скачать книгу бесплатно
– Ну, кому нечестно, а кому и манна небесная, ты достал уже со своей игрушкой.
И вправду, видеть бывшего наемника космической пехоты одного из самых мощных государств обитаемой части галактики, полностью поглощенным обыкновенной уникомповской игрушкой (пусть и продвинутой, но все же игрушкой) было странно и непривычно.
Полтора месяца назад Декстер совершенно случайно вживую соприкоснулся на какой-то выставке с индустрией виртуальных развлечений и … пропал. Широко разрекламированная по всей галактике игрушка-стрелялка «Реванш Несдающихся 4» проглотила его целиком.
Шойс тут же накупил себе всех самых последних обвесок в виде игрового скафандра, мышечных стимуляторов и тому подобной требухи, и с тех пор его мало кто видел в мире трезво мыслящих существ.
Дальше – больше. Пришествие Декстера в мир виртуала одной игрушкой не ограничилось. За две недели разорвав в клочья всех имперских завоевателей в «Реванше», Шойс тут же подсел на одну из самых неоднозначных игр галактики – «Парад монстров». Действие в составе группы и в одиночку, разделенные пространства и четырехмерная графика, наращивание виртуальных конечностей и реальные ощущения от полученных ран. Горечь потерь и восторг победы.
Что еще надо отставному космическому пехотинцу? Месяц войны, и – пожалуйста: счастье есть. Победа. Вот только Степа даже вздохнуть не успел, как….
– Слушай, – Декстер крутанулся на игровом кресле. – А бывает же, наверное, что в играх не только с автоматом рубишься, а?
Он с надеждой посмотрел на Степу и у того по спине вдруг пробежал холодок.
– Представляешь, вот было бы здорово, если бы в игре можно было бы воевать против таких же людей. Ведь должен же был кто-то до такого додуматься и сделать такую штуку. Красота….
– Шойс, – откашлялся Степа, стараясь, чтобы голос не дрожал и звучал как можно безразличнее. – Давным-давно были такие игры, но от них быстро отказались. Неинтересно. Ну, сам посуди, кто захочет делить свой игровой мир с кем-то еще?
– Ну, не знаю, – протянул Декстер. – Я бы, может, и попробовал. А что, может и прокатить, кстати….
– Шойс, – голос Донката зазвенел. – Нам с тобой еще второй бар открывать. Вы с Элечкой детей хотите, Соловей приехать должен скоро. Дел куча…. Шойс, поверь мне, нет таких игр. Нет, и не будет никогда. Запомни.
– Да? – с сомнением посмотрел на него сакс. – Ну, ладно. Хотя, я проверю….
– Элечка знает, что ты всех победил? – напомнил Степа.
– Точно, – воодушевился Декстер, послушно клюнув на привычный крючок. – Надо ей сказать. Порадуется.
– Угу, – поджал губы Донкат. – Если не выгонит тебя окончательно.
– Не, – расплылся в улыбке сакс. – Не выгонит. Она меня любит.
– Любила, – поправил его Степа. – Месяц назад. Когда ты пообещал «еще чуть-чуть, и все».
– Ты думаешь? – нахмурился Декстер.
– Еще как, – закивал Степа. – Ты завязывай с игрушками. Лучше проверь, что у тебя в «Вакууме».
– Точно, – Шойс, как большой медведь начал выбираться из игрового кресла. – Надо посмотреть наших.
Галактическая социальная сеть «Вакуум» была еще одной «игрушкой», на которую Шойс Декстер запал всеми силами своей увлекающейся души. Вообще-то капитан-коммандер наемников «Лунной Дороги», самого известного диверсионного подразделения Сакс-Союза, особой впечатлительностью не страдал, не по должности. Но иногда жесткая броня прожженного вояки давала трещины, из которых проглядывал неуемный мальчишка, донельзя странно смотрящийся на обветренном монголоидном лице Декстера, обильно украшенном разного рода пирсингом. Собственно, таких трещин Степа мог назвать всего три: общественное признание, боты и женщины. Вернее, Женщина. Элечка, Эльвира Семеновна Ассендорф, чопорная красавица, знакомая Степе еще по прежней работе в «ВМН». И вот ради этих трещин, особенно последней, Шойс был готов на многое, если не на все.
