Эффект питона

Zulfira Altynbekova

Эффект питона

Глава 1: Золотые руки и чужие тайны

Глава первая. Золотые руки и чужие тайны

В просторном холле клиники эстетической медицины всегда пахло дорогим кофе, свежей мятой и легким оттенком миндального масла. Администраторы приветливо улыбались посетителям, мягкий свет софитов отражался в полированных зеркальных панелях, а за панорамными окнами шумел привычный городской день. Здесь всё дышало заботой, комфортом и абсолютной безопасностью, создавая иллюзию мира, защищенного от любых бурь. Врач-косметолог Ануш Сергеевна Петросян стояла у зеркала в своем кабинете, медленно завязывая тесемки белоснежного халата и проверяя порядок на столике с инструментами. Говорили, что у Ануш «золотые руки», но первое, что располагало к ней людей с порога, — это её яркая, запоминающаяся внешность. Выразительный разрез темных глаз и сдержанная южная горделивость странно и очень красиво сочетались с мягкой, открытой улыбкой, унаследованной от матери. Раздался деликатный, едва слышный стук, и в дверь заглянула администратор:

— Ануш Сергеевна, к вам клиентка. Ольга Николаевна. На первый сеанс контурной пластики.

— Да, конечно, зовите, — кивнула Ануш, профессионально сменив задумчивое выражение лица на спокойную, приветливую улыбку.

Ольга вошла аккуратной, но какой-то напряженной, зажатой походкой. На вид ей было около сорока, она была безупречно ухожена, однако в глубине глаз залегла глухая тень усталости, которую не мог скрыть ни один бренд профессиональной косметики или салонный уход.

— Здравствуйте! Я к вам по рекомендации, — с легким волнением произнесла Ольга, усаживаясь в мягкое кресло-кушетку.

— Знакомые говорили, что вы буквально творите чудеса, возвращаете людям уверенность.

— Здравствуйте, очень рада знакомству, — голос Ануш звучал плавно и успокаивающе.

— Располагайтесь удобнее. Расскажите, что вас беспокоит? С чем бы вы хотели поработать сегодня, на что обратить особое внимание?

Контакт между ними был установлен легко и непринужденно. Ольга с искренним восхищением отметила безупречный профессиональный уют кабинета и красоту самого врача. Поддавшись какому-то внезапному внутреннему импульсу, она мягко улыбнулась уголками губ и заметила:

— Знаете, в вас есть что-то такое... южное, особенное. Вы случайно не с Кавказа?Ануш чуть заметно улыбнулась своей мягкой улыбкой и кивнула:

— Да, вы абсолютно правы. Папа у меня армянин — от него этот разрез глаз и характер, — а мама русская.

Этот небольшой, ни к чему не обязывающий обмен репликами словно растопил оставшийся лед между ними. Обычный сеанс в элитной клинике должен был строиться по привычному, отработанному сценарию: пациентка говорит о внешних несовершенствах кожи, а врач профессионально слушает, подбирая уход и сохраняя строгую профессиональную дистанцию. Но в этот вечер всё почему-то пошло иначе. Почему-то именно сегодня Ануш, бывший врач-психиатр и нарколог, которая привыкла годами выслушивать чужие тайны и держать глухую оборону, вдруг почувствовала острую потребность нарушить это правило. Сначала они заговорили о сущих пустяках, а потом разговор неожиданно свернул на совершенно другую территорию. Клиентка, завороженно прислушиваясь к каждому слову, превратилась в благодарного и чуткого слушателя. Ануш рассказывала о своей жизни, о том, как причудливо переплелись дороги её прошлого и настоящего, как круто изменилась её судьба, когда она встретила своего будущего мужа.

— Муж... он бывший афганец, — голос Ануш чуть дрогнул, потеряв прежнюю ровность.

— Он прошел через невероятный ад, попал там в плен. То, через что ему пришлось пройти, разумеется, не оставляет людей прежними. Но он вернулся. Вернулся живым. А потом... решил начать всё заново. Поступил в медицинский институт, выучился на психотерапевта. Казалось бы, помогает людям, исцеляет чужие душевные травмы... Но иногда мне кажется, что из того плена он принес с собой нечто такое, с чем нам всем еще предстоит разобраться.

Ольга замерла в кресле, вслушиваясь в это неожиданно откровенное признание, которое звучало из уст успешного врача в стерильно-красивом кабинете. Воздух в комнате вдруг стал чуть плотнее, а по спине пробежал легкий холодок.