скачать книгу бесплатно
Лесса интенсивно затрясла рыжими кудрями:
– Вы не понимаете! Я обошла все общежитие! Я даже сторожа спросила, Иени уходил с нами, а когда он вернулся, не знает никто! – и она бессильно плюхнулась на скамью и зарыдала, наклонив голову к плечу Эль.
Биги поморщился и вопросительно посмотрел на своего друга Крона. Крон был в состоянии жестокого похмелья и без остановки пил воду. Когда Лесса заголосила, Крон застонал и закрыл уши ладонями, спасаясь от громких звуков, которые доставляли ему немало мучений.
– Лесса, – протянул Биги, – ну не плачь, у меня и так голова раскалывается.
Лесса притихла, всхлипывая и утирая нос. Эль погладила ее по огненным волосам, отстранила от себя, вытирая ей лицо своим кружевным, тонкой работы, платком. Тихонько наложила заклинание успокоения. И пока Лесса приходила в себя, постаралась привлечь внимание ребят:
– Что думаете? – спросила она у всех.
Крон убрал руки от ушей, провел пятерней по волосам, взъерошив и без того непослушные пряди:
– Давайте вспоминать. Когда магистры ушли, мы вернулись в кафе и Иени стал надираться, что бы приглушить обиду и горечь от поражения.
Эль хмыкнула:
– Вы все начали надираться!
Крон гоготнул:
– Куда мне до Иени! С меня хватило пары кружек эльфийского пива, что бы не помнить, во сколько мы ушли из кафе!
Лесса подняла от кулачков заплаканные глаза:
– Мы тоже с Эль не пили много, но и я не помню, когда мы ушли…
Эль нахмурилась:
– Я тоже не помню!
Биги оторвался от созерцания каши, задумчиво поскреб макушку и подтвердительно кивнул: тоже.
Крон обвел всех взглядом:
– Магия времени?
Эль кивнула:
– Похоже…
Вспомнив про поисковые маячки, которые были у всех студентов встроены в эмблемы на плащах, ребята стали осматриваться, но ни на одном плаще эмблем не было. Ситуация сильно напоминала ЧП. Оттолкнувшись от стола, Крон встал, схватил все плащи в кучу и поспешил к наставнику Ойо, который заменял студентам няню, маму, папу, воспитателя и так далее на протяжении всего обучения. Ойо знал все про всех, имел ключи от всех комнат, шкафов, сундуков и кладовок, жалел, порицал, ругал и даже мог побить за проступок. Но никто никогда не мог сказать про него, что Ойо несправедлив или нечестен. Поэтому пользовался заслуженным уважением всех студентов.
Друзья, не медля, кинулись к нему за помощью. Ойо, как всегда был в своем кабинете. Домовой рассказывал ему последние слухи, в тот момент, когда ввалились студенты с взволнованными лицами. Домовой замолчал, обернулся, вздохнул глубоко и, проворчав «Я же говорил», растаял с хлопком в воздухе. Взмахом руки Ойо закрыл дверь за студентами и предложил им сесть. Выслушав сбивчивый рассказ, наставник подошел к ребятам, забрал у них плащи и бросил на стол к себе. Потом достал из секретера магическую лупу, встряхнул ее и направил на плащ, на то место, где была эмблема.
– Та-ак, тут поработал маг времени, очень не слабый, надо сказать, маг. Но, – и Ойо осклабился, – недоучка, мать его йети. Кто ж так следы затирает?!!
И он снова уставился в лупу, разглядывая следы магического воздействия. Потом выпрямился, задумался и постучал по столу. Домовой выглянул из темного угла кабинета, ожидая приказа.
– Позови Кахэ, – только и сказал наставник.
Домовик кинулся к решетке вентиляции и тоненьким сгустком энергии втянулся в узкое отверстие. Буквально через минуту посередине кабинета затрещало пространство, и из портала шагнул Кахэ, как был, в халате и домашних туфлях, с бутербродом и чашкой кофе.
– Что такое, наставник, не даете мне спокойно позавтракать? – но увидев компанию студентов, осекся и перевел взгляд на Ойо.
– Господин Ректор, у нас ЧП, – грустно и тихо сказал наставник.
