Владимир Поселягин.

Аномалия. Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт (сборник)



скачать книгу бесплатно

– Товарищ старшина! – Из-за секретности все бойцы вокруг склада и в окрестностях – поболее батальона – величали его старшиной. Согласно форме, в которую он был одет.

– Аномалия, она снова проявилась!

Резко обернувшись, полковник увидел колыхающийся овал, в который просунулась окровавленная рука.

– К бою, укрыться! – немедленно закричал он, уходя в сторону перекатом и одновременно выхватывая из кобуры наган. Рядом на земляной пол плюхнулся Гоголев, не боясь запачкать свою чистую форму.

Со всех сторон залязгали затворы. Неподалеку, положив ствол «дегтярева» на одну из полок ближайшего стеллажа, стоял пулеметчик, направив дуло на Аномалию.


– Сперва нужно осмотреться, – сказал я, повернувшись к старшему группы осназа майору Синцову.

– Хорошо, идите спокойно, если что, мы рядом, – ответил он, и не успел я глазом моргнуть, как восьмерка бойцов растворилась в лесу. Покрутив головой в попытке их обнаружить, я не без восхищения сказал оставшимся со мной трем парням из Отдела:

– Однако!

– Пора идти, – напомнил старший из них, Олег.

Олег Карпов, насколько я знал, был из летчиков и, судя по ожогам на руках, то, что он горел в истребителе, воюя в Испании, было правдой. Его основная задача – все, что связано с авиацией. Те немногочисленные принесенные фильмы и мои неполные рассказы не смогли прояснить некоторые моменты. Вот поэтому и был отправлен майор Карпов.

Вторым был Юра Гоголев, младший брат генерала. Попал он не по протекции, как я думал сначала, а из-за того, что являлся действительно уникумом, причем в прямом смысле этого слова. Все, что я знал о компах, я ему выложил и научил работать на ноуте. Так, за трехчасовой урок Юрий освоил тачпад и клавиатуру лучше меня. А послушав рассказы о всемирной паутине Интернета, он просто загорелся желанием побыстрее сесть у монитора.

Третий, тезка Карпова, Олег Данилец был из силовиков, его задача – осмотреть все, что можно, на предмет выявления и дальнейшего использования местных ресурсов. Проще говоря, это были глаза Берии.

– Хм, Аномалия и с этой стороны большая, если что, то можно технику перегонять, – заметил я, задумчиво глядя на овал.

– Нужно сперва осмотреться. Изменилось ли что или нет, – напомнил мне старший Олег.

– Да, идем.

Неторопливо двигаясь к опушке, мы под присмотром четвертки бойцов охраны намечали, где лучше проложить дорогу до портала.

– О, этот муравейник был! Я его прошлый раз приметил, когда с матерью грибы собирал, – сказал я, показав пальцем на большой холм муравейника.

– Ты судишь об изменениях по муравейникам? – ехидно поинтересовался младший Гоголев.

– Хм, да я так просто сказал… о, вон и опушка!

– Четыреста метров, нормально! – прикинул Данилец расстояние от опушки до Аномалии.

– Там впереди дорога и замаскированная в кустах машина с двумя пассажирами, – предупредил внезапно появившийся из-за дерева один из осназовцев, внешне чем-то похожий на актера Владислава Галкина.

– Наверное, это Артур.

Вы были правы, Александр, за вами следили! – хмыкнул Данилец, после чего спросил у осназовца: – Как?

Похоже, боец понял, о чем его спрашивают, поэтому ответил сразу:

– Не получится, грамотно стоят… если только отвлечь?

В это время с другой стороны появился майор Синцов, оставшийся у портала, и спросил:

– Чего встали?

Ему быстро объяснили ситуацию.

– Нужно их брать. Хорошо, что тут посадка с той стороны, неприметное место, – решил майор, немного подумав.

– А что если мне отвлечь их? Меня-то они в лицо точно знают, – спросил я после некоторого колебания, так как никогда не считал себя героем боевиков и не имел привычки лезть в самое пекло.

