Внезапное появление дара. Помощь от всего сердца-против чёрной магии.

Парень резко, судорожно и глубоко вдохнул полной грудью, словно человек, который долгое время тонул в глубокой ледяной воде и только что наконец вынырнул на теплую поверхность. Его согнутые плечи мгновенно расправились, свинцовая серость ушла с лица, уступая место здоровому, румяному оттенку кожи. Он растерянно и быстро моргал, ошарашенно глядя на свои собственные дрожащие ладони, а затем медленно поднял глаза на Эльзу. На этот раз его взгляд был абсолютно чистым, глубоким, ясным и полностью осознанным. Тяжелый, удушливый морок Маринки спал с его разума без остатка.

— Эльза?.. — едва слышно, испуганно прошептал он, и в его голосе впервые за недели послышались живые человеческие слезы. — Господи... Эльза, что вообще со мной происходило всё это время? Я... я как будто в каком-то чудовищном, липком кошмаре жил последние недели. Мой мозг словно заперли в темной коробке, я вообще ничего не соображал, совершал поступки, которые ненавидел. Я ведь... я ведь так страшно, незаслуженно обидел Алину... Зачем я кричал на неё? Зачем наговорил тех ужасных слов? Я же люблю её, Эля... Больше собственной жизни люблю! Как мне теперь вернуть её?

Эльза обессиленно, медленно отняла свою руку от его плеча. На этот раз, вопреки её опасениям, сильной тошноты не было — её праведный гнев и искреннее желание спасти человека помогли сжечь чужую грязную магию прямо на месте, без остатка, не впитывая яд в себя. Но колоссальная усталость всё равно навалилась на неё свинцовой плитой, заставляя колени дрожать. Она мягко, уставше улыбнулась плачущему парню и кивнула головой в сторону центрального входа в строительный гипермаркет.

— Иди к ней, Денис. Она ждет тебя вон там, под козырьком. Она всё знает и всё понимает. Иди и больше никогда в жизни её не отпускай.

Денис, даже не заглушив мотор машины, буквально выскочил из салона и со всех ног бросился через парковку к Алине, которая уже бежала ему навстречу, развивая полы своего светлого пальто. Эльза молча смотрела со стороны, как они со слезами и криками облегчения намертво обнимаются посреди шумной стоянки, и как их чистые, светлые нити судеб снова с хрустом сплетаются в одну прочную, сияющую золотом связь. На душе у Эльзы было невыразимо тепло и спокойно. Её внезапный дар, ведомый помощью от всего сердца, только что спас еще одну человеческую жизнь и настоящую любовь.

Но радоваться окончательной победе было еще слишком рано. Эльза отчетливо понимала: Маринка на другом конце города прекрасно осознала, что её сильный приворот жестоко разрушили. И теперь у скромной владелицы магазина косметики появился очень опасный, безжалостный и беспринципный враг, практикующий самую темную, грязную черную магию.

Глава 9

Отголоски чужого гнева.

Эльза молча, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания прохожих, наблюдала со стороны, как Денис и Алина обнимались посреди шумной асфальтированной парковки. Они держались друг за друга так крепко, словно не виделись целую вечность, а мир вокруг них перестал существовать. Оба плакали, что-то быстро, бессвязно и горячо шептали друг другу на ухо, а Эльза своим особым внутренним зрением отчетливо видела, как их ауры — теперь уже абсолютно чистые, лишенные грязного Маринкиного изморока, нежно-розовые и золотистые — стремительно сливались в единое, плотное защитное облако. Тяжелый морок окончательно отступил, и искренняя любовь возвращала влюбленным утраченные жизненные силы.

Когда ребята наконец немного успокоились и повернулись к ней, в их глазах читалась бесконечная, глубокая человеческая благодарность.

— Эльза... господи, спасибо тебе огромное, — Денис медленно подошел ближе и крепко, с безграничным уважением пожал ей руку. Теперь его ладонь была по-настоящему теплой, сухой и живой, а зловещий антрацитовый туман Смерти над его головой исчез без малейшего следа. — Я до конца не понимаю, как именно ты это сделала, что это было за чудо, но я словно заново на свет родился. В голове наконец-то полностью прояснилось, мысли выстроились ровно.

