скачать книгу бесплатно
– С радостью, – прошептал парень, притягивая её к себе и позволяя лифту ехать дальше.
У самой двери в квартиру она немного замялась, но одного взгляда в сторону Тёмы, лениво опершегося плечом о стену, хватило, чтобы отбросить все сомнения куда подальше.
– Только прошу тебя, тише, – проговорила она шёпотом. – Родители спят, и сам понимаешь, если они проснуться – не поздоровится нам обоим.
– Родители? – вот что-что, а этого Тёма как-то не учёл. Нет, он, конечно, подозревал, что «хорошая девочка Алина» вряд ли живёт одна, но совсем не думал, что у неё хватит наглости притащить его туда, где за стенкой спят её грозные предки. И, конечно, правильней было бы сейчас отказаться от своей затеи и уйти, или всё-таки уговорить девушку поехать к нему. Но в этот раз все сомнения отмела сама Алина – она просто взяла его за руку и повела за собой.
Они тихо шли по тёмному коридору, всеми силами стараясь не издавать ни звука. И если Аля просто наслаждалась неожиданно проснувшимся азартом, то Тёма чувствовал себя как минимум профессиональным вором-домушником. Но, как ни странно, вся эта ситуация не только веселила своей нелепостью, но и дико возбуждала.
Артём сильнее сжал её руку, а на его лице расцвела довольная хищная улыбка. Всё это было неправильно, глупо… бессовестно, но вместе с тем так захватывающе. И тут Тёма неожиданно запнулся за что-то явно тяжёлое и едва не упал. Благо в последний момент успел ухватиться за какую-то тумбочку, на которой тут же послышался грохот падающей вазы. Каким-то чудом он умудрился подхватить её и поставить на место, но шуму это всё равно наделало просто уйму.
– Алинка? – послышался сонный женский голос. – Что-то случилось?
Тёма замер на месте, не представляя, что сейчас будет, если эта женщина (судя по всему – мать его подруги), выйдет в коридор.
– Не, мамуль, всё хорошо, – спокойно отозвалась Аля, хотя саму дико трясло. – Я снова споткнулась о папины гантели. Не волнуйся.
– Опять он их бросил посреди коридора! – прорычала женщина и, судя по звукам, встала с кровати.
В тот же момент Алина потянула Тёму за собой и буквально втолкнула в крайнюю дверь. Он не сопротивлялся, его вообще вся эта ситуация безумно веселила. Будь он немного трезвее – начал бы паниковать. А так, всё получилось очень даже забавно.
Аля прикрыла дверь и снова вышла в коридор, где заспанная Ангелина Михайловна как раз включила свет.
– А ты это в чём? – выдала женщина, удивлённо разглядывая дочь.
Алина в ужасе уставилась на своё отражение в зеркальной створке шкафа и мысленно выругалась. Оказывается, она уже успела забыть, что на ней пиджак Артёма. И благо он ещё в лифте зачем-то застегнул на нём все пуговицы, потому что вид почти стянутого корсета Ангелину Михайловну явно бы не порадовал.
– Эм… – протянула девушка, пытаясь сделать вид, что всё в порядке. – Меня друг провожал, а на улице похолодало. Вот он и одолжил мне свой пиджачок. Как думаешь, мне идёт? – попыталась пошутить Аля, кокетливо пожимая плечами.
Но она упустила главное – её мама прекрасно разбиралась в дорогой одежде и даже в тусклом освещении коридора могла определить брэндовую вещь. Не зря же уже десять лет работала управляющей в бутике. Кстати, самом дорогом в городе.
– Не знаю, насколько тебе подходит этот пиджак, – сказала дама в ночной рубашке, – но его хозяина я определённо хочу видеть рядом с тобой.
В голове Алины вспыхнула мысль, что мама каким-то образом узнала о её госте и теперь требует, чтобы он показался, но её опровергла сама Ангелина Михайловна. Она довольно улыбнулась и, подмигнув дочери, добавила:
– Эта вещичка стоит как две зарплаты твоего дражайшего папочки. Уж поверь моему опыту – но деньги у этого твоего друга водятся, – потом усмехнулась и потопала в сторону кухни. – Не упусти мальчика. Я хочу такого зятя.