Кахэ развеял в воздухе кофе и бутерброд, провел руками вдоль тела, переодеваясь в строгий деловой костюм, и широким шагом подошел к столу. Ребята сидели тихо, как мыши. Больше всего на свете им хотелось убраться отсюда подальше, но мысль о друге не давала этого сделать.
Кахэ взял протянутую ему лупу и посмотрел на плащ. В тот же момент кабинет окутала непроницаемая сеть тишины. По одному этому стало понятно, что все достаточно серьезно. Ректор подошел к свободной стене, поднял руки и зашептал заклинание. Между пальцами хлынули потоки плазмы, соединяясь и образуя огромный экран, почти во всю стену.
Ойо сел в свое кресло и положил подбородок на сцепленные руки:
– Как я люблю смотреть на вашу работу, Профессор Кахэ, – протянул он, на что Ректор дернул плечами, заставляя всех сосредоточиться.
Отойдя на пару шагов, Кахэ закрыл глаза и замер в ожидании ответа. Экран мигнул, засветился зеленым светом и отобразил город, залитый лучами рассветного зимнего солнца.
Все повскакали со своих мест, и подошли к экрану. Отображение было реальным, как будто кто-то снимал город с большой высоты. Дым поднимался от всех каминов вверх, что означало сильный мороз. Кахэ подхватил один из плащей со стола и поднес к экрану, тут же засветился ярче тот район города, где вчера студенты встретились с Магистром Боро и Ректором. Двумя пассами Ректор приблизил изображение и снова поднес плащ к экрану. Кафе окрасилось в красный цвет и замигало.
– Ну да, ничего необычного, кроме этого заведения студенты никуда не ходили, – протянул задумчиво Кахэ и снова взял лупу, – линии магии времени напоминают рисунок волн на поверхности воды, надеюсь, вы это не забыли?
Ребята склонились над лупой, мешая друг другу и толкаясь. Они силились разглядеть хоть что-то. Заметив это, Кахэ отошел от них и жестом, послал изображение с лупы на экран. Протянулась чуть заметная полоса магии, и на большом экране появился мягкий волнистый рисунок остаточной магии времени.
Эль с интересом разглядывала изображение. Ее что-то смущало, но пока она не могла понять что. Ректор смотрел на студентов и ждал. Когда в глазах Эль мелькнула догадка, он обратился к ней:
– Я вижу, вы сомневаетесь, Эль?
– Да, Ректор, есть в этом рисунке что-то неправильное.
Биги взял лист чистой бумаги со стола и карандаш и просто нарисовал волны. Много волн. Как умел. Потом он протянул бумагу Эль. Она подняла рисунок перед собой и сравнила его с изображением на экране.
– Да, – сказал Кахэ, – верно, Биги, рисунок! Волны нарисованы! Это сделано намеренно, что бы ввести нас в заблуждение!
И потом, чуть тише добавил:
– Напомните мне в следующем семестре, я поставлю вам отлично по «Принципам остаточной магии».
–Но кто это сделал? – спросила Эль, – И зачем? Зачем срывали с нас поисковые маячки? Почему мы ничего не помним?
– Да, вопросов больше чем, ответов, – Кахэ задумчиво потер подбородок.
Подойдя к столу наставника, он трижды стукнул, зовя домового.
Из-за занавески выглянул домовик Ректора и проворчал:
– Да здесь я, здесь.
Кахэ посмотрел на домовика и произнес:
– Хват, позови Боро, пожалуйста.
Тот, рассеявшись в воздухе, проплыл легким облачком к окну и, улетая в форточку, буркнул: «Понял».
В кабинете стоял приглушенный гул голосов. Студенты тихо переговаривались, поглядывая на все еще висящий в воздухе экран. На нем было видно, как в кафе заходили ранние посетители на чашечку кофе, как забегали горничные с корзинками за пирожными для своих хозяев. Вот проехала, зевая, стража. Краем глаза Кахэ уловил движение возле своего дома, который был виден недалеко от кафе, и сделал вывод, что Хват исполнил поручение.
Отправив студентов собираться на каникулы, Ректор поспешил в свой кабинет, предварительно убрав экран и щит из кабинета Ойо.
В ожидании своего друга, за которым он послал домовика, Кахэ просматривал личное дело пропавшего студента Лаветс Иени. Молодой человек происходил из очень знатной семьи, приближенной к королю, это вполне могло оправдывать его вчерашнее поведение, однако это не объясняло причину его обучения в Академии Высших Искусств. Обычно, сынки состоятельных родителей и знати обучались в Университете, потому что диплом, который там выдавали, ценился более всего в Империи Маора.