— Вам ни в коем случае нельзя сейчас расслабляться, — тихо, но очень серьезно и весомо произнесла Эльза, в упор глядя на Дениса и приобнявшую его за пояс Алину. — Денис, Алина... вы должны знать всю правду, какой бы дикой она ни казалась. То, что с вами происходило последние недели — это была не просто затяжная бытовая ссора или кризис трех лет. На вас навели страшную, концентрированную порчу. Черную рассорку на увядание и одиночество. И сделал это человек из вашего самого близкого, доверенного окружения.

Алина судорожно вздохнула, вытирая слезы со щек, и сжала руку Дениса еще крепче, до побеления суставов.

— Это ведь Маринка, да? То, что ты увидела тогда в своем видении... массивное золотое кольцо с крупным зеленым камнем на указательном пальце. Это её любимое кольцо, она с ним никогда не расстается.

Денис резко нахмурился, в его чистых серых глазах отразилось искреннее, глубокое недоумение, мгновенно сменившееся неподдельным ужасом и отвращением:

— Маринка?! Но... но как это возможно? Она же моя подруга детства, мы буквально за одной партой в школе сидели, наши семьи дружат годами! Зачем, ради чего ей нужно было идти на такую низость и ломать мою жизнь?

— Слепая человеческая зависть и эгоизм — страшные вещи, Денис, — тихо ответила Эльза, поправляя съехавший ремень сумки на плече. — Она всеми силами хотела забрать тебя себе, превратить в свою послушную марионетку, а Алину — просто стереть с лица земли, уничтожить её здоровье. Черная магия всегда требует страшных жертв, и если бы мы сегодня с Алиной не успели перехватить тебя на этой парковке, твое физическое сердце могло просто остановиться в любой момент от истощения. Маринка на другом конце города уже прекрасно поняла, что её колдовство разрушено. Она сейчас в дикой, неописуемой ярости. Поэтому мой вам самый главный совет: заблокируйте её прямо сейчас во всех социальных сетях и мессенджерах. Смените замки на дверях, если у неё были ключи. Ничего ей не объясняйте, не устраивайте глупых телефонных скандалов и очных разборок. Просто навсегда исчезните из её жизни. Ваша взаимная любовь — теперь ваша лучшая естественная защита, но держитесь от этой женщины как можно дальше.

Проводив счастливых, но притихших ребят до машины, Эльза вызвала такси и вернулась в свой тихий, уединенный магазинчик «Роза и Полынь». Физических сил после ментальной схватки почти не осталось, колени до сих пор слегка подкашивались, но глубоко внутри, под самым сердцем, горело удивительное, тихое и радостное чувство выполненного долга. Помощь, пришедшая из самой глубины души, от всего сердца, всегда оставляла после себя в теле особую, кристально чистую благодать, защищающую от любого негатива.

Лика, младшая сестра, мгновенно заметив сильную бледность и изможденный вид Эльзы, как только та переступила порог лавки, сразу испуганно засуетилась:

— Эля! На тебе же буквально лица нет! Опять эта жуткая головная боль после аварии вернулась? Ну-ка быстро присядь на диванчик, я сейчас заварю тебе наш фирменный крепкий чай с чабрецом, мятой и ложкой липового меда. Тебе нужно срочно отдохнуть.

— Спасибо тебе, Лика, ты мое спасение, — Эльза слабо, но очень нежно улыбнулась сестре, тяжело опускаясь на мягкий плетеный стул в углу зала.

Ей в этот момент безумно хотелось открыться, со слезами на глазах рассказать Лике обо всем, что с ней происходит, о своей новой пугающей жизни и о том, как она только что спасла Дениса. Но она по-прежнему всеми силами берегла младшую сестру, стараясь не втягивать её в этот страшный, невидимый обывателям мир теней и проклятий. Она хотела, чтобы Лика оставалась в безопасности.

Эльза сделала первый небольшой глоток обжигающего, ароматного травяного чая, прикрыла глаза и чутко прислушалась к тишине внутри себя. Её внутренний компас был абсолютно спокоен, золотое пламя дара ровно и мягко согревало грудь. Эльза зашла в подсобку, еще раз умылась прохладной проточной водой, окончательно смывая с кожи дорожную пыль и тяжелые воспоминания о парковке, и почувствовала, как древняя, интуитивная сила рода бабушки Аглаи снова наполняет её вены чистым, восстанавливающим теплом. Она верила, что самое страшное уже позади.

