Я начинаю новую жизнь

– Классно. Я Руслан байке. Хорошо отдыхаете, никто не обижает? – Он смотрел на Мээрим так, будто хотел ее впечатлить. А Мээрим кивнула и, сделав классное выражение лица, сказала:

– А мы сами кого хочешь обидим.

И тут все засмеялись. А я возмутилась, отчего парни легко способны заигрывать с одними девушками, когда у них под боком с двух сторон другие, например длинноногие красотки, как эти.

– Да, вот Руслан байке, обижают! Вот ваш Ринат, – сдала ему Рината и возрадовалась, так как Ринату досталась дружеская оплеуха.

Но, видимо, зря, потому что он побежал на меня со словами: «Ну, вот теперь держись!!!» и, взвалив легко на плечо, потащил к воде. Я неистово била его по спине и кричала «страшные проклятия». Но это не работало, а даже смешило и развлекало его и всех окружающих. Может быть, это и правда была забавная картина, но я совсем не хотела мочить голову и тем более, чтобы он прикасался ко мне вот так. Он выкинул меня в воду с самодовольной ухмылкой, а сам стоял по пояс и просто смотрел на мою панику. Увидев подруг рядом, я закричала: «В атаку!!!», что совсем на меня не похоже. Его ухмылка пропала, ведь на него шли три девушки. Мы начали его брызгать соленой и прохладной водой нашего прелестного озера и почти победили. В самом разгаре его подруги подплыли и сняли с него плавки. Мы поспешили к Мээрим, как только заподозрили нечистую игру. Она разговаривала с держащим мое полотенце Асманом.

– Вот, укройся. – Быстро накрыл мне плечи Асман. Щеки мои пылали, и я опять чувствовала себя красной дурой.

– Спасибо.

– Здравствуйте! – хором сказали Айка и Каухар.

– Привет, девочки. Здорово, вы уделали Ринатика. – Подмигивал Мээрим Руслан.

– А вы, видимо, старший брат, да? – спросила аккуратно Айганыш.

– Да, но 2 года особо не меняют ничего. Да, Русс? – он обратился к Руссу, которому начали раскладывать пасьянс.

– Что? м? да-да! Мээрим, а можно я буду вас называть Мека?

– Нет, но можете обращаться на «ты». Кстати, а сколько вам лет? Асману 25, Ринату 23, а Вам, Руслан байке? – усмехалась Мээрим.

– Ой, а мне… я самый старый… я аж на четыре месяца старше Асманчика. – Сделал серьезное лицо Русс и сложил руки на груди.

– Думаю, мы вас стесняем. Русс, пошли. Было приятно вас всех увидеть. Бермет, я смею предполагать, что это не последняя наша встреча… – Улыбнувшись моей любимой улыбочкой с ямочками, он подмигнул и увел Русса, который нарочно делал вид, будто заплачет, и махал Мээрим.

На горизонте не было видно ни бедного Рината и его 4 девушек, искусно отобравших купальные принадлежности. Мы с девочками здорово провели этот день, и я не жалею, что намочила волосы. Теперь у меня есть что вспомнить. Каждое новое лето, проведенное на Иссык-Куле, имеет свою особую историю, и у каждого она своя.

За ужином мы обсуждали наше приключение.

– … Кстати, мне послышалось или он сказал: «Хорошие знакомые моей мамы»? – спросила Мээрим, разрезая куриный шашлык.

– Ммм… да, он так и сказал… странно, что я не обратила внимание на это, – задумалась я, кушая любимый грибной салат.

– Ну, значит, спросишь в следующий раз. – Подтолкнула меня плечом Каухар и подмигнула мне.

Тут мы все рассмеялись, так было забавно смотреть, как она передразнивала Асмана.

– Да, а вот его брат мне вообще не нравится… какой-то он темный… – сказала задумчиво Айка и достала из кармана телефон, который надрывался. Похоже, что звонил Даниэль.

– Опасный, негодяй! Вот кто он! Как он мог бросить меня в воду? – сказала я, запивая водой.

– Да, мне кажется, это было весело? Тебе не понравилось? Я помню, и у меня такое было, правда, я была в шортах! – засмеялась Каухар.

Вскоре ужин закончился, и мы в пижамах сели смотреть ужастики. А потом проболтали всю ночь, потому что Айка всех пугала своим загробным голосом и историями. Где-то в 5 утра мы уснули.

