скачать книгу бесплатно
«В ряд легендарных советских разведчиков, таких как Рихард Зорге, Николай Кузнецов, Рудольф Абель, вернулось еще одно имя – Анатолия Марковича Гуревича, больше известного в различных книгах и статьях под разведывательным псевдонимом Венсен Сьерра или Кент.
Оболганный и оклеветанный, преданный соратниками… он был одним из руководителей глубоко законспирированной советской агентурной сети, действовавшей в предвоенные и военные годы на территории Западной Европы, той самой, что гитлеровцы называли „Красная капелла“.
Гуревич провел три года в застенках гестапо, затем десять лет в сталинско-бериевских лагерях и через три года после освобождения вновь заключен под стражу уже в хрущевское время. Более 45 лет он носил несправедливое и позорное клеймо изменника Родины. Сегодня оно с него снято.
Огромную работу проделали сотрудники Главной военной прокуратуры, чтобы помочь человеку вернуть доброе имя, чтобы реабилитировать его подвиг».
Вскоре все граждане великой страны увидели по телевидению, как в здании Главной военной прокуратуры, что в переулке Хользунова недалеко от метро «Фрунзенская», седой 78-летний мужчина, не скрывая волнения, слушал обращенные к нему слова: «Дорогой Анатолий Маркович! Сообщаем вам радостную весть, что Постановлением Особого совещания при МГБ СССР от пятнадцатого января тысяча девятьсот сорок седьмого года к уголовной ответственности вы были привлечены необоснованно… В соответствии с пунктом один Указа Президента СССР „О восстановлении всех прав жертв политических репрессий двадцатых – пятидесятых годов“ от тринадцатого августа тысяча девятьсот девяностого года Гуревича Анатолия Марковича считать реабилитированным…»
Тогда в здании Главной военной прокуратуры СССР я и познакомился с Анатолием Марковичем. Потом мы часто встречались, несколько раз я был у него в Ленинграде в его скромной квартирке, где он жил со своей женой Лидией Васильевной, милой и скромной женщиной. Мы много говорили о прошлом, о том, что, пока есть возможность, надо, чтобы страна узнала всю правду о тех, кто боролся с фашизмом.
И здесь требуется сразу сказать об одном важнейшем обстоятельстве. Реабилитация Гуревича пришлась на чрезвычайное время – уходило с исторической сцены государство, за которое он боролся, от которого много претерпел. Оно погружалось в пучину истории под проклятия одних, угрюмое молчание других, безнадежные сожаления третьих… В эти времена, когда слышнее всего были голоса тех, кто требовал расправиться с ним окончательно, помнить только темное и злое, когда очень многие припоминали или придумывали нанесенные им обиды, Гуревич со своей фантастической и трагической жизнью показался кое-кому весьма удобным персонажем для разоблачения и предъявления счетов разрушенной родине. Им казалось, что уж ему-то жалеть нечего и некого.
Но эти люди ошиблись. Анатолий Маркович, столько перенесший и перестрадавший, вовсе не собирался отказываться от государства, которому служил, идеалов, в которые верил и которые защищал. Да, были люди, которых он мог обвинить в своих бедах, но он не ставил знак равенства между ними и своей Родиной. Уже в конце жизни, когда Гуревич с женой впервые приехали в Испанию к сыну Мишелю, с которым он не виделся сорок пять лет, им предложили остаться там навсегда, жить в просторной вилле с садом… Он поблагодарил и вернулся в свою маленькую хрущевку в Ленинграде. Почему? «Я просто не представляю себе, что мог бы жить в другой стране. Конечно, если бы это было по заданию, я бы согласился, – объяснил он. – Но просто так? Зачем?.. Родину ведь не выбирают, она же одна на всю жизнь».