Но это благодатное затишье оказалось пугающе недолгим.

Ближе к вечеру, когда солнце уже стремительно клонилось к горизонту, окрашивая витрины и стеклянные полки магазина в багровые, тревожные тона заката, маленький латунный колокольчик над входной дверью не просто звякнул. Он издал резкий, надрывный и дребезжащий звук, словно от сильного удара.

В магазин медленной, уверенной и хищной походкой вошла женщина. На ней был строгий, безупречно скроенный офисный костюм, дорогие туфли на шпильках, а на указательном пальце правой руки, которая мертвой хваткой сжимала кожаную сумочку, в лучах заходящего солнца ядовито, зловеще поблескивало тяжелое золотое кольцо с крупным, ограненным темно-зеленым изумрудом.

Маринка не стала отсиживаться в тени. Она пришла сама, лично выследив источник своей сломанной магии.

Глава 10

Дуэль взглядов и весы времени.

Маринка вошла в магазин уверенной, хищной походкой, от которой шпильки её дорогих туфель сухо и угрожающе цокали по ламинату. Офисный костюм сидел на ней безупречно, но её аура... Эльзе не нужно было даже настраиваться или закрывать глаза, чтобы почувствовать этот удушливый, липкий запах болотной сырости, застарелой гари и тухлой воды. Это была энергетика человека, который давно и глубоко погряз в грязных черных ритуалах, привык брать от жизни всё силой и безжалостно ломать чужие судьбы ради мимолетного каприза. Ядовито-зеленый изумруд на её указательном пальце словно впитывал в себя багровый закатный свет, оставаясь тусклым, холодным и зловещим.

Лика тут же приветливо улыбнулась из-за прилавка, еще ничего не понимая и не чувствуя опасности:

— Здравствуйте! Добро пожаловать в «Розу и Полынь». Ищете что-то конкретное? У нас сегодня как раз новое поступление органических масел...

— Нет, спасибо, я просто осмотрюсь, — резко и грубо оборвала её Маринка. Её голос был ледяным, лишенным каких-либо намеков на обычные человеческие эмоции.

Она медленно пошла вдоль стеллажей, лениво перебирая тонкими пальцами баночки с кремами, но Эльза видела: ведьма пришла не за косметикой. Она двигалась по следу. Черная маслянистая нить приворота, которую Эльза так безжалостно разорвала на парковке, оставила в пространстве четкий ментальный шлейф. Этот невидимый шлейф привел разгневанную Маринку прямиком к дверям лавки. Ведьма сканировала каждый угол, пыталась вычислить, кто именно в этом городе обладает силой, способной разрушить её порчу на Дениса.

Эльза спокойно вышла из-за прилавка и встала посреди зала, преграждая Маринке путь к стеллажам. Она приняла решение не прятаться. Бабушка Аглая учила, что тьма больше всего боится одного — когда ей смело, открыто и прямо смотрят в глаза.

— Вы ведь ищете меня, Мариночка? — тихо, но удивительно твердо, со свинцовой уверенностью в голосе спросила Эльза.

Маринка замерла. Её тонкие выщипанные брови взлетели вверх. Она медленно, всем телом повернулась к Эльзе, и их взгляды встретились. В этот самый момент в магазине словно резко упало атмосферное давление — маленький латунный колокольчик над дверью тихонько звякнул сам по себе, а воздух в помещении стал пронзительно холодным, как в леднике. Лика у прилавка удивленно поёжилась и испуганно обняла себя за плечи.

Ведьма прищурилась, яростно вглядываясь в бледное лицо Эльзы. На долю секунды на лице Маринки отразилось искреннее замешательство, которое мгновенно сменилось дикой, злой догадкой. Она почувствовала ту колоссальную силу, которая теперь текла по венам Эльзы после комы. Чистое, горячее золото дара, пахнущее солнцем и полынью — абсолютную противоположность её собственной болотной магии.

