Исключительный: Перерождение

[ОЗ противника: 0 / 55.

Получено опыта: + 80 ед.

Текущий опыт: 240 / 200.

Уровень повышен! Уровень: 3. Не распределено очков характеристик: 5.]

— Отлично, новый уровень!

От радости я даже забыл про то, чтобы покушать, сразу принялся распределять свободные очки характеристик, держась той же схемы, чтобы всё было равномерно. И вот что в итоге получилось с моими основными показателями:

[Основная информация:

Имя: Айронд

Вид: Малый Чешуйчатый Волк

Уровень: 3 / 10 (Опыт: 40 / 300)

Жизненные показатели:

ОЗ: 35 / 35

ОМ: 50 / 50

ОЭ: 35 / 35

Характеристики: Сила: 6; Выносливость: 7; Ловкость: 9; Интеллект: 10; Мудрость: 8.]

Я стал сильнее — это чувствовалось каждый раз при повышении характеристик. Все мои жизненные показатели были на максимуме. Но чувство голода никуда не исчезало. Всё-таки голод и сон не зависели от статуса и значений в интерфейсе системы. По этой причине, недолго думая, я приступил к поглощению нетронутых кислотой останков многоножки.

Никаких системных уведомлений о поглощении ДНК и интеграции новых генетических материалов не последовало. Я до сих пор не понимал условий мутации и улучшений. Видимо, нужны были другие виды монстров или ещё что. Ну, поживём — увидим.

После успешной охоты и трапезы во мне проснулся азарт охотника. И, пользуясь той же тактикой, я продолжил охотиться на одиноких многоножек.

Следующие несколько дней превратились в непрерывный, местами очень сложный и изматывающий цикл из скрытой охоты, коротких перекусов и тревожного сна. Мне часто снилось, как многоножки приходят в моё убежище, ища мести за погибших сородичей, и разрывают меня на части. От этого я в ужасе просыпался и вскакивал на лапы. Но реальность оказалась лучше — ничего такого не произошло. Кладбище многоножек стало моей любимой охотничьей зоной.

В первый же день цикла охоты я победил одну многоножку и получил 60 ед. опыта. [Опыт: 100 / 300]. А через пару часов после этого, снова придя на кладбище, обнаружил ещё одну умирающую взрослую особь 3 уровня и без особого труда одолел её, получив ещё 80 ед. опыта. [Опыт: 180 / 300]. Но не всегда всё проходило гладко. Хоть они и были идеальными мишенями в предсмертном состоянии, иногда всё же преподносили опасные сюрпризы.

Пару раз я оказывался буквально на волоске от смерти. Из-за собственной невнимательности и эйфории от череды успешных охот я совершал глупейшие ошибки. В первый раз я слишком поздно заметил, что к выбранной мной умирающей взрослой особи 2 уровня сзади приближается ещё одна — но не такая же умирающая, а полная здоровья и сил многоножка 3 уровня. Моя «Маскировка» прекратила своё действие в момент атаки, и я оказался зажат между двух огней. К счастью, я справился, но довольно долго приходил в себя. Даже получив новый уровень, я ещё некоторое время чувствовал боль в бедре и в задних лапах.

Кстати, именно благодаря этой ситуации с битвой сразу с двумя взрослыми многоножками я и набрал достаточно опыта, чтобы снова повысить уровень.

[ОЗ противника: 0 / 45.

Получено опыта: + 60 ед.

Текущий опыт: 240 / 300.]

[ОЗ противника: 0 / 55.

Получено опыта: + 80 ед.

Текущий опыт: 320 / 300.]

[Уровень повышен! уровень: 4. Не распределено очков характеристик: 5.]

Не изменяя себе, я всё так же распределил новые очки характеристик равномерно и продолжил охоту.

