Преломление

Преломление

Глава

На планетоиде Цекрит-XII могло произойти что угодно. Человечество не раз пыталось покорить этого странствующего по переменчивой орбите тело, изучить его, вгрызться в недра и познать. Но Цекрит-XII был загадкой и в первый прилёт, и спустя десятилетия. Геологические работы не рассказали ничего интересного, а местная «почва» - состоящая из одного материала, отдалённо напоминающего стекло - не представляла из себя ничего важного. Казалось бы, космическое тело состоит из сплошного стекла разного размера и плотности, и должен быть прозрачен, но через десяток сантиметров поверхность темнела, хоть в почве и не наблюдалось никаких примесей.

На Цекрите-XII не было жизни, не было атмосферы, только переменчивые песчаные ветра, барханы, каньоны и аномалии. На этом недружелюбном планетоиде и расположилась исследовательская группа Брон-Штейн-Восемь. Бросая вызов законам космоса и здравого смысла, группа БШ-8 следила за планетоидом и безучастно изучали его. Эта работа была непыльная (если только не проходила за стенами мобильной базы), но в любом аспекте скучная и утомительная. Команда имела множество различных реагентов и устройств, и у них не было ничего другого, что можно было изучить - только стеклянные песчаники Цекрита-XII.

- Семь, восемь, девять, де... - Артур остановил таймер и присмотрелся к аквариуму. - Мертва. Девять целых семь десятых секунды... Даже крошечные креветки вида Neocaridina davidi не смогли продержаться достаточно долго. Что же, по крайней мере, Гавайские суперкораллы чувствуют себя более-менее.

Артур подумал опустить руку в аквариум и достать тело креветки, но быстро передумал. Переливающаяся из угла в угол дистиллированная вода с осколками цекрития не останавливались ни на секунду. По неизвестной причине она циркулировала при отключённой системе имитации волн, и маленькие осколки начали разрезать тело беспозвоночного на куски.

- Тебе обязательно каждый раз убивать всё живое? Я, конечно, понимаю, ты биолог, но разве нельзя прийти к логическому выводу, что дышать острым стеклом биологически невозможно? - спросил Джаспер. Он был геофизиком и прямо сейчас держал несколько грамм цекрития в ручной плавильне, вырабатывая уникальный сплав с кремнием.

- Всё было бы проще, Джаспер, если бы не один момент - эволюция. Дома мы находили сотни видов, что выживали и приспосабливались к самой враждебной среде, и, быть может, сейчас кому-то посчастливится стать первым жителем флоры Цекрита-Двенадцать... - Джаспер отстранённо следил за клочками креветки, явно слушая вполуха своего коллегу. - Природа не делает стёкла, Джаспер.

- Делает, - поправил его Джаспер. - Почва, богатая кремнезёмом, при ударе молнии превращается в стекло. Ещё есть вулканические и метеоритные образования, но всё зависит именно от кремния. Да, оно не такое чистое, как сделанное нашими руками, но всё же есть!..

Джаспер посмотрел на завершившую рабочий цикл плавильню и вынул из неё безупречно прозрачный куб. Артур заметил, как через стеклянную конструкцию проходит едва заметная трещина. Джаспер слегка надавил, и куб раскололся.

- Облом... Цекритий не смешивается, а конструкции из него рассыпаются как песок!

- Мой косяк, коллега, - продолжил старую тему Артур. - Не стоило лезть в сферу, о которой я ничего не знаю.

- Не беспокойся, нам всем просто скучно. Мне только очень жалко всех зверушек, что погибли во имя науки.

Джаспер окинул комнату взглядом. Террариумы, аквариумы, клетки и печки были переполнены самыми различными образцами. И всё было уничтожено или захвачено цекритием. На секунду в его голове всплыли слова благодарности, что, хотя бы защитные костюмы могут уберечь людей от враждебного планетоида.

- Нам ещё предстоит много работы, Артур. Если я и представляю, что мои исследования ничего не дадут, ибо цекритий ни на что не реагирует, не имеет в себе инородных примесей, да и вовсе отказывается стать примесью. Приборы показывают, что его валентность непостоянна, а твои амбиции, коллега, унесут в могилу представителей тысячи живых видов!

- Не надо давить на больное, коллега! Моё прошение об очередной доставке свернули!.. В последний раз мне предоставили десяток инвазивных видов, несколько беспозвоночных и жуков с червями. Растения я благо могу выращивать, как и воду фильтровать, но заниматься размножением и скрещиванием животного мира? Уж простите, но превращать наши бедные квадраты в ферму я не намерен... Не пониманию какие результаты от нас ожидаются, но со связанными руками можно лишь на пузе ползать!

