скачать книгу бесплатно
Тем, что остался при дворе, доволен был итогом.
Была Шан-гуань Вань-эр автоматически включённой
В число всех, небольшое, императорских наложниц,
А красота её влияла на всех подчинённых,
Её ум, цепкий, был похож на резку острых ножниц.
А дар её в стихосложенье и искусстве, новом,
Привлёк к себе привязанность самой императрицы,
Та сделал её своим секретарём, дворцовым,
Ей голову склоняли государственные лица.
Её императрица никогда не прогоняла,
Когда любовнику Чан-чжуну телом отдавалась.
И Вань-эр за утехами царицы наблюдала,
Когда в любви та возбудить любовника пыталась.
Вань-эр же умной женщиной была, когда следила,
Как госпожа с любовником своим в постель ложится,
Но знала всё же, хоть Чан-чжуна красоту ценила,
Своё место, к удовлетворенью императрицы.
Поэтому подальше от него она держалась,
Хоть часто видела любовника в одежде, нижней,
И зачастую его голым станом любовалась,
Так как не мог он оставаться с нею неподвижным.
(из секретных докладов Чжан Цзи)
«Императрица У-хоу подарила принцессе тысячу кусочков ипериальной парчи, добавив: «Я слышал, что принцессы в древние времена часто были аморальны. Это связано с тем, что были допущены ошибки при выборе зятя императора, как и мужа принцессы Ли.(7) Я прикажу художнику нарисовать тело Чан-чжуна так, чтобы отныне оно могло служить моделью. И только те мужчины, которые соответствуют этой модели, могут быть предложены в качестве потенциального мужа принцессе. Тогда у пары может появиться шанс найти счастье и гармонию в их близких отношениях, и принцессы перестанут искать удовольствия на стороне». Принцесса, её служанки и сопровождающие лица все поклонились и прокричали: «Да здравствует императрица У-хоу»!
После этого её сыновья – император Чжун-цзун и император Жуй-цзун (8) последовали за императрицей У-хоу. В то время принцесса Аньле (9) была экстравагантной и легкомыссленой, но любовь между ней и ее мужем У Янь-сюй была довольно глубока. Поэтому она не имела на стороне юношей, тайных любовников. И всё это было благодаря стараниям императрицы У-хоу и ее рекомендациям, поэтому всем принцессам были даны превосходные мужья. Жена Чан-чжун была ужасной. Императрица У-хоу позвала ее в императорский дворец и присвоила ей титул «Госпожа Чун-жан первого ранга». Императрица У часто смеялась над ней, говоря: «Вы, наверное, по-настоящему культивировали себя, чтобы заслужить женитьбу на шестом сыне Лю-лана»! (10). Тогда среди простолюдинов была популярна поговорка: «Вы должны культивировать себя в течение одной жизни, чтобы получить хорошую внешность при следующем своё рождении, но вы должны культивировать себя в течение двух жизней, чтобы получить хороший пенис, чтобы с ним вновь родиться». Особенно это было важно для того, чтобы попасть «наложником» в гарем императрицы.
Императрица тут рабочим лучшим приказала
Чан-чжуну за городом резиденцию построить,
Так вымощены златом были комнаты и залы,
Распорядилась павильоны с жемчугом устроить.
Там были лестницы из мрамора меж этажами,
И разрисованные шторы в окнах с витражами,
Всех экзотических духов в покоях дымка слалась.
Когда роспись закончили, она ему отдалась.
Чан-чжун раз в спальне пил вино, испытывал сонливость,
Его смягчился секс, императрица с ним играла,
Зажала член своей рукой, того головка встала,
Она её слегка лизнула, проявив пытливость,
Потом плоть кожи натянула, чтоб головка скрылась,
В мгновенье орган встал сам в вертикальном положенье,
Член сделался большим, его головка вновь открылась,
Рука императрицы вниз спустилась со скольженьем.
