Измена. Вернуть любовь

– Ко мне, – радостно отозвалась Вера и широко улыбнулась.

– Вер, чему ты так радуешься? – устало спросила у нее.

– Смешно просто стало, – она еще шире улыбнулась. – А еще я рада, что ты у меня погостишь.

Мой телефон вибрацией сообщает о входящем сообщении.

Влад:

«Даша, мы не закончили разговор. Но я согласен с тобой, чтобы мы пожили раздельно. Прошу тебя, подумай над моими словами. Я все сделаю для того, чтобы ты меня простила. Давай начнем все заново? Дай нам еще один шанс. Сообщишь свой адрес? Просто, чтобы я был в курсе, где ты и смог тебя, если что, найти. Не волнуйся, ночевать на коврике под дверью не буду :)».

Я фыркнула и, не ответив, закрыла мессенджер.

Погостить у Веры не получилось. Сразу же после приезда к ней я окунулась в поиск подходящей квартиры. И пока Вера с Косом готовила чай и перекус, успела договориться о трех просмотрах. Параллельно я наблюдала за этой колоритной парочкой. Я никак не могла понять, они вместе или нет? Но то, как они понимали друг друга с полуслова, как смотрели друг на друга, подшучивали, наводило на мысль, что все-таки они пара.

Когда я оторвалась от телефона, то решила прояснить этот вопрос.

– Слушайте, я мучаюсь. Простите меня за бестактность, но вы – пара? Или просто друзья? Никак не пойму. Но наблюдать за вами интересно, – я улыбнулась. Вера фыркнула, Кос закатил глаза.

– Даша веришь, я сам не знаю. Я эту упрямицу уламываю на серьезные отношения уже… – он задумался, видимо, мысленно подсчитывая, сколько он уламывает Веру. – Черт, Вера, неужели уже пять лет?!

И он в таком удивлении воззрился на нее, что я рассмеялась.

– А что в твоем понимании серьезные отношения? – мне даже стало любопытно.

– Ну как же. Семейная жизнь, совместный быт, кошка, собака, дети, – на этих словах он отодвинулся от Веры подальше. Видимо, они это уже не раз обсуждали и ему «прилетало» от Веры, что теперь он ее сторонился. Она увидела его движение и улыбнулась.

– Да мы знакомы с детства, Даш. Этот упоротый товарищ ухаживает за мной, проходу не дает. Но когда он меня начинает уламывать узаконить отношения и съехаться, а еще и детей ему сразу подавай, я зверею, – Вера весело посмотрела на него.

– Ну а ты? Почему не соглашаешься? Я наблюдала за вами, у вас же полная гармония и взаимопонимание, – с недоумением ответила я.

– Да у нее свои тараканы. Размером со слона, – безнадежно махнул рукой Кос. – Вбила себе в голову, что она будет плохой женой и матерью, что она перекати-поле, творческая на всю голову, а семья – это рамки и клетка. А ее свободная душа не может жить в клетке. Это если вкратце.

Я даже крякнула.

– Вера, ты серьезно? – я с удивлением посмотрела на нее.

Она мрачно кивнула. А потом недовольно зыркнула на Коса. Тот чиркнул пальцами по губам, имитируя жест, как будто закрывает рот молнией.

– Так, ладно, поговорю с тобой потом на эту тему, – я решительно тряхнула головой.

Я знала, что у всего есть своя причина. И у Веры все дело было скорее всего в страхе и, возможно, в тех моделях поведения, которые она наблюдала у родителей.

Квартира, на которой я в результате остановилась из предложенных вариантов, находилась через несколько домов от Вериного. Она обрадовалась. Естественно, на просмотры они пошли со мной, как я от них ни отбрыкивалась. Но они вдвоем настояли, и я махнула рукой, соглашаясь.

Сама квартира была очень светлой и уютной, на седьмом этаже. Всего их было семнадцать, но я не очень любила высокие этажи. Всё, что было выше десятого, уже наводило на меня необъяснимый страх.

Кухня здесь была в черно-белых тонах, сдержанная и лаконичная. В комнату же я влюбилась сразу и поняла, что хочу остаться именно в этой квартире. Кровать была заправлена плюшевым синим покрывало с крупными белыми звездами. А когда хозяйка включила какую-то лампу, по стене и по потолку тоже замерцали звезды.

– Беру, – не задумываясь, выпалила я. Правда, тут же немного сдулась, когда хозяйка назвала стоимость. Она оказалась несколько больше той, на что я рассчитывала. Но, тряхнув головой, подумала, что у меня есть небольшой запас, заработать всегда смогу, и подписала договор.

Кос тут же предложил отметить новоселье доставкой чего-нибудь вкусного.

– Кому что, а тебе лишь бы пожрать, – проворчала Вера.

– Я – мужчина, – выпятил грудь вперед Кос. – У мен все быстро перерабатывается и я не толстею.

– Вот у ж точно, едим одинаково, а толстею только я одна за двоих, – фыркнула Вера.

Мы душевно посидели, поедая доставленную пиццу. Я веселилась, глядя, как эта парочка подшучивает друг над другом. А потом взяла телефон, нерешительно покрутила его в руках и все-таки отправила свой новый адрес Владу. Тут же пришел ответ. Он что, держал в руках телефон в ожидании сообщения от меня?! Настолько моментально он ответил.

«Спасибо. Что сейчас делаешь?»

Я:

«Едим пиццу с Верой и ее парнем, Косом. Отмечаем новоселье»

Умом я понимала, что Влад пытается вовлечь меня в диалог и говорила себе, что не нужно ему отвечать, но не могла побороть давнюю привычку делиться с ним всем.

Телефон снова завибрировал.

Лев:

«Даша, как вы? Волнуюсь за вас и жалею, что отпустил. Надеюсь, у вас все хорошо. Лев.»

Я:

«Да, все хорошо, не переживайте, Лев. Даже голова не болит. Я нашла квартиру недалеко от дома Веры, моей соседки по палате. Мы с ней подружились. Вот сейчас с ней и ее парнем отмечаем новоселье пиццей :)»

Лев:

«Я очень рад!»

Я так и не поняла, чему он был рад – то ли тому, что я нашла квартиру и была не с Владом, то ли тому, что поедаем пиццу.

Следом пришло еще одно сообщение от него.

Лев:

«Поужинаете со мной завтра?»

Глава 18

Месяц спустя

Я устало откинулась на спинку стула. Сессия была непростой и морально высасывающей. Посмотрела на букет пепельных роз, которые всегда любила и которые каждый день присылал с доставкой Влад.

В каждом букете находилась записочка, написанная его почерком. Всегда несколько слов – «самой невероятной», «очень нежной», «думаю о тебе», «люблю тебя», «Барс соскучился и хочет тебя видеть». Но именно такими записочками он напоминал то время, когда мы друг другу каждый день подбрасывали такие послания. Опускаешь руку в карман, а там – клочок бумаги с чем-то очень приятным и очень личным. Или роешься в сумке в поисках помады, а в кармашке вот такой сюрприз в виде послания «наденешь сегодня для меня чулки?».

Я закрыла глаза, мысленно окинула события прошедшего месяца.

В первые дни, когда Влад присылал мне эти напоминания о наших совместных днях, наполненных счастьем и любовью, я злилась.

Помню, вот так же, как и сейчас, отходила от консультации, когда принесли букет с записочкой «я все время думаю о тебе». Это был уже третий букет от него. Я разозлилась и позвонила ему. А он на вызов ответил сразу же, как будто только его и ждал.

– Прекрати! – крикнула в трубку. – Перестань это делать!

– Что делать, Дашуль? – не понял или сделал вид, что не понял, Влад.

– Давить на меня психологически этими своими записочками и букетами. Не делай вид, что не понимаешь, – отрезала я.

– Даш. Не проси меня перестать дарить тебе цветы. Я хочу хотя бы так показать тебе, как мне тебя не хватает, как мне жаль, что я все испортил, и что я прошу у тебя прощения. А записки… Помнишь, как мы другу другу их все время подбрасывали?

– Не только помню, Влад. Я их все сохранила, – сухо ответила я.

– А я – твои, – отозвался он.

– Вот уже не ожидала, Ростовцев, что ты такой сентиментальный, – усмехнулась я.

– Воронина, ты еще многое про меня не знаешь, – назвал он меня моей девичьей фамилией, напоминая самой фразой о том времени, когда мы еще только начинали встречаться.

Я закрыла глаза, держа трубку у уха. Говорить не хотелось. Было по-прежнему горько и больно.

– Даш, – Влад тоже помолчал. – Я скучаю по тебе. Мне тебя очень не хватает.

Я ничего не ответила ему тогда. Мы еще помолчали какое-то время, а потом я отключилась. А букеты он продолжил присылать. Вместе с посланиями.

Злость прошла. И наступила другая стадия – опустошение. Когда я это осознала, то практически бегом отправилась к своему супервизору. Я понимала, что если застряну на этой стадии, то депрессия неизбежна. К своему блокнотику я еще завела и дневник. И теперь каждый вечер писала все, что испытываю и чувствую по отношению к себе, к нему и к любовнице. Влад сказал, что он больше с ней не встречался и даже уволил ее. Я ему поверила.

Через неделю после возвращения из больницы я подала на развод. Помню, мне было так страшно, что руки вспотели и тряслись мелкой дрожью. Никогда не любила разные инстанции, они наводили на меня священный ужас, начиная от налоговой, заканчивая полицией. А тут – мировой судья. Им оказалась уставшая от жизни женщина с темными кругами под глазами и воспаленными глазами. Такое ощущение, что она была или заплаканная, или у нее начинался вирус. А когда я протянула ей заполненный иск, она подняла на меня замученный взгляд.

– Причина? – сухо спросила она. – Возможность перемирия рассматриваете?

– Нет. Причина – измена мужа, – так же сухо ответила я ей.

– Ах, вот оно что, – скривилась она, дернув уголком губ. И с такой ненавистью поставила свою резолюцию, что я поняла – тут что-то личное. Выйдя из суда, я тут же пошла на почту и отправила заказным письмом исковое заявление Владу.

Сессия, которую я проводила сегодня, была тоже про развод. Пара проходила совместную терапию, я видела, что им непросто, но у обоих было огромное желание разобраться в проблемах и идти навстречу друг другу. Может, и нам с Владом попробовать то же самое? Я знаю, что он ходит к психологу. Я же по долгу профессии обязана проходить личную терапию. Иначе бы я не смогла работать.

Резкая трель звонка вывела меня из задумчивости.

– Ты действительно этого хочешь, Даша? – отрешенно и глухим голосом спросил он.

Значит, он получил документы.

– Да. И я это уже сделала, как видишь.

– До тех пор, пока нет моей подписи, еще ничего не завершено,– так же глухо отозвался он.

Я молчала. Смысл ему что-то отвечать, если уже все сказано?

– Хорошо, Даша, я подпишу, – уронил он в трубку и отключился.

А я еще долго сидела с телефоном в руке, не понимая, что испытываю. Ни радости, ни злости, – не было ничего. Горечь и пустота. Интересно, смогу ли я чем-то или кем-то когда-нибудь ее заполнить?

От размышлений меня отвлек звук входящего сообщения.

Лев:

«Жестокая, не отвергай меня сегодня:) Поужинаем вместе?»

Надо сказать, что Лев тоже эти дни меня прессовал. Если Влад не давал мне покоя букетами и посланиями, то Лев планомерно закидывал сообщениями. Мы переписывались, узнавая друг друга, и он каждый раз звал меня на свидание. А я каждый раз отказывалась. Сегодня же, после звонка от Влада, я поняла, что нужно начинать новую жизнь. И почему бы ее не начать со свидания с человеком, который мне начал нравится?

В конце концов, я теперь свободная женщина и имею моральное право встречаться, с кем хочу. Пока не передумала, я быстро взяла телефон и отстучала ответ:

«Согласна поужинать. Во сколько, где?»

Ответ пришел не сразу, спустя минуть тридцать, наверное.

Лев:

«Даша, я не мог поверить своим глазам. Ходил по отделению, показывал медсестрам и просил, чтобы они прочитали то, что ты написала. Думал, что-то не так понял:)»

Я:

«Ха-ха-ха, очень смешно. А я думала, ты там в обморок от радости свалился и тебя откачивают искусственным дыханием рот в нос (зловредный смайлик)»

Лев:

«Заеду за тобой в семь. ИИИИ (это писк радости, если не поняла)»

Я:

«(смайлик, закатывающий глаза) Взрослый мужик с волосатой грудью, а как маленький»

Лев:

«Я очень довольный взрослый мужик с волосатой грудью :)»

Я хмыкнула и отложила телефон. Что ж, свидание так свидание. А что там делают? Я так давно на них не была, что уже все забыла. Вере, что ли, позвонить? Хотя нет, они же с Косом улетели на море. Решила вести себя естественно и без всякого кокетства. В конце концов, Лев знает мою историю. И перед ним нет нужды что-то из себя строить и показывать с лучшей стороны. В конце концов, когда я блевала в палате, он держал мне тазик и придерживал волосы. Какое уж тут кокетство.

Лев заехал, как и обещал, ровно в семь. Мы этот месяц не виделись, только переписывались, поэтому сейчас жадно друг друга рассматривали. Лев выглядел уставшим. И мне показалось, похудевшим. Я улыбнулась ему.

– Выглядишь утомленным, – все-таки решила сказать ему.

– Тяжелые дни, много непростых операций, – поморщился он. – Один пациент умер, к сожалению. Это всегда непросто. Осознавать, что кого-то не смог спасти. А потом еще говорить родным о том, что они его больше не смогут обнять… – он замолчал.

– Мне жаль, – тихо отозвалась я, взяла его за руку и чуть сжала. Лев встряхнул головой.

– Так, отставить печаль. У меня сегодня праздник – ты согласилась на свидание, – он тепло мне улыбнулся, поцеловал руку и перегнувшись через сиденье, достал с заднего букет синих ирисов.

– Необычной женщине необычные цветы. Как раз под цвет твоих глаз.

Я уткнулась носом в букет, вдыхая их пудровый аромат.

– Спасибо, – подняла на него глаза и улыбнулась. – Куда ты меня повезешь?

– В ресторан с потрясающими видами. Сегодня как раз красивый закат должен быть. Но не буду рассказывать тебе заранее, хочу увидеть твое лицо, – Лев оторвал взгляд от дороги и быстро взглянул на меня.

– Надеюсь, это не очень пафосное место? Не очень люблю такие и вообще сейчас не в том настроении, чтобы бывать в людных местах, – напряженно сказала я. Меня немного смущал энтузиазм Льва.

– Нууу, – протянул Лев. – Оно в меру пафосное, белый трюфель и фуа-гра в меню присутствуют. Там шеф-повар отличный и комплименты от него всегда интересные, тебе понравится, – он покосился на меня. – Но там уютно, правда.

– Ну раз фуа-гра, надо точно туда идти, – нарочито громко вздохнула я и весело улыбнулась в ответ на подозрительный взгляд Льва.

А когда мы пришли в ресторан, я поняла, что влюбилась. Если бы меня попросили коротко описать его, я бы сказала – свет, цветы и воздух. На первом и втором этаже были панорамные окна, открывающие красивые виды на Сити и здание МИДа. Со стен и потолка свешивались то ли инсталляции, то ли цветы. Все было украшено растительными композициями.

Нас посадили на втором этаже за столик с видом на здание МИДа. Казалось, что мы парим в воздухе.

– Лев, спасибо тебе, чудесное место, – сказала я, задумчиво наблюдая за игрой последних солнечных лучей в облаках.

– Это ты еще фуа-гру не пробовала, – подмигнул он мне.

Я улыбнулась и перевела взгляд на него. И вздрогнула. Он смотрел на меня жадно, напряженно, как будто в ожидании чего-то, он даже наклонился немного вперед, в мою сторону.

– Ты такая красивая при таком освещении. Мягкая, нежная и беззащитная, – хрипло сказал он и взял меня за руку. Поднес ее к губам, все еще не отрывая от меня горящего взгляда.

А я поняла, что не могу. Он мне нравился, но я не могла представить себя вместе с ним. Как я ни гнала мысли, но подсознание все равно сравнивало всех с Владом. Что бы он сказал сейчас на месте Льва? Как бы смотрел?

Я осторожно высвободила руку, потянув ее на себя. Лев криво улыбнулся.

– Ты любишь его? – глухо спросил он.

– Лев, я… Я к тебе очень хорошо отношусь. Но… – у меня перехватило горло, и я замолчала. А потом потянулась к нему через столик и взяла за безвольно уроненную руку.

– Но?..

– Но, наверное, ты прав. Мне сложно вытравить из себя годы любви к Владу, даже несмотря на то, что он сделал. Наверное, мне поэтому еще так больно. Если бы не любила, то и не болело бы так.

– Пока тогда будем друзьями? – бледно улыбнулся Лев.

– Я не очень-то верю в дружбу между мужчиной и женщиной, но можно попробовать, –осторожно кивнула я.

Тут я услышала до боли знакомый голос. Подняла взгляд. Через столик от нас сидел Влад с еще тремя мужчинами. Похоже, у них были неформальные переговоры. Влад сидел ко мне спиной и не видел меня. Пока не видел. Но, как будто почувствовав мой взгляд, обернулся.

Он внимательно осмотрел нас, задержал взгляд на моей руке, которая все еще держала руку Льва, и гневно сузил глаза. Я сначала напряглась, но потом вспомнила, что вообще-то уже свободна от любых обязательств и с вызовом вздернула голову. Влад хищно усмехнулся и встал. Что-то сказал своим спутникам и двинулся в нашу сторону.

– Куда ты смотришь, что там? – Лев проследил за моим взглядом и помрачнел.

– Надо же, какая встреча, – ехидно сказал Влад, садясь рядом со мной и буравя злым взглядом Льва. – Не успел я подписать документы, как ты уже решила найти мне замену?

– Влад, прекрати. Ты сейчас наговоришь много неприятного, потом же сам будешь жалеть об этом, – поморщилась я.

– По какому случаю банкет? – ехидно спросил Влад.

– Я не помню, чтобы приглашал вас за наш столик, – холодно отозвался Лев.

– Ваш столик… Как это звучит. По-семейному практически. Да, дорогая? – нагнулся он ко мне, поедая злым взглядом.

– Влад, прекрати, – прошипела я и встала. – Лев, спасибо тебе, вечер должен был быть прекрасным, но, думаю, он уже безнадежно испорчен. Я напишу тебе.

И я практически бегом устремилась к лестнице на первый этаж и дальше, на выход. Влад догнал меня уже у самых дверей ресторана. Схватил за предплечье и рванул на себя, впечатывая в твердое тело.

– Ты что творишь, Ростовцев? – в бешенстве прошипела я. – Ты соображаешь вообще?

– Не очень, – хрипло бросил он и впился в мои губы злым поцелуем.

Глава 19

Я замерла от неожиданности. А потом с силой оттолкнула его и отступила назад.

– Катись к черту, Ростовцев!

А он как будто сдулся. Ушла вся его злость, на лице были растерянность и беспомощность. Он внимательно вглядывался в мое лицо, отмечая про себя и осунувшийся вид, и усталость, и темные круги под глазами. И как-то поник, уткнулся лбом в мой лоб, и не отрывая взгляда от моих глаз, хрипло сказал:

– Дашка, я так устал без тебя. Мне не хватает тебя каждый день, каждую минуту. Я идиот. Как там говорят? «Что имеем – не храним, потерявши – плачем», так, кажется?

– Что же ты не хранил? – голос плохо слушался, поэтому получилось тоже хрипло.

– Не знаю, Даш. Наверное, привык к тому, что ты все время рядом. И казалось, т