Вкус меда

Вкус меда

Пролог

Женщина лежала на большой кровати в изысканно обставленной спальне. Ее большие зеленые глаза были открыты и безразлично смотрели в потолок, ее роскошные ярко-рыжие волосы разметались на белоснежной подушке. Грузный мужчина налегал изо всех сил и пытался схватить ее губы глубоким поцелуем. Но его настойчивость наталкивалась на глухую стену отчуждения, едва заметными движениями головы женщина не давала это сделать. Наконец он издал глубокий рык, поднажал несколько раз, словно по его телу пробежала конвульсия, и откатился в сторону.

— Что ты сегодня такая... словно резиновая? — отдышавшись, спросил он озадаченно и раздраженно.

Женщина молча пожала плечами. Ее лицо оставалось неподвижным, словно театральная маска. Однако мужчина этого уже не видел, он мгновенно уснул, охватив женщину своей волосатой рукой.

Убедившись, что партнер крепко спит, она осторожно выбралась из его объятий и слезла с кровати. Женщина взглянула на мужчину и неподвижное выражение ее лица вдруг сменилось гримасой брезгливости, к горлу подступил комок горечи. Она бросилась в ванную, где ее вывернуло наизнанку.

Вздохнув с явным облегчением, женщина зашла в душевую кабинку. Под мощными струями воды с остервенением терла тело мочалкой, но гадкое ощущение липких мужских рук никак не проходило. Она еще долго стояла в душе, наконец выключила воду, вытерлась огромным полотенцем и, надев легкий пеньюар, пошла на кухню.

Взяв высокий хрустальный фужер, женщина открыла холодильник и коснулась рукой початой бутылки шампанского. Но вдруг передумала, с силой захлопнула дверцу холодильника и выдернула из диспенсера бутылку виски.

Она вышла на террасу. Внизу сверкал переливом огней город, вдали на рейде светилась вереница судов, а высоко в небе сияла полная луна. Женщина села за мраморный столик и налила себе полный фужер виски. Затем подняла мерцающий хрусталь вверх и посмотрела сквозь него на луну. Выпила одним махом и крепко затянулась сигаретой. Волна легкого тепла прокатилась по ее телу, расслабляя мышцы. Впервые за вечер она улыбнулась и закрыла глаза, погрузившись в воспоминания.

Глава 1. Белли

Белли бежала домой, пугая встречных своим отчаянным видом. Она рыдала, не стесняясь своих слез. Прохожие предпочитали расступиться перед стремительной фурией с развевающимися ярко-рыжими волосами и сочувственно смотрели вслед, словно пытаясь понять, какая трагедия свалилась на эту девушку. «Похоже, поругалась со своим парнем», — думало большинство случайных свидетелей этой драмы.

Но они ошибались, в жизни Белли еще не нашлось места для бойфренда, она была одержима совсем другим. И сегодня ее первая детская мечта оказалась разбитой вдребезги. Только что Белли Жордони, лучшая ученица хореографической школы, как утверждали преподаватели, не смогла пройти кастинг в кордебалет самого популярного кабаре в городе. Ее фантастическая пластика, длинные стройные ноги и не менее длинные грациозные руки явно произвели впечатление на отборочную комиссию. Но ее не взяли, сказав, что Белли еще не исполнилось восемнадцать лет. Действительно, ей было всего семнадцать, но своей статью и ростом она выглядела гораздо старше, и поэтому надеялась на благосклонность комиссии.

Истинную причину отказа ей сообщила Лилу, ближайшая подруга по хореографической школе, которая успешно прошла испытания. Дружба редко бывает на равных. Вот и здесь Белли многие годы была заводилой, которой Лилу в тайне завидовала. Не скрывая своего внезапно появившегося превосходства, с сочувствующей улыбкой, которая так идет ближайшим подругам в такие моменты, она поведала подслушанный разговор между членами комиссии. Всему виной оказались роскошные ярко-рыжие волосы, непокорной копной украшавшие немного простодушное и открытое лицо Белли.

— Эта Белли прекрасная танцовщица, — резюмировал балетмейстер кабаре и одновременно председатель отборочной комиссии. — Но вы посмотрите на ее волосы! Этот шикарный стог сена будет доминировать на сцене. Вместо наслаждения слаженным ритмом кордебалета все зрители станут глазеть только на нее. А мне надо показать ансамбль!

Рассказывая эту новость, подруга с испугом увидела, как окаменело лицо Белли, глаза заполнились слезами, а губы сжались в узкую линию. Боясь показать свою слабость, Белли выскочила на улицу.