Глава третья

«Всегда ли молчание – золото? Порой оно такое острое, что так и режет уши…»

2-й день на Иссык-Куле. Я встала очень рано, так как спать на новом месте всегда непривычно. Утро было тихим и безмятежным, несмотря на холод, я пошла чистить зубы и размышлять. Мне снилась моя первая и безответная любовь, которую я совсем недавно практически окончательно отпустила. Все это время меня не покидали разные мысли. Мысли о том, что я должна признаться себе, что желаю новых отношений и хочу видеть рядом с собой доброго, умного человека, на которого можно положиться, которому можно довериться и «пуститься во все тяжкие». Все мои мечты перетекли в воспоминания о новых знакомых; как и все девушки, я начала невольно фантазировать. Например, а что если бы мы начали встречаться, какие прекрасные моменты нас ожидали бы, или какая у нас была бы свадьба, а какие у нас могут быть дети смышленые и красивые… ммм…

– Ой, Бема, ты уже встала? – сонно спросила Каухар.

– Да, спи-спи, – шепотом произнесла я, так как Айка и Мээрим спали.

– Бем, тебе одной не скучно? – спросила она, потирая глаза с готовностью встать.

– Нет, все в порядке. Я попрошу подать нам завтрак через полчаса, тебе кофе какой? Как обычно? Мокко?

– О, да… – Потянулась Каухар, перевернувшись на другой бок, и опять уснула.

Я спустилась из нашего номера под номером «15» и попросила подать нам завтрак в беседку на первом этаже. А пока я ждала, решила посидеть у бассейна, опять размышляя о прекрасном парне, который бы мог обнять меня, и я могла бы просто спрятать лицо на его груди и почувствовать себя самой любимой и самой защищенной на всем свете.

Я делала волны ногами, сидя на краю бассейна. Красивые блики от солнца мерцали на поверхности голубой воды, а я задумчиво улыбалась. На часах было уже 9 утра, и у меня зазвонил сотовый.

– Алло? – быстро произнесла я. Был засекреченный номер. (О, как я их не люблю, особенно когда люди потом скидывают в ожидании того, что им перезвонят)

– Привет… – произнес чей-то вроде бы знакомый голос.

– Привет. Как дела? Что нового? И Кто это? – додумалась спросить я.

– Хаха… так и знал, что ты меня не узнаешь. Это Жан. Как сама? Надеюсь, ты не будешь против, если я буду иногда звонить? – спросил он особенным интригующим голосом.

– Ого! Жан! Рада слышать тебя. Я отлично! И конечно, нет, я за! Ну, только один вопрос. Откуда у тебя мой номер?

– Э… я… я догадался полазить в архивах библиотеки. Нашел твой адрес с телефоном. Акерова Бермет Мирлановна, – парень проговорил все это с улыбкой и долей смущения.

– Опасный человек ты, Жан! Не думала, что это так просто выяснить мой адрес. На что же ты еще способен? – опасливо спросила я, ощущая, что мне это начинает доставлять беспокойство.

– Прости, не хотел пугать… Я просто не могу прекратить думать о тебе. Ты необычная девушка.

– Все хорошо, я поняла, и спасибо за комплимент. Мне пора, Жан. Подруги зовут, – соврала я и положила трубку. И собиралась правда направиться к девочкам, как опять зазвонил телефон и снова с засекреченным номером.

– Жан, я… – не успела я договорить, как меня прервали смехом.

– ХохоХОхо! Да, я уже Жаным! Везет мне… Как дела, Читательница? – спросил хрипловатым и сонным голосом Ринат. Его голос было трудно забыть или перепутать.

– Оу! Прости, я думала, это Жан, – совершенно оторопев, сказала я.

– Хах, да уж ничего. А кто он такой? Почему я о нем не знаю, а? Ты где? – нагло и в грубой манере спросил он, будто мы давние знакомые и у него есть права на меня.

– Я… мне пора. Передай Асману, что встреча в силе, – снова соврала я, не зная, как скрыть неуверенный голос. На долю секунды мне показалось, что я завралась и веду опасную игру.

– Хм… Асман… – Голос был печальный.