После этого произошёл второй случай, который едва не стал для меня последним. Мало того что после повышения уровня я решил напасть сразу на двух разведчиков-многоножек 2 уровня, так ещё на меня, после утомительной победы над ними, потратив почти всю ману, с остатками [ОЗ: 17 / 40] и [ОЭ: 9 / 40], напал исподтишка Тенеглот. Этот паразит почуял моё ослабленное состояние и из-под маскировки набросился на меня, вгрызаясь в мою лапу. Лишь навык повышенной защиты спас меня от смерти, и то, что Тенеглот всё-таки был слишком слаб для моего нового уровня силы. Его укус не нанёс достаточного урона, чтобы добить меня одной атакой. И он дорого заплатил за эту попытку совершить убийство.

[Получено опыта: + 60 ед.

Получено опыта: + 60 ед.

Получено опыта: + 40 ед.

Текущий опыт: 180 / 400.]

Когда все трое затихли, а сам я едва дышал, интерфейс начал мигать красным уведомлением о критическом состоянии здоровья.

Этот урок я запомнил хорошо и стал гораздо осторожнее. Захватив тело Тенеглота, я побежал в сторону убежища. Нужно было полноценно отдохнуть, восстановить здоровье и энергию.

С большим трудом, не только из-за полученных на охоте ран, но и из-за тела Тенеглота в моей пасти, я забрался в убежище. Чувство голода меня тогда особо не беспокоило. Поэтому я решил отложить добычу на потом и опустил её на пол в углу своей комнаты. Необходимо было срочно отдохнуть. Ведь всё моё тело ныло от боли, и я чувствовал ужасную слабость. Забившись в дальнем углу убежища, я свернулся клубком и провалился в глубокий сон.

Глава 5. Долгий сон

Я проснулся, как всегда, раньше будильника. В квартире было тихо. Мама уже ушла на смену, как обычно оставив на кухонном столе большую порцию каши с сосисками и стакан питьевого йогурта для меня.

Я не спешил вставать. Лёжа слушал, как за окном ездят машины, и ктото громко о чёмто спорит, и думал, что сегодня будет обычный день — такой же, как вчера и как позавчера.

Встав с кровати, первым делом я поставил кипятиться в кастрюле воду, чтобы умыться и смыть усталость от долгого сна. Горячую воду отключили ещё в прошлую субботу, а сегодня уже четверг. Но ничего страшного в этом не было — я уже привык.

Пока вода кипела, я достал из рюкзака книгу — ту самую, про охотника на чудовищ, которую я всегда носил с собой и в любой удачный момент продолжал чтение. От запаха старой, с пожелтевшими от времени страницами книги по моему телу начали бегать мурашки. Я провёл пальцем по обложке, будто проверяя, что она всё ещё здесь, что этот мир никуда не исчез за ночь. Затем убрал её обратно и пошёл умываться.

В школу я шёл не спеша. Хоть никому, особенно маме, я не говорил об этом, но мне там не нравилось. Каждый день я старался держаться подальше от шумных ребят, которые смотрели на меня так, будто я из другого измерения. Но не всегда так было. Отстраняться от всех я начал много лет назад, со дня смерти моего отца.

Я помню, каким он был замечательным человеком. Он был опорой, всегда выручал и помогал советом. Но его не стало изза аварии. В то время я ещё учился в младших классах. И после случившегося я начал замечать взгляды — эти странные и раздражающие взгляды окружающих. Я так часто видел эти жалостливые взгляды взрослых, что стал их ненавидеть. Мне приходилось отворачиваться от них, лишь бы не встречаться с ними взглядами. И каждый раз, вступая в разговор со мной, они напоминали мне о смерти отца, отчего меня начинало тошнить от их наигранных, однообразных утешений. Они делали лишь хуже. А одноклассники смотрели совсем иначе — с какимто злорадством. Поэтому я и начал отстраняться от всех.

Но осталось недолго это терпеть. Ведь сейчас мой последний, одиннадцатый год учёбы в школе.

На переменах я уходил в дальний угол школьного двора, доставал книгу и проваливался в неё, пока вокруг звенели голоса, хлопали двери и ктото бегал с громкими криками, убегая от преследовавшего одноклассника изза игры в пятнашки.

По дороге домой после школы я, как обычно, прошёл через парк и сел на одну из свободных скамеек, собираясь почитать. Я только успел достать книгу из рюкзака, как ко мне подошёл седой старик.