Никакая конъюнктура не смогла заставить его переменить взгляды, подкорректировать свою жизненную позицию для того, чтобы «соответствовать». Когда на телеэкраны вышел фильм «Красная капелла», он позвонил мне. И всегда очень уравновешенный, спокойный Анатолий Маркович вдруг с возмущением стал делиться впечатлениями от увиденного. В конце разговора сказал, что написал гневное письмо его создателям:
«Я, Анатолий Маркович Гуревич, 1913 года рождения, единственный, кто остался в живых из участников „Красной капеллы“, с радостью и надеждой ожидал показа этого фильма. Возможно, не стоило надеяться на точность событий, на глубинное понимание профессии разведчика, но то, что пришлось увидеть, неприятно удивило.
Увы, к большому сожалению, события, о которых рассказано в фильме, абсолютно не похожи на те, что были на самом деле. Оказались искажены место действия, биографии разведчиков, в карикатурном виде была показана их личная жизнь. Тяжелая, изматывающая работа наших разведчиков, которые каждый день рисковали жизнью, была изображена как занимательная зарубежная поездка, при этом в фильме наши разведчики постарались нарушить все возможные правила конспирации, причем делали это очень красиво. От реальных событий остались только имена.
Конечно, если целью было опорочить работу нашей разведки перед началом и во время Второй мировой войны, представить деятельность разведчиков в стиле фильмов о Джеймсе Бонде, то эта цель достигнута. Понятно, что сценаристы и режиссеры имеют право на творческий поиск, можно снять патриотический фильм, можно на этом же материале поставить водевиль или мюзикл, а то и пародию на шпионские фильмы, но меня волнует другое – нужно ли показывать неправду, даже в интересах искусства?!. И как быть с теми людьми, многие из которых погибли, в том числе после жестоких пыток в гестапо, и которые не узнали бы себя в этом фильме…»
И дальше:
«И уж совсем непонятно, зачем в фильме персонаж Кент (то есть я – Анатолий Гуревич) произносит странные фразы о том, что „победу над фашизмом одержали англичане и американцы“, что „Шульце-Бойзен – авантюрист“, что он, Кент, „собирался с женой бежать в Австралию“. Зачем нужен этот бред?!
Шульце-Бойзен – настоящий герой, это человек, который не стал ждать падения фашизма, а сделал все, что мог, для подрыва мощи этого преступного режима. Если бы таких людей было больше, то миллионы жизней могли быть сохранены. И нужно ли порочить память о человеке, который был казнен в 1943 году по приговору военного суда Германии за деятельность в пользу СССР?»
Зачем говорить, что «победу одержали англичане и американцы», сегодня уже хорошо известно – чтобы опорочить, забыть подвиг советских людей, переписать историю войны, поставить на одну доску Сталина и Гитлера, вычеркнуть СССР и Россию, как его правопреемницу, из числа победителей. Но Анатолий Гуревич в такие игры играть не желал. Они возмущали его до глубины души.
«В жизни все было значительно сложнее и страшнее…»
Как-то во время очередной встречи Гуревич передал мне то самое письмо, которое написал после выхода пресловутого телефильма. В нем он по возможности кратко, но обстоятельно рассказал о своей работе разведчика, вокруг которой потом было сложено столько легенд, о которой ходило столько вымыслов и слухов. Письмо это практически неизвестно.
«Анатолий Гуревич (оперативный псевдоним Кент) в 1939 году проходил подготовку в разведывательной школе в Москве и 15 апреля 1939 года по заданию Главного разведывательного управления под видом мексиканского туриста выехал через Финляндию, Швецию, Норвегию, Нидерланды во Францию.
В Париже поменял паспорт мексиканского туриста на уругвайский, на имя Винсенте Сьерра, а затем прибыл в Брюссель, где встретился с Леопольдом Треппером (псевдоним Отто), который в 1939 году был руководителем резидентуры советской военной разведки в Бельгии, действуя в основном в целях легализации советских разведчиков, в том числе путем приобретения для них паспортов. Так началась моя работа разведчика.
Мне пришлось затратить некоторое время, чтобы легализоваться в Бельгии в качестве уругвайского бизнесмена. Для налаживания связей в различных кругах бельгийского общества, изучения этой страны и для приобретения экономических знаний, а также совершенствования знаний французского, английского и немецкого языков я начал обучение в привилегированной школе „Селект скул“ и в Брюссельском свободном университете.