– Ладно, мне пора. Была рада … а-ааа-аа! – Я вставала с места, как вдруг поскользнулась, выронила куда-то сотовый и упала в воду. Мои скудные навыки плавания помогли мне еле как выбраться из холодного бассейна. Повезло, что мой фиолетовый blackberry упал мимо воды и прям на мои босоножки. Из телефона доносился крик и смех. Что-то вроде:

«Эй!!! Ты чего? Упала??? ХАхахахха! Алло? Эй, ты там?? ХАхахаа! Жаль, меня нет рядом, я бы полюбовался! АХАХХААХ!»

Я вытерла глаза и просто выключила телефон насовсем. Мимо проходила сонная Мээрим в белом халате.

– Ой, Бем, ты что с утречка уже искупнулась? Как водичка? – почти не поворачивая в мою сторону головы, сказала она.

– Да! Водичка просто класс!

Я бежала в номер переодеться, везде оставляя мокрые следы. Мне было жаль, что я намочила волосы.

– Бема! Ты что, упала? – Ко мне подбежала Айка, уже одетая на пляж.

– Да. Это все Ринат… и еще Жан… все сложно… – Усадив моих куколок на кровать, я им все рассказала.

И мы наметили план и отходной путь, пока я переодевалась. А потом мы спустились вниз завтракать к Мээрим. К нам подошла доброжелательная Эльмира эже, моя тетя, спросила, все ли у нас в порядке, все ли устраивает, и ушла заниматься размещением других все прибывающих клиентов.

У Айки зазвонил телефон. Это был мой папа, переживающий о том, что мой телефон отключен. Потом он перезвонил мне узнать, как мои дела.

Поговорив с ним, а потом и с мамой, я повеселела. Хорошо, когда семья может поднять настроение и согреть добрым словом, успокоить своим голосом.

Позавтракав, мы загрузили все пляжные сумки в машину Каухар, которую ей любезно пригнал ее любимый старший брат и предложил нам пойти на пляж пансионата Каприз. Мы согласились и отправились туда. Расположившись на самом хорошем месте, как нам казалось, мы сразу же бросились вчетвером в воду. Вода была сказочно прекрасная, а люди вокруг имели совершенно иной вид, нежели те, что отдыхают на городском пляже. Это просто был другой класс, элита, если угодно.

Каухар стала учить плавать брассом Мээрим. А мы с Айкой решили пройтись по пляжу и встретили одноклассницу.

Айжана и ее сестренка Нуржана вместе с другой сестрой и братом загорали около пирса. Было приятно их увидеть, они выглядели такими свежими и молодыми. Как хорошо за столько лет поболтать и, возможно, договориться о встрече одноклассников в городе, спустя пару лет после окончания. Потом Айка пошла в палатку с вывеской «Массаж». А я решила прогуляться по пирсу, не изменяя своей склонности размышлять во время прогулок.

Дойдя до самого края деревянного пирса, далеко от берега, я стала наблюдать, как люди прыгают. Мое внимание привлек один хорошо сложенный парень со светлыми волосами и забавными плавками. Он очень грациозно для накачанного тела прошелся до того места, откуда все прыгали и также очень профессионально прыгнул в воду. А потом я почувствовала, как кто-то брызгается за моей спиной, и увидела Рината.

– Ну, что у тебя там случилось? – спросил он, вытирая голову об полотенце, так, будто бы мы всего лишь ненадолго прерывали беседу.

– Я упала в бассейн, – улыбнулась я и, кажется, мои щечки опять зарделись, как нельзя некстати.

– Давай в воду, Ринат! С кем ты там флиртуешь? – Я узнала голос Руслана. И повернулась к воде вновь, на самом деле ища глазами Асмана. И меня столкнул в воду Ринат.

– Я плохо плаваю, дурак! – кричала я, неистово глотая воздух, пытаясь держаться на поверхности.

Издав звуки ликования, Ринат тоже прыгнул в воду. Отчего брызги, попавшие мне в глаза, создали еще больше паники. Как вдруг я ощутила чьи-то сильные руки, толкающие меня ближе к краю пирса. Это был Асман. Он залез наверх сам, а потом помог забраться мне.

– Все, все! Ты на суше. – Накрыл он меня синим полотенцем и с серьезным лицом заглянул в глаза.

– Эй, да ладно! Видишь, рядом всегда есть Асман, чтобы тебя спасти.

– Ринат, что-то ты вообще… я тя ща утоплю, на фиг! – Кинулся на друга Русс.

