Жених в нагрузку

На кухне мы обнаружили ещё одну проблему: холодильник работал, но внутри находились только половина лимона, банка оливок и нечто, напоминающее сыр, переживший несколько исторических эпох.

— Нам нужны продукты, — объявила я.

— И рабочие.

— И сантехник.

— И электрик.

— И экзорцист.

Максим задумался.

— С последним могу помочь. Здесь иногда по ночам скрипит лестница.

— Это не призрак. Это старый дом.

— Ты уверена?

— Нет. Но если начну верить в призраков, мне придётся уехать обратно.

Он достал телефон.

— Я позвоню знакомому мастеру. Он сможет приехать сегодня.

— А сколько это будет стоить?

— Не знаю.

— Максим, мы с тобой должны научиться общаться на языке денег. Он у меня сейчас единственный родной.

— Тогда предлагаю начать с завтрака.

Через двадцать минут мы сидели на маленькой террасе возле кухни. Максим принёс хлеб, сыр и помидоры из ближайшей лавки. Я успела выпить вторую чашку кофе и даже почти поверила, что жизнь налаживается.

Пока на террасу не вошла пожилая женщина в ярко-жёлтом платье.

— София!

Она обняла меня так крепко, будто мы были знакомы всю жизнь.

— Я Лючия! Соседка! Твоя тётя Анна всегда говорила, что однажды ты приедешь!

— Здравствуйте, — растерянно произнесла я.

Лючия отстранилась, осмотрела меня с ног до головы и одобрительно кивнула.

— Похожа на неё. Особенно глаза.

Потом её взгляд переместился на Максима.

— А это кто?

— Максим. Помогает мне с отелем.

Лючия прищурилась.

— Помогает?

— Да.

— В комнате семь?

Я поперхнулась кофе.

Максим спокойно откинулся на спинку стула.

— Доброе утро, синьора Лючия.

Женщина посмотрела на него так, будто только что поймала на месте преступления.

— Значит, всё-таки поселился.

— Всего на три дня.

— Конечно, дорогой. Все мужчины начинают с трёх дней.

Я медленно повернула голову к Максиму.

Он сделал вид, что очень занят своим завтраком.

— Что это значит? — спросила я.

Лючия похлопала меня по руке.

— Ничего, милая. Просто твоя тётя была мудрой женщиной.

И, прежде чем я успела задать следующий вопрос, соседка поставила на стол корзинку с апельсинами и ушла.

Я посмотрела на Максима.

— Кажется, ты мне кое-что не договариваешь.

— Кажется, ты слишком много думаешь до завтрака.

— А ты слишком спокойно себя ведёшь для человека, которого только что подозрительно назвали дорогим.

Максим улыбнулся.

— Ревнуешь?

— К Лючии? Безусловно. Она принесла апельсины, а ты только кофе.

Он рассмеялся.

И почему-то мне стало немного жаль, что он так быстро перестал смеяться.

Глава 6. Тайна старой фотографии.

После завтрака я решила заняться кабинетом тёти.

Он находился в конце коридора первого этажа, за дверью, которую я вчера даже не заметила. Внутри пахло бумагой, лавандой и чем-то очень знакомым — запахом старых книг, которые хранились в доме моей бабушки.

Я осторожно включила свет.

Комната была небольшой. Письменный стол, книжные полки, два кресла и старый комод. На подоконнике стояла фотография тёти Анны в молодости.

Я провела пальцем по рамке.

— Ну что же ты мне оставила, тётя?

Ответа, разумеется, не последовало.

Я начала разбирать бумаги. Нашла старые счета, открытки, несколько писем на итальянском и список покупок, датированный прошлым годом.

Список оказался весьма характерным:

Лимоны. Кофе. Мыло. Новая лампа. Не забыть поговорить с Лючией. Максим опять врёт.

Я перечитала последнюю строчку.

— Максим опять врёт? — пробормотала я.

Вот это уже интересно.