Надежду Ректор возлагал лишь на то, что парень действительно загулял. Хотя факты и внутреннее чутье подсказывали, что здесь не все так просто. Характеристика студента Лаветса от преподавателей Академии соответствовала его происхождению. Педагоги писали так: «Заносчив, нетерпелив, выраженные качества лидера, вспыльчив, но отходчив, порою высокомерен. Не признает авторитетов. В науках прилежен, умен, интеллектуально развит. Проявляет склонность к магии эфиров, хотя и обладает целительскими способностями».
Аттестация за прошедший семестр была отличной. В общем, хороший студент, практически гордость Академии.
– Не дай бог с ним что-то случится, и репутации Академии настанет конец, – пробурчал Кахэ.
– А ты не преувеличиваешь? – оторвал его от размышлений Боро, входя в кабинет.
Ректор поднял глаза от документов Иени.
– Я преуменьшаю, друг мой! – вздохнув, протянул Кахэ,– Поверь мне, это очень серьезное происшествие. Если, конечно, мальчишка просто не загулял. Меня беспокоит другой нюанс. Вся компания молодых людей не помнит, как и когда они вернулись в общежитие. И нам с тобой предстоит, – он замялся, сомневаясь в формулировке, – можно сказать, расследовать это дело.
От Боро не укрылось, как был расстроен Кахэ.
– С чего думаешь начинать? – спросил он, присаживаясь на край стола.
Кахэ поднялся с кресла и повернулся к окну. Наверное, у него не оставалось выбора, нужно признаваться в причине вызова Боро в Академию. Пара минут тягостного молчания, затем глубокий вдох:
– Прости меня, мой друг, если сможешь. Начну я с того, что ты не просто так оказался в стенах нашей Академии.
Боро напрягся, но продолжал молчать. Тогда Кахэ обернулся и посмотрел на него. Посмотрел прямо в глаза, честно, открыто и, разведя руками, продолжил:
– С тех пор, как ты покинул Академию, прошло много лет. В те времена, если ты помнишь, Академия Высших Искусств была престижным учебным заведением для магов. Я, как получил сюда распределение вместе с тобой, так тут и остался, подал прошение и перешел в преподавательский состав.
Кахэ налил себе и Боро бокал эльфийского вина, сел в свое кресло и продолжил.
– Когда подвернулась возможность, я отучился в Каенском магистрате, защитил диссертацию и получил снова распределение в Академию Высших Искусств, но уже на должность Ректора.
Боро, внимательно слушавший Кахэ, подался вперед и перебил друга:
– Что стало с Ректором Тавером?
Кахэ помедлил, потом ответил:
– Когда я получил назначение, Академия уже полгода была без него. На мои вопросы я не получил ответ. Ректор Тавер исчез. Испарился. В одну секунду. Приехав в Академию, я занял его покои и сразу был безмерно удивлен. Он действительно исчез! Все его вещи, книги, любимые сигары все лежало на своих местах, как будто он просто вышел на пять минут и должен вот-вот вернуться. Где-то месяц я разбирался с его вещами сам. Как-то вечером из угла кабинета раздался кашель. Я постучал по столу, и ко мне вышел Хват. Он был страшно напуган, но, сколько я ни бился, так и не услышал внятного ответа, знает ли он, где Тавер. Мы заключили договор, и домовик стал моим слугой. Все вещи Тавера и по сей день лежат на чердаке Академии. Я все надеюсь,… надеялся, что он вернется.
Боро спросил:
– Сколько лет ты тут?
– Пять, – ответил Кахэ, подливая себе вина, – я стал замечать, что с каждым годом набор студентов все меньше и меньше. А однажды молочник шепнул мне, что про Академию стали ходить нехорошие слухи. И дело не только в пропавшем Ректоре.
Кахэ хлопнул себя по коленям и встал:
– Идем Боро, я покажу тебе.
Они вышли в холл. Кахэ развел руки в стороны, сплетая синее кольцо портала. В глубине портала Боро разглядел темные глубины подвала Академии. Задрав полы мантии, Ректор шагнул в портал и позвал Боро за собой. Как только они вышли в подземелье, портал подернулся дымкой и слегка потух, но не исчез совсем. Боро в изумлении стоял, глядя на это чудо.