– Хорошо, давай. Наш снайпер, если что, тебя прикроет! – сразу согласился Синцов.

После небольшого обсуждения порядка действий и раздачи приказов мы разошлись по местам.

Отойдя в сторону метров на триста, я вышел на опушку и, поднявшись по небольшой обочине на китайскую дорогу, которую строят в двух километрах от Алексеевска, неспешно потопал по ней, поднимая глиняную пыль.

Не дойдя до засады несколько десятков метров, услышал хлопанье автомобильной дверцы и, немного замедлив шаг, приготовился.

Из кустов вышли два человек, и если одного из них я знал – это был курьер, что привез мне заказанные документы – то второго разглядывал особо: мужчина лет сорока пяти – пятидесяти, с седым ежиком волос на голове и запоминающимся брюшком.

«Похоже, это и есть Артур-Попаданец, сейчас узнаем!»

– Добрый день, Александр Геннадьевич, мы тут ждем вас, ждем, а вас все нет и нет, – поздоровался «Артур», настороженно разглядывая меня.

Паренек стоял сбоку и с любопытством разглядывал мои ботинки, которые, кстати, я получил ТАМ.

«Черт, понял? А ведь понял, значит, пора».

С криком, чтобы дезориентировать, я прыгнул на паренька и провел две короткие серии – в корпус и челюсть. В это же время «Артура» снесли с дороги две фигуры в камуфляже, случайно толкнув и меня, отчего я свалился на пацана, и мы покатились вслед за осназовцами с их жертвой. Получилось так, что в процессе кувыркания моя ладонь оказалась прямо на лице парня, и, похоже, у него сработал рефлекс – мою ладонь сжали крепкие молодые зубы.

– А-а-а-а, твою мать! – голосил я, стараясь оторвать руку от курьера, но парень, рыча сквозь зубы и бешено вращая глазами, продолжал сжимать челюсти. Рядом как по волшебству появились два бойца и тоже попытались оторвать меня от этого замаскированного волкодава.

– В лес! Быстро уходим в лес, пока никто не появился! – приказал Синцов, выбегая из-за кустов.

– Да не ездит тут никто, строится дорога! – отмахнулся я свободной рукой, поморщившись, так как один из осназовцев как раз в это время пытался пальцами раздвинуть челюсти озверевшего сопляка, вызвав у меня новые приступы боли. Глядя на текущую по подбородку парня мою кровь, я предложил: – Может, второго попросить, чтобы он уговорил этого мальца перестать кусаться?

– Хорошая идея! Валера, давай этого, второго.

К нам подвели «Артура» с закутанной белой материей головой.

– Сними с него повязку, – велел майор, кивнув на пленного.

Когда с Попаданца сняли повязку, он сразу осмотрелся и жадно уставился на красноармейскую звездочку на пилотке ближайшего бойца.

– Значит, это правда, – тихо пробормотал он, но мне это было неинтересно, болевшая рука беспокоила меня больше.

Однако даже присутствие «Артура» не помогло – паренек продолжал смотреть на нас, переводя взгляд с одного на другого и стиснув зубы.

– У него, похоже, челюсть заклинило, – авторитетно заявил осназовец «Галкин».

Активное кивание парнишки подтвердило эту версию и вызвало новые стоны у меня.

Подойдя ближе, «Галкин» двумя руками взялся за челюсть паренька и на что-то нажал, с заметным хрустом рот открылся.

– Блин, до кости прокусил, гад.

– Дай-ка я гляну, – попросил Данилец и, осмотрев ладонь с капающей с нее кровью, взял протянутый одним из бойцов медпакет и принялся перебинтовывать руку под мои слова:

– Теперь уколы от бешенства делать!

Я мрачно посмотрел на паренька, похожего на вампира после пиршества, который прятался за бойцами от моих недобрых взглядов.

– Так, значит, все-таки портал существует, – повторил пузан, не отводя глаз от осназовцев.