— Ты что-то сказала?

Я вздрогнула.

Максим стоял в дверях с двумя чашками кофе.

— Ты всегда так подкрадываешься?

— Только когда слышу своё имя.

Он поставил чашки на стол и заметил бумагу в моих руках.

— Нашла что-нибудь интересное?

Я молча протянула ему список.

Максим прочитал, и его лицо на мгновение стало серьёзным.

— Она любила шутить.

— И часто писала, что ты врёшь?

— Иногда.

— А ты часто врал?

— Иногда.

Я сложила руки на груди.

— Ты понимаешь, что твоя защита звучит неубедительно?

— Зато честно.

Он сел в кресло и сделал глоток кофе.

Я продолжила разбирать бумаги. В нижнем ящике комода обнаружилась небольшая коробка. Внутри лежали старые фотографии, несколько пуговиц и серебряная брошь в форме морской звезды.

На одной из фотографий тётя Анна стояла рядом с молодым мужчиной. Они были на пляже, оба улыбались. Мужчина держал в руке маленькую бархатную коробочку.

Я перевернула снимок.

На обратной стороне было написано:

«Белламаре. Август 1989 года. Самое ценное всегда рядом».

— Максим, посмотри.

Он подошёл и взял фотографию.

Его взгляд задержался на мужчине.

— Ты его знаешь? — спросила я.

— Нет.

Ответ прозвучал слишком быстро.

— Уверен?

— София, я не могу знать всех людей, которых твоя тётя встречала сорок лет назад.

Я забрала фотографию.

— Логично.

Но на душе почему-то стало неспокойно.

Я вернулась к коробке и заметила, что под фотографиями лежит сложенный лист бумаги. На нём был нарисован план первого этажа гостиницы. Возле комнаты номер семь стоял маленький крестик.

А рядом — две буквы: «А. А.»

— Что это? — спросила я.

Максим наклонился над листом.

— Похоже на старый план отеля.

— Я вижу. А что значит крестик?

— Возможно, место, где тётя что-то хотела отметить.

— Например, сокровище?

Он посмотрел на меня.

— Возможно.

Я улыбнулась.

— Вот теперь начинается самое интересное.

Максим почему-то не улыбнулся в ответ.

Он внимательно рассматривал план, словно увидел на нём что-то, чего я пока не замечала.

— София, — произнёс он наконец, — а ты уверена, что хочешь найти эту драгоценность?

Я удивлённо посмотрела на него.

— Конечно. Мне вообще-то гостиницу обещали. И, кажется, вместе с ней — долги, протекающую крышу и тебя в нагрузку.

— Тогда будь осторожна.

— С тобой?

— Со всем, что найдёшь.

Он положил план на стол и вышел.

Я осталась одна, глядя на маленький крестик возле комнаты номер семь.

И впервые подумала, что тётя Анна оставила мне не просто наследство.

Она оставила мне загадку.

Глава 7. Очень подозрительный ужин.

К вечеру отель приобрёл новый вид.

Не сказать, чтобы лучший, но хотя бы более безопасный.

Мастер, которого привёл Максим, осмотрел крышу, проводку и сантехнику. После его заключения мне захотелось немедленно продать гостиницу, уехать домой и никогда больше не слышать слова «ремонт».

— Ничего страшного, — успокаивал Максим.

— Он сказал, что проводка старше меня!

— Зато проверенная временем.

— И крыша может протечь в любой момент!

— В Италии часто идут дожди.

— Максим, ты вообще на чьей стороне?

— На твоей. Но стараюсь не паниковать.

— Я не паникую. Я реалистично представляю, как меня похоронят под этой крышей.

Он рассмеялся.

— Предлагаю поужинать.

— У меня нет денег на ресторан.

— Я приглашаю.

— Зачем?

— Потому что ты сегодня весь день работала.

— А ты?

— Я тоже.

— Ты сидел в кресле и пил кофе.

— Психологическая поддержка — тяжёлый труд.