– Это невероятно! – воскликнул он, – Сколько сил нужно влить в переход, что бы удерживать его в режиме ожидания?
Кахэ рассмеялся и поманил Боро рукой:
– Идем, сейчас все поймешь.
Они пошли по длинным коридорам подземелья. Тут находилась Библиотека Академии, Хранилище, заведующим которой стал Боро, далее был виден вход в подземный полигон для магических тренировок. Свернув в очередное ответвление, маги дошли до лифта, о существовании которого Боро не знал. Лифт спустил их еще на два этажа вниз. Открыв дверь лифта, Кахэ сделал жест смотреть вперед и шагнул в темноту.
Боро осторожно ступал за ним, автоматически включая ночное зрение.
Они попали в округлую пещеру с высоким потолком-куполом. Посередине пещеры зияла огромная яма, к которой медленно и аккуратно пробирался по камням Кахэ.
Пещера, казалось, сделана самой природой, но настолько необыкновенная, что Боро сомневался, скорее всего, без магии тут не обошлось.
Как только Кахэ дошел до края ямы, из-под земли заструился слабый зеленый свет. Он набирал силу и становился все ярче. Необходимость в ночном зрении отпала. Светло стало, как днем. Боро разглядывал стены пещеры, переливающиеся разноцветными камнями. Богатство пещеры поражало своим великолепием и ослепляло. Кахэ внимательно наблюдал за другом.
– Что скажешь? – спросил он.
Боро покачал головой:
– Даже не верится, что такое может храниться в подвале Академии!
Кахэ хмыкнул:
– Это еще не все, – он отошел от края ямы, и снова пещера погрузилась во тьму, заставляя магистров включать ночное зрение. Кахэ дошел до Боро, и подтолкнул его к яме, – теперь ты, только будь осторожен, яма глубокая!
Боро начал осторожно, по-кошачьи переступать с камня на камень. Чем ближе он подходил к краю ямы, тем сильнее он ощущал потоки магической энергии немыслимой мощи. Его начало то кидать в жар, то в холод. Он остановился, пошатываясь. Кахэ увидел это и крикнул:
– Включи поглощение!
Магистр закрыл глаза и представил воронку. Поглощение заработало, приводя в норму физическое состояние и проясняя голову. Через пару секунд Боро почувствовал небывалый прилив сил. Он спокойно дошел до ямы и замер, упиваясь ощущением всемогущества. Оглядываясь по сторонам, он не увидел никаких драгоценных камней на стенах пещеры, но под ногами у него начал разливаться эфирный поток ярко-оранжевого цвета. Поток мягко огибал его ступни, закручиваясь в причудливые узоры на стенах, камнях и куполе, сверкая и переливаясь, как золото.
– Что это, Кахэ? Почему у меня все иначе? – крикнул он другу, неотрывно следя за потоками эфира.
Кахэ засмеялся:
– Это и есть главная тайна Академии. Источник Всея. Источник, о котором, похоже, не знает Маор. Все дело в том, что если сюда заходит последователь темных стихий, он видит пустой темный зал, и ничего не происходит. Академия Высших Искусств одушевленная, Боро! И это не понятно и пугающе. Я – маг земли и мои сокровища те, что сокрыты в ее недрах. Ты – маг эфира, и твое сокровище тягучее, как жидкое золото. Заходя сюда каждый день, я понял, что сила моя растет день ото дня. И ты мог в этом убедиться. Мне не понятно только одно, кто это сделал. Ну, или кто был первооткрывателем, и почему ни в одной книге, ни в одном источнике об этом не говорится ничего! Мне путь сюда показал Хват. Я думаю, что домовой знает больше, чем говорит, но время его откровений еще не пришло.
Боро заметил, что Кахэ подходит к нему, и пещера вокруг начала меняться. Потоки эфира захватывали драгоценные камни на стенах, смешиваясь с ними и покрывая купол великолепной сияющей радугой. Из глубины ямы с рокотом поднялись потоки энергии и разлились у них под ногами прекрасным озером, в воздухе запорхали бабочки, а по стенам зацвели цветы.
Магистр не верил своим глазам. Кахэ тоже залюбовался красотой магии.