Одет он был просто, даже бедно. Поношенный серый плащ — как минимум на один размер больше, чем ему требовалось, — прикрывал его худое тело. На нём были коричневые потёртые брюки и стоптанные чёрные ботинки. Он приблизился ко мне, осторожно постукивая своей длинной деревянной тростью по брусчатке парка. И я сразу понял, что он слепой.

— Не помешаю? — тихо спросил старик спокойным, до странности нежным голосом, будто боялся спугнуть меня.

Я покачал головой, хотя он и не мог этого увидеть.

— Нет, конечно, садитесь. Для двоих здесь места хватит.

Для слепого человека каждое движение требовало расчёта, но этот слепой старик лишь раз стукнул по скамейке и сразу сел. И мы сидели так какоето время — просто в тишине. Я читал книгу, а он просто сидел и как будто любовался парком.

Потом он заговорил о всяких мелочах. О том, как поособенному пахнет дождь в грозу. О том, как приятно чувствовать под пальцами шероховатость старой трости. О звуках листвы парковых деревьев, когда они шелестят от лёгкого дуновения ветра. Он с такой любовью рассказывал об этих мелочах, что и мне показалось это действительно крутым и приятным.

— Знаешь, — сказал он, повернув голову в мою сторону, будто мог видеть меня этим спокойным и внимательным взглядом, — иногда может показаться, что мир хочет, чтобы мы стали одинаковыми. Чтобы смеялись над одними шутками, хотели одних и тех же вещей, ценили одно и то же. Но самое важное — это как разтаки то, что делает тебя другим. Твоя уникальность, неповторимая особенность, которая отличает тебя от других. Твоя индивидуальность.

От этих слов я крепче сжал книгу, которую держал в руках, чувствуя, как внутри меня чтото тихо щёлкнуло.

— Я не такой, как все, но от этого мне не легче. Надо мной все смеются, обзывают. А я ведь ничего плохого не делаю, — признался я. — Я просто люблю читать. В книгах всё понятно. Герои — добрые. Монстры — злые. И, побеждая их, герой помогает другим людям, и его за это любят. А монстров не любят и боятся их, потому что они делают плохие вещи. В реальности тебя могут не любить, даже если ты хороший, и мне это не нравится.

На это старик лишь мягко улыбнулся и сказал:

— А может, и в настоящей жизни так же, — мягко возразил он. — Подумай сам. В книгах монстр — это тот, кто делает зло. Причиняет боль, унижает других и радуется чужой беде. А герой — тот, кто, даже когда трудно, даже потеряв своих близких, пройдя множество сложных испытаний и ощутив боль, не становится таким же, как монстр, злым. Не начинает мстить, не начинает ломать других, чтобы было легче самому. Просто остаётся собой.

Старик повёл ладонью по трости и продолжил:

— То, что ты любишь читать книги, не делает тебя монстром. А вот те ребята, которые смеются над тобой, — онито на чьей стороне, как ты думаешь?

Я хотел ответить, но замешкался, и он продолжил:

— Жизнь — это череда множества сделанных выборов. И только от нас самих, от наших решений зависит, чем закончится наша история и кем в итоге окажемся в ней мы — монстром или героем.

Мы говорили долго. Я рассказывал ему о героях из моих любимых книг. Он приводил примеры из жизни. Я задавал вопросы, как мне быть и что делать, чтобы меня поняли. Он не давал готовых ответов, но в его словах не было ни жалости, ни снисхождения — только спокойная уверенность человека, который многое видел, даже не имея зрения.

Увидев время, я вдруг осознал, что мне пора бежать. Быстро попрощавшись, я убрал книгу в рюкзак и начал уходить. Но, пройдя несколько шагов от скамейки, на которой мы только что сидели, я решил обернуться и снова взглянуть на этого доброго слепого старика. Но на скамейке его уже не было.

Я постоял ещё немного, пытаясь объяснить себе исчезновение слепого старца. Но не смог ничего придумать, а потом медленно выдохнул и пошёл дальше.

Это было странно — никаких объяснений не находилось. Но главное — что его слова оставались со мной. И на следующий день, когда в школьном дворе снова ктото крикнул уже давно привычные мне издевки:

— Эй, задрот, опять ты со своей книжкой обнимаешься?

