Тот действительно был похож на дворец даже по размеру. Это был огромный дом в три этажа, с прилегающими садами и фонтанами.

– Надо как– то проникнуть внутрь, – тихо проговорила та, смотря на огромный дом задумчивым взглядом через некоторое время.

– Легко сказать, – выдохнула я, стоя рядом с ней и уже который час и наблюдая за домом как можно незаметнее.

Мы обе были одеты в никаб, который скрывал ото всех наши тела и лица, открывая только глаза, а черный цвет делал меня и Аишу максимально незаметными для окружающих. Это и было моей целью. Но я уже поняла, что в семье Дезире, видимо, намечается какое– то торжество, потому что очень много различных людей за это время прошло и въехало внутрь и значительно меньше вышло. А потому у меня неожиданно появилась отличная возможность проникнуть туда, куда мне было нужно, смешавшись с остальными.

«Это мой шанс»,– решила я.

– Пойду и хоть что– то узнаю, – сказала я вслух Аише и тут же и направилась к дому, не дожидаясь ответа наставницы, но та не стала останавливать меня, так как знала, что если уж я что решила, то не оступлюсь. Вот только я не делилась с ней тем, что получу взамен, когда исполню задание, а тем более, в чем оно действительно заключается. В этот раз Аиша знала лишь то, что мне нужно проникнуть в дом, прикинуться Дезире, узнать что– то и смыться. В общем, все как обычно. Но неожиданно я осознала, что она переживает за меня, что было непохоже на наставницу.

– Удачи, – неожиданно прошептала женщина, внимательно посмотрев на меня, а я в ответ лишь кивнула.

И вот я уже входила внутрь. Меня сразу поразило богатое внутреннее убранство. Дом, где я жила, я всегда считала роскошным, но этот был намного больше, еще лучше, чем я могла себе представить. Это была невиданное богатство. Я шла, стараясь не озираться как маленькая девочка, словно очутилась в сказке, а пытаясь узнать как можно подробнее о планировке и хозяевах. Ведь мне предстояло «вспомнить» мое детство, и каждая деталь была важна. Достаточно быстро удалось втереться в доверие к слугам и приглашенным помощникам, а они очень даже любили потрепаться про хозяев, пока готовили многочисленные кушанья. А мне оставалось лишь слушать.

Так я и провела в доме целый день, а завтра уже должны были приехать гости, и я намеревалась попробовать попасть туда уже в другом качестве, чтобы не быть запертой на кухне, а понаблюдать за хозяевами лично. Хотя от количества информации у меня к вечеру голова шла кругом, но я все равно впитывала каждое слово, каждый слух, каждую толику информации, которую услышала. Мне было важно абсолютно все. Я полностью сконцентрировалась на добывании информации.

И вот, когда совсем уставшая и изнуренная работой я решила пойти домой, где меня ждала Аиша, то выскользнула из дома через запасной выход для слуг, но нужно было все равно немного пройти мимо основной лестницы. Неожиданно чуть впереди у главного входа притормозила дорогая черная машина, и из нее вышел мужчина лет двадцати пяти в европейском костюме, но в красно– белой куфии, придерживаемой черным обручем на голове. Он уверенным шагом направился к дому, как раз в мою сторону.

И в тот момент, когда он проходил мимо меня, я не успела вовремя опустить глаза, как подобает скромной женщине. Но главное, чтобы совсем превратиться в пустое место, которое и запомнить то было невозможно. И на какой– то краткий момент наши глаза встретились. Это длилось всего секунду, а может даже долю секунды, но мне стало трудно дышать. Я не могла оторвать взгляд, а он смотрел на меня несколько удивленно, но очень пристально. Но при этом мужчина не остановился, а прошел мимо и вошел в дом.

«Кажется, пронесло», – решила я, надеясь, что он тут же забудет обо мне, как только окажется внутри, кто бы он ни был, даже не смотря на мою дерзость.

Вот только я, даже приехав в нашу городскую квартиру, никак не могла забыть загадочный взгляд его темных завораживающих глаз, которые, казалось, проникали в самое мое сердце. И это очень меня нервировало.

Глава 2. Торжество во дворце

После долгих размышлений на основе того, что я узнала, проведя в доме почти день, мы с Аишей решили, что надо попасть туда еще раз, но уже присмотреться к хозяевам. Помогая на кухне, я их так и не увидела вчера, а мне ведь нужно будет узнать тех как родных! В интернете же практически ничего не было, кроме официальной информации. Я еще никогда не видела такой закрытой семьи. Был дан только тот минимум, которого мне точно было недостаточно. А все фотографии, которые нашли в интернете. Их было очень мало, да и то, только отца. Брат Дезире вообще нигде не появлялся, начиная лет с семи. И немного поразмышляв, я поняла, что это связано с пропажей дочери. Отец наверняка не хотел лишиться еще и сына, а потому не стал рисковать, перестав показывать того на людях. Мне же для успешности выполнения задания нужны были еще и сведения и друзьях в том числе. Вдруг они знали Дезире?