Книги серии ВЕЩИ ПОМНЯТ
Яр Кремень
Гранитный подоконник в поликлинике не говорит, не дышит, не плачет. Но он помнит всё. Тридцать четыре года он впитывает тепло живых рук, чуж…
Гранитный подоконник в поликлинике не говорит, не дышит, не плачет. Но он помнит всё. Тридцать четыре года он впитывает тепло живых рук, чуж…
Яр Кремень
Пятнадцать лет автобусное сиденье хранило тепло своих пассажиров. Обычные +36,6 – и особенные +37,2, когда в мае 2001 года Сергей впервые вз…
Пятнадцать лет автобусное сиденье хранило тепло своих пассажиров. Обычные +36,6 – и особенные +37,2, когда в мае 2001 года Сергей впервые вз…
Яр Кремень
41 год. 16 этажей. Одна чугунная труба, которая слышала всё. Пьяница Васька, чьи четыре бутылки по пятницам стали ритуалом длиною в жизнь. Ж…
41 год. 16 этажей. Одна чугунная труба, которая слышала всё. Пьяница Васька, чьи четыре бутылки по пятницам стали ритуалом длиною в жизнь. Ж…
Яр Кремень
Манекен в витрине центрального универмага наблюдает за жизнью Лены — от девочки с огромными белыми бантами до женщины, потерявшей сына. Соро…
Манекен в витрине центрального универмага наблюдает за жизнью Лены — от девочки с огромными белыми бантами до женщины, потерявшей сына. Соро…
Яр Кремень
Последняя ночь старого таксофона на пустыре. Утром его демонтируют. А пока ток ещё течёт по проводам, сквозь шум и статику прорываются голос…
Последняя ночь старого таксофона на пустыре. Утром его демонтируют. А пока ток ещё течёт по проводам, сквозь шум и статику прорываются голос…
Яр Кремень
23 года одно стекло смотрело на улицу. Оно помнит всё: ночь, когда двое грабителей пили чай с сушками, а рыжая кошка Муся царапнула дверь, и…
23 года одно стекло смотрело на улицу. Оно помнит всё: ночь, когда двое грабителей пили чай с сушками, а рыжая кошка Муся царапнула дверь, и…
Яр Кремень
Они были сшиты в 1980-м на фабрике «Большевичка» для сильных духом. Туфли 37-го размера прошли через три женских судьбы, три эпохи, три жизн…
Они были сшиты в 1980-м на фабрике «Большевичка» для сильных духом. Туфли 37-го размера прошли через три женских судьбы, три эпохи, три жизн…
Яр Кремень
Обычная койка в общежитии №3 стала немым свидетелем сорока трёх лет человеческих судеб. Здесь отчаянно зубрил сопромат молодой Гена Королько…
Обычная койка в общежитии №3 стала немым свидетелем сорока трёх лет человеческих судеб. Здесь отчаянно зубрил сопромат молодой Гена Королько…
Яр Кремень
Самая старая эмоция — страх перед сливом. Его зовут Сэр Унитаз Фарфорович. Его привинтили к полу овощебазы в 2007 году. Через него прошло бо…
Самая старая эмоция — страх перед сливом. Его зовут Сэр Унитаз Фарфорович. Его привинтили к полу овощебазы в 2007 году. Через него прошло бо…