— Да. И что? — спокойно ответил я.

И смех ребят прозвучал не так громко и уверенно, как обычно. А я просто пошёл дальше.

Я проснулся резко, как будто ктото сильно дёрнул за шерсть на загривке. От этого открылась моя пасть, и из неё сорвался короткий хриплый рык. Я быстро осмотрелся, но вокруг никого не было. Тело всё ещё ныло, но боль уже не валила с ног. Тенеглот попрежнему лежал в углу, испуская невероятно вкусный, манящий запах мяса.

Я поднялся на лапы и встряхнулся — и изза этого начал терять последний ускользающий обрывок сна. Казалось, это было чтото важное. Важнее всего, что есть у меня в этом мире. Но чем сильнее я пытался ухватиться за детали сна, тем быстрее они рассыпались, как песок сквозь когти. А теперь дверь окончательно захлопнулась, и передо мной опять только угол убежища, запах крови и мёртвая туша Тенеглота.

«Неважно», — подумал я. И это было не равнодушие, а принятие. Сейчас важнее другое: я голоден. Пора бы уже съесть Тенеглота. На данный момент для меня он самый вкусный монстр, которого я ел в этом мире.

Закончив с добычей, я спрыгнул из убежища и собирался сходить попить воды. Но не успел дойти до озера, как на мой нос упала капля воды. Подняв голову, я понял: дождь начинается. Он лил не сильно, лишь слегка моросил и никак не мешал. Напившись, я решил оценить свой статус.

[Основная информация:

Имя: Айронд

Вид: Малый Чешуйчатый Волк

Уровень: 4 / 10 (Опыт: 180 / 400)

Жизненные показатели:

ОЗ: 33 / 40

ОМ: 55 / 55

ОЭ: 40 / 40.]

— Видимо, после тяжёлых ран ОЗ восстанавливается долго, даже после полноценного сна. Но ничего страшного. Как говорил мой отец, когда ремонтировал свою машину: «На скорость это не влияет», — подумал я.

В этом мире особо нечего было делать. И я решил пройти в пещеру и продолжить охоту. Дойдя до входа, я прошёл внутрь, и тьма приняла меня, как родного — без лишних слов. Я позволил ей обнять себя — и почувствовал, что начал становиться другим. Всё дальше от того мальчишки, который прятался от взглядов окружающих, и всё ближе к чемуто дикому.

Глава 6. Затишье перед бурей

Используя навык «Выделение кислоты» [ОМ: 19 / 55], я вцепился пастью в сочленения многоножки и с громким хрустом, сильно мотнув мордой, оторвал её голову от туловища. Наконец-то наступила тишина. Вокруг меня лежали три разорванные на части бронированные многоножки первого уровня. После победы над последней из них пришло очередное системное уведомление:

[ОЗ противника: 0 / 35.

Получено опыта: + 50 ед.

ОЗ противника: 0 / 35.

Получено опыта: + 50 ед.

ОЗ противника: 0 / 35.

Получено опыта: + 50 ед.

Текущий опыт: 330 / 400.]

— Ещё немного — и новый уровень.

Приятно осознавать, что скоро я стану ещё сильнее. Эти «малыши» хоть и немного крупнее меня, но они меньше и слабее своих сородичей выше по уровню. Для меня всё ещё остаётся загадкой, почему у них одинаковая надпись рядом с их видом — «взрослая особь», но при этом они разного размера. Я уже понял, что это из-за того, что у них у всех разные уровни. Но мне не даёт покоя тот факт, что я единственный, кто не меняется. Даже на пороге пятого уровня я всё ещё остаюсь таким же и вообще не меняюсь ни внешне, ни в размерах. Не считая мутаций, конечно же.

— Вопросов всё больше, а ответов по-прежнему никаких. А что ещё мне остаётся? Охотиться, есть, снова охотиться и копить опыт. Простая цепочка действий. — Если честно, простота этих действий даже как-то успокаивала.