Дома она полностью отдалась на волю обуревавших чувств, уткнувшись и рыдая в подушку. «Жизнь кончена, — думала она. — Столько лет, столько сил потрачено, и все впустую. Я некрасивая! И виной всему эти чертовы рыжие ирландские волосы! С ними меня никогда не возьмут ни в одну танцевальную труппу!»

Однако Белли зря наговаривала на себя. Она была очень симпатичной девушкой с большими миндалевидными зелеными глазами и округлым лицом с еще по-детски припухлыми щечками. Прямой, но слегка курносый носик органично дополняли выразительные губки бантиком.

***

Ярко-рыжие непокорные волосы, как говорила Жанна Жордони, мать Белли, достались от отца, которого она никогда не видела. Впрочем, это немудрено, ведь даже сама мать не знала, кто же оказался отцом ее дочери. Бурная молодость и беспорядочные связи продолжались до момента, когда она почувствовала себя беременной. И тут в ней что-то перевернулось, резко изменив судьбу.

Жанна уехала из родного городка и постаралась начать новую жизнь. Обычно участь таких женщин незавидная, в реальном мире далеко не так, как описывают в сентиментальных романах. Но ей, как она считала, повезло. Удалось найти работу чуть ли не в первый день своего приезда в столицу, получив место помощницы офис-менеджера в крупной компании. Эта вакансия была открыта много месяцев, однако никак не отыскивались желающие работать за откровенно унизительную зарплату.

Вторым везением стала встреча с одинокой старушкой, с которой мать Белли познакомилась в ближайшем магазине, помогая ей с покупками. Там они виделись чуть ли не каждый день. Старушке было скучно сидеть одной дома и она предпочитала выбираться в людные места. Ближайший супермаркет отлично подходил для такой цели.

Жанна ютилась в крошечной каморке под самой крышей, где не было даже туалета. Бедолагам, как она, полагалась лишь одна уборная в конце коридора. Что уж говорить о холодильнике, самая маленькая модель которого вряд ли поместилась бы в чулане, громко именуемом меблированной комнатой. Поэтому ежедневный поход в магазин стал для нее насущей необходимостью.

Как-то раз мадам Крой, так звали старушку, набрала увесистую сумку продуктов и Жанна вызвалась помочь отнести ее домой. Старушка наотрез отказалась отпускать свою спутницу после того, как они пришли из магазина.

— Мы должны обязательно вместе выпить чая, — настаивала мадам Крой. — Мы знакомы уже несколько недель, но никак не можем просто поболтать.

Мать Белли не стала себя долго уговаривать, ей тоже хотелось с кем-то поговорить ни о чём. На работе у нее еще не появились друзья. Все сотрудники компании были экономистами и финансистами, своего рода небожителями в бизнесе, и она в их иерархии занимала место чуть выше простой уборщицы. Даже секретари на ресепшене встречали ее холодными улыбками.

Почувствовав уют дома, Жанна размякла и слово за слово поведала старушке историю своей никчемной жизни. Мадам слушала молча и внимательно смотрела на собеседницу.

Мать Белли, поняв, что излишне разоткровенничалась, резко встала со стула:

— Мне пора, завтра снова на работу. Извините за мой рассказ, я вижу он расстроил вас.

— Вовсе нет, моя дорогая! — с живостью запротестовала мадам Крой. — Мне тоже есть, что рассказать о своей жизни.

Она сходила в соседнюю комнату и принесла оттуда увесистый альбом со старыми фотографиями.

— Моя жизнь в чем-то похожа на вашу, у меня тоже родился ребенок вне брака, — сказала она, открывая альбом. — Вот, поглядите, мой мальчик. А вы были у доктора? Вам сказали, кто у вас родится?

— Да, мадам, — учтиво ответила Жанна. — Это будет девочка.

— Как здорово! — всплеснула руками старушка. — Девочки — это к счастью! Я всю жизнь мечтала о девочке, но родился непутевый сын.

— А где он сейчас? — поинтересовалась ее собеседница.

— Не знаю, он пропал много лет назад, — как-то отстраненно ответила мадам Крой.

Сказав это, она задумчиво перелистывала страницы фотоальбома. Вдруг она встрепенулась и пристально взглянула на свою гостью.

— У меня к вам есть предложение, — начала она говорить, медленно растягивая слова, словно формулируя свою мысль по мере высказывания. — Я буду считать вашу будущую дочь ребенком моего сына.

— А зачем это вам? — недоуменно спросила Жанна.