– Какой портал, бестолочь? У нас тут реконструкция боев на Украине сорок четвертого года, – устало ответил я и добавил: – А вы нам всю игру ломаете, ходите, бродите!..

– Да что вы мне лапшу на уши вешаете?! Я что, по-вашему, не могу распознать реконструктора?! Да я…

– Прекратите, Александр, он все понял, нужно возвращаться. Пусть с ними наше командование разбирается! – сказал Данилец, внимательно слушавший наш разговор.

– Нужно так нужно! – пожал я плечами. Мне, честно говоря, было по фиг – рука занимала все внимание.

Подхватив связанных «языков» с завязанными повязками глазами, мы направились обратно под заинтересованные вопросы неумолкающего «Артура», пока Синцов не приказал заткнуть ему рот кляпом. Курьеру, кстати, тоже залепили рот – так, на всякий случай.

Дотронувшись раненой рукой до Аномалии, я открыл ее.

В проявившееся марево портала немедленно двинулись бойцы, придерживая под локти обоих пленников, чтобы они не коснулись краев.

– …вашу мать! – услышал я концовку, когда последним прошел переход.

Посреди склада стоял старший Гоголев и виртуозно матерился, выплескивая все, что в нем накопилось. Мы стояли и с недоумением слушали его, не понимая, что случилось. Однако полковник Судоплатов быстро взял все в свои руки и приказал пленных в допросную, роль которой исполняла сторожка охраны, а меня – к врачу. Дальнейший выход отложили, пока не будут допрошены «языки».


– Однако хороший укус, кто это вас так? – спросил врач группы, осматривая разбинтованную руку. Врач не был похож на врача, больше всего он напоминал сельского учителя, и вообще все люди Судоплатова мало походили на диверсантов, разве что только бойцы Синцова.

– Гамадрил один покусал, – ответил я мрачно.

Врач с интересом посмотрел на меня и, достав кривую иголку с ниткой, спросил:

– Это не тот ли связанный гамадрил с окровавленным лицом?

– Тот, гад, – ответил я и зашипел от боли.

От врача я сразу же направился к сторожке – послушать, что наболтали пленные. В том, что они выговорились, я не сомневался – уже хорошо знал спецов Берии. Допрос подходил к концу, когда я зашел в обеденную комнату, однако по знаку Гоголева немедленно ее покинул.

– Ну что там? – спросил я у вышедшего за мной генерала.

– А-а-а, все то же самое, что ты рассказывал! – расстроенно махнул рукой Гоголев.

– Точно все? Может, что-то пропустили?

– Все. И война, и Хрущев, и Афганистан, и Перестройка, про все рассказал.

«Уф, как гора с плеч!» – подумал я, вспоминая родителей. Терять их мне совсем не хотелось.

– И что с ними будет?

– Решать, конечно, Москве, но этот Артур очень просится к нам, прям горит желанием помочь.

– Помощь от него будет точно существеннее, я-то так, дуболом в истории, а он профи, судя по сайту.

Не знаю, о чем начальники говорили с этими «гостями», но я решил не дожидаться, пока они закончат, и пошел спать. Если что – разбудят.

Разбудили меня действительно рано, где-то под три часа утра. Кивнув бойцу, что, мол, проснулся, я сел на койке, опустив ноги на пол, и, потирая глаза, зевнул. Рана стреляла болью, начав полыхать огнем под бинтом.

«Черт, как бы заражения не было. Может, во вчерашних моих словах была доля правды? Как перейду на ту сторону, немедленно к врачам пойду, пусть уколют противостолбнячной сывороткой».

Осторожно умывшись, я вышел из землянки и потопал к сторожке.

– А, проснулся, соня? – спросил Гоголев и сладко зевнул при виде моей бодрой выспавшейся рожи. Судя по виду генерала, он даже еще не ложился.

– Проснулся. Что там наши гости начирикали?

– Да все то, что мы и предполагали. Кстати, у тебя теперь будет на одного напарника больше. Конечно, возможности проверить слова Артура у нас пока нет, но судя по его ответам, он просто кладезь возможностей. Знаешь, что он заявил?

– Нет.

– Он сказал: «Вам нужны станки? Будут вам станки!..» С его советами и помощью мы, может быть, даже перевыполним план по поиску и доставке информации и техники!

– Хорошо, коль так, все-таки лучше, если с вами работает специалист, а не такой как я.

– Ну не надо на себя наговаривать!.. Кстати, у вас через час переход назначен, а у тебя вся куртка в крови, сходи к старшине, переоденься.

– К какому именно? – спросил я, имея в виду и Судоплатова.

* * *

– Ну-с, ни пуха ни пера! – пожелал Судоплатов. Мы как положено с чувством послали его к черту. Гоголева-старшего при переходе не было, он продолжал работать с нашими гостями. Кстати, пузан действительно оказался Артуром-Попаданцем, мы не ошиблись, что слежку организовал именно он.

Переход прошел штатно, то есть никто нас не ждал, не нападал. Оставив группу охраны у портала, мы направились к машине Артура, решив воспользоваться ею для своих нужд.

– Что это за марка? Никогда такой не видел, – спросил Юра, с интересом разглядывая иномарку.

– «Киа», корейская вроде.

– А что, у вас и корейцы машины выпускают?! – изумился Данилец.

– Да их кто только не делает… даже наши. Видно же, что у них ничего не получается, а все равно делают… гады.

– А что, советские… то есть российские машины плохие?

– Скажем так, не доходят до стандарта, – дипломатично ответил я.

Открыв незапертую дверцу, благо машина была хорошо замаскирована и никто ее не заметил, я пригласил спутников садиться и заодно показал, как поднимать стекла и тому подобное. После чего вставил ключ в замок зажигания и повернул его, заведя двигатель.

– Тихая какая, – удивился обычно молчаливый Карпов.

– Да уж, пристегнитесь, поехали, – сказал я и, показав, как это делается, выжал сцепление. Ехать пришлось осторожно – стоило коснуться поврежденной рукой чего-нибудь, и рана просто взрывалась болью, да и постоянные подергивания в ней тоже тревожили меня.

«Залечил-таки, эскулап хренов! Вернусь – уговорю полковника, чтобы его отправили к нам на переподготовку!» – думал я, выкручивая руль, чтобы въехать на дорогу. Дальше уже пошел убитый участок рядом с мукомольным. Но даже и на таком асфальте все равно почувствовалась разница между бездорожьем и более-менее нормальной дорогой.

– Сейчас сперва на мою бывшую квартиру. Я там вас оставлю и поеду в больницу, рана от укуса болит, уже сил терпеть нету! – объяснил я спутникам.

– Что-то серьезное? Сильно болит? – озаботился Данилец.

– Пока терплю, но лучше в больницу побыстрее! – ответил я, поворачивая с Советской на улицу Павелкина.

– Ладно, Олег с Юрой останутся у тебя, а я еду с тобой, – решил Данилец.

Поставив машину рядом со своим гаражом, я осторожно вылез, и мы вместе с парнями поднялись в квартиру.

– Александр, а почему ты сказал «в свою бывшую квартиру»? – спросил Данилец, осматривая комнаты.

– Я с товарищем Сталиным договорился. Он мне трехкомнатную в Москве в центре города, а я ему свою. По-моему, обмен неравнозначен – у меня Интернет есть и окна пластиковые. Вон, посмотри, какой ремонт в ванной забабахал, а свою новую квартиру еще даже не видел, только адрес, когда бумаги подписывал.

– Понятно… А здесь не нравится?

– Нет! Заколебало все, хочу новую жизнь начать! Я теперь три дня как гражданин СССР, так-то.

Когда меня закончили поздравлять с этим значимым событием, мы занялись делом.

Показав Юре, как пользоваться Интернетом, и оставив его с Олегом разыскивать необходимую информацию, мы вместе с другим Олегом вышли из квартиры. Пройдя мимо машины Артура, я подошел к своему гаражу.

– А что, на этой не поедем? – кивнул Данилец на «Киа».

– Нет, у меня на нее документов нет, гаишники остановят еще, да и права у меня в своей лежат.

Пока двигатель прогревался, я вышел из гаража и почти тут же услышал из кустов:

– О, Сашка, что, из командировки вернулся уже?

Сделав напрягшемуся было Олегу знак успокоиться, ответил:

– Нет еще, дядь Жень, не закончилась она. У меня просто окно образовалось, вот и сумел вырваться ненадолго.

– Понятно, а с рукой что? – спросил сосед, вылезая на открытое место.

– Поскользнулся, упал, открытый перелом, потерял сознание, очнулся – гипс!

– Понятно… Тут твоя мать приходила… – вздохнул дядя Женя.

«Ясно, наверняка всех алкашей разогнала, наводя свои порядки во дворе!»

– Саш, а эта чья? – Сосед указал на иномарку.

– Да знакомого моего, попросил вот присмотреть, – ответил я, закрывая гараж.

Сев в «четверку», мы с Олегом поехали в больницу. Зайдя в травмпункт, показал дежурному медбрату руку, сказав:

– Укус у меня, дергается, болит.

Медбрат сразу же вызвал дежурного врача, после чего отвлекся на звонок.

– Здравствуй, Александр, давно не виделись, – сказал вошедший в смотровой кабинет врач Анатолий Павлович, которому я недавно менял всю проводку в доме. Шабашнул немного.

Вздохнув, я ответил:

– Здравствуйте, Анатолий Павлович, я тут к вам с рукой пришел. Вот, посмотрите, больно уж дергается.

– Хорошо, давай посмотрю, – хмыкнул он, с интересом посмотрев на сидящего на тахте Олега. Было видно, что он старается вспомнить его, так как знал практически всех в Алексеевске.

– Это к нам по обмену опытом направили, из Польши, – подсказал я, заметив затруднения доктора. Сам сперва не понял, что сморозил, однако прокатило. Анатолий Павлович проглотил это объяснение не моргнув глазом.

– Ну-с, голубчик, давайте руку будем смотреть, – усадил он меня рядом со столиком, на котором были разложены инструменты.

К моему удивлению, но справился доктор довольно быстро. Ножницами срезал бинты, аккуратно оголил рану, после чего, ругаясь под нос, начал осторожно скальпелем срезать нитки. Прочистил рану от гноя, промыл ее несколькими препаратами и перевязал, не став зашивать. Само лечение я протерпел, сцепив зубы, так как отказался от укола обезболивающего, опасаясь шприцов еще с армии. А вот от столбняка меня все же ширнули.

– Вот и все, Александр, можете идти. А, еще я хотел спросить, кто вам зашивал рану?

– Да так, один умелец, – уклончиво ответил я, скосив глаза на Олега.

– Шов, конечно, наложен хорошо, видна большая практика, но обработка?! Ее же практически не было! – покачал Анатолий Павлович головой в недоумении.

Получив листок со списком назначенных лекарств от возможной заразы и распрощавшись с доктором, мы вышли из кабинета в коридор, где, глядя на меня, стояла, уперев руки в бока и притоптывая одной ногой по полу, моя мама.

«Сдали-таки! Ну маманя! Везде у нее стукачки есть или доброхоты, обо всем доложат!» – мысленно вздохнул я, предчувствуя близкие проблемы.

– Стой и молчи, я знаю, что надо делать! – тихо сказал я Олегу и с заискивающей улыбкой ринулся к матери.

– Мам, ты тут, я как раз хотел тебе позвонить…

– Почему же не позвонил? И как это понимать? Что с твоей рукой? – завалила она меня вопросами. Боевой настрой у нее удалось сбить, и сейчас она кудахтала, беспокойно осматривая перевязанную руку.