– Мама! – возмущённо воскликнула Аля, надеясь, что Тёма всего этого не слышал. Но тут же закрыла рот ладонью – не хватало ещё и папу своим воплем разбудить.
– Да не волнуйся ты, – иронично проговорила женщина. Потом покосилась в сторону своей спальни и добавила: – Он сожрал две таблетки снотворного. Теперь его и танковым залпом не разбудишь. Я, пожалуй, тоже одну выпью, не спится чего-то.
С этими словами она скрылась из коридора, и Алина, наконец, вздохнула с облегчением. А в стремительно трезвеющем мозгу молнией пронеслась первая здравая мысль за вечер: нужно как можно быстрее вывести Тёму из квартиры. И кивнув сама себе, она направилась в свою комнату.
ГЛАВА 7. Ненужный подарок
Аля прикрыла дверь и тут же на всякий случай повернула замок. Вообще у её родительницы не было привычки заходить по ночам в спальню дочери, но перестраховаться всё же стоило. В коридоре снова послышались шаги мамы, а спустя минуту опять стало тихо. Всё это время девушка стояла неподвижно, боясь лишний раз пошевелиться и привлечь внимание к своей комнате и только сейчас смогла немного расслабиться.
Она резко обернулась, ища глазами своего гостя, и так и замерла. Тёма стоял у большого открытого окна, медленно курил и смотрел на город. В тусклом свете комнаты, освещённой только луной и окнами соседних домов, Артём выглядел сказочным ангелом, но казался ей очень грустным и каким-то разбитым.
Аля мигом забыла, и что хотела выговорить ему за курение в её комнате, и что собиралась выпроводить его из квартиры. Сейчас у неё было только одно желание – прижаться к его напряжённой спине и избавить от этой грусти. Почему-то ей было почти физически больно видеть его таким.
– Тём, – прошептала Алина, подходя ближе, но дотронуться до него так и не решилась.
Он прекрасно слышал, как она вошла, как и её разговор с матерью. Странно, но раньше его ни капли не волновало, что девушки так легко клюют на имеющиеся у него деньги. Он знал, что все его пассии делились на два лагеря: одни хотели «бабла», другие секса. Хотя существовали и такие, которым нужно было и то, и другое. Вот именно этих было абсолютное большинство. Его подобный расклад вполне устраивал, наверное, он и имена своих девушек перестал запоминать, только чтобы лишний раз доказать себе, что все эти связи ничего не значат.
Да только Алина пришла к нему сегодня не за сексом или деньгами – ей нужна была от него защита. И как бы глупо это не звучало, но ему это понравилось. К тому же она вела себя так непривычно скромно, так мило вздрагивала и прятала глаза. Он даже проникся к ней теплотой… И что в итоге? Оказывается, ей тоже нужны от него только деньги, просто, в отличие от всех своих предшественниц, она решила проявить фантазию и добраться до его кошелька в обход.
– Мама в восторге от твоего пиджака, – сказала девушка, так и не дождавшись от него никакой реакции. Потом вдруг улыбнулась и, забрав у Тёмы сигарету, затянулась сама. – У неё мания. Она спит и видит, как бы выдать меня замуж за денежный мешок. Знал бы ты, как меня достали эти её вечные намёки. И ей плевать, на то, что мне нужно совсем другое.
– И что же? – поинтересовался Артём, заворожено наблюдая, как отобранная у него сигарета чувственно касается её губ. Не выдержав, он выбросил окурок в окно, развернул девушку к себе и принялся расстёгивать пуговицы пресловутого пиджака.
– Для меня важно самоутвердиться, найти своё призвание, построить карьеру и доказать ей и самой себе, что я могу многое, – она с шальной улыбкой наблюдала, как в глазах парня разгорается знакомый огонь, от чего ей вдруг стало не по себе. – Я хочу независимости.
– А я хочу тебя, – сказал он, скидывая пиджак на пол и одним движением усаживая Алю на подоконник.
Она было хотела возмутиться подобной наглости, но Тёма не дал ей такой возможности. Его жадный поцелуй мигом смёл из её головы все лишние мысли, оставляя лишь одно дикое желание быть ещё ближе.
Последние крючки корсета оказались грубо вырваны, и он бесформенной тряпочкой отправился вслед за пиджаком. Туда же последовала и футболка Артёма, а потом и вся остальная их одежда. И у Алины даже мысли не возникло, о том, чтобы остановиться. Да всего её здравого смысла сейчас хватало только на то, чтобы стараться не издавать лишних звуков, а они буквально рвались наружу. И даже вопль первой боли получился простым мычанием. Пришлось зажмуриться и непроизвольно укусить Тёму за плечо, но она всё-таки смогла заставить себя сдержаться.
Артём почти не почувствовал совершенно неожиданную преграду, но то, как в одно мгновение напряглось тело девушки, сказало ему о многом. Но у него в голове не укладывалось, как такое возможно? Как взрослая, симпатичная, даже красивая девушка может быть девственницей? Да и вообще, невинные особы так себя не ведут! Не приводят домой среди ночи малознакомого парня и не занимаются с ним жгучим сексом буквально под носом у спящих родителей!
Он остановился и, чуть отстранившись, посмотрел в глаза Алине… и даже в этом полумраке смог разглядеть блеск стоящих в них слёз.
– Аля, – позвал он тихо. – И что это было?
В его голосе слышалось непонятное недовольство, что только лишний раз убедило Алину, что лучше ему не знать. Да только он уже всё понял – по взгляду видно. А ведь она очень старалась это скрыть.
– Тебе показалось, – прошептала она, уткнувшись в его шею. – Да и вообще… это совсем не важно. Прости, что укусила… я не специально.
Тёма хмыкнул, поражаясь странности тараканов в голове Алины. Положим, с теми, кто бережёт свою сомнительную девственность, как зеницу ока, он уже сталкивался, как и с теми, кто пытался эту девственность подороже продать. Но вот с такой, согласной лишиться этой девичьей ценности вот так, на подоконнике, встречался впервые.
Ладно. Хочет сделать вид, что ничего существенного не произошло – пусть делает. Поговорить об этом можно и позже. А сейчас у них немного другие дела.
Он приподнял её за бёдра и, не прекращая контакта, перенёс на кровать. Нет, подоконник в этой комнате зачётный и очень удобный, но… не для первого раза. Хотя, кто знает, что творится в очаровательной головке его руководительницы. Боже, а ведь правда! Он спит со своей начальницей! Как банально.
Но какие бы его ни одолевали мысли, в своих дальнейших действиях он был максимально нежен и предельно осторожен… первые пару минут. А дальше сдерживать собственную страсть не осталось никаких сил. К тому же его партнёрша явно наслаждалась процессом, в кратчайшие сроки позабыв и о боли, и о безвременно утерянной невинности.
Уже позже, медленно выдыхая сигаретный дым в открытое окно, Тёма искренне улыбнулся всей этой ситуации, что не скрылось от подошедшей со спины Алины.
– Пусти погреться, – весело проговорил он, отбирая у девушки край пледа, в который она усердно пыталась закутаться. Сопротивляться его наглости было бесполезно, и ей пришлось снова прижаться к такому тёплому парню. Что вызвало новую волну мурашек, оставляющих после себя какую-то тягучую негу. Сердце снова ускорило темп, а тело отозвалось мелкой дрожью. Пришлось срочно чем-то занять руки, дабы хоть как-то скрыть это состояние. И пальцы сами потянулись к лежащей на подоконнике пачке. Но когда она попыталась подкурить вытащенную оттуда сигарету, Тёма с коварной улыбкой, не дал ей этого сделать.
– Тебе не кажется, что для той, кто сегодня фактически научился курить, ты слишком частишь с сигаретами? – выдал он шёпотом.
– Просто хотела соблюсти ритуал. Многие утверждают, что курить после секса особенно приятно. Вот ты же куришь, и я хочу.
– Я курил и до, если ты помнишь. И вообще, Алиночка, могла бы и сказать, какой бесценный подарок решила преподнести мне этой ночью.
– Не думаю, что это что-то бы изменило, – она подвела его руку, с зажатой между пальцами сигаретой к своим губам и легонько затянулась.
Тёма с шумом выдохнул.
– Не могу смотреть, как ты куришь, – сказал он, спустя пару мгновений. – Ты делаешь это слишком эротично. Боюсь, если начнёшь курить на улицах, то сможешь спровоцировать на измену даже самых верных мужей.
Алина усмехнулась и снова потянулась к его сигарете, при этом томно прикрывая глаза.
– Издеваешься? Да? – бросил Артём, отбирая у неё свою руку, и тут же поспешил затушить сигарету. Аля довольно улыбнулась, что только подтвердило его выводы. – А если я так издеваться начну?
Он взял с подоконника недопитую бутылку виски и, немного пригубив, протянул девушке. Она не отказалась, и даже была рада запить терпкий вкус дыма. Затем последовал очередной долгий чувственный поцелуй со вкусом сигарет и виски, который снова лишил Алину любой возможности здраво мыслить. И всё на что оказалось способно её расслабленное сознание, это признать, что ей безумно нравиться всё происходящее, каким бы сумасшествием это ни казалось.
Когда же на небе появились первые проблески рассвета, а Тёма, наконец, заснул, прижав её к себе, будто какого-то плюшевого кролика, Аля попыталась хоть как-то проанализировать произошедшее. Но сонный мозг упорно не желал вдаваться в размышления и выдавал только один вывод: эту ночь она точно никогда не забудет, как и этого парня. Она ни капли не сомневалась, что, переспав с ним, совершила большую ошибку, но… оно того стоило.
***
Очередное утро очередного рабочего дня, уже привычно встретило его противной трелью будильника на телефоне. Да только на этом всё привычное заканчивалось, потому что, открыв глаза, Тёма понял, что не знает, где находится.
Изрядно раздражающая мелодия доносилась откуда-то снизу, а если точнее – из кармана валяющихся на полу джинсов. Он попытался встать и только сейчас заметил, что спал он не один, а, судя по тонкой загорелой ручке с мягкими пальчиками, что мирно покоилась на его животе – рядом лежала девушка.
Голова дико болела и казалась погружённой в туман. Проанализировав своё состояние, Тёма пришёл к выводу, что проспал не больше часа, чего было крайне мало. Но будильник вопил не просто так, а впереди его ждала всё та же придуманная Виталиком «каторга».
Осторожно встав с кровати, он выключил играющую на телефоне мелодию и поспешил одеться. Затем окинул взглядом комнату, по-видимому – женскую спальню, отметил удобный подоконник, со стоящей на нём пустой бутылкой, а в голове промелькнули странные проблески воспоминаний. Чьё-то тёплое тело… плед, сигареты и вкус виски на мягких губах. И тут его отвлекло какое-то движение со стороны кровати – девушка перевернулась и, не просыпаясь, сбросила на пол тонкое махровое одеяло. Тёма замер, переводя взгляд с обнажённой стройной брюнетки, в которой он с удивлением узнал Алину, на несколько красных пятен не безупречно белой простыне. Все воспоминания тут же сложились в одну общую картину вчерашнего вечера, из которой следовал только один вывод – нужно сваливать отсюда, пока не проснулись грозные родители, иначе последствия могут быть крайне плачевными.
Но взгляд как загипнотизированный снова и снова возвращался к спящей девушке. Ласкал изгибы тела, гладил россыпь длинных волос, касался чуть приоткрытых губ. И Тёма едва сдержался, чтобы не подойти к ней, но вовремя вспомнил, что нужно уходить.
Квартиру он покинул без каких-либо происшествий, и даже пресловутые гантели, через которые споткнулся ночью, в этот раз обошёл стороной. Но только оказавшись в лифте смог вздохнуть спокойно. И вроде, самое время улыбнуться очередной успешной авантюре и воспоминаниям о прошедшей ночи, но мысли в голове крутились совсем не радостные. Было как-то тошно… и что самое странное – тошно от самого себя.
Да, он привык менять девушек как перчатки, используя их как нечто одноразовое. Он не запоминал их имён, почти сразу забывал, как они выглядели и, удовлетворив свои потребности в сексе, всегда выпроваживал очередную пассию, либо уезжал сам. А в этот раз почему-то остался… Ладно. Это можно списать на сильную усталость и обилие алкоголя в крови, но почему тогда сейчас так не хочется уходить?
Дверь подъезда громко хлопнула, возвращая его в реальность раннего летнего утра, и он быстрым шагом двинулся в сторону клуба, где на подземной парковке его дожидался верный железный конь. Но мысли всё равно продолжали вертеться вокруг вчерашнего вечера. Ведь если так разобраться, он попросту напоил, развёл и трахнул девочку, которая пришла к нему с просьбой о помощи. Она просила заступиться за неё перед Горышевым, который, по сути, хотел сделать с ней ровно то же самое. Только ему Алина отказала, а вот Тёме – не смогла.
А венцом всей этой истории стали капли крови на простынях… Как красные розы на белом снегу. Как следы ран, от которых медленно и мучительно умирала его совесть. Хотя, Аля ведь сама его спровоцировала, сама организовала купание в фонтане, и сама притащила к себе домой. У неё была тысяча возможностей избежать такого финала, но она сделала свой выбор. Кстати, теперь есть вероятность, что она будет требовать от него отношений. Этакой расплаты за свой поступок. Может она и пошла на всё это только чтобы прибрать его к рукам вместе с отцовскими капиталами? Она же сама говорила, что хочет строить карьеру, а вкупе со словами её матери о цене пиджака, складывалась удивительная картинка. Ведь разве может что-то помочь в построении карьеры в «Лагуне» лучше, чем звание официальной девушки сына владельца отеля?
Тёма невесело усмехнулся своим мыслям, ведь исходя из этих соображений, именно он оказывался жертвой чужого коварства. А недавнее открытие истиной сущности его друзей только подтвердило такой вывод, оставляя совесть если и не чистой, то, по крайней мере, пока живой.
***
– Дочь, а ты на работу не опоздаешь?
Голос мамы доносился до Алины как будто из-за толстой бетонной стены, а смысл слов вообще казался недосягаемым для сонного мозга. Но девушка всё-таки разлепила ресницы, на которых ощущались остатки вчерашней туши. Это она отметила как бы между прочим, всё ещё пытаясь призвать к порядку ускользающие мысли. Те же, как назло, метались от одного к другому, не позволяя сосредоточиться на чём-то одном.
– Что? – этот вопрос дался девушке с огромным трудом, а попытка приподняться, мгновенно отразилась резкой вспышкой в затуманенной голове. Аля тут же поспешила вернуть её на подушку, так боль почти не чувствовалась.
– Я спрашиваю, что у тебя на подоконнике делает пепельница с бычками и пустая бутылка виски? – тон Ангелины Михайловны из насмешливого стал откровенно угрожающим. Аля искренне пыталась понять, о чём говорит её мама, но, к сожалению, безуспешно. Какая пепельница? Какой виски? Да быть этого не может!
– Алина! – грозно рявкнула её мать, мгновенно превращаясь в злобную фурию. – Отвечай немедленно! И почему твои вещи разбросаны по всей комнате? Даже пиджак бросила на пол! Он же кучу денег стоит!
И тут Алю осенило… но лучше б она и дальше оставалась в неведении.
– Боже мой… Что же я наделала? – прошептала она, переворачиваясь и упираясь лицом в подушку, и даже не удивилась, почувствовав, как от той пахнет Артёмом.
Осознание всей степени совершённой вчера глупости заставило забыть о головной боли, а вырвавшийся помимо воли обречённый стон, напугал даже видавшую многое Ангелину Михайловну.
– Дочь? – выдала она удивлённо.
– Мам, дай, пожалуйста, прийти в себя, – ответила Алина, но тут же спохватилась, резко подскочила на кровати. – Сколько время?
– Почти десять. Я поэтому и пришла тебя будить. Ты вроде вчера говорила, что сегодня работаешь.
– Вот именно! – воскликнула девушка и, поднявшись на ноги, быстро потянулась за халатом.
– Почему ты спала голой? – самообладание родительницы уже почти иссякло, а сама она смотрела на Алю со странной смесью злости и презрения.
– Мне было жарко, – бросила дочь, покидая комнату и на ходу кутаясь в халат.
– А на остальные вопросы ты ответить не хочешь? – крикнула ей вдогонку женщина.
Пришлось разворачиваться. И сейчас, терпя жуткую головную боль, нервничая из-за опоздания и пытаясь понять, как же её угораздило переспать с Жарковым, Алина еле сдержалась, чтобы не выдать матери правду, причём в самом жёстком виде. Язык так и чесался сказать: «Да, мама, я напилась до полной потери адекватности, потянула малознакомого, но дико привлекательного парня купаться в фонтане, потом притащила его в нашу квартиру и отдалась ему на подоконнике». Интересно, ей понравится такая правда?
– Прости, я жутко опаздываю. «Но обещаю, что вечером мы обо всём поговорим», – сказала Алина после минутной паузы, в течение которой тщетно пыталась успокоить собственные нервы. А в её лице читалась такая обречённость, что Ангелина Михайловна только и смогла кивнуть, и позволила дочери скрыться в ванной. Правда, Аля прекрасно знала, что вечером её всё равно ждёт жуткий допрос с пристрастием.
Это ещё повезло, что мать крови на её бёдрах не заметила. Ведь если с простынёй ещё можно как-то отовраться, то тут уже было бы сложнее. Благо хоть Тёма презервативы нигде не оставил. Или оставил?
Алина снова издала обречённый стон и упёрлась лбом в выложенную голубым кафелем стену. Ну как же… как её угораздило докатиться до подобного?
В итоге, она просто приказала себе не думать об этом. Сейчас главным было добраться до отеля и погрузиться в работу. А всю эту ситуацию она обязательно обдумает, но только позже, – когда голова снова начнёт нормально соображать.
Собралась она минут за пятнадцать, и вскоре уже шагала по тенистым аллеям малого парка, туда, где трудились четверо её подчинённых.
– Привет, – бросила Аля, подходя к месту, где Миша с Федей разукрашивали очередную площадку. Краем глаза она отметила, что Арнольд с Колей за утро уже успели собрать одну конструкцию, и как раз сейчас приступали к следующей. Убедившись, что всё идёт как надо, она позволила себе на несколько минут присесть в теньке под деревом и прикрыть глаза.
– Что-то случилось? – поинтересовался Миша, подходя ближе и устраиваясь рядом. – Ты выглядишь подавленной?
– Дура я, вот что случилось! – выдала она эмоционально, и тут же отвернулась. – Прости, Миш… нервы. Жуткое выдалось утро.
– Я могу чем-то помочь? – заботливо спросил он, отмечая нездоровую бледность своей начальницы. Да и глаза её выглядели сегодня слишком устало, а растерянный мутный взгляд тонко намекал, что спала Алина очень мало, если вообще спала.
Она нервно потёрла переносицу и опустила голову на колени.
– Можешь… если вдруг, по счастливой случайности умеешь поворачивать время вспять.
– Я, конечно, парень талантливый, но на такое, увы, не способен, – весело ответил Михаил, что вызвало на лице Али первую улыбку за всё сегодняшнее утро.
И на короткий миг ей даже показалось, что всё случившееся ночью – просто сон. Местами странный, а в чём-то захватывающий и интересный. И, скорее всего – фантастический, потому что Артём Жарков по определению не мог сосуществовать с ней в одной реальности, и уж тем более – в одной постели. Она даже почти начала в это верить… но вдруг услышала знакомый голос с нотками явного раздражения. Его голос.
С того самого момента, как за ним закрылась железная дверь подъезда, Тёма не переставая думал об Алине и о том, что произошло между ними прошлой ночью. Его никак не оставлял вопрос мотивов её поступка. И если ощущения и интуиция называли всё это обычным стечением обстоятельств, то обиженное на весь мир сознание тонко намекало, что здесь явно попахивает холодным расчётом. И всё бы ничего, да только перед глазами то и дело появлялся образ обнажённой спящей девушки, до которой так и хотелось дотронуться. А вслед за ним неизменно всплывала и картина капель крови на белой простыне.
Работать у него сегодня совсем не получалось: на кухне всё валилось из рук, а после того, как он перевернул кастрюлю тестом, его и вовсе вежливо попросили «скрыться с глаз» и «валить на все четыре стороны». С рисованием дела обстояли немного лучше, и ему даже удавалось отвлекаться от своих дум, правда, ровно до тех пор, пока главный объект его мыслей не явился лично. А когда слишком воодушевлённый Миша, бросив всё, понёсся к Алиночке, в руках глядящего ему вслед Тёмы неожиданно с хрустом сломалась тонкая кисточка. Хотя в мыслях парня, на её месте явно была чья-то шея.
Он тихо выругался и постарался снова взять себя в руки, вот только вид того, как напарник умилённо воркует с его ночной подругой, окончательно вывел Тёмочку из равновесия. И бросив остатки кисти в траву, он с грацией хищника на охоте двинулся к ребятам.