В итоге мы отправились в маленький ресторанчик на набережной.

Белые скатерти, свечи, запах свежего хлеба и море за открытыми окнами — всё выглядело так красиво, что я на несколько минут забыла о долгах и ремонте.

Максим заказал пасту с морепродуктами, а мне посоветовал местное блюдо с томатами и базиликом.

— Ты здесь часто бываешь? — спросила я.

— Иногда.

— С тётей Анной?

— Да.

Я внимательно посмотрела на него.

— Вы были близки?

Максим покрутил бокал в руке.

— Она помогла мне однажды. Когда мне это было нужно.

— И теперь ты решил отплатить ей, помогая мне?

— Можно сказать и так.

— Очень благородно.

— Не привыкай.

Я улыбнулась.

— Не переживай. У меня иммунитет к благородным мужчинам.

— Проверим?

— Что именно?

— Насколько сильный иммунитет.

Я почувствовала, как щёки становятся горячее.

Вот же неприятный человек.

Красивый, самоуверенный, с улыбкой, от которой хотелось забыть все заранее подготовленные язвительные ответы.

К счастью, официант принёс ужин.

— Спасибо, — сказала я и принялась за еду.

Максим наблюдал за мной.

— Что?

— Ничего.

— Ты смотришь.

— У меня есть глаза.

— Очень полезное приобретение.

Он усмехнулся.

После ужина мы прогулялись по набережной. Вечер был тёплым, с моря тянуло прохладой, а в маленьких кафе играла музыка.

Я остановилась у витрины ювелирного магазина.

За стеклом лежали кольца, серьги и старинные украшения.

— Как думаешь, что это за драгоценность? — спросила я.

— Не знаю.

— Тётя говорила о семейном украшении. Может, кольцо? Или ожерелье?

— Возможно.

— Ты сегодня удивительно разговорчив.

— Я просто слушаю.

— Это подозрительно.

Максим улыбнулся.

В этот момент у него зазвонил телефон.

Он посмотрел на экран и отошёл на несколько шагов.

— Да, — тихо сказал он. — Я пока ничего не нашёл.

Пауза.

— Нет. Она не знает.

Ещё пауза.

— Я разберусь. Но без неё ничего делать не буду.

Он сбросил вызов и вернулся.

— Всё в порядке? — спросила я.

— Да. Работа.

— Вечером?

— Бывает.

Я кивнула, хотя внутри снова зашевелилось неприятное подозрение.

— Максим?

— М?

— Ты ведь не собираешься меня обмануть?

Он посмотрел прямо мне в глаза.

— Нет, София.

И в этот раз его голос прозвучал настолько серьёзно, что я почти поверила.

Почти.

Глава 8. Нежданный наследник.

На следующее утро я проснулась с неожиданным ощущением оптимизма.

Возможно, дело было в кофе.

Возможно, в том, что крыша пока не рухнула.

А возможно, в том, что вчера Максим смотрел на меня так, словно я была единственной женщиной на всём побережье.

Впрочем, я решила не придавать этому значения.

Красивые мужчины — это как распродажи: сначала радуешься, а потом обнаруживаешь, что потратила больше, чем планировала.

Я спустилась в холл и обнаружила Максима возле стойки регистрации.

Он разговаривал с незнакомым мужчиной.

Тот был лет пятидесяти, в дорогом светлом костюме, с аккуратной причёской и улыбкой человека, который привык получать желаемое.

— София, — позвал Максим.

Оба мужчины повернулись ко мне.

— Познакомься. Это Антонио Риччи.

Я остановилась.

Антонио.

Тот самый дальний родственник, которому должна была достаться гостиница, если я не найду драгоценность.

— Очень приятно, — произнёс он по-русски с лёгким акцентом.

Я удивлённо моргнула.

— Вы говорите по-русски?

— Немного. У меня много друзей в Москве.

Он протянул руку.

Я пожала её.

— Вы приехали поздравить меня с наследством?