– Он такой… такой… – Я не могла найти слова и все еще тряслась от очень холодной воды и страха от того, что там было глубоко и я могла утонуть.

– Знаю… не обращай внимания. Пошли, я куплю тебе сок. Где твои девочки? – Зеленоглазый Асман помог мне встать на ноги.

Пока мы шли, мы успели поговорить о стольких разных вещах, но интереснее всего было слушать о нем и его семье. Мне запомнилось, что его мама родом отсюда и именно она подарила ему такие красивые глаза, а папа из Бишкека. И что еще в раннем детстве они переезжали сначала в Дубай, а потом во Францию уже на постоянное место жительства. Его отец – успешный архитектор, мама – лингвист, к тому же оба они бизнесмены.

– Ринат не всегда был таким грубым по отношению к девушкам. Просто однажды ему разбили сердце, с тех пор он потерял веру в любовь и отношения. Он считает, что девушкам нужны только деньги, но если и не деньги, то у него есть теория о том, что девушки как волки: «а сколько волка ни корми, он все равно бежит в лес». Может, тогда у него не было опыта, как сохранить отношения, как вообще нужно обращаться с противоположным полом… Он был молод и горяч, да мы и сейчас такие юные. Что мы знаем о жизни? – ухмылялся Асман, и в его зеленых глазах отразились все переживания и печаль за брата.

– Он еще полюбит, и тогда все переменится! Я думаю, что с таким братом, как ты, у него все будет хорошо! – Я пыталась подбодрить его.

– Ну, наверное. Хотя мы часто ссоримся и даже деремся, как бы это ни звучало смешно… – заулыбался Асман, но его глаза все еще были печальными.

– А расскажи мне о себе? Какой ты? – Почти согрелась я под лучами солнца.

– Я? Я очень скромный. (Он так красиво посмеялся…) На самом деле не люблю рассказывать о себе. Может как-нибудь потом. Вот и девочки. Привет! Как отдыхаете?

– Ой, Привет! А вы что здесь отдыхаете, да? – заулыбалась Каухар, заправляя длинную прядь волос за ухо.

– Ага, у нас тут коттедж. Девушки, вы не будете против, если я вечером украду у вас Бермет на пару часиков? – Почему-то мне показалось, что он имел в виду Жемчужину (в переводе с кырг. — «Бермет»).

– Да, если она сама не против, – сказала Айка и стала вновь отвечать на сообщение от своего красавца.

Кажется, их отношения развиваются прекрасно. А что касалось меня, я никак не могла понять, что происходит. Что все это значит? Но что бы это ни значило, я верю, что это может быть шансом полюбить и быть любимой.

– Я согласна, – коротко ответила я и отдала полотенце. Асман откланялся и ушел снова на пирс.

– Ах, какой он красавчик! Бема, молодец! Вы классно смотритесь! – сказала с чувством Мээрим.

– Спасибо, думаете, я могу ему нравиться? – Мои глаза бегали от одной подруги к другой, я хотела проанализировать выражение лица каждой.

– Да, конечно! – ответили все почти хором.

– Пойду позвоню любимому! – Радостно соскочила Каухар.

Солнце было очень активным в этот день. Мы собрали вещи, попрощавшись с Айжаной и ее семьей, ближе к часам четырем и поехали в номер. В отеле мы решили, раз делать все равно нечего, можно попеть в караоке. Отличный звук, акустика и оформление прекрасно дополняли обстановку. Мы пели невпопад супербыстрые песни запада, русские задушевные и даже рэп пытались осилить.

Вскоре, повеселившись от души, мы увлеклись выбором наряда для свидания. Я немного с собой брала вещей, мы выбирали между небесным платьем в обтяжку с замочком на спине и свободным черным с кружевным воротником. Остановились на небесном, к которому подобрали босоножки на танкетке. Подруги быстро нашли мне подходящие аксессуары: маленькие сережки с жемчугом и золотой браслет. Я нашла уместным надушиться любимым парфюмом от Versace Bright Crystal. В завершение образа Мээрим нанесла мне минимум макияжа, так как единственная посещала специальные курсы. Я была готова к вечернему походу, по крайней мере внешне, ибо внутренне я немного нервничала. Тут же зазвонил телефон, Асман уже ожидал меня в машине.

