скачать книгу бесплатно
Эль с благодарностью взяла воду, немного отпила, и застыла, зажав стакан в ладонях, с замершим взглядом.
Боро обернулся к Кахэ:
– Зачем? – только и спросил он.
– Две минуты на успокоение вполне хватит, – ответил Кахэ, аккуратно забирая из рук застывшей девушки стакан, – а то уронит – пояснил он.
– Не нужно смотреть на нее такими глазами. Ни к чему хорошему это не приведет, – напомнил другу Кахэ.
Боро вернул себе звериное зрение и покачал головой.
– Не спорю, она прекрасна, но… – Кахэ погрозил пальцем.
Разведя руки в стороны, Боро пожал плечами и пошел к лестнице, ведущей в подвал.
– Догоняй, – бросил он через плечо и скрылся в полумраке коридора.
Кахэ с улыбкой смотрел вслед другу. Как же все-таки здорово, что Боро Мэй теперь здесь, в Академии.
Девушка судорожно вздохнула и отмерла. Посмотрев на Ректора, все еще держащего в руках воду, она попросила еще глоток воды, почти совсем успокоившись. Слезы высохли, и было заметно, что она полна решимости.
– Чем я могу помочь, господин Ректор? – твердо спросила Эль.
Сначала Кахэ хотел отправить ее в общежитие, учитывая наличие в Академии магов из Департамента, но, передумав, решил держать ее в поле зрения. В конце концов, маг эльфийской магии, причем один из десяти (всего!) студентов в Академии мог пригодиться в расследовании. Однако существовал еще и момент сохранения тайны Источника. Кахэ был в раздумьях, когда Эль снова обратилась к нему:
– Господин Кахэ, я дам клятву Маора! – девушка отважно смотрела в глаза Ректора.
Брови Кахэ полезли вверх:
– Вы уверены, юная леди? Это очень серьезная клятва, и если вы, хоть полусловом, обмолвитесь о том, что узнаете здесь, вы добровольно отдадите магию?
Эль упрямо кивнула.
Ректор удивленно покачал головой:
– Я не стану подвергать Вас такому испытанию, достаточно будет Вашего слова, Эль.
И она подняла руку, выпуская искры зеленого цвета, произнося:
– Обещаю хранить вашу тайну, селе!
– Хорошо, идемте.
***
Заведующего хранилищем Ректор и Эль застали уже в кабинете за разбором коробки с документами. Боро совсем не ожидал, что они придут вместе. Он встал, приглашая их войти и расположиться. Было заметно, что он нервничает и пытается не смотреть в сторону Эль. Пришлось Кахэ спасать друга.
– Мисс Вия дала клятву, и все что здесь узнает, останется между нами, – многозначительно посмотрев на Боро, произнес он.
Эль кивнула, серьезно и открыто.
– Я не могу оставаться в стороне, когда пропадают мои друзья. И очень прошу, расскажите, что происходит, и какие дальше действия вы будете предпринимать?
Поставив стул рядом с диванчиком, на котором сидела Эль, Кахэ сел, позвал Боро сесть рядом и начал свой рассказ. Щадя чувства девушки, Кахэ опускал некоторые нелицеприятные моменты, не стал он также рассказывать про Источник, но основные происшествия описал подробно. Выслушав все, Эль спросила:
– Чем я могу помочь, селе?
– Нам нужно знать всех знакомых Иени, что с ним происходило в последние месяцы и как можно подробнее. И очень подробно опишите нам последний его день, все, что сможете вспомнить, даже самые мелкие детали.
Эль задумалась.
– А если вот так? – и она погрузилась в транс с раскрытыми широко глазами, разведя ладони в стороны. Раскачиваясь, Эль создавала тончайшую пелену, окутывавшую ее с ног до головы. Она собирала все свои воспоминания в маленький клубок ниток, наматывала их глазами, нитка за ниткой, не отрываясь, шепча заклинание памяти. Закончив плести клубок, она аккуратным пассом руки отправила клубок в сторону Кахэ.
– Вот, селе, это все, что помню я. С друзьями Иени я поработаю, когда они вернутся в Академию. Но если можно, я бы посмотрела его вещи, на них тоже есть воспоминания прикосновения хозяина.
Кахэ кивнул, ловя клубок:
– Я запрошу разрешение на осмотр его вещей в Департаменте. А пока, научите меня и моего друга, как просмотреть ваши воспоминания?
Эль смутилась немного, посмотрев на Боро, но потом решительно выпрямилась, подошла к Ректору и взяла его руку.
– Поверните ладонь вверх, селе, и положите клубок так, чтобы глазами четко видеть конец нити. Да, так, а теперь вдохните воздух ртом.
Кахэ увидел, как нить начала разматываться и потянулась к его лбу. Как только конец нити коснулся кожи, перед глазами Ректора поплыли воспоминания Эль, связанные с каждым мгновением общения ее и Иени за последние два месяца.
Кахэ видел, что Иени тянулся к Эль всей душой. Как мог, ухаживал за ней, помогал во всем, и в учебе и в быту. В один из дней, Иени признался Эль, что любит ее. Но Эль отказала. Она просила остаться с ним друзьями. Потом шли темные дни, когда они почти не виделись, потом был разговор с рыжеволосой подружкой о нем, потом, глазами Эль, Кахэ видел, как Лесса бегает за ним, но он все равно продолжал смотреть на Эль. И вдруг, в воспоминаниях Эль промелькнул странный эпизод. Она шла на занятия по самому большому коридору и увидела странных людей. Они о чем-то беседовали с Иени под темной лестницей. Кахэ остановил внимание на этом эпизоде. И постарался как можно подробнее запомнить этих людей, их одежду, лица, а также выражение лица Иени. Кахэ показалось, что мальчишка был напуган, но бравадился, разобрать, о чем они говорили, было нельзя, да и Эль недолго стояла возле них. Просмотрев клубок до конца, Кахэ еще несколько раз видел похожие сцены, значит, Иени встречался с неизвестными людьми здесь, в Академии. Странно, как они вообще могли сюда проникнуть. Кахэ поставил себе задачу это выяснить.
Просмотренный клубок вновь вернул себе свою форму. Эль взяла его с ладони Ректора и протянула Боро, но тот отказался смотреть.
– Ректор все видел, если нужно, он мне расскажет, – холодно отклонил он клубок. Кахэ неодобрительно покачал головой. Тогда девушка подкинула клубок в воздух, и он растаял. Боро с сожалением проводил его глазами, потом спохватился и равнодушно отвернулся.
– Мне кажется, Вы мне не доверяете, магистр Мэй? – прямо спросила Эль.
Не ожидавший такого выпада, Магистр закашлялся и с виноватым видом посмотрел на девушку:
– Конечно нет, мисс, я доверяю Вам, мне просто не хочется Вас смущать. Все-таки Ректор является вашим учителем, почти отцом, чего нельзя сказать обо мне.
Постарался улыбнуться, но вышло несколько криво. Кахэ погрозил другу кулаком из-за плеча Эль. Девушка приняла объяснения, кивнула и снова села на диван.
– Мы с Эль отлучимся, – сказал Кахэ, – постарайся просмотреть как можно больше вещей Тавера. Как только я отправлю ее в Департамент, я вернусь и помогу.
Потом наклонился к самому уху Боро и прошептал: «Ну, ты и дурак!»
Уходя с Эль, Кахэ еще раз обернулся, Боро с сожалением смотрел вслед Эль. Похоже, что его друг совсем пропал. Как маг эльфийской магии, медиум, Эль чувствовала все, что пытался скрыть Боро. И взгляд в спину она ощущала физически. Но, почему-то, это не вызывало в ней отрицательных эмоций. Она прислушалась к себе, в душе было тепло, и, несмотря на потерю друга, светло.
Идя рядом с Эль, Ректор искоса следил за ее выражением лица. Может быть, между этими двумя ничего и не происходило, но Кахэ насторожился. Повторения старого он явно не хотел. Поэтому постарался как можно быстрее отправить Эль в Департамент Оуфиле, дав наказ тщательно проработать каждую вещь Лаветса.
Пока Ректор уходил, Боро продолжал разбираться в коробках Тавера. Он раскладывал вещи на три кучки: «Ничего примечательного», «Что-то есть» и «Удивительное».
В кучке «Что-то есть» были личные письма Тавера, фотографии, и даже один носовой платок.
В «Удивительном» лежала одинокая подвеска. Удивительной она была, потому что женская, а у Тавера никого не было, он был Отшельник, почти целибат, и вырос в интернате для сирот. Поэтому вещь показалась Боро странной.
Коробки с книгами Боро оставил до прихода Кахэ и разбирал сейчас личные записи и рисунки Тавера. Звериным зрением было четко видно тайные знаки на полях тетрадей, рисунки, касающиеся Источника, Магии Темных Стихий и еще целительства. Видимо, Тавер увлекался всем этим всерьез. В одной из записей, где описывался ритуал призыва сущностей, Боро заметил нечеткую надпись: «Разрыв». Он отложил все тетради и увлекся этим ритуалом. В записи было сказано: «В ритуале призыва сущности должно участвовать десять магов разных стихий: земли, воды, воздуха, огня, времени, эфира, темных стихий, эльф, целитель и некромант. Часть призываемой сущности должна быть идеально чистой и свободной от любого магического воздействия. В качестве сущности можно призывать любой вид живого и неживого. Условия призыва неживого: уровень дана магов не менее среднего. Условия призыва живого: добровольное согласие сущности, либо его ментального отображения, дан магов не ниже старшего. В виду сильного отката заклинания пространство призыва должно быть замкнуто и закрыто силовым полем, заряд поля не менее 900 квод. Удержание и контроль над сущностью осуществляют все маги, участвующие в ритуале. В случае разрыва цепи магов есть вероятность поглощения призванной сущностью всех участников. Дальнейший контроль над данной сущностью возможен только магом великого дана. Уровень опасности ритуала: Крайний!»