Джаспер и Артур решили сделать перерыв и навестить остальных коллег: Сашу и Сору. Артур безучастно запустил слив с фильтрацией воды из аквариума и пошёл вслед за Джаспером. Путь их пролегал через длинные и извилистые коридоры, как муравейник разделяющие мобильную базу. Освещение было стыдливо ярким, поскольку обнажало то, что было на стенах.

Записи. Пометки. Пометки и записи. Записи и пометки.

С пола до потолка стены покрывали клейкие листы с наскоро наброшенными идеями. Это были окна в прошлое, когда фантазия и идеи били ключом!.. И почти все они были перечёркнуты.

Дроблёный цекритий в роли уплотнителя, коралловые рифы из цекрития, термовата с цекритием, почва с цекритием, использование цекрития представителями животного мира, сплавы из цекрития, моноволокна из цекрития, стекло из цекрития, и многое другое. Цекритий был не просто своенравным минералом - он был жестоко бесполезным.

- Жаль, что затея с шимпанзе провалилась, - вспомнил Артур. – Они могли бы освоить простейшие режущие инструменты…

Геофизик промолчал, но скривился. Он помнил, как примату дали кусок инопланетного стекла. Она разрезала им всё подряд, и в какой-то момент осколки попали ей под кожу. Зуд вынудил несчастную чесаться, что привело к обильному кровотечению и смерти. Двое учёных шли дальше, и это воспоминание утонуло в коридоре стыда и несбывшихся надежд.

Джаспер и Артур свернули за угол и начали углубляться к Саше и её потугам использования цекрития в строительстве и эстетическом искусстве. Учёные всё время были в защитных костюмах, ибо знали, что цекритий легко распространился по станции и был вездесущ. Они какое-то время ещё были беспечны, но как только Сора порезался цекритием в душе, хотя заходил туда явно без него, уровень безопасности повысился многократно. Только в столовой они снимали свои облачения, и то вход в неё проходил через колоссальные меры безопасности. Если кому-то попадёт осколок в еду, то можно смело вписывать первого погибшего на станции учёного.

Через несколько минут ходьбы по станции они добрались до студии Саши. Девушка с ювелирным сосредоточием корпела над диорамой. Её студия была переполнена пылью от цекрития, множеством скульптур, картин, бюстов и фигур разных форм и размеров. Всякое творение блестело под ярким светом ламп, и с любого ракурса создавалось впечатление, что всё «стекает» вниз. В отличие от остальных учёных, Саша пришла с относительно современного направления Внеземной культурологии и инопланетной эстетики. Девушка много раз пыталась объяснить остальным главный смысл направления новой науки, что сейчас имеет также большой вес, как грамотно и красочно показать всё новое обычным обывателям и инвесторам. Легко могло показаться, что её работа самая плёвая, особенно для человека с богатой фантазией, но и тут цекритий был неумолим.

Девушка сидела в полном защитном комбинезоне, ибо удивительный цекритий при любой форме и в любом размере оставался бритвенно-острым. Сейчас она трудилась с эпоксидной смолой, и несколько неудачный поделок лежали в стороне. В другой же стороне студии на кушетке лежал инженер Сора, вертя в руке шар из цекрития и что-то проверяя в нём.

- Выглядит вполне красиво, - заметил Артур, переступив порог студии. До этого он видел, как Саша рисовала пейзажи планетоида, и теперь впервые лицезрел что-то новое. - Любопытный эффект перелива... Очень красиво!

Джаспер посмотрел на новые пейзажи, покрытые блестящей пылью из цекрития. Эффект блестящего перелива был заметен и здесь.

- Красиво!.. До поры до времени, - многозначительно приметила Саша. - Этот чёртов цекритий ни на что не годен!

Девушка спрыгнула со стула и принялась нервно расхаживать по студии, то и дело ругаясь и подходя к своим творениям.

- Нравится эффект текучести? Это чёртов минерал рассыпается на микропесок и развивается! - Девушка продемонстрировала насыпи песка из цекрития, и для большей демонстрации щелчком пальца обезглавила стеклянного голубя.

Но Саша продолжала негодовать, она ходила от скульптуры к скульптуре, пиная песочные насыпи.

- Робот-скалодробитель потратил сутки, чтобы выдробить кусок и привезти сюда. Я же начала его обтачивать, а он потёк! Я думала, что вопрос в освещении, вибрациях, температуре или отсутствии солнечного излучения, но нет! Снаружи моя змея ещё сильнее распалась! - Она прошла дальше, показывая картины, украшения и фигуры. - Краски с цекритием растекаются, малые скульптуры тоже осыпаются, в смоле любая фигура теряет форму, а любая бижутерия вообще опасна для жизни, как и не долговечна!