В 1939 и 1940 годах я в качестве помощника резидента занимался расшифровкой указаний из Москвы, подготовкой донесений, предназначенных для передачи в Центр, путем связи с представителем Главразведупра в советском Торгпредстве Бельгии А. Большаковым. С сентября 1939 года, то есть с начала Второй мировой войны, наша резидентура получила задание осуществлять разведывательную деятельность.
В марте 1940 года мне пришлось выполнить особое задание Главного разведывательного управления – наладить прервавшуюся связь со швейцарской резидентурой, которую возглавлял Шандор Радо (псевдоним Дора).
Поэтому я выехал в Швейцарию, где встретился с Шандором Радо, научил его пользоваться новым шифром и передал программу радиосвязи с Центром, что обеспечило передачу очень ценной информации от наших разведчиков в Швейцарии в Москву вплоть до 1944 года. Не случайно после окончания войны некоторые иностранные аналитики не раз пытались доказать, что Вторая мировая война была выиграна в Швейцарии, а не на полях сражений.
Следует заметить, что такой организации, как „Красная капелла“, никогда не существовало. Это кодовое название сети антигитлеровского движения в Германии, присвоенное впоследствии разведгруппам в Германии, Бельгии, Франции, Швейцарии. Каждая из резидентур имела собственную связь с Директором, так в шифрограммах именовался центр в Москве. Это были и радиосвязь, и другие каналы передачи информации.
Каждая разведывательная сеть была автономна и могла выходить на контакт с советскими разведчиками в других странах только по прямому указанию Москвы и в исключительных случаях. Поэтому разведчики не ездили друг к другу в гости, не дружили семьями, не делали коллективных снимков и не брали радиостанции у своих друзей, как это показано в фильме.
Возможно, это неплохо смотрится в кино, но совершенно не профессионально с точки зрения разведки. В фильме Леопольд Треппер, который, по мнению авторов фильма, руководил всеми советскими разведчиками в Западной Европе и возглавлял несуществующую организацию „Красная капелла“, показан очень эффектно. А что же было на самом деле?
В мае 1940 года Бельгия была оккупирована немецкими войсками, после чего Леопольд Треппер и некоторые разведчики вынуждены были покинуть страну, чтобы не быть арестованными гестапо как лица еврейской национальности. По решению Москвы Треппер выехал во Францию и возглавил там советскую резидентуру, а мне было приказано возглавлять бельгийскую резидентуру, так как уругвайские граждане не имели оснований бояться немцев.
Моя легализация прошла успешно, еще до прихода немцев мне удалось установить нужные связи. Перед оккупацией Бельгии ко мне обратился чешский миллионер по фамилии Зингер, с семьей которого я проживал в одном доме, с просьбой покровительствовать его дочери Маргарет Барча. Она недавно стала вдовой и, имея на руках сына Рене, не захотела эмигрировать в США со своими родителями.
Господин Зингер обещал передать мне деловые связи, которые не ограничивались только Бельгией. О состоявшейся беседе я сообщил в Центр и получил одобрение.
Благодаря помощи Маргарет Барча в январе 1941 года в Бельгии мною создано акционерное общество „Симекско“, президентом и директором-распорядителем которого я был избран, о чем было официально опубликовано в бельгийском „Королевском вестнике“. Это была торгово-закупочная организация со связями в ряде стран Западной Европы. Она заключала договора с солидными заказчиками, и в первую очередь с вермахтом – командованием немецких вооруженных сил, на оптовые поставки оборудования, расходных материалов, инструментов и различных бытовых принадлежностей.
Благодаря успешной работе фирмы мне удалось вой ти в контакт с деловыми кругами Бельгии и других стран, наладить сотрудничество со старшими офицерами немецких интендантских служб, которые не только способствовали работе фирмы „Симекско“, но и были источниками информации, которая передавалась в Москву.
Мне и некоторым представителям фирмы „Симекско“ удалось даже получить пропуск для передвижения по оккупированным территориям Бельгии и Нидерландов и иногда осуществлять поездки в Германию, Чехословакию и другие страны.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: