Привет,Юна

Злата Лебедева-Горская

Привет,Юна

Глава

Выйти или не выйти?» – думала я, когда поезд остановился. В вагоне жарко, душно, а на перроне – свежий воздух. Решила: «Пойду, хоть воды попью».Выхожу – мамы нет. Сердце в пятки: «Она уже уехала?!» Оглядываюсь, ищу глазами… и вот она – бежит с пакетом: «Я тут, не волнуйся!» Успели заскочить за минуту до отправления.

На следующей остановке снова вышли. Народу столько, что я боялась потеряться. «А если поезд уедет без нас?» – шепчу маме. Она смеётся: «Не уедет, не переживай. Давай мороженое купим!»

В вагоне – запах чужой еды, занятые розетки. Я легла, закрыла глаза. Уснула. Просыпаюсь – за окном проплывают поля, леса, реки. Красиво. Даже без телефона.Иногда в голове: «А если мы опоздаем? А если поезд сломается?» Но потом думаю: «Ну и пусть. Это же часть поездки».«И куда теперь?» – думала я, оглядываясь.

На перроне ни души, только ветер гоняет бумажки. Мама тянет меня за руку: «Пойдём, найдём транспорт».Шли долго, пока не увидели его – маленький скоростной состав, похожий на серебристую стрелу. «Вот он!» – обрадовалась я.

Внутри тихо, прохладно. Я прилипла к окну: слева – море, такое яркое, что хочется зажмуриться, справа – горы, высокие, с белыми шапками. Между ними – дорога, а вдоль неё – сетки, как огромные рыболовные, только для камней.«Мы едем», – прошептала я.

Море и горы стали нашими попутчиками.Когда вышли на станции ветер ударил в лицо. Пахло солью и свободой. Поезд ушел.

Мы с мамой перешагнули рельсы. Чемодан один, не тяжелый, но уже надоел. Дорога слегка вниз, потом -бесконечные повороты. Я считала:раз, два, три… на седьмом бросила.Калитка. Цифровой замок.Номер обычный: чисто, мебель новая, никаких запахов.

Я сразу к окну.Во дворе – дети. Дождь, прохладно, а им весело: бегают, смеются, прыгают по лужам. Одна девочка закружилась, раскинув руки, и так звонко засмеялась… Даже через стекло слышно.– Надень кофту, – мама трогает меня за плечо. – Простудишься.– Я хочу на море, – говорю, не отрываясь от окна.– Нельзя, – она качает головой. – Вода холодная. Да и дождь…Молчу.

Опять это «нельзя». В детстве нельзя было прыгать по лужам. В школе нельзя было задерживаться после уроков. Теперь нельзя на море.Потом нам показывают отель: зона отдыха, мангал, лестница наверх. Я киваю, но глазами – там, во дворе. Где смех. Где дождь. Где жизнь.

Сижу на кровати, натянула кофту. Тёплая, но внутри холодно. За окном – серое небо, капли на стекле. А там, во дворе, всё ещё смех.Я вообще не собиралась ни с кем знакомиться. Честно. В бассейне всегда одни и те же: девчонки, которые смотрят сквозь тебя, будто ты – пустое место.

Но в тот день что‑то сдвинулось. Может, солнце слишком ярко отражалось в воде. Может, надоело быть «той, что плавает в углу и молчит».Спустилась, открыла дверь, сняла тапочки. Вода – как глоток свежего воздуха.

Пару минут просто плыла, закрыв глаза. Потом заметила их: группа у бортика, среди них – та самая, с пронзительным смехом. Та, которую я мысленно окрестила «главной из противных».Сердце – тук‑тук‑тук. Ладони вспотели.«Ну и что? – подумала. – Откажет – значит, так надо. А если нет?..»

Подплыла.– Привет. Давай дружить?Она посмотрела на меня. Секунда. Две. И вдруг – улыбка. Настоящая, без подвоха.– Конечно! Меня Юна зовут.И всё. Как будто щёлкнул выключатель. Мы уже бросаем мяч, ныряем, хохочем, когда вода попадает в нос. Она учит меня «секретному»

способу плавать под водой – с закрытыми глазами, будто летучая рыба. Время растворяется.Звонок от мамы:– Ты два часа в бассейне. Пора домой.Жаль. Но я улыбаюсь.– Ещё увидимся? – спрашиваю Юну.– Конечно! Завтра тоже приходи!Два дня – и ни следа Юны.

Я искала её везде: в столовой, в бассейне, на пляже. Пусто. Как будто она растворилась – или вовсе была сном, тем самым, после которого просыпаешься и пытаешься ухватить за хвост ускользающее ощущение счастья.В те дни море разбушевалось. Волны – огромные, злые, с белыми гребнями пены. Ветер рвал волосы, бил в лицо холодными брызгами.

Я всё‑таки спустилась к воде – просто так, на всякий случай. Вдруг?Нашла несколько камней: один – гладкий, как стекло, другой – с полосками, третий – почти чёрный, но с искрами. Сложила в карман, но радости не было.– Пойдём домой, – мама тронула меня за плечо.

– Холодно.– Ещё минутку, – попросила я.Стояла и смотрела на море. Оно шумело, билось о камни, будто пыталось что‑то сказать. Но я не понимала.«Где ты, Юна?» – думала я, сжимая в кулаке холодные камни.Может, она уехала? Или просто сменила расписание? Или… я ей на самом деле не понравилась, и она решила не приходить?

Мысли крутились, как волны. Я пыталась найти объяснение, но его не было. Только холод, ветер и эти камни в кармане – молчаливые свидетели моего одиночества.По дороге назад оглянулась. Море всё так же шумело. Камни в кармане оттягивали карман, будто напоминая: «Ты здесь. Ты ждала.

Ты не сдалась».Но внутри – пустота.И только одна мысль: «А вдруг завтра?..»Я не горела желанием идти на дискотеку. Сидела в номере, листала телефон, придумывала причины остаться. Мама заглянула в дверь:– Может, выйдешь? Там уже весело. Хоть воздухом подышишь.Вздохнула, но всё‑таки спустилась вниз. Вышла во двор – и застыла у края площадки. Музыка грохотала, огни мельтешили, люди танцевали.

Я засунула руки в карманы, чувствуя себя не в своей тарелке. Уже хотела развернуться, но вдруг заметила её.Юна.Шла мимо, не торопясь, будто весь мир мог подождать. Я сама не заметила, как шагнула вперёд:– Юна, привет!Она обернулась, улыбнулась:– О, привет!

А я думала, ты не придёшь.– Да я и не собиралась, – призналась я. – Просто… вышла.Юна прищурилась, будто что‑то задумала:Пойдём, там ребята в «Уно» играют. Присоединишься?Внутри всё сжалось: «А если опять буду путаться? Если помешаю?» Но её улыбка будто говорила: «Всё будет нормально».– Ладно, – кивнула я.За столиком под навесом сидели несколько человек. Колода «Уно», стаканчики, смех. Юна усадила меня рядом, раздала карты.

Я пыталась запомнить правила, но постоянно путалась.– Ты вообще не умеешь играть! – хохотнул парень напротив.Я опустила глаза, чувствуя, как горят щёки. Но Юна легко толкнула меня плечом:– Зато честно.

Это круче, чем притворяться профи.Ребята засмеялись, но не зло, а как‑то по‑дружески. Я тоже улыбнулась.Мы играли долго. Я ошибалась, тянула лишние карты, кричала «Уно!» слишком поздно. Но с каждой ошибкой становилось легче. Потому что Юна рядом подсказывала, а остальные уже не смотрели на меня как на «ту, которая не в теме».

В какой‑то момент мы просто отошли от дискотеки – шум музыки стал мешать. Устроились на скамейке у клумб, продолжили игру при свете фонарей.– Смотри, – Юна показала на мою карту, – вот эту можно было скинуть ещё ход назад.– А, точно! – я хлопнула себя по лбу.

– Ну я и тормоз.– Не тормоз, – она рассмеялась. – Просто новичок. А новички имеют право на ошибки.Я посмотрела на неё – она улыбалась искренне, без тени насмешки. И вдруг поняла: мне здесь хорошо.

Не потому, что я выигрываю (я точно не выигрывала), а потому что есть с кем смеяться над своими промахами.Когда колода закончилась, Юна потянулась, зевнула:– Ну что, ещё партию?Я кивнула.

И впервые за эти дни подумала: «Может, это и есть то самое – когда находишь своё место?»После игры в «Уно» мы с Юной немного поболтали, а потом кто‑то предложил сыграть в «Мафию». Я не особо рвалась – правила помнила смутно, да и вообще не любила быть в центре внимания.

Но Юна подмигнула: «Пойдём, весело будет!» – и я согласилась.Мы расселись за большим столом в зоне отдыха. Кто‑то включил негромкую музыку, а потом зашёл вожатый:– Всё, начинаем!Выключил свет, раздал карты, объяснил роли. Я вытянула свою – «мирный житель».

Сердце ёкнуло: «Ну, хоть не предатель… а дальше – как повезёт».Сначала было странно: все сидели в полумраке, слушали ведущего, пытались понять, кто есть кто. Я почти не говорила – боялась ляпнуть что‑нибудь не то. Юна, наоборот, включилась сразу: задавала вопросы, подмечала нестыковки, смеялась над чужими оговорками.– Ты чего молчишь? – шепнула она мне между раундами.

– Боюсь сказать глупость, – призналась я.– Глупости – это нормально. Главное – не молчать, – она подмигнула и снова повернулась к столу.Игра шла волнами: подозрения, споры, голосования.

Я старалась следить за логикой, но быстро терялась. Зато наблюдала за Юной – она ловко выстраивала цепочки, прикидывалась наивной, а потом вдруг выдавала точный аргумент.И вот – финал.

Ведущий объявляет:– Открываем карты. Предатель – Юна.Я замерла. Она? Та, которая смеялась, подбадривала меня, казалась такой «своей»?Юна подняла карту с ухмылкой:– Ну что, повелись?Все засмеялись. Кто‑то хлопнул её по плечу, кто‑то ахнул: «Вот это поворот!»

Я смотрела на неё и не знала – злиться или восхищаться.– Ну как? – она наклонилась ко мне. – Неплохо я вас запутала?– Ты… монстр, – выдохнула я, но не удержалась и рассмеялась.– Это стратегия, – она пожала плечами. – А ты молодец, держалась спокойно.

В следующий раз попробуй сама так сыграть.Свет включили. Музыка заиграла громче. Мы встали из‑за стола, и я вдруг поняла: даже если ты «мирный житель» и не умеешь блефовать, это не значит, что ты не часть игры. Особенно когда рядом тот, кто готов тебя поддержать – даже если он предатель.

Утро. Руки немного дрожат – набираю её номер, сохраняю. Теперь она есть в моих контактах. «Может, погуляем?» – пишу и тут же убираю телефон в карман, будто он может обжечь.Жду.Смотрю на экран каждые две минуты.

Ничего. Ни точки, ни «печатает…», ни даже «прочитано». Просто тишина.Мама зовёт на море. Иду, но не чувствую тепла – только мелкий холод, который забирается под кожу. Вода серая, волны резкие. Я стою у кромки, а мысли всё там – в телефоне, в этом незакрытом диалоге.– Замёрзла, – говорит мама. – Пойдём домой.Я не возражаю.Иду по дорожке к отелю, глаза опущены. И вдруг – она.Юна.Стоит, уткнувшись в телефон. Рядом – её сестра.

Они о чём‑то говорят, смеются. Я замираю на секунду. Потом:– Привет.Коротко. Тихо. Даже не знаю, услышала ли она.Она поднимает глаза, кивает, улыбается – будто так и надо. Я не жду ответа, не жду продолжения. Просто иду дальше. В номер.

В тишину.Сажусь на кровать, кладу телефон экраном вниз.«Она не ответила. Но я её видела».Эта мысль – как маленький огонёк в темноте. Слабый, но свой.