Там корень мощным был, как арбалет с стрелой, взведённой,
И жёлудь был похож на хлопок, пухлый и мясистый,
Как свёрнутый клубок, имел цвет неопределённый,
Все жилки проступали с кровью там на коже, чистой.
Манипулируя Чан-чжуна органом, царица,
Который совершенно вдруг инертным оказался,
Так как слегка опал он, и затем не поднимался,
Желая возбудить его, самой же покориться,
С улыбкою, вздохнув, она любовнику сказала:
– «Вы потеряли ко мне, вижу, всякое хотенье.
Мне этого ещё от вас в сей жизни не хватало»!
От этих слов принцесса пришла в сильное волненье.
Её место интимное с бельём вдруг мокрым стало,
Рука её, не сознавая, на член приземлилась
Чан-чжуна и желание головке передала,
Царица, это видя, на принцессу разозлилась.
Ей златой ножик перочинный в волосы вонзила,
Когда её кровь брызнула она ей пригрозила:
– «Вы если к заповеднику приблизитесь с желаньем,
Моему, знайте, вашей смертью будет наказанье».
Зажала рану та, кровоточащую, руками,
Но прощена была благодаря просьбе Лю-лана,
И всё же шрам на лбу остался там, где была рана,
Носила головной убор, украшенный цветами.
(из секретных записей Чжан Цзи)
«Когда императрица произнесла: «Вы потеряли ко мне всякое желанье». Принцесса так возбудилось, что её нижнее бельё стало мокрым. Не понимая, что она делает, она протянула руку, чтобы потрогать пенис Чан-чжун. В ярости императрица У-хоу схватила золотой нож и воткнула его в высокую причёску волос принцессы, и сказала: «Если ты еще раз посмеешь дотронуться до моего любовника, я тебя убью!». Лю-лан с горечью умолял ее быть милосердной к принцессе и, наконец, императрица помиловала ее. Однако на лбу у неё остался шрам, и именно по этой причине, когда она была во дворце, то часто носила на голове украшения с золотыми инкрустациями».
Когда Цуй Цзин министром стал Палаты назначений,
Был молодым, талантливым, вниманье обратила
На его вид У Ван-эр и на встречу пригласила,
Он стал её объектом так любовных похождений.
Он знал, что до него был князь Лу-шэн в её постели,
До этого – Сан-си, но к ним она быстро остыла,
И их всех прогнала, как этого те не хотели,
Цуй Цзин спросил принцессу: «А что с ними не так было»?
Она ответила ему, внезапно рассмеявшись:
– «Князь Лу ел как-то груши, кожуру с них не очистив?
Так как он мог узнать вкус их, с собой не разобравшись,
Художник, чтоб нарисовать, вначале моет кисти.
И в нашем случае, на ощупь тонкая плоть слишком,
Чутьё нам говорит, какого выбирать мужчину
Нам нужно только то, что надо нам, а не с излишком,
Что сверх, то составляет отторжения причину.
Хоть наша Инь огромна, но пределы существуют,
Не избран, кожным сухожилием кто побеждает,
Лишь тот приятен нам, кто с осторожностью вступает,
Хорош тот, кто ласкает, а не долбит, не пасует.
Ты спросишь: «Почему Инь своё Ян в любви находит»?
Язык ведь тела человека не имеет кожи
Поэтому он знает вкус. На пятке кожа – тоже,
Но она толстая, так как по камням она ходит.
Когда уже в вагину мужской орган проникает,
То кожа и мембрана позади там остаётся.
И стержню проникать в неё не больно удаётся,
Она на стенках натирания не оставляет.
Возьмите нежные все части в этом совмещенье,
Они края и все углы легонько обтекают,
И проникающая нежность радость доставляет,
Таким должно быть меж любимыми соединенье.
Когда такого нет, не будет и слиянья тоже,
Процесс соития сам станет почти равнодушным,