Книги чтеца Любовь Хмелева
Саша Чёрныйрусская классика, литература 20 века
«Раз в месяц Павел Федорович приходил в тихое отчаяние: письменный стол переполнялся. Над столом, правда, висели крючки для почтовых квитанц…
«Раз в месяц Павел Федорович приходил в тихое отчаяние: письменный стол переполнялся. Над столом, правда, висели крючки для почтовых квитанц…
Зинаида Николаевна Гиппиусрусская классика, литература 20 века
«Вчера утром приехал я на целых два дня… Постойте, впрочем: если рассказывать, так сначала. Потому что вчерашняя встреча вторая; как бы втор…
«Вчера утром приехал я на целых два дня… Постойте, впрочем: если рассказывать, так сначала. Потому что вчерашняя встреча вторая; как бы втор…
Зинаида Николаевна Гиппиусрусская классика, литература 20 века
«Пожалуйста, не смейтесь: Любочка этого терпеть не может. Ее еще зовут не Любочкой, а просто Люлю, как она назвала себя, когда была маленька…
«Пожалуйста, не смейтесь: Любочка этого терпеть не может. Ее еще зовут не Любочкой, а просто Люлю, как она назвала себя, когда была маленька…
Николай Петрович Вагнерсказки, литература 19 века
«Жил-был маленький мальчик, принц Гайдар, сын великого царя Аргелана, и этот маленький принц непременно хотел быть большим.
Он жил в большом…
«Жил-был маленький мальчик, принц Гайдар, сын великого царя Аргелана, и этот маленький принц непременно хотел быть большим.
Он жил в большом…
Леонид Дмитриевич Семеновзарубежная классика, русская классика, литература 20 века
«…Цикл „Листки“ остается в кругу идей цикла „У порога неизбежности“. Но в „Листках“ они разрабатываются в афоризмах, фрагментах величиной от…
«…Цикл „Листки“ остается в кругу идей цикла „У порога неизбежности“. Но в „Листках“ они разрабатываются в афоризмах, фрагментах величиной от…
Николай Васильевич Успенскийрусская классика, литература 19 века
«Жив еще старичок-то – мой тятенька… ни единого волоска на голове, а тоже иное время пустится в присядку! чуден родитель!.. Когда же захмеля…
«Жив еще старичок-то – мой тятенька… ни единого волоска на голове, а тоже иное время пустится в присядку! чуден родитель!.. Когда же захмеля…
Леонид Николаевич Андрееврусская классика
В прозе Леонида Андреева причудливо переплелись трепетная эмоциональность, дотошный интерес к повседневности русской жизни и подчас иррацион…
В прозе Леонида Андреева причудливо переплелись трепетная эмоциональность, дотошный интерес к повседневности русской жизни и подчас иррацион…