— Так это ты... — прошипела Маринка, делая шаг вперед и сильно понижая голос, чтобы её не слышала замершая у кассы Лика. — Скромная хозяйка лавки косметики? Надо же. И зачем ты, глупая девка, полезла не в свое дело? Кто вообще дал тебе право ломать мою работу? Денис должен был быть моим! Только моим!

— Денис никому ничего не должен, — так же тихо, но невероятно твердо ответила Эльза. Её дар горел внутри ровным, плотным защитным пламенем, полностью закрывая от ментального удара и её саму, и испуганную Лику позади. — Ты чуть не убила его своей гнилой привязкой. Над парнем уже тень Смерти стояла, Маринка. Твоя эгоистичная «любовь» — это чистый яд. Я помогла ему от всего сердца, и твоя черная магия больше над ним не властна. Уходи отсюда. Твой морок рассеялся навсегда.

Лицо Маринки исказилось от неописуемой ярости. Зеленый камень на её кольце на мгновение тускло, зловеще блеснул, и ведьма попыталась мысленно направить в сторону Эльзы поток грязной, разрушительной энергии — тяжелый ментальный удар, способный вызвать мгновенный приступ дикой боли.

Но Эльза даже не шелохнулась. Золотой щит её дара встретил этот выпад, как вековая гранитная скала встречает брызги грязной воды. Чернота Маринки бессильно разбилась и растворилась в воздухе, не причинив Эльзе вреда. Ведьму даже слегка качнуло назад от её собственной отдачи.

— Ты очень сильно пожалеешь об этом, — задыхаясь от злобы и бессилия, прошептала Маринка, пятясь к выходу. — Ты просто не знаешь, с каким злом связалась. Я сотру твой магазинчик в порошок, а тебя отправлю обратно в ту кому, из которой ты так опрометчиво выползла!

Стеклянная дверь с оглушительным грохотом захлопнулась. Маринка исчезла в сумерках, оставив после себя шлейф тяжелой энергии, который Эльза тут же мысленно развеяла. Но вопреки угрозам ведьмы, её черная сила оказалась надломлена. Зло, столкнувшись с чистой помощью от всего сердца, начало стремительно пожирать само себя. В течение следующего года Маринка, потеряв контроль над Денисом и столкнувшись с мощным обратным ударом собственной порчи, стремительно теряла своё влияние, погрязла в судебных интригах на работе и навсегда покинула город, сломленная и опустошенная своим же внутренним ядом. Эльза победила в этой первой большой войне, защитив свой уютный мир.

------------------------------

Время — самый надежный лекарь и самый бесстрастный судья. С того памятного дня, когда черная тень Маринки навсегда покинула лавку «Роза и Полынь», пролетело долгих десять лет.

За это десятилетие мир вокруг сильно изменился, технологии шагнули вперед, но маленький магазинчик косметики в тихом переулке старого центра оставался всё тем же островком абсолютного покоя, тепла и уюта. Эльза повзрослела, в её мягком взгляде появилась глубокая, мудрая и умиротворенная зрелость, а её дар превратился в послушный, ювелирный инструмент. Она больше не пугалась чужих аур, научилась мгновенно закрывать свои барьеры и не тратила силы попусту. Лика, ставшая за эти годы её самой верной помощницей и знающая все мистические секреты сестры, теперь полностью вела все финансовые дела лавки. Эльза же тайно, без шума, рекламы и лишних слов продолжала помогать людям, которые интуитивно тянулись к ней со своими бедами.

В один из дождливых осенних дней, когда тяжелые капли воды уныло стучали по оконному стеклу, латунный колокольчик над дверью тихонько и мелодично звякнул.

В магазин вошла молодая девушка, на вид не старше двадцати двух лет. В руках она бережно, словно сокровище, сжимала небольшую картонную коробку. Девушка была одета в промокший легкий плащ, её светлые волосы слегка растрепались от ветра, а лицо казалось пугающе бледным, изможденным и осунувшимся. Она робко, как испуганный зверек, огляделась по сторонам и подошла к прилавку, за которым сидела Эльза.