Девушка вскинула руки, думая, куда бы ещё выплеснуть своё негодование, но быстро передумала и вернулась на своё место.

- Я просто устала от этой бессмыслицы...

Сора в это время молча работал и кивал.

- Я вообще почти не занимаюсь своими исследованиями, а лишь чиню из раза в раз роботов, транспорт и обшивку станции, - высказался в добавок инженер. Последующее молчание было долгим и неловким. - То есть ни у кого из вас ничего не вышло?

Всеобщее молчание было самым понятным ответом.

- Помнится, наши коллеги с Тьота-Девять быстро обнаружили полную схожесть местности с земной, и просто отчитывались банальными и простыми результатами исследований, - с грустью сказал Артур. - И отдыхали все законтрактованные два года...

- Это та сама планета-курорт? - спросила Саша.

- Да, которая от коры до коры напоминает земные тропические пляжи. Флора и фауна оказались настолько землеподобной, что до сих пор бытует мнение, как какой-то олигарх купил строительство планеты.

- Что на данное время физически невозможно, - на всякий случай вставил Джаспер. - При строительстве достаточно крупных небесных тел нужно учитывать гравитационные поля других космических тел в системе, контролировать орбиту, и регулярно корректировать массу с...

Артур осторожно положил руку на плечо коллеге, и тот остановил начавшийся поток мыслей.

- А нам досталась скука на очередной планете-пустыре... - подытожил Артур.

- Если только мы «случайно» не потеряем половину состава... - в шутку заметил Сора, но никто даже не улыбнулся.

Воистину, Цекрит-XII был унылым и бездушным местом.

Коллеги разошлись. Сора пытался дальше работать, починив изрезанного робота и раздумывал, есть ли у его ещё силы на основную работу. В голове у него метался вопрос об укреплении всего вокруг пуленепробиваемым стеклом, чтобы цекритий не смог его критично повредить, ибо, как он понял, создать защиту на основе самого цекрития было бессмысленно. Укреплённый робот с эхолокацией мог легче заниматься ремонтом транспорта и внешней обшивки - каждый второй или третий шторм прорезал листы титановой стали и добирался до коммуникаций. Или будет решена проблема с Цекритом, или же Сора станет круглосуточным ремонтником...

Суточный рабочий день заканчивался, и, как всегда, не достигнув ничего стоящего, все члены группы БШ-8 разошлись.

Артур направился в свою комнату и наблюдал за цветными бликами от кружащего цекрития в воде, пока не уснул за созерцанием этой умиротворяющей картины. Другие аквариумы давно уже обесцветились под необычным влиянием цекрития, и осколки с уникальной синхронностью кружили в едином вихре замкнутых фигур.

Саша методично собирала и разбирала деревянные пазлы, к которым она могла прикоснуться голыми руками. Она собрала много сегментный додекаэдр, и только под конец заметила на фигуре следы крови. Проверив пальцы, она заметила на них порезы.

Джаспер продолжил заполнять личный дневник. Параллельно он смотрел на монитор, что транслировал изображение с наружной камеры. Устройство должно было регулярно демонстрировать местность, изменение ландшафта и течение цекритовых барханов, но минерал в розе ветров давно исцарапал линзу, и чёткое изображение превратилось в неразличимое месиво образов. Вот уже пять минут он следит за тем, как цекритий необычно закручивается в вихре. На земле вырастают двухметровые конструкции и мгновенно растворяются. Никто пока не спешил в полевые вылазки, но крошечное желание родилось в голове Джаспера.

Настала «оговорённая» ночь. Артур видел десятый сон, Джаспер уже лёг, Саша боролась с ноющей болью в пальцах, и только Сора был далёк от сна. Инженер обдумал маленькие перемены в своём графике: если он в день будет делать хотя бы один тест или проверку цекрития, то эта работа хоть и будет идти черепашьим ходом, но всё жене останется на месте... Сора положил кусок цекрития в стационарный анализатор и запустил проверку. Он уже смотрел на минерал через портативный аналог, но не поверил нетипичным показателям. Как и портативный, стационарный анализатор материи постоянно менял показатели, словно цекритий каждую секунду менял на молекулярном уровне свою структуру. Сора взял примеры десятка кремниевых пород, доведённых до кристаллизации, и убедился, что все они далеки от цекрития.

- К чёрту тебя! - выругался инженер и отправился спать.