— Моя дорогая! — воскликнула старушка и всплеснула руками. — Я одинокая и очень старая женщина, которой хочется на закате жизни иметь семью. Не рискну назвать себя богатой, но вполне обеспечена. Я смогу дать вам и вашей будущей дочери уверенность в этом мире. Переезжайте ко мне, а я скажу соседям, что вы жена моего сына и ждете ребенка.

Жанна медленно обвела глазами просторную квартиру с высокими потолками и ей так не захотелось возвращаться в свой чулан под крышей.

— Но я не планирую уходить со своей работы… — начала было говорить она, но мадам Крой тут же перебила:

— Конечно, конечно! Я не собираюсь вмешиваться в вашу жизнь! — с поспешностью согласилась старушка, и в этой поспешности Жанне почудилась некоторая фальшь. Однако, подумав с минуту, она согласилась.

— Вот и прекрасно! — воскликнула старушка. — Перетаскивайте свои вещи ко мне и будем жить дружно!

Спустя несколько месяцев родилась Белли, в которой, к удивлению матери, мадам Крой на самом деле не чаяла души. Когда девочке исполнилось три года, ее названная бабушка умерла, оставив по завещанию все свое имущество и сбережения Жанне.

К пяти годам девочка стала интересоваться своим папой. Это вполне естественное желание ребенка в неполной семье. Мать давно разработала легенду для такого случая. Она села в кресло и взяла Белли на руки.

— Твой папа родился в Ирландии, — почти шепотом начала говорить Жанна на ухо дочери, — но работает в нашей секретной службе, и уже много лет находится с заданием в другой стране. Он знает о тебе, но не может ни приехать, ни прислать весточку.

— Мой папа — это Джеймс Бонд? — поинтересовался ребенок, продемонстрировав знание культовых фильмов.

— Нет, конечно! — рассмеялась мать. — Хотя они в чем-то похожи. Но ты никому не должна говорить об этом! Это страшный секрет!

— Хорошо, мама. Когда я вырасту, то обязательно тоже стану секретным агентом!

Белли запомнила тот разговор и свое обещание на всю жизнь. Она не только мечтала, примеряя на себя перипетии похождений шпионов в книгах и фильмах. Она начала к этому готовиться. Белли стала активным участником отряда скаутов, проводя каждое лето в полевых лагерях, ходила стрелять в тир и даже пыталась заняться каратэ, но против этого резко запротестовали учителя в хореографической школе.

Порой ей так хотелось поделиться с подругами страшной тайной, но Белли молчала, тренируя силу воли. Украдкой она доставала старый фотоальбом своей, как она считала, бабушки, и внимательно сравнивала свое отражение в зеркале с фотографией мужчины, которого мать называла ее отцом. «Наверное, это подложная фотка, ведь он вовсе не похож на меня. Да и волосы у него черные, а у меня рыжие, — думала она с девичьей наивностью. — Никто не должен знать его лица. Вдруг враги прознают о нас и залезут в квартиру, чтобы добыть его настоящую фотографию».

Так прошло много лет. Белли выросла.

Глава 2. Письмо в будущее

Настойчивый стук в дверь оторвал плачущую Белли от подушки. Она по-детски размазала слезы по лицу и пошла открывать дверь. На пороге стоял полицейский, который с удивлением посмотрел на заплаканное лицо Белли и спросил:

— Вы Белли Жордони? Вам уже сообщили?

Девушка недоуменно посмотрела на незваного гостя:

— Да, это я. А что и кто должен мне сообщить?

— У вас заплаканное лицо… — начал было рассуждать полицейский.

Но девушка его перебила:

— Просто неприятности в школе, не обращайте внимания. Так кто и что же должен мне сообщить? — вновь переспросила она.

— Мне жаль, мадемуазель. Но я пришел с плохой вестью. Сегодня ваша мама погибла в автомобильной аварии. Ее на пешеходном переходе сбило такси…

Полицейский не успел закончить фразу. Белли потеряла сознание, и он едва смог ее подхватить.

***

Со дня похорон прошла неделя. Белли оставалась в оцепенении. Она никому не открывала дверь и не отвечала на телефонные звонки. Мир для нее погас.

Но жизнь не остановить, и понемногу Белли стала приходить в себя. Она бродила по квартире, машинально перебирая вещи своей матери и бабушки. Как-то раз она открыла старый фотоальбом и вновь посмотрела на лицо мужчины, которого называли ее отцом.