Антонио улыбнулся шире.

— Скорее, обсудить ваше положение.

— Моё положение?

— Вы приехали совсем недавно. Отель в плохом состоянии. У вас нет персонала, нет опыта управления гостиницей. Ремонт потребует больших вложений.

— Спасибо за подробный отчёт. Я как раз собиралась заказать его у специалиста.

Максим тихо кашлянул, скрывая улыбку.

Антонио не обратил внимания.

— Я хотел бы предложить вам сделку. Вы продаёте мне гостиницу. Я выплачиваю вам хорошую сумму, и вы можете вернуться домой.

Я посмотрела на него.

Предложение, конечно, звучало заманчиво. Особенно если учесть, что мой банковский счёт сейчас напоминал пустыню после засухи.

Но в голове всплыло письмо тёти.

Не продавай гостиницу, пока не найдёшь украшение.

— Благодарю, но я пока не собираюсь продавать отель.

Улыбка Антонио слегка поблекла.

— Подумайте. Я могу предложить больше, чем вы ожидаете.

— Я уже подумала.

— Вы даже не знаете, сколько он стоит.

— Зато знаю, что он мой.

Максим опустил глаза, но я заметила, как дрогнули уголки его губ.

Антонио выдержал паузу.

— Ваша тётя была упрямой женщиной.

— Мне говорили, что мы похожи.

— Да. Это заметно.

Он поправил манжет пиджака.

— Я вернусь через несколько дней. Надеюсь, к тому времени вы станете более разумной.

— А я надеюсь, что к тому времени у нас починят крышу.

Антонио посмотрел на меня так, будто я сказала что-то совершенно неприличное.

Потом повернулся и направился к выходу.

У дверей он остановился.

— И ещё, София. Будьте осторожны с теми, кому доверяете.

Я нахмурилась.

— Это угроза?

— Совет.

Он вышел.

Несколько секунд я молча смотрела ему вслед.

— Ну что? — спросил Максим.

— Мне он не нравится.

— Это взаимно.

— Откуда ты знаешь?

Максим пожал плечами.

— У меня хорошая интуиция.

— А у меня хорошее письмо от тёти, в котором она запрещает мне доверять Антонио.

Максим резко повернулся.

— Она написала это?

— Да. А что?

— Ничего.

Но лицо его изменилось.

Я достала из кармана сложенный лист бумаги и ещё раз прочитала последние строки письма:

«София, если Антонио появится раньше, чем ты найдёшь украшение, не соглашайся ни на какие предложения. И самое главное — не позволяй ему войти в комнату номер семь».

Я подняла глаза.

— Максим?

— Да?

— Почему моя тётя так боялась, что Антонио войдёт в эту комнату?

Он помолчал.

— Потому что там есть кое-что, что ему нельзя найти.

— Что именно?

Максим посмотрел в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

— Похоже, пришло время тебе кое-что показать.

Он протянул мне руку.

И впервые за всё время я не стала язвить, спорить или делать вид, что прекрасно справляюсь сама.

Я просто взяла её.

Мы поднялись к комнате номер семь.

Максим достал ключ, открыл дверь и остановился на пороге.

— София, прежде чем войти, обещай, что не будешь кричать.

Я посмотрела на него.

— Максим, после потолка, проводки и Антонио у меня уже выработался иммунитет к неприятностям.

Он медленно открыл дверь.

На письменном столе лежала старая фотография.

Та самая, которую я вчера нашла в кабинете тёти.

Только теперь на ней появилась надпись, которой раньше не было видно.

Кто-то аккуратно стёр пыль с нижнего края снимка.

И там, мелким почерком, было написано:

«Максиму. Когда придёт время — расскажи ей правду».

Я медленно повернулась к нему.

— Ну что ж, — произнесла я. — Кажется, твои три дня закончились раньше срока.

Максим вздохнул.

— Я так и думал.

— Садись. И начинай рассказывать.

Впервые за всё время он не улыбнулся.