— Здравствуйте, — тихо, со смущенной и натянутой улыбкой произнесла незнакомка. — Меня зовут Вероника. Я... я занимаюсь изготовлением натурального мыла и твердых шампуней ручной работы. Сама варю, дома, только из экологичных материалов. Вот, принесла вам образцы. Хотела спросить, не могли бы вы взять мой товар под реализацию? Я использую чистые эфирные масла, экстракты и лечебные травы... Всё очень качественное.

Эльза мягко, ободряюще улыбнулась и привычно скользнула по Веронике своим особым, внутренним зрением. То, что она увидела в следующую секунду, заставило её сердце болезненно сжаться от острого сострадания.

Вокруг Вероники не было черной магии Маринки, порчи или зловещей тени приближающейся Смерти. Но её аура была пугающе истончена, разорвана в клочья и похожа на блеклый, серый предрассветный туман, сквозь который едва-едва пробивались крошечные искорки жизненной силы. Внутри этой молодой девушки всё буквально кричало от невыносимой душевной боли, тотального выгорания и глубокого, черного разочарования в жизни. Вероника была на самой грани тяжелого нервного срыва. Эльза отчетливо, физически почувствовала, как её молодую душу давит глухая, свинцовая тревога, панический страх перед будущим и гнетущее ощущение того, что она занимается чем-то совершенно чужим, ломающим её истинную природу. Это домашнее мыловарение было лишь отчаянной, судорожной попыткой сбежать от удушающей реальности, но оно не приносило ей ни грамма счастья.

— Давай посмотрим твое мыло, Вероника, — ласково сказала Эльза, осторожно принимая коробку из её дрожащих рук.

Прикоснувшись к холодным пальцам девушки, Эльза ощутила, как через её собственное тело прошла ледяная волна чужой застарелой паники и растерянности. Вероника едва держалась на ногах, готовая разрыдаться прямо посреди магазина от любого неосторожного слова. Её внутренний компас полностью сломался, и она упорно, из последних сил шла абсолютно не в ту сторону, медленно убивая себя морально.

— Мыло замечательное, сделано с душой, пахнет чудесно, — тихо произнесла Эльза, закрывая коробку и в упор глядя в полные скрытой тоски глаза Вероники. — Мы обязательно возьмем его на полки, Лика сейчас придет и оформит все документы. Но... Вероника, давай поговорим честно. Дело ведь сейчас вовсе не в мыле и не в реализации товара, верно? Тебе сейчас очень, очень плохо. Внутри тебя всё горит, рушится и засыхает, а тревога не дает тебе нормально спать по ночам. Ты находишься на грани срыва, потому что каждый день заставляешь себя идти чужой, навязанной дорогой.

Вероника резко вздрогнула, её губы задрожали, а в глазах мгновенно вскипели и покатились по щекам горячие слезы. Она испуганно отступила на шаг назад, глубоко пораженная тем, как эта совершенно незнакомая женщина за одну секунду прочитала её самую сокровенную, тщательно скрываемую от мира боль.

— Откуда... откуда вы всё это знаете? — прошептала она, судорожно вытирая слезы ладонью. — Да, мне ужасно... Я чувствую, что просто задыхаюсь. Я учусь на последнем курсе юридического факультета, родители настояли, говорят, это престижно, стабильно, денежно. А я... я ненавижу эти законы, суды, кодексы и сухие бумаги! Меня тошнит от этого каждый божий день! Пытаюсь вот дома мыло варить, чтобы хоть как-то отвлечься, руки занять, но чувствую, что моя настоящая жизнь просто проходит мимо, я окончательно теряю себя...

Эльза плавно обошла прилавок, подошла к плачущей девушке и мягко, согревающе положила ладонь ей на плечо. Золотое, чистое тепло её зрелого дара мгновенно полилось в тело Вероники, бережно окутывая её израненную, уставшую душу, усмиряя панику и даря долгожданный покой. Давящая тревога в груди девушки начала медленно, послушно таять, уступая место расслаблению. Вероника глубоко вздохнула, её плечи впервые за долгие месяцы опустились, а судорожные всхлипы затихли. Она удивленно посмотрела на руку Эльзы, чувствуя, как невидимые тиски, сжимавшие её сердце, наконец разжались.