«А почему бы на самом деле не пойти работать в секретную службу? — шевельнулась в ней детская мечта. Но Белли попыталась отогнать эту мысль. — Зачем я им? Может быть этой истории и не было? Надо мной будут смеяться. Мало, что провалила кастинг, так еще и предстану дурой в глазах спецслужбы.»

Чтобы отвлечься от этой назойливой мысли, Белли решила пройтись по городу. Они часто гуляли с мамой по его уютным улочкам, спускающимся с холмов к морю. Вот и сейчас девушка, погруженная в свои горестные размышления, невольно пошла знакомым маршрутом. В конце концов она оказалась на широком променаде, тянущемся вдоль моря, любимом месте горожан и многочисленных туристов.

Она остановилась возле витой ограды променада и отрешенно смотрела в даль моря, пытаясь найти ответ на мучивший ее вопрос: писать письмо в секретную службу или нет. Наконец она решила довериться судьбе, положившись на случай. Если в кафе, куда они так часто заходили с мамой, сегодня не будет ее любимых пирожных, то она не станет писать письмо. Умом Белли понимала очевидную глупость этой идеи, но ей требовалось какое-то знамение свыше для предстоящего выбора.

Направляясь в кафе, она по привычке обратила взор на массивный жилой дом, построенный по архитектурным канонам начала 20 века. Белли не знала, что этот стиль называется модерном, но ей очень нравились плавные линии фасадов в сочетании с ажурными коваными решетками балконов и причудливые изгибы рам высоких окон. Стены дома имели оливковый оттенок, который к вечеру становился почти серым, добавляя мрачную таинственность. Белли задрала голову вверх и в который раз мечтательно подумала, как хорошо было бы взглянуть на море с террасы последнего этажа. Усмехнувшись, она зашагала дальше.

В небольшом кафе, находящемся в самом конце набережной, почти не было посетителей. Знакомый бармен участливо осведомился о самочувствии Белли и выразил свои соболезнования, гибель Жанны попала на страницы городских газет и стала поводом к обсуждению мер против лихачей за рулем.

— Извини, Белли, но сегодня твои любимые пирожные уже закончились. — грустно констатировал бармен Леон. — Выбирай любое. Это бесплатно для тебя.

Белли благодарно кивнула и села за их привычный с мамой столик в углу зала.

«Ну вот и все, — сказала сама себе девушка, — оказывается, как же это легко сделать сложный выбор. Надо просто, чтобы вовремя закончились твои любимые пирожные!»

Улыбнувшись такой мысли, Белли расслабилась и стала небольшими глотками пить капучино. Она совершенно не думала о будущем, сегодня ей просто хотелось отключиться от переживаний последних дней.

Вдруг ее внимание привлек посетитель, которого она никогда не встречала здесь ранее. Это был высокий долговязый мужчина, одетый как обычный турист. Он заглянул в кафе и тут же вышел, словно не увидев тут того, кого искал. Затем он снова вернулся и сел за барную стойку, заказав у Леона бокал пива. Вроде ничего необычного, но Белли заметила, как глаза этого мужчины ощупывают каждого сидевшего в зале.

«Какой-то он странный, — подумала она, — может быть больной или наркоман?»

В этот момент долговязый встал со стула и с бокалом пива направился к столику, где сидел один из завсегдатаев, старичок, смаковавший вино нового урожая. Увиденное почему-то встревожило Белли и она поспешила к Леону высказать свои подозрения. Выслушав взволнованную девушку, бармен скептически пожал плечами, он на своем веку видел немало чудаков. Но в тот же момент долговязый толкнул старика и вырвал у него из рук туго набитый клатч. Леон одним махом перепрыгнул через стойку и успел сбить грабителя с ног прямо у дверей. Вскоре приехала полиция и после обычных по такому поводу процедур, забрала долговязого с собой.

— Ты очень наблюдательна, Белли. — уважительно сказал Леон. — Что тебя насторожило в этом грабителе?

— Глаза, — смущенно призналась она, — они словно искали жертву.

— Может тебе пойти работать сыщиком в полицию! — рассмеялся бармен. — Уверен, у тебя получится!

Возвращаясь назад, Белли все пыталась понять, какое знамение сильнее: закончившиеся пирожные или пойманный грабитель. Дома она сразу же села за стол и написала письмо в спецслужбу с просьбой принять ее на работу. В нем она подробно повторила историю, рассказанную много лет назад матерью. Белли не стала печатать письмо на компьютере, рассудив, что в наше время рукописный вариант выглядит более естественным для такой просьбы и способен вызвать большее доверие. Для пущей убедительности она вложила в письмо фотографию человека, которого считала своим отцом.