Далее шли схемы и заклинания для осуществления призыва.
Итак, десять магов с уровнем магии не ниже старшего. Студенты сюда не подходят, выпускники Академии имеют средний дан. Это магистерский уровень. Дальше только опыт и учеба в Магистрате могут повысить дан мага.
И Источник…
Пока Боро читал, вернулся Кахэ.
– Ну что? Рассказывай что нашел?
Показав подвеску, Боро спросил:
– Почему женская вещь тут? Тавер был Отшельником!
Кахэ повертел подвеску в руках, посмотрел слепок остаточной магии и, ничего не найдя, вернул ее Боро.
– Что в ней не так? – спросил Ректор.
– Ничего, кроме полного отсутствия магического воздействия, и ее не должно быть в шкатулке с личными вещами Тавера.
– Дальше?
– Вот тут есть личные письма Тавера. В основном переписка с различными чиновниками, пару писем из адвокатской конторы, и ни одного! – Боро поднял палец вверх, – письма от женщин каких бы то ни было! Еще есть старые фотографии, не магические. Что это за люди, что они значили в жизни Тавера, я не знаю. Поэтому неплохо бы их проверить. Еще странный носовой платок. Очень изящный, тонкое кружево, но след от магии воздуха. Явно вещь не Тавера.
– Не густо, одни вопросы, – вздохнул Кахэ.
Тогда Боро протянул ему запись ритуала, которую только что читал.
– Что там? – забирая тетрадь из рук Боро, спросил Кахэ.
– Эта запись сделана Тавером. Тут описывается ритуал призыва сущности, – ответил Магистр.
Кахэ заинтересовался, сел за стол и углубился в чтение. По мере того, как смысл стал доходить до него, брови Кахэ поднимались все выше и выше.
– Где это лежало? – спросил он резко.
Боро ткнул пальцем в коробку с личными вещами Тавера.
– Не может быть! Я сам упаковывал ее. Но ничего подобного в нее не клал, да и этих тетрадей я не видел.
Загадочное обстоятельство заставило друзей замолчать на некоторое время.
– Хват! – воскликнули они одновременно.
Кахэ резко встал:
– Пора потрясти домового.
– Сядь, – остановил его Боро, – мы позовем его сюда. Насколько я понимаю, Элина имеет над домовыми власть и авторитет. Не только в хранилище, а вообще. И лучшего союзника нам не отыскать.
Боро мысленно позвал Элину. Не прошло и доли секунды, как она вплыла в кабинет и услужливо склонила голову. Присутствие Ректора добавило ее поклону некоторую торжественность.
Кахэ встал и обратился к Кьяре на ее наречии:
– Нам нужен домовой, – прозвучало певуче и медленно, но красиво.
Элина почти влюбленными глазами посмотрела на Кахэ и пропела в ответ:
– Я понимаю, он сейчас придет, – и, поклонившись, хотела уже уйти, но Кахэ остановил ее взмахом руки, – нет, останьтесь, – и лукаво смотрел, как Кьяра краснеет от удовольствия. Необыкновенная честь, что с ней говорили на ее родном языке и разрешили остаться.
Боро невольно подумал, что Кьяра тайно влюблена в Ректора. В ответ на его мысли Кьяра покраснела еще больше, замотала головой и умоляюще посмотрела на Боро. Он извинился кивком головы, и Кьяра это приняла. Затем она на секунду замерла, и посередине кабинета появился Хват, испуганный и мнущий в руках какую-то тряпку.
– Хозяин злится? – прошептал, глядя в пол, домовой.
Кахэ надменно молчал, возвышаясь над домовым, как исполин.
– Хозяин не должен ругаться, я делал все, что мне приказали, я унес все вещи прежнего хозяина на чердак.
– Все ли эти вещи принадлежали Таверу? – грозно спросил Кахэ.
– Нет, хозяин, там были вещи, спрятанные в кабинете Ректора, но не принадлежащие Таверу.
– Кто спрятал чужие вещи в кабинете Ректора? – продолжал допрос Кахэ.
– Черный человек.
– Опиши его.
– Высокий, выше вас, хозяин, лицо вытянутое, глаза навыкате, широко посажены, губы тонкие, нос острый, волосы до плеч, черные, цвет глаз черный.
– Как часто он приходил в кабинет Ректора?
– Три раза.
– В какие дни?
– Первый раз десять зим назад, во время каникул. Второй раз накануне того дня, когда исчез Тавер и третий раз перед вашим приездом сюда, хозяин.
– Когда он спрятал свои вещи в кабинете?
– Перед вашим приездом.
– Он ходил в подвал к Источнику?