И мне это совсем не понравилось.

Глава 9. Правда, которую не заказывали.

— Садись, — повторила я, указывая на кресло. — И даже не думай отделываться фразами вроде «всё не так, как кажется».

Максим послушно сел.

Я осталась стоять. Так было удобнее смотреть на него сверху вниз. Правда, учитывая разницу в нашем росте, преимущество оказалось весьма условным.

— Начинай.

Он провёл ладонью по лицу.

— Твоя тётя наняла меня два месяца назад.

— Для чего?

— Сначала для ремонта. Потом попросила присмотреть за гостиницей.

— За гостиницей или за мной?

— Тогда тебя здесь ещё не было.

— Очень смешно. Продолжай.

Максим посмотрел на фотографию.

— Мужчина на снимке — мой отец.

Я перевела взгляд на фотографию.

Теперь, когда Максим сказал это, сходство стало очевидным. Те же тёмные волосы, похожий разрез глаз и даже чуть насмешливая улыбка.

— Ты вчера сказал, что не знаешь его.

— Я соврал.

— Замечательно. Просто прекрасно. Мы знакомы три дня, а ты уже успел соврать мне больше, чем некоторые люди за всю жизнь.

— Я не хотел начинать с этого.

— А с чего хотел? С совместного завтрака? С ремонта крыши? С предложения руки и сердца?

— Последнее можно обсудить.

Я посмотрела на него.

— Максим!

— Всё. Молчу.

Он поднялся и подошёл к окну.

— Мой отец много лет назад работал здесь. Он помогал твоей тёте с ремонтом гостиницы. Они дружили. Перед смертью отец рассказал мне, что в Villa Anna спрятана семейная драгоценность. Но не сказал где.

— И ты решил её найти?

— Да.

— Поэтому поселился в комнате семь?

— Твоя тётя сама предложила мне эту комнату. Сказала, что там я смогу найти первую подсказку.

Я вспомнила письмо.

Не позволяй странным мужчинам оставаться в комнате семь. Особенно красивым.

— Она знала, что ты будешь здесь?

— Знала.

— И ничего мне не сказала?

— Видимо, хотела, чтобы ты сама во всём разобралась.

Я опустилась на край кровати.

— А Антонио?

— Он тоже ищет украшение. Только ему нужна не семейная память, а сама драгоценность.

— Откуда ты знаешь?

Максим помедлил.

— Я слышал его разговор с твоей тётей. Он предлагал ей продать украшение ещё при жизни. Она отказалась.

— Почему?

— Не знаю. Но после этого они сильно поссорились.

Я посмотрела на него.

— Значит, всё это время ты искал сокровище, а я думала, что ты просто безработный красавчик с хорошими манерами.

— Насчёт красавчика приятно слышать.

— Не порть момент.

Он улыбнулся, но быстро стал снова серьезным.

— София, я должен был рассказать тебе раньше.

— Да. Должен был.

— Прости.

Я вздохнула.

Всё это было слишком неожиданно. Ещё вчера моя главная проблема заключалась в том, что гостиница разваливается. Сегодня выяснилось, что в ней спрятано сокровище, за которым охотится неприятный родственник, а мой временный жилец оказался сыном человека, связанного с этой тайной.

Обычная наследственная история. Почти.

— Хорошо, — наконец сказала я. — Теперь у нас есть общая цель.

— Найти украшение?

— Нет. Для начала — выяснить, сколько ещё ты мне не рассказал.

Максим протянул руку.

— Договорились?

Я посмотрела на неё, потом на него.

— Договорились. Но если выяснится, что ты женат, у тебя трое детей и тайная вилла на Сицилии, я тебя утоплю.

— У меня нет ни жены, ни детей.

— А вилла?

— Пока нет.

— Вот и хорошо.

Он засмеялся.

А я впервые за эти дни почувствовала, что мы действительно начинаем работать в одной команде.

Правда, команда у нас получалась подозрительно привлекательная.