— Юриспруденция — это абсолютно не твое, Вероника. Твоя душа рождена совершенно для другого, — ласково, но с поразительной, авторитетной уверенностью сказала Эльза, прислушиваясь к тихому голосу своего сердца, который сейчас безошибочно считывал истинную судьбу гостьи. — Хватит ломать и насиловать себя ради чужих ожиданий и родительских амбиций. Твой настоящий дар, твоё истинное призвание — это работа с самыми маленькими детьми. Тебе нужно бросить суды и заняться детской психологией, ранней педагогикой или арт-терапией для малышей.

Вероника замерла, её глаза широко распахнулись. В памяти яркой вспышкой пронеслись моменты, когда она вела волонтерские кружки рисования в детском приюте — единственные дни, когда она чувствовала себя по-настоящему живой и счастливой, прежде чем родители заставили её сосредоточиться на «серьезном» юридическом дипломе.

— Твое сердце оживает, расцветает и наполняется светом только тогда, когда ты видишь чистые, искренние детские улыбки, — продолжала Эльза, и её голос звучал как целебный бальзам. — Именно там, среди детей, скрыта твоя настоящая сила, твое счастье и твое спасение от любого срыва. Бросай то, что тебя убивает, и смело иди туда, куда по-настоящему зовет тебя сердце. Дай себе эту наводку, сделай первый шаг, и весь этот туман в твоей жизни рассеется.

Вероника смотрела на Эльзу с благоговением и облегчением. Напряжение, копившееся годами, ушло, оставив после себя чистую, звенящую ясность. Она поняла, что теперь знает, что делать.

Глава 11

Нити на Авито.

После ухода Вероники в жизни лавки «Роза и Полынь» начался новый период. Но дар Эльзы, окрепший за годы, продолжал притягивать к ней тех, кто отчаянно нуждался в помощи.

В один из дней Лика показала Эльзе экран телефона:— Смотри, Эля, на Авито девушка выставила объявление. Делает вручную детские заколки и бантики из репса и шелка. Пишет, что ищет лавки для сотрудничества. Очень аккуратная работа. Может, спишемся?

Эльза взглянула на фотографии изделий, и её внутренний дар настойчиво дрогнул.— Давай, Лика. Пусть привозит свои работы.

Девушку звали Натальей. Когда на следующий день она несмело переступила порог магазина, Эльза сразу обратила на неё внимание. Наташа была тихой, скромной, одетой очень просто, а в руках бережно держала пластиковый бокс с заколками. Но когда Эльза скользнула по ней своим внутренним зрением, она увидела странный диссонанс. Вокруг пальцев Натальи вился блеклый, серый туман — знак того, что эта мелкая работа забирает у неё силы, но не дает взамен счастья. Наташа пыталась удержаться в рамках маленького хобби, в то время как её истинная внутренняя суть требовала масштабного, яркого пространства.

— Работы чудесные, Наташа, мы с удовольствием возьмем их, — мягко сказала Эльза. Но когда их пальцы соприкоснулись, Эльза проникновенно добавила: — Только знаешь... ты ведь сейчас совсем не тем делом занимаешься. Твоя тема — другая. Направление должно быть совсем иным.

Наталья растерянно моргала:— А что... что именно не так?— Придет время — сама поймешь, — Эльза загадочно и тепло улыбнулась. Человек должен созреть для своего пути сам.

Наташа ушла, унося в душе зерно сомнения. Спустя почти полгода она вернулась. В её глазах горел решительный огонь. Она подошла прямо к Эльзе:— Эльза, я не могу забыть ваши слова. И я решилась. У меня есть ребенок, мы живем с сожителем, и мы решили открыть свое дело — фотосалон. Мне страшно, но я чувствую, что должна попробовать.

Внутри Эльзы в ту же секунду радостно вспыхнуло золотое пламя её дара. Оно буквально пело, подтверждая правильность выбора. Перед глазами Эльзы возникла картина: не один, а несколько сияющих фотосалонов под её именем.

— Это твое дело, Наташа, — Эльза крепко сжала её руку. — Обязательно пробуй. Твое направление выбрано верно. И помни мои слова: пройдет время, и этот фотосалон будет у тебя далеко не один. У тебя их будет несколько. Иди вперед.