Цекрит- XII не давал покоя ни бодрствующим, ни спящим. Несколько часов назад ещё бушевала буря, продолжая вносить мизерный, но верный, вклад в смятение научной станции. Вскоре, как Сора отправился спать, умеренный ветер с редко встречающимися крупными осколками сменился полным штилем. Барханы замерли на своих местах, высокие конструкции осыпались и растворились в земле. Автоматизированные ремонтники получили сигнал о безопасной обстановке и вернулись к своему вечному труду.

Время для роботов не значило ничего, но как только начал усиливаться ветер, грозящий разорвать в клочья автоматонов, те вернулись на стоянки, и учёные как раз поднимались с кроватей.

Добравшись до столовой и пройдя через воздушные камеры, что выдували всю пыль с костюмов, вся группа БШ-8 собралась за завтраком. Автоматизированный повар готовил приевшуюся всем баланду, не в силах получит разрешение и инструкции по приготовлению местных культур. Вся четвёрка сидела за одним столом, давилась безвкусной питательной жижей и собиралась силами пережить очередной день на планетоиде.

Баланда по вкусу ничего из себя не представляла, и была скорее дополнением к витающим вокруг запахам. В итоге всем приходилось есть кашицу, пропитанную потом, древесным лаком, запахом мокрой шерсти, земли и жжёного пластика.

- Мне нужно съездить на наружное наблюдение. Никто не хочет со мной? - неожиданно для всех спросил Джаспер. Все лишь с удивлением и лёгким испугом посмотрели на него. За всё их пребывание в четыре месяца никто не уходил «в поле». У них был один смотр с орбиты, показатели сквозного сканирования коры, несколько снимков и трёхмерная модель плоскости, и даже непродолжительный заезд по каньонам. Скульптуру змеи, что собрала Саша, она сделала за пару часов во время затяжного штиля. Произведение искусств было не дальше пары метров от исследовательского центра.

- На кой тебе? - удивился Артур. - Что ты там хочешь найти?

- Я видел монументы или... Какие-то небольшие столбы, что строились под силой вихрей.

- Столбы? - удивился и Сора. Сквозное сканирование не показывало ничего похожего, как и снимки с орбитальной съёмкой... Подобное мы бы давно обнаружили.

- Да и к тому же ты говорил, что цекритий не обладает магнитными свойствами. И я знаю, что хоть песчаники и есть на планетоиде, но любая другая конструкция крайне неустойчива, - добавила Саша.

- Я знаю. Я всё это знаю. Только не вынуждайте меня вас упрашивать! Я просто хочу выехать и осмотреться...

- Метеориты никакие не падали, - добавил Сора, - сейсмоскопы молчат.

- Я не о том! Я видел их. Они сформировались на камере и развеялись. Я хочу удостовериться, что больше нигде их нет.

Долго никто не давал ответа. Неловкое молчание затянулось, но ответ всё же пришёл.

- Ладно, я поеду, - ответил Артур, - делать всё равно нечего... Думаю, без мужской помощи тут не обойтись.

- Хочешь сказать, я не смогу в этом участвовать? - с лёгкой агрессией удивилась Саша.

- А ты хочешь?

- Нет...

Джаспер лишь улыбнулся. Одному путешествовать по неизвестным планетам было нежелательно, да и скучно...

Геофизик думал взять простенький двухместный вездеход Койот, проехать экватор, заглянуть в пару тупиковых мест, и вернуться назад. Он не знал, во что верить и на что надеяться, поэтому не делал ни первое, ни второе. Вдвоём с Артуром они снарядились, прихватили оборудование с припасами и вышли наружу.

Цекрит-XII спал, по крайней мере так говорили друг другу учёные. Джаспер с Сорой ещё пытались вначале изучить поведение штормов, чтоб их можно было предсказывать, но они были такими же непостоянными, как и всё вокруг, и всякие попытки систематизации прекратились. Учёные выкатили Койота из гаража и составили маршрут, предварительно уведомив оставшихся коллег. Вся работа должна была занять два часа, но Артур верил, что его другу хватил получаса.

Койот был старой модели первых колониальных перелётов между звёздными системами. Его уникальная, гибкая конструкция позволяла подстраивать и модифицировать транспорт в любых условиях. Вездеход использовался во всех сферах, как законных, так и наоборот. Вездеход был таким же популярным, незаменимым и верным, как обычный велосипед на Земле многие века назад. Умение управлять этим транспортом было обязательно для каждого космического оперативника.

Когда Артур и Джаспер поехали, начал подниматься ветер. Осколки цекрития парили вокруг двух людей и нещадно бились о костюмы.

- Как думаешь, с ними всё будет хорошо? - спросила Саша. Девушка пробовала не меняя форму цекрития сделать инсталляцию, использующую отражения направленных лучей.