Девочки заставили меня покружиться, чтобы напоследок поглядеть на меня и, оставшись довольными своей работой, пожелали удачи. Что бы я делала без подруг?

Мы очень долго ехали и всю дорогу странно молчали. Я пыталась говорить, спрашивать что-нибудь, но он, коротко ответив, не задавал никаких вопросов. Это было странно и даже болезненно неприятно.

(Неужели между нами такая пропасть? Тогда почему он меня пригласил? Зачем он со мной так любезен? Лучше бы он прямо, как его брат, и показал мне всем видом, что я ему не нравлюсь!)

Пока я думала, неожиданно для себя скрестила руки на груди.

– Ты чем-то расстроена? – вдруг спросил он еще более расстроенным голосом.

– Нет… а ты? – совсем тихо спросила я. Он глубоко вдохнул и с шумом выдохнул.

– Возникла проблемка. И мне очень жаль, но, кажется, ты стала очередной целью моего брата. Он думает, что ты мне нравишься… Кхм, нет, я не в том смысле! Бермет, ты мне нравишься. Просто для него это очередная захватывающая игра. Мы с ним соперничали в детстве. Это проявлялось в играх, спорте, учебе, друзьях, машинах, подружках… во всем. Он такой, его трудно остановить. И Русс был с нами все время и видел, как нам трудно, и помогал обоим, и его мы не могли поделить… Хех… Но здесь совершенно другое. Я вижу, ты очень хорошая, я не хочу, чтобы тебе потом было неприятно, и вообще ты мне нравишься, вот только поэтому я хочу попросить прощения за то, что, скорее всего, эта наша встреча последняя. Я давно устал с ним соперничать. И думаю, это для твоего же блага. Надеюсь, ты понимаешь.

– Что ты пытаешься этим сказать? – почти шепотом спросила я.

– Тебе стоит держаться подальше от него.

Я слушала все это и, глядя на его напряженное лицо и руки, туго сжимающие руль, думала… Что же мне делать? Мое лицо стало заливаться краской, ведь я и мои подруги так старались и никак не могли вообразить такого поворота. И я на самом деле думала, что у нас, возможно, что-нибудь получится, что он тот, кого я, возможно, полюбила бы, ведь он мне явно нравится. А теперь он вдруг говорит такое, мне было жутко стыдно, я чувствовала себя такой раненой и униженной. После раздумий и довольно долгого молчания я лишь смогла выдавить из себя одно предложение.

– Я понимаю, отвези меня домой.

Он резко затормозил и посмотрел мне в глаза.

(Сколько сожаления в глазах, или это жалость. Нет! Не смотри на меня.)

Я отвернулась.

– Я меньше всего хотел бы причинять тебе боль. Прости.

– Тогда отвези меня назад, – сказала я и почувствовала, что вот-вот заплачу.

Мотор взревел. Приехали мы гораздо быстрее, возможно, потому, что кружили. Это потом до меня дошло, ведь было темно, а меня волновало лишь его угрюмое молчание.

Девчонки, оказалось, поехали в клуб на территории Кыргызского взморья. Я взяла такси и приехала к ним. Мы танцевали до часу ночи, а может и до двух. Было ли мне весело, не знаю, но я всячески пыталась не думать об этой ситуации и девочкам обещала рассказать позже. Я попробовала коктейль cosmopolitan, он был симпатичного цвета, сладкий. Еще я рискнула попробовать безалкогольную пинаколаду, которая мне очень понравилась. Мээрим очень зажигательно танцевала, Каухар позволила модному корреспонденту сделать фотографии для светской хроники модного журнала, Айганыш отказывала в танце слегка подвыпившим парням. Я лишь изредка ловила себя на мысли, что уголки моих губ совсем не приподняты кверху и людей это отпугивает, силясь улыбаться, я закрывала глаза и пускалась в пляс вновь, неистово вертя головой, будто стряхивая мысли.

Глава четвертая

«На что нас толкают чувства? И что из этого выходит?»

Утро. Айганыш бесцеремонно и резко стянула с меня одеяло, а потом – с Каухар.

– Девочки, подъем! Уже 12 дня! Пора вставать!!!

Мээрим соскочила с кровати и метнулась в ванную со словами:

– Как 12?

А потом, спустя час, вся красиво уложенная, вышла и уже томно произнесла: