Владимир Разуваев.

Информационная война



скачать книгу бесплатно

«Они боятся, что Трамп оставит их на растерзание Москвы». Вообще-то правительство Украины столько сделало для того, чтобы этот страшный сон действительно сбылся, поддерживая во время предвыборной кампании Клинтон, что я не удивлюсь, что оно действительно могло опасаться нового президента США. Другой вопрос, как мог конгрессмен США подумать, что Россия собиралась «растерзать» нищую и находящуюся в явном упадке Украину. Вопрос «зачем?», видимо не приходил в голову американскому конгрессмену.

Чешский политолог Оскар Крейчи недавно сказал, что нет такой глупости, которую мейнстримовские СМИ не готовы были бы повторять до омерзения, если она хотя бы похожа на антироссийскую или антикитайскую.1010
  Prvn? zpr?vy.cz, 20.02.2017.


[Закрыть]

Пойдем дальше. Парламентарий пишет: в феврале 2014 года под снайперским огнем в Киеве трагически погибли 100 протестующих. Забудем о различных версиях этого расстрела. Однако почему он не написал, сколько там погибло омоновцев? Самый элементарный вопрос. Типичное состояние американской прессы в годы информационной войны. Лет тридцать назад любой редактор из любой захолустной газеты заставил бы конгрессмена вписать эти данные в свою статью. Но те времена, к сожалению, уже прошли.

Следующий абзац: протесты завершились победой народа Украины. Наверное, первопричиной стали не протесты, а трусость Януковича, но это частность. Важнее другое: а почему это была победа народа Украины, а не тысяч протестующих, собравшихся на Майдане? Мне не приходилось слышать о каком-то референдуме на Украине, посвященном смене власти в этой стране.

Этот же абзац. Экс-президент Виктор Янукович не «сбежал в Россию» во время вооруженного переворота. Москва была вынуждена его эвакуировать, поскольку за его жизнью охотились. Вообще-то это хорошо известно и не оспаривается никем.

Опять тот же абзац. Автор гордо сообщает, что он приехал в Киев как член Комитета по разведке Палаты представителей. Давайте это запомним. Следующее предложение – режим Януковича действовал не в одиночку, когда жестоко напал на своих граждан, которые вышли протестовать.

Итак, осведомленный представитель (все-таки член Комитета по разведке Палаты представителей Конгресса США) заявляет о том, что Россия (это явствует из следующего предложения, к которому мы еще обратимся) оказала помощь Януковичу, когда тот жестоко напал на своих сограждан. Как действует Россия, когда она действительно приходит кому-то на помощь, мы знаем из опыта сецессии Крыма и сирийских операций. Как ни странно, человек, вроде бы получающий информацию от американской разведки, не учитывает это обстоятельство. Как не учитывает и то, что никаких свидетельств присутствия России во время тех кошмарных событий в феврале 2014 года в Киеве попросту не существует.

Доказательства? Да только одно: если бы эти свидетельства были, то они давно уже были бы обнародованы.

В рамках той самой информационной войны, о которой мы сейчас говорим. Причем эти доказательства были бы даже преувеличены. Особенно со стороны того же Киева и Вашингтона.

Давайте на этом остановимся в случае анализа этой статьи. Общий итог выглядит, с моей точки зрения, следующим образом. Либо американская разведка никуда не годится, либо она не сообщает Конгрессу все свои данные. Можно, конечно, предположить, что у Куигли есть определенные проблемы, но мне даже страшно предположить, что член Комитета по разведке Палаты представителей их имеет. Поэтому давайте на этом остановимся.

А теперь о некоторых тезисах моей книги. Я убежден, что информационная война против России будет продолжаться и в дальнейшем. Никакие былые надежды российских оптимистов на нового президента Соединенных Штатов на ней не скажутся. Запад достаточно многолик, он будет продолжать прежнюю линию. А потому в течение обозримого периода времени мы и весь мир будем находиться в прежнем состоянии. Если бы я надеялся на скорые перемены, то не стал бы работать над этим материалом.

Я также убежден, что времена меняются (я впоследствии еще неоднократно вернусь к этому утверждению). И что именно это обстоятельство будет подталкивать развитие информационной войны. Просто потому, что это выгодно тем, кто ее проводит.

Прежде всего я хочу доказать, что как раз эта эволюция мира вызывает откровенное сопротивление тех, кому она не выгодна. Они хотят вернуть ситуацию назад, хотя бы на десять лет назад. Для этого есть разные причины. Желание вернуть психологическое спокойствие, утерянное из-за проходящих сейчас радикальных изменений, финансовые потери традиционных СМИ, нарастающее идеологическое противоречие в том блоке, который мы все зовет «Западом», откровенные провалы в оценке происходящего, вызванные излишним самолюбованием.

Немецкий дипломат Вольфганг Ишингер в интервью германскому журналу Stern в январе 2017 года подтвердил, что Запад как идея находится в серьезном кризисе идентичности. Полвека Европа могла исходить из того, что Соединенные Штаты будут представлять собой западную модель, однако со вступлением в должность Трампа США больше вроде бы не хотят играть эту направляющую политико-моральную роль.1111
  Stern, 22.01.2017


[Закрыть]

На мой взгляд, речь идет прежде всего об инстинктивном желании ведущих политических кругов на Западе и близкой к ним прессе обернуть историю вспять и снова чувствовать себя спокойно. Несмотря на то, что мир изменился и продолжает меняться. Если говорить о политике, то это главным образом страх перед угрозой, которая возникла перед либеральным миром, который считал себя единовластным. Если речь заходит об экономике, то здесь нарастают противоречия между растущими Соединенными Штатами и резко отстающей Европой. В последней также сейчас возобновлена концепция разных скоростей различных членов ЕС. А между Западом и остальным миром возникает угроза растущего Китая. Угроза, которая пока ограничивается сферой экономики, но скоро может возникнуть и в военной сфере, не говоря уже о политической. Если говорить о последней, то грешно упускать из виду то обстоятельство, что традиционно осторожно голосовавший по спорным проблемам в Совете Безопасности ООН Пекин в последнее время начал прибегать к своему праву вето. Причем делал это синхронно с Москвой. Что, разумеется, вызывает откровенное недовольство Запада и его либеральных СМИ.

И еще раз к вопросу о том, почему сложилось нынешнее положение. Чисто психологический аспект. Аске Хеннелунд Нильсен в датском Information в декабре 2016 года1212
  Tageszeirung, 12.12.2016


[Закрыть]
пишет, что жители западных стран испытывают определенную ностальгию по временам холодной войны, которая в определенной степени была проще, чем современные конфликты. Тогда было больше страха и относительно много социальной стабильности. В этом поразительная тяга к новой холодной войне. Хотя эта тяга и является иррациональной.

Если хотя бы немного проанализировать эту идею, то получится следующее. Нынешняя информационная война против России отчасти является причиной недовольства бурно меняющимся временем. Население западных стран, как, впрочем, и других государств, привыкло жить по инерции. Ему некомфортно, когда все изменяется слишком быстро. Плюс к этому добавляется то обстоятельство, что раньше было больше социальной стабильности. А это обстоятельство увеличивает тягу к новому информационному противостоянию с любым противником, а тем более с Россией.

С последним тезисом я не совсем согласен, хотя у меня и нет данных соответствующих социологических опросов. Я не думаю, что большинство населения западных стран хорошо помнит то, что было до распада Советского Союза. Просто с момента этого события выросло по крайней мере одно поколение. Точнее – полтора. Со всеми вытекающими отсюда для памяти последствиями. А вот раздражающее влияние на общественное мнение слишком быстрых изменений – это факт. И гораздо проще решить, что во всем виновата Россия, чем задуматься о подлинной причине этого раздражения.

И только не надо думать, как это принято на настоящий момент на Западе, что главной причиной информационной войны против России является сецессия Крыма. На деле достаточно просто посмотреть архивы западных СМИ, чтобы выяснить, что недовольство нашей страной существовало и до этого события. Другое дело, что оно не выражалось так бурно. Просто все некогда было так ясно и понятно: «конец истории», мы победили, Россия навсегда в упадке, будем и дальше жить так же хорошо. А тут где-то в конце прошлого десятилетия выяснилось, что все неверно. Либеральный мир начал подавать признаки деградации. Россия продемонстрировала свою военную силу, пусть и сделала это недостаточно удачно. Появились первые знаки обострения ситуации на Западе. И первые сомнения в том, что «мы» победили. А в такой ситуации гораздо проще попытаться найти внешнего врага, который во всем виноват.

Еще один тезис. Уже о том, почему Запад оказался в такой ситуации. Я действительно считаю, причем давно, что в последние десятилетия у него появились серьезнейшие проблемы с экспертными оценками. Эту точку зрения разделяет и директор стратегической консалтинговой компании Planeting Алексис Феертшак, который сообщил в декабре 2016 года Le Figaro1313
  Le Figaro, 8.12.2016


[Закрыть]
, что у Запада и, в частности, у Франции есть большая проблема с экспертами и обозревателями, которые смотрят на мир через упрощенческую черно-белую призму. Они делают ошибки, например, по поводу Сирии «из-за нежелания выйти из зоны интеллектуального комфорта». И добавил, что на экспертах лежит большая ответственность за сохранение хаоса и насилия в этой стране.

Можно констатировать, что западная элита и средства массовой информации, которые ее обслуживали и обслуживают, оказались совершенно не готовы к проявившимся изменениям в миропорядке. Здесь сначала следует подчеркнуть, что они оказались не в состоянии уловить эти перемены на ранней их стадии. Или спрогнозировать их заблаговременно. Но они продемонстрировали и свою неготовность принять то, что уже произошло. Отсюда, во многом, резкая реакция на происходящее, в том числе на то, что связано с Россией.

Проблема еще и в том, что именно оказалось совершенно неожиданным. Западная элита сначала спрогнозировала постепенно разрушение России, но этого не произошло. Затем после сецессии Крыма была сделана ставка на экономические и финансовые санкции. Однако эффект от них оказался временным, и российская экономика снова устояла. В результате к концу 2016 года после успеха России в Сирии и избрания Дональда Трампа, СМИ оказались в шоке. Вслед за элитой, которую обслуживали.

Все устоявшиеся мнения о том, что Москва стала непредсказуемой, мне кажутся вытекающими из этого провала в собственной аналитике, который, как мне кажется, втайне признается сейчас и в руководящих кругах западных государств. С моей точки зрения, Россия после вооруженного переворота в Киеве в 2014 году была поставлена в положение, когда ее действия легко просчитывались просто потому, что были вынужденными. Сецессия Крыма? Неужели было непонятно, что в Севастополе никогда не появится военная база США? События в Донбассе? Неужели было непонятно, что Россия при любом правительстве никогда не допустит того, чтобы Украина стала членом НАТО?

Здесь проблема не столько в России, сколько в резко снизившейся способности Запада анализировать. Он провалился во время решения поддержать арабскую весну и до сих пор несет бремя своих ошибок. Он провалился и по поводу оценки потенциала России. Проще всего, конечно, сваливать последствия своих неудач на Москву, что и делается сейчас в ходе информационной войны.

Проблема Запада, как мне кажется, состоит в том, что он в основной массе своего общества очень хочет сохранить прежний статус-кво, который уже давно испарился. А потому закрывает глаза на реальное положение дел сегодня.

Другая проблема для Запада (и для России) во многом в том, что у первого сейчас нет первоклассных специалистов, которые могли бы предсказать и объяснить действия Москвы. Вот характерная и очень интересная статья из The Times.1414
  The Times, 2.03.2017


[Закрыть]
Я вынужден остановиться на ней подробно. Оказывается, после окончания холодной войны британское министерство иностранных дел утратило компетентность в направлении, связанном с Россией. Это – точка зрения британских парламентариев. Сейчас в этом министерстве в двадцать раз меньше специалистов по России. Экономия вполне объяснима – наша страна была повержена, как казалось еще недавно, так что нечего было тратиться на ее изучение. Такая же логика была и в Соединенных Штатах.

Всем постсоветским пространством, за исключением Прибалтики, в британском министерстве иностранных дел занимаются пять или шесть аналитиков. Стоит ли удивляться, что решения Кремля кажутся Лондону непредсказуемыми? Наверное, нет. В министерстве обороны Великобритании на изучении России отряжен только один человек. Это после двух десятков аналитиков, которые были прежде. Довольно пикантно для Великобритании, что в ее министерстве иностранных дел только 27 процентов должностей, которые требуют знания русского языка, заняты теми, кто владеет им на необходимом уровне.

Один короткий пример. Безусловно, что правы на Западе те, кто считает, что российское историческое наследие с его постоянными иностранными вторжениями пробуждает у Москвы ощущение повышенной опасности.1515
  Le Monde, 8.03.2017


[Закрыть]
Да, у нашей страны время от времени появляется комплекс осажденной крепости. Отрицать это глупо. Но также глупо отрицать то, что те, кто создают этот комплекс, делают правильный выбор. Это я опять о катастрофических провалах в западной аналитике. У России есть собственная историческая логика, и те, кто этого не учитывают, совершают серьезнейшую ошибку. Но кто это на Западе признает? Единицы. Причем единицы, которые давно уже не находятся на государственной службе и имеют мало шансов высказать свое мнение в мейнстримовских СМИ.

Честно говоря, в информационных войнах дело даже не в том, какой является российская политика, а в том, какой ее воспринимают. Особенно США. Пока ситуация обстоит так, что европейские члены НАТО послушно придерживаются мнения своего старшего партнера.

Почти общий тезис западных СМИ: Россия пытается нанести удар по западной демократии.1616
  См., например, Le Figaro, 15.12.2016


[Закрыть]
В качестве примера приводится недоказанное нападение российских хакеров на процесс президентских выборов в США в 2016 году. На всякий случай хочется напомнить, что первое зафиксированное вмешательство ЦРУ в выборы за рубежом случилось в Италии в 1948 году. Оно было успешным, несмотря на то, что это ведомство было создано всего за несколько месяцев до того. Далее была Франция и множество других стран. Все это продолжается до сих пор. Мировая политика сама диктует свои законы. Иногда – жесткие, даже жестокие.

Другой вопрос: а Соединенные Штаты и их союзники не пытаются изменить государственный строй в России? Я прошу меня быть правильно понятым: я, как бывший дипломат, вовсе не собираюсь тем самым признавать что-то, о чем я не знаю. Однако прекрасно в курсе, что еще в начале 1990-х годов различные структуры (мне известно только о частных) Соединенных Штатов вели активную работу по поддержке своих сторонников в России. Насколько я могу понять, та же ситуация сохранилась и в настоящее время. Впрочем, я могу ошибаться и признаю за собой это право.

Есть еще одна сторона проблемы. При принятии любого важного решения необходимо, чтобы оно основывалось на тщательном анализе имеющихся реалий, а не на идеологических убеждениях. А между тем, идеологические (а не информационные) расхождения между Западом и Россией все время углубляются, и у Москвы появляется все больше союзников среди западного политического спектра. Это обстоятельство вызывает раздражение. Впрочем, об этой черте современного мира – как-нибудь в другой раз.

Еще один мой тезис состоит в том, что традиционные западные СМИ испытывают все большее раздражение по поводу того, что они теряют свой прежний статус. Во-первых, им все больше не доверяют. Скажем, доверие американцев к своим мейнстримовским СМИ опустилось до исторического минимума. Это катастрофа. В октябре 2016 года исследовательский центр Pew провел социологический опрос, согласно результатам которого 61 процент населения либо не доверяет, либо не очень доверяют американским новостным СМИ. Только пять процентов населения им «полностью доверяют». Мне лично кажется, что эта тенденция имеет место и в России. Это я опять к тому, что мир меняется. Ари Флейшер писал в The Wall Street Journal в декабре 2016 года, что центральные СМИ должны играть свою роль, как и другие издания. Однако «когда пресса слишком либеральна или несправедлива, СМИ подвергают опасности все то, чем они занимаются».1717
  The Wall Street Journal, 28.11.2016


[Закрыть]
Он же подчеркнул, что «ведущие средства массовой информации утратили доверие американского народа». Рено Жирар в Le Figaro от 6 декабря 2016 года отметил, что влияние крупных международных СМИ на международные отношения стали чрезвычайно слабыми. Пресса уже не может больше менять стратегическое равновесие как прежде в Косово, Ираке и Ливии.1818
  Le Figaro, 5.12.2016


[Закрыть]

Однако традиционная западная пресса не готова это принять. Ситуация вызывает у нее раздражение. А когда ты в чем-то ошибся или виновен, то проще всего списать свои недоразумения на внешнюю силу. Очень часто в качестве таковой выступает Россия. В том числе RT и Sputnik. Впрочем, об этом подробнее несколько дальше.

Однако дело не только в том, что мейнстримовские западные СМИ находятся перед проблемой потери доверия аудитории. Еще одна проблема состоит в том, что из-за этого факта они теряют деньги. В частности, на рекламе. Как ни странно, результат, с точки зрения западной прессы, опять же оказывается прежним: во всем виновата Россия. Тут мне поневоле вспоминается классическая фраза Бориса Ельцина: «Во всем виноват Чубайс».

Суть следующего тезиса состоит в том, что западные традиционные СМИ готовы сделать все, для того, чтобы вернуть прежнее монопольное положение на рынке информационных услуг. Их многое раздражает в меняющейся ситуации. Россия не находится в перечне на первом месте. Главное – это потеря власти и денег. Однако вполне естественное раздражение от этого оказывается направленным на Россию. И потому именно ей больше всего достается.

Здесь, конечно, надо бы добавить, что в основном своем большинстве теряющие влияние и деньги западные мейнстримовские СМИ являются либеральными, однако об этом столько писалось в соответствующей прессе, что я не рискну касаться этой темы, не боясь упреков в плагиате.

Еще одно замечание, которое, наверное, следует сделать, сводится к тому, что по всем признакам, в либеральных западных СМИ в настоящее время введена негласная цензура. Во всяком случае, когда речь идет о России. Только не говорите мне о том, что цензура бывает только формальной. Я достаточно много лет проработал в прессе, причем либеральной, чтобы понять и запомнить, что никакого формализма в данном случае быть не может. И – безусловно – никаких взаимных договоренностей. Просто стороны прекрасно понимают друг друга без слов. И делают общее дело.

Не верите? Напрасно. Именно так было в советской прессе во время перестройки. И почти наверняка именно так все происходит и в американской и европейской прессе. Никаких формальных договоренностей. Никакой формальной цензуры. Просто тех, кто пробует выйти за ее пределы, увольняют.

Доказательства? Только косвенные. А может быть, и прямые. Почему в мейнстримовских изданиях буквально приветствуется определение «подлая» в отношении политики России, но никогда не бывает термина «достойная»? А ведь если исходить из того, что СМИ являются нейтральными, то надо представить обе точки зрения. Почему существуют принципиально разные отражения того, что происходило в Алеппо и в Мосуле? Поток беженцев из этих городов был одинаково силен. Поэтому не говорите мне ничего по поводу отсутствия цензуры в западных СМИ. Она есть, но только негласная.

Социальные сети превратились в инструмент пропаганды и контрпропаганды, а затем снова пропаганды и контрпропаганды. Один из примеров этого – семилетняя Бана аль-Абед, которая показывала последствия наступления сирийской армии на Алеппо в своем аккаунте. Две сотни тысяч подписчиков были в ужасе от рассказов о лишениях, бомбежках, голоде и нехватке питьевой воды. Все они сочувствовали жителям восточной части Алеппо и негодовали по поводу варварского поведения сирийцев и русских. Естественно, последние оказались во всем виноваты. Особенно после того, как Sputnik выразил сомнение, что девочка семи лет смогла не только сформулировать продуманную позицию, но и в совершенстве выучить английский язык. Потом об этом написал Оливье Перрен в Le Temps.1919
  Le Temps, 6.12.2016


[Закрыть]
К его профессиональной чести, он высказал по крайней мере две противоположные позиции, которые могли существовать в отношении этой ситуации.

Видимо, одна из причин сложившейся ситуации со СМИ состоит в том, что они оказались психологически не готовы к быстрым изменениям в мире и появлению тех же самых социальных сетей. Пример с Бана аль-Абед это демонстрирует довольно-таки четко. Модель распространения информации по этому вопросу оказалась следующей. Маленькая семилетняя сирийская девочка публикует в интернете свои сообщения об ужасных последствиях действий сирийских и российских войск в Алеппо. Затем западные СМИ активно все это тиражируют. Вопросов у них к автору нет. Они появляются только у агентства Sputnik. И только у Перрена возникает некоторое сомнение.

Однако отличный английский язык у семилетней девочки, которая не является его носителем, действительно приводит к некоторым сомнениям.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4