В общем, отвязаться у меня не получилось, и нам пришлось ехать к ней, рассказывая по пути, как я поранился.

– А кто твой знакомый? То, что иностранец, я вижу, их с нашими не спутаешь, но все-таки? – спросила у меня мама, когда Олег вышел во двор покурить. Вопрос, честно говоря, ввел меня в легкий ступор.

– Почему, мам, ты решила, что Олег иностранец? – озадаченно спросил я.

– Да сразу же видно! Другая одежда, повадки, он даже смотрит на все по-другому, сразу понятно, не наш!

«М-да, интересное наблюдение, что же делать?»

Сказав матери, что Олег с Украины, благо фамилия способствовала, и пообедав блинами, мы поехали ко мне.

– А отец у тебя где? – спросил Данилец, тяжело пыхтя после обеда.

– На рыбалке. «Нивы» нет, как и удочек, так что точно от матери на реке прячется.

– Да-а, суровая она у тебя! – уважительно покивал осназовец.

Зайдя в квартиру, я спросил у парней:

– Ну что, как дела?

Парни сидели у компа, и второй Олег быстро переписывал моей ручкой в тетрадку что-то с экрана монитора.

Выяснив, что они смогли насобирать и найти, я вставил в новенький, перед переходом купленный принтер бумагу и показал Юре, как печатать. Принтер я купил для СССР, но он не влезал в чемодан. Мой-то старый легко умещался, а этот нет, вот и пришлось оставлять его здесь. Надо было перед покупкой размер снять.

Первым из принтера полез способ изготовления пенициллина, после чего начали закачку всего, что успели найти. Карпов немедленно упаковывал все в специальные пакеты и готовился опечатывать их.

– Вы печатайте, что важнее, остальное на флешки скидывайте, у меня вот семь штук пустых. Если что, у нас в Москве есть принтер, так что думайте, – посоветовал я.

Мельком пробежался по найденному – чего только там не было! Начиная от воспоминаний Покрышкина, устава и методик воздушного боя сорок пятого года до способа изготовления пластмассы. Посмотрев на то, как Юра с интересом изучает на экране «Шилку» и ее характеристики, спросил у Данильца:

– Ну что, у нас до назначенного времени перехода осталось еще шесть часов, мотнемся в Казань?

– Зачем?

– Ну, во-первых, денег нет, так что нужно обменять царские червонцы на наши рубли, да и закупить тут кое-что в военторге, мало ли что, пригодится.

– Хорошо, едем, деньги нам сейчас ой как нужны!

Выяснив, сколько стоят червонцы на черном рынке, мы стали готовиться. Собравшись, сели в мою машину и не заезжая на заправку – денег то все равно нет, я почти все ухайдокал – отправились в Казань, благо бензина оставалось еще полбака.

Включив при выезде на мост магнитолу, мы под ритмичную песню в исполнении группы «Фабрика» выехали на автостраду.


– Я был в Казани в тридцать шестом, в командировке, но тут все сильно изменилось, хотя некоторые дома я видел, – сказал Данилец, с интересом изучая улицы.

– Это старый район, тут еще дореволюционные постройки, – кивнул я в ответ, поворачивая к колхозному рынку. Где-то там был ломбард.

Найдя, где припарковаться, и оставив машину, мы направились к ломбарду. Всю дорогу Олег буквально впитывал ту атмосферу, что царила на рынке.

Звякнув колокольчиком, вошли в полупустое помещение комиссионного магазина, как было написано на вывеске. У кассы стоял молодой парень, к которому я и обратился:

– Добрый день, я хотел бы поговорить с вашим управляющим.

Данилец отошел в сторону и с интересом стал осматривать ассортимент на прилавке. Кассир, окинув нас обоих настороженным взглядом, подошел к занавеске и позвал кого-то.

– Здравствуйте, вы ко мне? – спросил, появившись в зале, немолодой опрятный мужчина в костюме и очках. И если на меня он посмотрел без особой настороженности, то вот Олега разглядывал особенно долго.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22