Белли не ожидала получить быстрый ответ, более того, она вовсе на него не надеялась, понимая нелепость своего поступка. Но в душе жила надежда, она себя убеждала, что заслуги отца не позволят отмахнуться от назойливой девушки.

***

Письмо попало на стол Вальтеру, одному из руководителей спецслужбы, отвечавшего за тайные операции внутри и за пределами страны. Это был мужчина среднего возраста, атлетического телосложения, но явно имевший проблемы со здоровьем: его одутловатое лицо постоянно горело болезненным румянцем, а каждое физическое усилие вызывало одышку.

Повертев в руках конверт, он вздохнул. Ему часто приходилось читать подобные письма. Он знал, его прочли первыми в секретариате службы и передали в их отдел. Референт подразделения тоже прочел это письмо и выдал свое заключение — отправить в архив. Однако, согласно внутренним правилам, окончательное решение должен вынести начальник, вот Вальтеру и приходилось самому перечитывать все произведения эпистолярного жанра. Чаще всего это были послания от людей с больной психикой или непомерно развитым самомнением. «Хорошо, что я не начальник контрразведки. — ехидно подумал Вальтер. — Такого мусора ему приходит гораздо больше. Любят у нас выявлять шпионов среди друзей и соседей».

В их службе каждое пришедшее письмо ставилось на учет и хранилось десятилетиями, даже если его содержание было очевидным бредом. Этому правилу, которому неукоснительно следуют все спецслужбы мира, есть разумное объяснение: разведка и контрразведка основаны на сборе и систематизации различных сведений и фактов. Никто наперед не знает, вдруг такое послание, на первый взгляд достойное мусорной корзины, окажется недостающим элементом пазла в долгосрочной игре. Или оно потом станет убийственным компроматом против автора и его семьи. Так что эти послания бережно сортируются, классифицируются и отправляются на хранение.

Вальтер достал из конверта листок бумаги и быстро пробежался по нему глазами. Затем он взял фотографию, вложенную в конверт, и внимательно ее рассмотрел. Он еще раз прочитал письмо, в котором был обычный набор аргументов претендентов в шпионы, почерпнутые из книг и фильмов. Но что-то неуловимое зацепило внимание Вальтера, и он взял в руки сопроводительную записку своего референта.

Как и следовало ожидать, в их службе никогда не было такого человека, о котором говорилось в письме. «А все же, кто этот человек? — подумал Вальтер. — Надо проверить». Он позвал одного из своих сотрудников и велел собрать все данные о человеке на фотографии и о людях, упомянутых в письме.

В текучке повседневных забот Вальтер почти забыл о незначительном поручении, связанном с тем письмом. Но через несколько дней он получил по нему доклад и несколько удивился, прочитав его. Оказалось, на фотографии изображен известный в свое время вор по имени Лиор, убитый в тюремной драке за пять лет до рождения Белли. А мадам Крой, которую автор письма называет своей бабушкой, была матерью этого Лиора и довольно ловкой скупщицей краденого, за свою жизнь ни разу не попавшаяся полиции. Она отошла от дел за несколько лет до своей смерти. Жанна Жордони, мать Белли, провела бурную молодость в своем родном городке, однако не была замечена в связях с криминалом. Она стала наследницей мадам Крой, но месяц назад погибла в дорожном происшествии.

«Забавный пасьянс выходит. — стал размышлять Вальтер. — Понятно, что мать придумала героическую сказку для дочери, пытаясь объяснить, кто ее отец. Это довольно заурядное явление. Но как пересеклись пути мадам Крой и Жанны Жордони, и какая причина послужила для старой барыги сделать ее своей наследницей? Никого из фигурантов дела нет уже в живых, поэтому вряд ли нам станет все известно. У нас есть только один достоверный факт, эта девушка, Белли, теперь круглая сирота. Так почему бы действительно не пригласить к нам? У нее не осталось никого из близких, значит минимум уязвимостей с этой стороны. Пусть поучится в спецшколе, а потом посмотрим, как ее применить.»

Вальтер позвал своего заместителя, мадам Миллз, показал ей письмо, докладную записку и поделился своими соображениями по поводу судьбы Белли.

— Я с вами согласна, шеф. — Миллз поддержала идею Вальтера. — А давайте продолжим эту игру с мифическим отцом? Пусть она остается в неведении. Подростки чувствительны к таким делам, узнав правду, она может повести себя непредсказуемо.

— Подумаем, подумаем. Но после разговора с этой Белли Жордони. — резюмировал шеф. — Свяжитесь с ней и пригласите на собеседование.