Но в последнее время к немногочисленным слабостям Шойса добавилась еще одна: мир виртуала. И если с игрушками был шанс, что Декстер наестся, то виртуально-социальная зараза под названием «Вакуум», похоже, имела все шансы надолго остаться в числе приоритетов сакса. Степа, который, собственно, и пытался представить «Вакуум» как альтернативу уникомповским играм, слишком поздно понял, какую засаду он себе готовит, но поделать уже ничего не мог. Шойс схватился за новую идею и тут же развил более чем бурную деятельность. Тщетно Донкат предупреждал его, что по всем психологическим выкладкам современный человек может поддерживать активный постоянный контакт не более чем с двумя сотнями индивидуумов. Шойс Декстер оказался уникумом. В течение первых же двух недель он набрал себе в ближний круг пятьсот человек, останавливаться не собирался, и еще жаловался, что не всех своих старых корешей нашел….
Что интересно, он умудрялся со всеми полноценно общаться. Помимо этого находя время для «Парада Монстров», управления баром и Элечки (хотя тут Степа, понятно, свечку не держал). Почта Декстеровского уникомпа уже разрывалась от количества валящихся почти каждую минуту сообщений, и Степа, который этой заразой переболел еще в юношестве, только снисходительно хмыкал, глядя, как Декстер пытается запихнуть в гала-трафик полный видеоролик со Дня Планеты, где Шойс на своем боте участвовал в торжественном параде. Но все же «Вакуум» забирал гораздо меньше времени, чем игры, поэтому Донкат пока с ним мирился. Тем более что иногда Шойс вытаскивал оттуда достаточно интересные идеи, пригождающиеся в бизнесе.
– Ха, злодеи, – оживился сакс, запустив программу и оценив количество пришедших писем. – Помнят еще Шойса Декстера.
– Тебя забудешь, – вздохнул Степа в широченную спину сакса, закрывающую собой экран на стене. Сам здоровенный, Декстер и вещи любил внушительные. Если кресло – так чтобы заряд из плазменника выдерживало. Если бот – так для поверхностного десантирования в составе штурм-группы. Вот и сигнал уникомпа Шойс предпочел не пускать на стеновое покрытие, как это было принято в домах, подобных этому, а выводить на огромный экран. Само полотно экрана, вмонтированное в стену, размерами больше напоминало еще одно панорамное окно дома на астероиде с той разницей, что показывало оно не только звезды.
Декстер, уткнувшийся в экран, забурчал что-то нечленораздельное, наговаривая ответные сообщения, а Степа откинулся на спинку кресла и потянулся за бутылкой своего любимого пива «Цефей VV». Полчаса у него было точно. Вот уж верно, пошли космоштурма за бутылкой – никогда одну не принесет.
Пить одному было скучно, и Степа решил развлечься:
– Шойс, – Донкат вывернул голову назад. – А почему ты себе экран поставил? По стене не лучше бы было пустить изображение?
Покрытие стен позволяло любому выведенному сигналу, хоть с уникомпа хоть с витранса, хоть с ком-центра, перемещаться вместе с хозяином по дому. Удобно. И эффект живого общения создается. Сам Степа, например, только так и разговаривал по гала-связи.
– А? – Декстер на секунду замер, выходя из своего «вакуумного» транса. – А, не, не буду. Я сначала так и сделал. Вроде, ничего получилось. До тех пор, пока я как-то раз под пивом не заснул и забыл выключить витранс. А по нему как раз шли «Звери Балджа». Помнишь их?
– Ага, – не так давно гремевший по галактике боевик-ужастик забыть было трудно. Снятый необычно, как будто глазами главного героя, он поражал количеством эффектов присутствия зрителя на экране. – Это там, где весь фильм как будто ты бегаешь от монстров, а они за тобой? И когда каждую секунду за твоей спиной кто-то дышит?
– Угу, – кивнул сакс. – Так вот, проснулся, соображаю плохо, а на меня из темноты, ночь ведь уже, кто-то лезет и зубами щелкает. Представляешь, да?
– Угу, – фыркнул Донкат, как будто воочию увидев эту картину. – Дом-то не разгерметизировал?
– Нет, к счастью, – свернул белозубой улыбкой Декстер. – Но очень хотелось, поверь. Я по бедру за плазменником – хлоп, а там ничего. А эта зверюга-то все ближе и ближе. Я по другому бедру, за импульсником – хлоп. Спросонья, да с пива ничего не соображаю. А слева тоже ничего. Нет импульсника. Что делать? Морда-то уже, вот она, рядом. Я от нее, она – за мной. Я бегом. А система-то настроена на сопровождение по дому….
Степа расхохотался, расплескав свое пиво. Декстер поддержал его мощным коротким рыком.
– Короче, не поверишь, минут пять я по дому бегал, – отсмеявшись, закончил он, – пытался спрятаться, и искал, куда я убээс с оружием дел. Не нашел, кстати. Так что с тех пор, я больше по стенам ничего не пускаю. А то вдруг еще чего-нибудь привидится….
– Ладно, охотник, – Донкат оттер пиво со штанов. – Ты когда закончишь со своим «Вакуумом» возиться? Сил уже нет тебя ждать. Это ведь зараза натуральная, она у тебя жизнь отбирает, неужели не понимаешь?
– А вот не скажи, – поднял толстый палец Декстер. – Там тоже жизнь. И еще какая. Ты знаешь, сколько я народа потерянного нашел? Там столько наших….
Сакс оживился, а Степа, наоборот, взгрустнул. Декстер и так был не дурак поведать о свершениях во времена давно минувшие, ну, когда и звезды были ярче, и штурм-крейсеры мощнее. А после обретения боевых товарищей, его и вовсе было не остановить.
– Шойс, без меня, – Донкат остановил разогнавшегося сакса движением руки. Он уже пожалел, что отвлек Декстера от виртуального общения с однополчанами. – Давай ты все закончишь, а потом мы все обсудим. А то, если помнишь, у нас сегодня еще дела есть.
– Ага, – на удивление, Декстер сегодня не стал грузить его никакими воспоминаниями, а покладисто повернулся и опять забубнил что-то в экран.
Правда, надо отдать ему должное, в этот раз он управился быстрее обычного. Степа только и успел допить бутылку, как Шойс удовлетворенно крякнул и хлопнул рукой по экрану уникомпа, заканчивая сеанс.
– Все, закончил, – он повернулся к Донкату. – Теперь я тебя слушаю. Считай, что я одно большое ухо.
– Слушай ты, большое ухо, – после пива захотелось покурить, и Степа полез за сигаретой. – Это я тебя должен слушать, а не ты меня. Помнишь, что у нас сегодня?
– А? – умно переспросил Декстер, по лицу которого было отчетливо понятно, что если он что-то и помнит, то никак не про сегодняшний вечер.
– Только не говори мне, что ты пригласил толпу народа в бар просто так, полюбоваться Изюбром, – закатил глаза Степа. – Генеральная репетиция сегодня, не помнишь?
– О! – взгляд Шойса приобрел осмысленное выражение, которое на глазах становилось отчаянным. – А сколько времени?
Он завертел головой в поисках часов. Как назло, ничего не попадалось.
– Не переживай, – махнул рукой Степа. – Я тут для чего, по-твоему? Стал бы я с тобой болтать попусту, если бы у нас времени не было. Минут сорок до старта у нас еще есть.
Он поставил на стол, массивный и огромный, как и все в доме Декстера, пустую бутылку и добавил.
– Как раз по чашке кофе успеем.
– Кофе после пива? – недоверчиво скривился Декстер.
– Нормально, – успокоил его Донкат. – Наливай, давай, жертва социальных сетей. А заодно расскажешь, чего новенького выковырял из «Вакуума».
– Кофе нам, – возвестил, задрав голову Декстер.
Со стороны могло показаться, что у сакса окончательно поехала крыша, но это если не знать, что Декстер не так давно поставил себе самую последнюю версию «вэмээновской» «Домосферы», программы «умного дома», берущей на себя все возможные и невозможные функции по уходу за большим сараем, в который Шойс периодически превращал свой особняк, расположенный в одном из самых фешенебельных секторов орбиты Изюбра. У Донката дом хотя и располагался тоже на астероиде, но все же был несколько поменьше и расположен с другом секторе. Однако, «Домосфера» тоже имелась. Правда не такая новая и с некоторыми недочетами в виде заблокированных функций, но все же «Домосфера».
И дом и «Домосфера» остались у него с тех не таких уж и давних пор, как он трудился в корпорации «ВМН» на скромной должности торгового представителя по ключевым клиентам. Тогда денег на шикарную жизнь не было а счастья хотелось. Вот и прикупил себе Степа дом на астероидном поселке в кредит, а «Домосферу» взял со склада, бракованную. Знакомые ребята из техдепартамента ее почистили, что было не починить, заблокировали, и в итоге Донкату досталась вполне себе приличная система, которая до сих пор более чем замечательно справлялась со всеми хозяйственными функциями.
Сейчас-то уже можно было бы и обновить, что дом, что систему, но все как-то руки не доходили.
– Кофе нам, – возвестил, задрав голову Декстер.
Справа раздалось легкое шуршание, возвещающее о прибытии сервировочного столика, и с потолка неожиданно поинтересовались:
– Кофе здесь будешь или в столовую пойдешь?
Если бы Степа сейчас глотал бы пиво, как пить дать, подавился бы. Он вытаращил глаза, в немом изумлении глядя на ухмыляющегося сакса.
– Что это, Шойс, – выдавил он себя, наконец. – Кто это?
Вопрос праздным не был. До сих пор голос мажордома у Декстера больше напоминал боцмана, отдающего приказы по системе корабельной громкой связи на штурм-крейсерах. Степа как-то раз, заночевав у Декстера после гулянки, имел неосторожность попросить разбудить себя пораньше. Утром он проклял и себя и Декстера и будильник, подпрыгнув от почти сержантского рева, приказывающего ему немедленно «Встать, солдат! Бегом в туалет, отправлять естественные надобности!». Как этот же будильник поднимал с кровати утром самого Декстера, а тем более Элечку, Степа даже представлять не хотел. А Шойс только потешался, глядя на все это безобразие.
Но теперь это все осталось в прошлом. Голос, который спрашивал про кофе, был… даже непонятно каким. Уже не мужской, но еще и не женский. Тонкий, почти сварливый, интонациями напоминающий недовольную жизнью тещу, он настолько не вязался с монументальным спокойствием дома Декстера и с самим ухмыляющимся саксом, что впору было подумать плохое.
– Кто это, Шойс? – Степа перевел взгляд на потешающегося хозяина.
– Нравится, да? – расплылся в улыбке тот.
– Нет, – помотал головой Донкат. – Не нравится.
– То-то, – удовлетворился Шойс, как будто Степа всю свою жизнь доказывал обратное. – Не узнаешь? Хотя, как ты его узнаешь, ты же у нас не космоштурм. На штурм-крейсерах не жил в казарменных блоках.
– И очень этим счастлив, – заверил его Донкат. – А причем тут «космоштурм»? У вас в космической пехоте у каждого солдата личная «Домосфера» стоит?
– Нет, не «Домосфера», но что-то вроде, – качнул головой сакс и опять задрал голову. – В столовой сооруди. Сейчас придем.
– Принесу, – сварливо отозвался голос и сбоку опять зашуршал сервировочный столик, укатывающийся в другую комнату.
– Это денщик, – сообщил Декстер, возвращаясь к разговору.
– Кто? – не понял Донкат.
– «Денщик», – пояснил сакс. – Личная бытовая программа на штурм-крейсерах, которая полагается каждому космоштурму. Проверка зарядки огневых батарей, контроль наполняемости воздушных баллонов наших любимых универсальных бронескафандров, то бишь убээсов, своевременная замена комплектов белья, восполнение сухого пайка, напоминалки про построения и все такое прочее. Помощник, короче.
– Хороший помощник, – Степа посмотрел на потолок. – С таким помощником мешатели без надобности. А чего он злой такой? Повежливее нельзя разговаривать? И вообще, откуда он взялся?
– Он не злой, – вступился за своего нового «мажордома» Декстер. – Он вредный. Его специально профессора по психологии из Сакс-Союза таким сделали, чтобы не расслаблялись бойцы в космической пехоте. Я, кстати, смеялся, когда узнал, что такая же точно штука есть в космоштурме РФМ. А когда ее услышал, вообще чуть не помер со смеху. Не поверишь, что там, что там: голос и интонации – один в один.
– Поверю, – скривился Степа. – Все вы во главе с Соловьем слегка того…. Хорошо еще, что меня в космоштурм не понесло.
– Тебя зато в ФАФ принесло, – передразнил его Декстер. – Не забыл свою должность?
– Я внештатный, – напомнил Степа. – И строем не хожу.
– Напрасно, кстати, – укорил его сакс. – Иногда очень, знаешь ли, помогает. Против тараканов в голове.
Этот разговор про непринадлежность к космоштурму и пацифистские воззрения Донката продолжался уже не первый год. Еще с того самого момента, как Сергей Петрович Соловей, тогда якобы «космоштурм в отставке», а ныне начальник техдепартамента Федерального Агентства Российской Федерации Миров по исследованию проблем Фотосферы (сокращенно ФАФ) выдернул Степана Донката из привычного теплого корпоративного мирка и отправил на Бойджер, тогда еще пребывавший в статусе одного из миров независимого Авангарда. Прихватив с собой (наверное, чтобы нескучно было, – ничем другим не объяснить) Декстера, державшего на Марции (головной планете слоя Сакс-Союза) яхт-клуб, Соловей вытряхнул их на Бойджер в компании одного известного по всей галактике профессора и его очаровательной ассистентки Селены Дмитриевны Коваль. Которая, кстати, ныне (после всех событий) пребывала в почти официальном статусе невесты господина Донката.
Правда, именно сейчас она была недоступна по причине экспедиции все с тем же профессором. Но Степа надеялся в скором времени это исправить. Причем, навсегда.
Тогда, на Бойджере, Соловей резко превратился в полковника Птаха, открестился от профессора с ассистенткой, и предоставил Степе с Декстером кувыркаться самим, занявшись своими секретными делами. Итогом их совместных кувырканий стало вхождение Бойджера в состав РФМ, ни много ни мало. А также дружба с Декстером, открытие одного из самых известных ночных клубов Изюбра и прочее-прочее. Но это в прошлом. А сейчас у них генеральная репетиция на носу….
– Ты не рассказал, откуда у тебя эта пакость, – напомнил Степа по «Денщика».
– Это не пакость, – насупился сакс. – Это мое прошлое.
– Грустное у тебя прошлое, – вздохнул Степа. – Но все равно, откуда оно взялось?
– А это Элечка, – гордо сообщил Декстер, как будто рассказывая об очередной медали. – Она постаралась. Чтобы, говорит, меня обратно к нормальной жизни вернуть. Так сказать, к корням.
– Довел человека, – укоризненно попенял Шойсу Донкат.
– Нет, правда, она так и сказала, – сакс поднялся и поманил за собой Степу. – Пошли, уже все готово.
Они поднялись и перешли в огромную столовую, где на длиннющем столе дымились две кружки с кофе. Вот тут Степины вкусы полностью совпадали со вкусами Шойса, оба любили пить кофе из больших кружек. Чтобы надолго хватало.
– Так вот, – Декстер с хлюпаньем пригубил горяченный напиток и полез за своей сигаретой. – «Денщика» мне Элечка лично поставила, – гордо сообщил он, прикуривая. – Представляешь, сама нашла где-то и поставила. Втихую. Я чуть натурально не обделался, когда мне в ответ на просьбу принести пива с потолка сообщили: «жопу подними и сам сходи». Да еще голосом моей молодости. Прикинь?
Донкат прикинул и чуть не расплескал от смеха кофе.
– И что ты Элечке на это сказал? – ехидно поинтересовался он.
– Я? – сакс грозно сдвинул на переносице смоляные брови. – Я ей, знаешь, что сказал, знаешь…?
Он не выдержал драматизма и расплылся в улыбке.
– Я ей сказал: «Любимая, спасибо тебе за то, что напомнила мне о днях моей юности. А когда мне можно будет повзрослеть? Снова».
– И что? – Степе стало до ужаса любопытно.
– Настоящая женщина, – гордо возвестил сакс. – Она сказала: «всех своих монстров победишь, тогда и выключишь». Так-то.
– Да уж, – Степа спрятал ухмылку. – И что, вот ты победил – теперь будешь перенастраивать?