- Нет, - резко и сухо ответил Сора. Девушка замерла, испуганно посмотрев на коллегу. Сора внимательно рассматривал маршрут Койота и показатели внешних датчиков. - Ветер усиливается, и есть вероятность, что Дэвис-сам и Майер-сам или заблудятся, или сломают машину...

Судя по интонации Соры, Саша решила, что он или ожидал этого развития событий, или не был взволнован ни на каплю.

- Может помочь им? - спросила девушка.

- Нет... Пускай сами возвращаются. Дэвис-сам должен понимать, что Цекрит-Двенадцать нам не рад.

Цекрит- XII был им не рад. Не прошло и получаса, как погода сильно испортилась. Видимость снизилась, а летящие всюду осколки превратились в непрекращающееся марево. Из-за фонарей Койота возникал эффект стробоскопа. Лучи света плясами всюду, то скрывая окружение, то снова показывая. Джаспер за рулём свесил ноги и частично прикрывал ими подвеску.

- Джас, может, назад вернёмся? Буря солидная начинается! - пытался уговорить коллегу Артур, говоря с ним по встроенному в костюмах коммуникатору.

- Поздно уже! - с лёгким раздражением ответил Джаспер. Он и сам был не рад тому, как быстро и легко испортилась погода. Если где-то на планетоиде и могли остаться таинственные столбы, то теперь их смело... Но могли появиться и новые. - Мы всё равно уже отъехали далеко, да и ты прекрасно знаешь, что погода может успокоиться через минуту другую.

- Или дуть несколько дней! - вернул Артур. - Мы машину сломаем и застрянем!

Пока они говорили, осколки цекрития в воздухе барабанили по шлемам. Была большая удача, что всё же нашёлся материал, способный противостоять острому минералу достаточно долго и надёжно, хоть и редкий, дорогой, и требующий особого ухода. Сора говорил, что их костюмы могут выдержать до двадцати часов под мощной бурей Цекрита- XII. Артур нервно вздрагивал при каждом неожиданном ударе, пока Джаспер целеустремлённо следил за дорогой. Геофизик воспринимал удары Цекрита как дождь... Стеклянный и острый дождь...

- Артур... - начал Джаспер. В его голосе ощущалось то, как он находился на грани отчаяния, и у него появился единственный шанс что-то исправить. - Одна вылазка. У нас может появиться хоть что-то с этого куска скалы, и наше пребывание здесь не будет напрасным! Если поворачивать обратно, то откроем задние подвески и точно сломаем машину...

- Так езжай задом!

- Нет! Я не отступлюсь! Если хочешь, возвращайся - за полтора часа дойдёшь.

- Ты рискуешь всем! - не унимался Артур, но не согласившийся покинуть коллегу.

- Пока я рискую только собой и Койотом.

Закончив, Джаспер остановил машину. Он не увидел что-то важное, и не заметил поломки вездехода. Ему просто стало не по себе.

- Что случилось? Койот?

- Я...

- Что прости?

- Ты что-нибудь слышал про планету Астепкор?

- Планета в океанической системе Рахма?

- Да... Единственная обитаемая из пяти планет. Я так понимаю, ты слышал о ней...

- Говорят, что именно после неё все станции перешли на независимую работу... Это был сущий кошмар: дорогостоящие потери для экспедиций, много погибших. Там была какая-то гравитационная буря?

Джаспер молча кивнул. Цекрит продолжал бушевать вокруг, никак уже не беспокоя двух людей.

- Геофизик, что там работал, получил срок по возведению опорной конструкции, чтоб база на планете была стабильной и не плавала. Было проведено эхо сканирование дна, найдена устойчивая и высокая точка. Работа занимала много времени и была тяжёлая... Хотели провести анализ почвы, но местная живность была крайне агрессивна. Когда опоры почти достроились, и нужно было задумываться про платформу, его порвало.

- Его?

- Пузырь. Оказалось, это был затвердевший илистый пузырь, который образовался за счёт древнего подземного извержения. Балки, проникли в щель между плит, пролетели тысячи километров и, похоже, дестабилизировали ядро.

- А такое возможно?

- Всё возможно. Это хоть был и не первый океаноид, но мы слабо смогли изучить структуру таких планет. Никто не удивился, когда всему пришёл конец, но все были напуганы. Начались мощные, ужасные шторма. Компания пыталась эвакуировать людей, но корабли попадали в гравитационный штопор и падали вниз. Через несколько месяцев что-то случилось, возможно, это было нарушение динамики жидкого внешнего ядра, но планета просто умерла...