После короткой передышки, немного восстановив очки энергии и маны, я двинулся дальше по пещере — не спеша. Она менялась: стены стали пористыми, будто кто-то выгрыз в камне тысячи мелких ячеек. В этих ячейках копошились странные маленькие насекомые. Они напоминали вытянутых жуков с полупрозрачными крыльями. Рядом на кустах вдоль стены висели другие насекомые. Они выглядели как сухие веточки — а потом вдруг оживали, стремительно отпрыгивали от кустов и уползали в щели.

Подойдя поближе и наклонив голову к одной из пустых ячеек, я увидел, как из темноты выбегает существо с шестью тонкими лапками и одним крупным фасеточным глазом посередине. Мы оба некоторое время не шевелились и рассматривали друг друга. А потом маленькое существо вдруг резко дёрнулось и убежало, оставив после себя небольшое облачко пыли.

Двигаясь всё дальше по длинному проходу, я коснулся носом сплетённых из сухих, похожих на паутину, но не таких липких тонких нитей. Эти нити тянулись от стены к стене, образуя необычные, странные узоры на весу. На всякий случай, стараясь не порвать паутину, я прошёл дальше. Мало ли, вдруг, порвав, я накличу на себя беду.

Пещера становилась шире и всё выше. Впереди показалась большая открытая комната. В ней, в полумраке, я заметил странную фигуру.

Сначала я подумал, что это статуя, но, когда фигура шевельнулась, стало ясно — это живое существо.

Оно стояло на четырёх мускулистых лапах. Рельефное тело существа было покрыто короткой шерстью. Тело напоминало большую кошку. Но голова… голова была другой. Вытянутая морда, выступающие брови, широкая пасть с кривыми зубами. Без сомнений — это была голова бабуина, с ярко-красными, будто горящими огнём глазами. Они смотрели прямо на меня. Не моргая. Существо ни на секунду не отводило от меня взгляда.

Холод пробежал вдоль хребта, но не парализовал — он заставил собраться. Я сделал шаг назад, одновременно активируя свой навык.

— Оценка! — рыкнул я. И получил системное уведомление о повышении уровня навыка.

[Уровень навыка «Оценка» повышен. «Оценка» (Активный, уровень 3)

Основная информация о существе:

Вид: Ксимон (Стадия взросления)

Уровень: 6

ОЗ: 50 / 50

ОМ: 60 / 60

Особенность: «Сопротивление отравлению» — игнорирует эффекты большинства слабых ядов. «Острые когти» — наносят глубокие рваные раны, игнорируя 10% защиты цели. «Парализующий яд» — при активации и попадании в кровь соперника есть шанс вызвать паралич на 3–5 секунд. «Усиленные суставы» — повышенная маневренность. «Сверхскоростной рывок» — при использовании может мгновенно преодолеть до 8 метров.]

Новый уровень навыка «Оценка» позволил увидеть больше информации о монстре, чем раньше. Появились даже описания умений противника. Но было бы лучше, если бы я этого не видел. Цифры характеристик и навыки Ксимона заставили меня похолодеть от страха.

Единственно верное решение — побег.

Но не успел я ничего сделать — лишь задумался о побеге, — как глаза монстра сверкнули, и он начал двигаться. Он медленно вытянул правую лапу, затем немного наклонил голову влево. От его действий по моей шкуре пробежали мурашки. Он выглядел разумным — самым разумным среди всех монстров, которых я встречал до этого.

— Ксимон меня изучает, — подумал я. — Он, наверное, решает, стоящий я противник или просто игрушка.

Так в тишине прошло не больше десяти секунд, и он вдруг исчез, а затем возник уже в метре от меня. Я машинально отпрыгнул, но не смог уклониться. Сверкнули когти и зацепили мой бок, глубоко вспарывая чешую. Я почувствовал, как по шкуре потекла тёплая кровь. [ОЗ: 32 / 40]. Рана тут же вспыхнула острой болью. Нижнюю часть тела начало покалывать, и лапы будто стали ватными — по ране начал распространяться парализующий яд.

Ксимон приземлился, молниеносно развернулся и закрыл путь к отступлению. И я понял, что сбежать не получится, оставалось только драться.